Глава 17

– О чем вы говорите, ваше величество? – удивился перемене темы король. Вдовствующая королева не торопилась с ответом, привлекая внимание собеседников своим молчанием. – Порой официальные встречи затягиваются, – издалека начала говорить она, – даже если они посвящены чаепитию. Из-за чего напиток в чашках остывает и невозможно насладиться восхитительным вкусом. Прислуге приходится выливать остывшую жидкость и заваривать вновь. Бесцельная трата времени, сил и денег. Король едва заметно усмехнулся. Он прекрасно знал расчетливый характер своей матери. Она считала каждую монету, потраченную на королевский двор. – Однажды я узнала о чашках, способных долго сохранять температуру. Для дворца я заказала достаточное количество, чтобы угощать приглашенных гостей. Я исходила из экономии дорогих сортов чая и никогда не задумывалась об ином использовании. – Чайные чашки? – удивился король. – О чем вы говорите, ваше величество? – Это дитя обратила внимание на особенность посуды, в отличие от других девушек, присутствовавших на беседе, и подала интересную идею. В дальних походах, особенно в пустынной местности, где невозможно собрать хворост для огня, чтобы согреться, пригодились бы сосуды, способные долго сохранять тепло. – Узнаю несносную девчонку. Вечно у нее все не как у людей, – буркнул Тэо, но недовольному тону противоречила довольная улыбка, невольно появившаяся на его лице. – Какое странное наблюдение для девушки, – хмыкнул король. – Она переживала о брате, которому приходилось мерзнуть во время обучения в пустыне, – пояснила вдовствующая королева. – Наследник Гитэн маг. Он способен позаботиться о своем здоровье, – высокомерно произнес начальник стражи. – Но обыкновенные солдаты не владеют магией, – неожиданно заговорил Стоик. – Длинные переходы по пустынной местности, где сложно найти не только воду, но и хворост для разведения огня, выматывают воинов. Он сделал шаг вперед, выходя на свет и обращая на себя внимание. – Верно, – задумчиво согласился король. – К тому же обозы с провиантом становятся длиннее, если везти с собой дрова. – Солдаты привычны к переходам и холодам, – возразил начальник стражи. – Однако, возможность согреться сократит заболевания, – произнес Стоик и вернулся в тень. Старый вояка презрительно фыркнул, но, заметив выражение лица короля, решил не высказывать свое мнение. Его величество погрузился в раздумья. Вспыхивающие искры магии в глазах предостерегали не вмешиваться в его рассуждения. Преподаватель Шторм, знающий своего друга юности лучше других, примерно представлял, о чем размышляет король. Предстоящая военная кампания планировалась давно, а сегодняшнее замечание вдовствующей королевы открывало интересные перспективы. Если есть возможность сократить обоз, то маневренность армии возрастет. Нельзя просто отмахиваться от преимущества. – Ваше величество, необходимо принять решение по поводу поджога кухни, – прервала повисшее молчание вдовствующая королева. – О солдатах и армии вы можете поговорить на военном совете. Меня беспокоит отбор. Двор находится в смятении. Нам необходимо наказать виновного. Все взгляды невольно обратились на принца, почувствовавшего себя неудобно из-за пристального внимания. – Происшествие произошло по вине наследника Пакрина, – начал говорить преподаватель Шторм. – Его поступок расценивается, как покушение на жизнь его высочества. – Нет! – резко выкрикнул Тэо. – Ират мой друг! Не по должности, а по сути! – Ваше величество, как нам поступить с девушками? – проигнорировал сына король, обращаясь к матери. – Убрать из отбора, – спокойно произнесла вдовствующая королева. – За что?! – вновь не сдержался принц. – Вы едва успели уйти перед взрывом, – напомнил ему преподаватель Шторм. – Все произошедшее случайность! – вскочил на ноги его высочество. – Стоик, объясни! – обратился за помощью Тэо. – Илира и Инсан стали жертвами обстоятельств. Не их вина, что мы с Иратом неожиданно пришли с проверкой. Столкновение произошло случайно! – Однако, последствия видели все жители столицы, – напомнил преподаватель. – Черный шлейф дыма хорошо просматривался со всех районов. – Кому-то придется ответить за происшедшее, – грозно свел брови начальник стражи. – Девушки должны покинуть отбор, – проявила настойчивость вдовствующая королева. – Бабушка! – возмутился Тэо. – Ты сама только что хвалила миледи Гитэн, а теперь предлагаешь отправить ее прочь? – Когда я хвалила? – строго поджала губы вдовствующая королева. – Я высказала свое мнение о ее странном характере, но это не означает, что я одобряю миледи Гитэн в качестве будущей королевы! – Почему? Инсан не хуже других претенденток! – негодовал принц. – Ее семья богата, занимает хорошее положение… – Ты слишком горяч, – попытался осадить сына король. – Я возмущен, что на Илиру и Инсан стараются переложить ответственность за случайное происшествие. – В любом случае необходимо назвать виновника и строго наказать за взрыв и пожар во дворце, – строго сказал Шторм. – Есть помощники по кухне. Они сбежали, оставив его высочество в опасности, – заговорил Стоик. – Как вы не поймете?! – нервно заходил по комнате Тэо. – Если кто и виноват, то это я! Мне захотелось посмотреть, как справится миледи Гитэн с бабушкиным заданием. Меня и надо винить! – Радует, что ты понимаешь и осознаешь свою вину, – строго проговорил король. – Однако, решение необходимо принять. – Миледи Пакрин и миледи Гитэн отправить под домашний арест. Наследника Пакрина лишить занимаемой должности, – предложил начальник стражи. – Не позволю! Не допущу! Это мой Ират! – в сердцах Тэо сжал кулаки. – Ты настолько уверен в его преданности? – надменно вскинула бровь вдовствующая королева. – Абсолютно! Ират скорее расстанется с жизнью, чем навредит мне, – убежденно ответил принц. – Стоик, что скажешь? – неожиданно поинтересовался у телохранителя преподаватель Шторм. – Наследник Пакрин достоин доверия? Тэо развернулся к своей тени и сверкнул взглядом. Он опасался, что соперничество между молодыми людьми может сказаться, и Стоик выскажет неприятное мнение о друге. – Если не он, тогда кто достоин доверия? – спокойно отозвался телохранитель. Тэо с облегчением выдохнул. – Что решим с девушками? – спросил король, приняв к сведению слова Стоика. – Не наказывайте их! Оставьте в отборе! Позвольте им с честью представлять свою семью, – быстро заговорил его высочество, не позволяя вновь завести разговор о домашнем аресте. – Никто из них не пытался мне навредить! – Мне одного случая достаточно, чтобы не доверять им, – стояла на своем вдовствующая королева. – Есть ли гарантия, что в дальнейшем ничего не произойдет с их участием? – с сомнением покачал головой король. – Надо придумать испытания, которые не будут опасными, – с жаром предложил Тэо. – Танцы, пение, рисование. Что-то, что не связано с огнем или магией. – А также со льдом, – тихо хмыкнул Стоик, когда Тэо проходил поблизости. – Я не могу согласиться, – покачала головой вдовствующая королева. – Жизнь и здоровье его высочества должны быть на первом месте. – Я не буду вмешиваться в отбор! – торжественно поклялся принц. – Неужели? – улыбнулся преподаватель Шторм. – Именно так! Не буду пытаться поговорить с претендентками. Не стану смотреть на них даже на расстоянии. Если пожелаете, отменю чаепитие. – Нельзя. Формально вы должны коротко поговорить с каждой из невест, – возразила вдовствующая королева. – Можем провести аудиенцию, – внес предложение преподаватель Шторм, взглянув на короля. – В прошлом все прошло спокойно. – Я согласен! – Ты не представляешь, что тебя ожидает, – теперь король покачал головой. – Придется придумывать темы для обсуждения и придерживаться их. – Справлюсь! Ират и Стоик мне помогут. – Леон, что думаешь? Стоит девушкам позволять продолжить участвовать в отборе? – немного помолчав, спросил друга его величество. – Думаю, можно, – немного поразмышляв, ответил преподаватель Шторм. – Оставив девушек в отборе, мы сохраним баланс между семьями, представившими претенденток. – Согласен, – отозвался король. – До оглашения выбора нельзя показывать предпочтения. – Придется усилить охрану, – вступил в разговор начальник стражи. – Разумеется. Стоик, лучше присматривай за его высочеством. Не позволяй ему попадать в опасные ситуации! – строго посмотрел на телохранителя его величество. – Слушаюсь, – вежливо поклонился тот. – Ваше слово, ваше величество, – спросил король, обращаясь к матери. – Я продолжаю опасаться участия миледи Пакрин и миледи Гитэн в отборе, – медленно заговорила вдовствующая королева. – Однако, вы решительно настроены. Поэтому я соглашусь с общим мнением. Необходимо больше ввести мер безопасности для принца. – Бабушка, я клянусь! … – вновь попытался убедить Тэо. – Не перебивай, – грозно обронила женщина. – Я понимаю политические мотивы и принимаю их во внимание. Накануне приезда посольства Симлы необходимо стабилизировать обстановку в королевстве. – Она помолчала, потом продолжила. – Девушки продолжат участвовать в отборе, но за ними необходимо присматривать. Начальник стражи, на вас возложена обязанность приставить к ним охрану. В магистратуре есть женщины? – Да, ваше величество, – поклонился собеседник. – На том и порешим, – поднимаясь, произнесла вдовствующая королева. Она величественно направилась к выходу, мужчины проводили ее почтительным поклоном. – Ее величество верно напомнила о посольстве из Симлы, – заговорил король. – Мы получили сведения об их передвижении? – Да, ваше величество. Участники посольства пересекли границу, – доложил начальник стражи. – Необходимо устроить торжественный прием, – согласился с ним его величество. – Отбор невест закончится до их приезда? – серьезно озаботился Тэо. – Нет необходимости торопиться, – ответил ему преподаватель Шторм. – Их визит не должен повлиять на оглашение результата. – Все будет зависеть от подготовки военной кампании, – подвел итог беседе король. Инсан – Подумайте сами! – продолжала негодовать я. – Как я могла подстроить покушение на принца, если о том, что он принц, узнала после взрыва?! – Это вы так утверждаете, – в который раз спокойно возразил стражник Соним. – Ваше нежелание участвовать в отборе говорит красноречивее заверений неведения. – Боги, одарите меня частичкой вашего терпения! – взмолилась, подняв голову к выбеленному потолку. Разводы и мелкие трещины не давали ответа, как убедить стражника в своей правоте. Неровная поверхность над головой мало напоминала чертоги богов, а значит, спасение не приходило. – Неужели вы считаете, будто я способна навредить потенциальному жениху, лишь бы не выходит за него замуж? – приступила к спору с другой стороны. – А вы способны? – провокационно спросил Соним. – Нет! – рявкнула в ответ. – Но из страны сбежать хотели, – напомнил стражник. – Хотела, – не стала отпираться, – но предложили бежать из страны именно вы! – мой палец уткнулся в плотную ткань формы законника. – Это была шутка, – спокойно отозвался он. – Докажите! – потребовала у него, демонстративно сложив руки на груди. Надо сказать одежда, пострадавшая во время знаменательной встречи с принцем и наследником Пакрином, сидела криво, и изобразить надменно-величавый вид в перепачканном и помятом платье не получалось. Но решимости от этого у меня не уменьшалось. – Я должен? – в удивлении приподнял брови Соним. – А почему я должна доказывать, что понятия не имела, кто на самом деле похититель книги? – в тон ему произнесла я. – Потому что взрыв во дворце произошел по вашей вине. Стражница Вистам с интересом наблюдала за нашей пикировкой. Участвовать в эмоциональном разговоре она давно перестала, не успевая за переходами между обсуждаемыми событиями. Она переоделась и теперь выглядела солидно в форменной одежде стражников. Единственное, что напоминало о прежнем облике, осталась толстая коса, переброшенная через плечо на грудь. Девушка не стала ее расплетать и менять на прическу, более подходящую к официальному, внешнему виду. – Сколько раз повторять? Я ничего не взрывала! – придушенным от бешенства голосом сообщила ему. – Где моя дочь?! – прогремело за дверью. – Ой, – испуганно оглянулась. В пылу спора со стражником на время позабыла о неприятностях, ожидающих при встрече с родными. Дверь с громким стуком ударилась о стену, когда папа пнул ее от души. – Инсан! В небольшую комнату следом за отцом ворвались все члены семьи. Мама и Юна подбежали ко мне и бесцеремонно принялись ощупывать, одновременно закидывая беспокойными вопросами о самочувствии. Юрим поздоровался со стражниками, а папа сердито потребовал объяснений. У меня. – Миледи Гитэн обвиняется во взрыве королевской кухни, – спокойный и уверенный голос Сонима перекрыл общий гвалт. Одним предложением он ответил сразу на вопросы, звучавшие со всех сторон. – Инсан, что ты натворила на этот раз? – грозно потребовал ответа отец. – Ничего! Это не моя вина! – воскликнула я, эмоционально доведенная до состояния тихого бешенства. – Кухня взорвалась в момент, когда там находилась миледи Гитэн, – не отступал упертый Соним. – Боги! Инсан! – застонали в один голос мама и Юна. – Клянусь! Ничего не взрывала! – честно ответила им. – Если моя дочь говорит, что не прикладывала руку к взрыву, значит, невиновна, – весомо произнес папа. – Она способна устроить катастрофу, где угодно и когда угодно, в этом нет никаких сомнений. Но врать, выкручиваться или сваливать вину на других Инсан никогда не будет, – заступился за меня брат. – Если натворила, всегда признает свою вину. Он меня знает, как никто другой. Я согласно покивала в подтверждение его слов. – Инсан, что произошло? – с пониманием спросила мама. – Мороженое. Кубики. Кипящее масло, – односложными фразами объяснила ситуацию. – Боги! – схватила за голову Юна. – Мороженое! Самое безопасное блюдо. Откуда взялось кипящее масло? – Разве ты не знаешь, что на кухне три опасности? Нож, огонь и кипящее масло! – вторила ей потрясенная мама. – В масле Илира жарила плетеные косички, а наследник Пакрин выбил из моих рук поднос с кубиками льда, – пыталась ответить сразу на все вопросы. – Он откуда там взялся? – в сердцах мама топнула ногой. – С принцем пришел. – Его высочество пострадал?! – воскликнули родные. – Что ему сделается? – буркнула недовольно. Но на меня теперь с подозрением смотрели все, кроме стражницы. Она наблюдала за нашим разговором, и по блеску в глазах становилось понятно, получает огромное удовольствие от увиденной сцены. – Откуда я знаю? – патетично воскликнула мама. – От тебя всего можно ожидать! Семейство согласно закивало, проявляя единодушие. – Ваша вера в меня просто восхищает, – фыркнула недовольно. – Видите? – потыкал в меня пальцем папа. – Видите? Она не говорит, что не навредила принцу! Говори, негодница, что сделала с его высочеством? – Что он сделал со мной, вас не волнует? – лучшая защита нападение. – Даже не отпираешься, несносная девчонка! – приступила к расспросам мама. – Он хоть жив? Сильно пострадал? – Она его убила, – ахнула Юна. Ее-то кто спрашивал?! – От синяка еще никто не умирал, – возмутилась на возводимую напраслину. – Разок пнула по ноге. Жить будет. Некоторое время говорили все и одновременно. Единственным стабильным объектом оставалась стражница Вистам. Она закрыла лицо ладонями, а ее плечи подозрительно подрагивали. Кажется, она тихо подвывала. Неужели беспокоится о моей судьбе? Впрочем, задуматься о ее реакции не оставалось времени. Мне приходилось отвечать каждому на разные вопросы. Меня дергали и одновременно ощупывали. Видимо надеялись найти скрытые повреждения. Сколько длился кошмар, точно не могу сказать, когда в комнату вошел солидный мужчина в форме стражника. Он сразу растерялся от всеобщего помешательства, охватившего присутствующих. Некоторое время он наблюдал, собирался с мыслями, и наконец, рявкнул: – Стражник Соним! – Слушаю, командир! – вскочил на ноги законник. – Пришел приказ из дворца. Мои родные разом замолчали. Все понимали, что сейчас озвучат мою участь. Соним принял из рук начальства пакет с красной печатью и медленно развернул лист. Я от беспокойства стиснула руки у груди. – Его величество ознакомился с результатами расследования, свидетельскими показаниями и принял решение. С миледи Гитэн снять все обвинения и выпустить из-под стражи. Так же миледи Гитэн не освобождается от участия в отборе невест принца, – громко, проговаривая каждую букву, зачитал Соним. – Оправдали? – обрадовалась мама. – И даже штраф за испорченное имущество не взяли? – Не радуйся раньше времени, потом налогами заберут, – «утешил» ее папа. Впрочем, радостное настроение ничто не могло испортить. Мама и Юна кинулись меня обнимать и тискать, отец и брат благодарили стражников и пожимали им руки, заверяя, что с этих пор будут пристальней наблюдать за мной. Лучше бы, конечно, убрали с отбора, но как говорится, и на том спасибо, что в тюрьму не отправили. А новые испытания во дворце как-нибудь переживу. Моего оптимистического настроения хватило на пару дней, пока посещала обязательные занятия с главной придворной дамой. С Илиры по такому же королевскому приказу сняли все обвинения и отпустили домой. Ей пришлось хуже, чем мне. Девушку держали в судебном ведомстве дворца, а там совершенно не заботились о ее самочувствии и не выказывали уважения. Ее брат находился все время поблизости, но его не допускали до разбирательства, попутно подозревая в содействии в покушении на наследника королевства. Официальное заявление гласило, что взрыв произошел из-за неисправной печи. Наказанию подверглись поварята, сбежавшие из кухни и не предложившие помощь в спасении принца. Им всыпали десять палок. Надо сказать, наказание достаточно ощутимое, но не смертельное. Походить с побитой попой можно, хотя гордость и пострадала. – Завтра вас ожидает аудиенция с его высочеством, – громким голосом сообщила главная придворная дама. – Вам необходимо привести мысли и чувства в порядок. Настоятельно рекомендую подумать над темами для разговора. Ваши знания и эрудированность должны произвести впечатление на его высочество. Девушки оживились. Всем хотелось встретиться с принцем лично. Но только не мне! Наоборот, я бы хотела отдалить любую нашу встречу, даже случайную. Порой мечтала сбежать из дворца, где вероятность пересечения огромная. – О чем с ним говорить? – обреченно вздохнула по дороге к главным воротам. – Принц Тэо образованный молодой человек. Он предпочитает умные беседы, – отозвалась Илира. Как оказалось, благодаря своему брату, занимавшему должность друга его высочества, подруга неплохо знала принца Тэо. Много раз разговаривала с ним в неформальной обстановке, принимала в гостях. Неудивительно, что соперницы на нее косо поглядывали. Я-то думала из-за ее красоты и образованности, а все оказалось гораздо проще. Или сложнее. Смотря как посмотреть. – Опять поэты и художники? – обреченно уточнила я. – Не обязательно, – поняв мое затруднение, посочувствовала Илира. – Внешняя и внутренняя политика, экономическое положение в стране, правовая законность, ремесленничество. С каждым словом я грустнела все больше. – При его обширных интересах остается загадкой, зачем ему понадобилось выкупать труды мастера Линхо? – озадачилась я. – Его высочество прекрасный боец. Вы не знали? – улыбнулась Илира, взглянув на меня. – Действительно? – оживилась я. – Значит, есть тема, на которую смогу с ним поговорить. Заодно расспрошу, почему перехватил мою книгу. – Знаете, Инсан, чем больше с вами общаюсь, тем сильней во мне крепнет убеждение, что вы с Иратом будете прекрасной парой, – рассмеялась подруга. – Он обожает подраться. Почти все свободное время проводит в тренировках. Именно там они подружились с его высочеством. – Я бы с удовольствием померялась с ним силами, но замуж увольте! – решительно тряхнула головой. – В детстве они постоянно спорили и дрались с Гарольдом. Ират никак не мог смириться, что старший брат отказывается сдаваться перед наследником. К тому же отец отдает явное предпочтение Гарольду. – А вы? – заинтересовалась я. – Обоих люблю одинаково. И они отвечают мне тем же. Жаль в последнее время Гарольд совсем не приходит домой, несмотря на выходные дни в академии. Как думаете, это из-за девушки? Он в кого-то влюбился и теперь его внимание принадлежит ей? Я вспомнила старшего сына Пакринов с Эйрин на руках.