Глава 27

Инсан – Госпожа, – послышался скулеж. Повернулась на голос. Перепуганный мальчишка выглянул из-под лавки. – А-а-а. Ты здесь, – отозвалась и устало прикрыла глаза. Лекарь колдовал над моими ранами, прикладывая к ним магические печати с исцеляющими заклинаниями. Боль становилась сильней, когда магия проникала внутрь, но я знала, после лечения травмы начнут заживать быстрее. – Как я мог уйти? – парнишка подполз ко мне на коленях, тихо подвывая. – Вы сказали дождаться и помочь переодеться. – Испугался? – едва заметно улыбнулась, тронутая заботой. Он торопливо кивнул и опасливо покосился на лекаря, строгим взглядом оборвавшего разговор. – Ты иди … – от боли прикусила губу и замолчала. Лекарь приложил на следующую травму медальон с печатью. Некоторое время тяжело дышала, пытаясь перетерпеть. Постепенно исцеляющее заклинание впитывалось в тело и становилось чуть легче. – Иди, – повторила я, когда почувствовала, что могу снова говорить. – Скоро вернутся принц и наследники. Никому не рассказывай о нас. – И снова закрыла глаза. – Хорошо, госпожа, – кинулся к дверям парнишка. – Конечно, госпожа. Я никому ничего не расскажу о нас! – О чем не расскажешь? – раздался резкий возглас принца. Чертоги богов! Вот невезуха! – Простите, господин! Ни о чем не расскажу! – заверещал перепуганный подросток. – Куда собрался? Стоик веди его сюда. Надо допросить. Шаги принца приблизились, а я торопливо отвернула голову, надеясь, что он не узнает меня. – Этот парень вошел в нашу команду? Сильно ранен? – заинтересовался его высочество, заметив распростертое тело на полу. Я торопливо перехватила руку лекаря и требовательно посмотрела в его глаза. Вдруг принц меня не узнает? Тогда объясняться не придется. – Удары были рассчитаны на мужское телосложение, – весомо заговорил лекарь, проигнорировав мой взгляд. – Доспехи скрыли истинную природу, поэтому пришлись рядом с жизненными центрами, ранив, но, не причинив серьезных повреждений организму. Можно сказать, девушке повезло, что нападающий не знал, кто именно находится перед ним. – О чем вы говорите? Девушке? – принц резко присел. От его движения воздух вокруг закружился, пошевелив мои волосы. Его высочество дернул меня за подбородок, насильно развернув к себе лицом. Я усиленно зажмурилась, хотя понимала бесполезность поступка. – Инсан? – удивленно выдохнул принц, и его голос стал грозным. – Стоик, что несносная девчонка делала на поле?! – Ы-ы-ы, – заревел перепуганный подросток. От ужаса сердце ускакало прочь, разорвав грудную клетку и выскочив наружу. Наверняка лекарь приложил новую печать. – Миледи Гитэн, лучше вам объясниться, – посоветовал телохранитель. Робко приоткрыла один глаз, потом второй. Стоик держал за плечо рыдающего с перепугу мальчишку, размазывающего по грязным щекам обильные слезы. Принц сверкал на меня испепеляющим взглядом, а лекарь занимался своим делом, игнорируя происходящее вокруг. Сказать я ничего не успела. Дверь распахнулась, и в комнату влетела встревоженная Верити. Следом за ней вошел наследник Пакрин, закрыл створку и прислонился к ней спиной. Кажется, отсюда меня никто не собирался выпускать. К тому же присутствовали двое, которых запросто могут использовать в качестве заложников. – Ират, ты знал, что это Инсан?! – резко спросил принц, не поворачивая головы. – Узнал после турнира, – признался Пакрин. – Что ты делала на поле?! – весь гнев обрушился на меня. – Ставку спасала! – рявкнула на неблагодарного. – Что?! – воскликнул его высочество, а на лицах остальных появилась растерянность. – Деньги я на вас поставила, разве не ясно? – обиженно поджала губы. – Мальчишка, глядя на меня, поверил в вашу команду, последовал моему примеру. А вы … Эх! Замену не подобрали, о противниках ничего не узнали. К тому же, ваше высочество, промазал несколько раз мимо ворот. На некоторое время в комнате повисло молчание. Проняло или продолжат отчитывать? – Ты на совесть не дави! – тряхнул головой принц. – Мы играли честно. – Угу. Только победа едва не уплыла, – возразила ему и попыталась резко подняться. Заваливалась обратно от боли, охватившей все тело. – Женщина! Ты не имела право выходить на поле! Если пришла на турнир, должна сидеть в ложе! – Ваше высочество, миледи Гитэн приняла на себя удар, предназначавшийся вам во время последнего броска, – вмешался Пакрин. – Об этом и говорю! – в меня зло потыкали пальцем. – Теперь страдай от заслуженных тумаков! Будет наука за твое несносное поведение! Его высочество резко поднялся, раздраженно прошагал до дверей и вышел вон. Стоик последовал за ним. Присутствующие с облегчением выдохнули. – Госпожа! – перестав сдерживаться, ко мне кинулись оба: Верити и мальчишка. – Отцепитесь от меня! – выдернула руку из двойного захвата. – Перестаньте причитать, словно над покойником! – Не говорите так, – выли оба в один голос. – Наследник Пакрин, сделайте что-нибудь, – взмолилась о помощи. – Я так понимаю, что вы себя лучше чувствуете, – медленно подойдя, заметил он. Прислушалась к себе. Оценить состояние мешали завывания над ухом, но лекарь точно знал свое дело. Боль постепенно стихала, и я могла двигать руками и ногами. – Господин лекарь, как самочувствие миледи Гитэн? – не дождавшись ответа, обратился к мужчине Ират. – У молодой госпожи здоровый организм. Он прекрасно перенес болезненную процедуру лечения. Несколько дней и миледи сможет танцевать, – постарался разрядить обстановку лекарь. – Только не танцевать! – ужаснулась я. Ират не смог сдержать улыбку, услышав мои слова. Он прекрасно помнил высказанное возмущение во время обучения танцам. Ничего! Если вновь попробуют устроить что-то подобное, будут вместе выступать! А пока мне надо придумать объяснение для семьи. – Что я скажу вашим родителям? – словно подслушав мои мысли, патетично вопросила Верити. – Придумаем что-нибудь, – отмахнулась я. – Надо переодеться. Готовь мое платье. – Госпожа, я бы посоветовал взять повозку, – вмешался лекарь. – Я доставлю миледи домой, – решительно произнес Ират. – Нет-нет-нет! – энергично затрясла головой. Вспомнив, в какой форме сообщила Верити моей маме обещание выйти замуж за Пакрина, я категорически отказалась от помощи. Если заявлюсь домой в обществе Ирата, мама наверняка решит, что дело о свадьбе решенное. – Как она могла? Как помела рисковать собой?! – бушевал Тэо, торопливыми шагами бегая по покоям. Стоик привычно наблюдал за принцем из темного угла. Порой его глаза едва заметно начинали светиться зелеными всполохами, но вскоре погасали. Телохранитель сохранял спокойствие и не вмешивался в эмоциональный монолог его высочества. – Что я скажу королю? Он уже интересовался именем незнакомца, спасшего команду! – Тэо резко развернулся. – А-а-а! Ы-ы-ы! Спасшего! Спасшую! – язвительно исправил себя он. – Несносная! Невозможная! – Отчаянная, – тихо подсказал Стоик. – Ты тоже заметил? – подскочил к нему Тэо, обрадованный появлением собеседника. – Разве возможно представить, чтобы благородная миледи приняла участие в турнире? В жестокой игре, в которой не каждый мужчина выстоит! – Наследник Легран почти полностью восстановился, – заметил телохранитель. – А Инсан? Как она? Сильно пострадала? – накинулся с вопросами Тэо. – Миледи Гитэн не маг. Ей приходится труднее. – И я том же! Как она могла? Как она посмела рисковать собой? Стоик глубоко вздохнул. Разговор вернулся на новый круг прежних вопросов. Тэо не находил себе места. Его терзали раскаяние и одновременно гнев. Он не мог пережить факт, что любимая женщина, которую он хочет лелеять, беречь и создать условия, при которых она будет радовать взор, вышла на равных с грубыми мужчинами. Если бы Тэо догадался, кто появился на замену, сразу бы остановил игру! Инсан могла пострадать! Что говорить! Она получила травмы, защищая его! Его! Того, кто должен дать защиту ей! Как она могла? Как она посмела рискнуть собой? Необходимо ускорить принятия решения о браке. Став женой, несносная девчонка не сможет противиться его воле. Ей придется подчиниться правилам королевского двора, запрещающим женщинам рисковать собой! – Решено, – внезапно остановился Тэо, совладав с эмоциями. – Я заставлю родителей согласиться с моим выбором. – Что собираетесь делать? – поинтересовался Стоик, проявляясь из тени. Кажется, период бессмысленных метаний закончился, и пришла пора действовать. – Необходимо показать Инсан в выгодном свете на приеме в честь посольства, – ответил воодушевленный принц. – Снова танцы? – телохранителю удалось сдержать улыбку с трудом. – Она станет моей! – Тогда почему вы сбежали от нее? – заинтересовался Стоик. – Невыносимо смотреть на ее бледное лицо! Тэо сжал губы. Он ни за что не признается в желании схватить Инсан на руки и сбежать с ней на край света, а возможно и дальше. Принц едва смог совладать с собой, видя ее раненную. Хотелось взять меч и идти крушить того, кто причинил ей боль. Никакие разумные мысли и оправдания на него не действовали. А еще ему хотелось создать для несносной девчонки огромную клетку, из которой она не сможет сбежать и будет находиться в безопасности. Тэо всегда будет знать, где она находится и чем занимается. – Лекарь знает свое дело. Вскоре миледи Гитэн полностью восстановится, – попытался обнадежить принца Стоик. – Но как она могла? Телохранитель отступил в тень и закатил глаза. Предстоял очередной круг повторяющихся вопросов. Инсан К совету лекаря прислушалась и повозку наняла. Особо не стала возражать, потому что тело ломило, и я передвигалась с трудом. Наследник Пакрин пытался настоять на сопровождении, но твердый отказ не оставил сомнений в моем нежелании принимать помощь. Верити причитала всю дорогу, вслух представляя кару, которую обрушат на нас родители. Я же усиленно раздумывала о том, как объяснить свое состояние. Тренировки отпадали. Во-первых, за них все равно получала нагоняй; во-вторых, родные точно знали, где я находилась. Едва повозка остановилась у ворот дома, как навстречу выбежали встревоженные Юрим и папа. – Инсан, ты не пострадала? – первым задал вопрос брат, введя в состоянии ступора. Уже знают? – Все обошлось или тебя в толпе затоптали? – встревожено осматривал меня отец. Я робко улыбнулась. – Господин! Какие страсти пришлось пережить! – завыла Верити. Одернуть ее не успела. Теперь точно поторопятся сдать с рук проблемную дочку. – Юиль! Жена! – развернувшись к воротам, зычно позвал папа. – Инсан пострадала! Зови лекаря! – Обопрись на меня. Где болит? – Юрим наклонился ко мне и обхватил рукой за талию. – Пришли вести, что на турнире начались беспорядки. Мы как раз вышли на твои поиски. – Ай! Ой! – не таясь, вздыхала, нежась в заботливых руках брата. Надо же, как повезло! А Верити ни словом не обмолвилась о беспорядках! Помощница называется. – Ой, что делалось! Что творилось! – ухватив себя за обе щеки, качала головой служанка. – После последнего очка люди сорвались со своих мест. Все куда-то бежали, толкались. – Куда они бежали? – расспрашивал серьезный отец. – На поле. Куда же еще? Все хотели пожать руку принцу и его команде. А заодно подраться с нечестными игроками. Знаете, сколько ругани мы выслушали? – охотно делилась впечатлениями Верити. Во время турнира некогда было смотреть на трибуны, поэтому не могу сказать, преувеличивала она или нет. Вполне возможно, что добрые горожане, увидев грязную игру команды Симлы, кинулись восстанавливать справедливость. Я в это время выезжала с поля и ничего не видела. – Лекаря! Лекаря! Послали за лекарем? – суетилась мама, заметив мой болезненный вид. – Да, госпожа! Я улыбалась, наблюдая за суетой. Подумать только! Никогда не предполагала, что буду радоваться вниманию семьи. Лекарь поторопился прийти по зову постоянных пациентов. Мама всегда обращалась к нему, привыкнув за несколько лет. Я позволила себя осмотреть, в полной уверенности, что подслеповатый мужчина преклонных лет вряд ли точно назовет причину моих травм. Конечно, он привык к моим выходкам и мог предположить, что снова пострадала на тренировке, но его заранее уведомили, как именно получила повреждения. К тому же лекарь после турнира хорошо постарался. С небольшими затруднениями двигала руками и ногами, а болезненные ушибы потеряли яркие цвета. Меня торжественно уложили на мягкую кровать и с важным видом приступили к лечению. Печати с лечебными заклинаниями вновь впились в мое тело, но я лишь устало прикрыла глаза, веря в выздоровление. Ближайшие несколько дней меня окружали заботой и всячески угождали. Кормили вкусненьким, позволяли валяться без дела и даже устроили вылазку в сад, где развели большой костер для обогрева. Я счастливо улыбалась и присматривала за Верити, чтобы она случайно не проболталась. Впрочем, верная наперсница прекрасно понимала, чем грозит нам открывшаяся правда. Рассказывала она эмоционально, описывая испытанные эмоции, но о самих событиях почти не говорила. Никто не сомневался в правдивости ее слов. К тому же в городе стали известны подробности беспорядков. Родители озадаченно посматривали в мою сторону, а я находилась в блаженном состоянии, не предполагая ничего плохого. Только оно обо мне не забыло. И, разумеется, вестником новостей оказалась Верити. – Госпожа! – вбежала в комнату запыхавшаяся служанка. – Назначен день, когда объявят имя невесты принца! – И что? – равнодушно переспросила, не почувствовав сгущающиеся тучи над моей головой. – Значит, вы можете выйти замуж! – ее глаза радостно блеснули. – Не говори ерунды, – произнесла спокойно, но тревожный звоночек звякнул над ухом. – Ваша матушка решила составить список женихов и обсудить его с милордом Гитэн! Я как не сидела. Вскочила на ноги и помчалась спасать свое будущее. То есть в дом Илиры. Притоптывая от нетерпения, пришлось немного подождать, пока обо мне доложат подруге. Верити с любопытством осматривалась вокруг. – Как же так? – досадовала я. – Почему меня преследуют неприятности. – Я бы не сказала, что преследуют. Скорее они приближаются, и находятся совсем близко. – О чем ты? – Здравствуйте, наследник Пакрин! – низко поклонилась Верити. Резко развернулась и встретилась с внимательным взглядом молодого человека. – Здравствуйте, господин Пакрин, – поспешила исправить оплошность я. – Утешительница Инсан? Вас пригласил мой отец или брат? – старший сын Пакринов подошел ближе и со смешанным чувством осмотрел мой наряд. – Утешительница?! – взвизгнула Верити. – Как у вас язык повернулся мою благородную госпожу назвать низким званием? Четко очерченные брови молодого человека в недоумении поползли вверх. Он отклонился назад, склонил голову на бок и прищурился. От его пристального взгляда хотелось прикрыться руками. Едва сдержала порыв, стиснув ладони перед собой. – Миледи Гитэн? – раздалось удивленное рядом. – Здравствуйте, наследник Пакрин, – коротко поклонилась в ответ. – Их двое? – невежливо уставилась Верити на братьев и для верности потыкала в каждого пальцем. – Перестань, – перехватила ее руку. – Госпожа, их, в самом деле, двое? У меня не двоится в глазах? Такие красавчики! – умильно улыбнулась она и сложила руки замком у основания шеи. – Простите мою служанку, – поспешила извиниться. – За кого из них вы собрались замуж? Ваша матушка знает, что есть выбор? – отводя взгляда от красивых парней, продолжала болтать Верити. – Не принимайте ее слова всерьез. Я пришла к Илире. Говорят, назначен день об объявлении, кто станет женой принца. Хотела ее поддержать, – схватила болтушку за руку и попыталась завести за спину, но она сопротивлялась и даже рот приоткрыла от удовольствия. – Я вас провожу, – предложил Ират. – Инсан, – задумчиво произнес Гарольд едва слышно. Я решилась. Шагнула к нему, предоставив Ирату идти вперед. – Эйрин в порядке? – быстро спросила, в тревоге ожидая ответа. Гарольд коротко кивнул. В его взгляде отчетливо читалось беспокойство. Заметив мое отсутствие, Ират остановился и подозрительно уставился на нас. Я поспешила догнать провожающего. В конце концов, ответ я получила, а подробностями со мной вряд ли будут делиться. Пусть с Эйрин мы мало знакомы, но за ее судьбу переживала. – Госпожа, они такие красавцы! – не могла успокоиться Верити, когда возвращались домой. – Хоть того возьми, хоть другого. – Успокойся, – призвала ее к порядку. Ират проводил взглядом Инсан, после разговора с Илирой покинувшую их дом. Служанка громко говорила, размахивала руками, восторгалась красотой братьев и все время твердила о браке. Его задела увиденная им сцена. Инсан свободно разговаривала с Гарольдом. Когда предложил проводить к Илире, она задержалась и перекинулась с братом несколькими фразами. Неужели между ними что-то есть? На Ирата нахлынули воспоминания. Таверна, вино и разгневанная несносная девчонка, обвиняющая Гарольда в том, что он перед ней разделся. После этого они стали настолько близки? Пакрин стиснул кулаки, вонзая ногти в ладони. Ревность холодным лезвием полоснула по сердцу. Ощутимая боль разрасталась, становилась сильней, захватывая каждую частичку тела. Застаревшая ненависть к старшему брату, обласканного отцом, всколыхнулась с новой силой. Инсан проявила внимание к Гарольду. Она встретилась с ним запросто, по-дружески и, кажется, они прекрасно понимали друг друга. Выражение глаз, почти незаметное движение губ, ясно говорило о тихо произнесенных словах. Абсолютно все терзало его сердце! Неужели несносная девчонка проявляет интерес к его старшему брату, рожденному утешительницей? Жестокая мысль с каждым мгновением казалась ему реальной, осязаемой. Она душила его, отбирала остатки разума и ввергала в пучину отчаяния. Если любовь принца к Инсан Ират принимал как должное, то мириться с симпатией к брату он не мог. Пакрин отходил в сторону, почтительно склоняясь перед чувствами друга и суверена, но негодовал на благосклонность к Гарольду. Ревность расцветала в его душе, находя все больше подтверждений в правильности своих наблюдений. Ират сорвался с места и кинулся во дворец. Ему необходимо выпустить накопившееся отчаяние. Лучше он будет биться с соперниками, чем предаваться горестным мыслям. – Ты здесь? – удивился Тэо, увидев друга, разрубающего магическим мечом деревянного болвана. – Мне необходимо выпустить злость на кого-нибудь. Господин Стоик, составите мне компанию? – тяжело дыша, спросил Ират. – Почему не я? – заинтересовался Тэо. –Может втроем. Каждый сам за себя, – предложил телохранитель. Пакрин горько усмехнулся. Он не сомневался, что Стоик будет защищать принца, а значит, ему придется драться против двоих. Лучше не придумаешь! Мечи скрестились. Несколько часов они сражались. Нападали, отражали удары и выкладывались в полную силу. Всем троим нравилось напряжение во время поединка, и никто не собирался уступать. Ират оказался прав, особенно опасные удары Стоик блокировал, но в основном предпочитал предоставлять Тэо защищаться самому. – Дошли слухи о требованиях Симлы, – устало произнес его высочество, когда они решили остановиться и присесть отдохнуть. Ират встревожено взглянул на друга, Стоик отвернулся, надевая на лицо привычную маску безразличия. – Их требования … ужасны, – рвано выдохнул Тэо. – Никогда не соглашусь на них! – Ваше высочество, говорите, – внутренне подобрался Пакрин, ожидая худшего. – Они решили затребовать больше дани? – Симла хочет забрать девушек, участвовавших в отборе и получивших отказ, – обреченно проговорил принц. – Не может быть! – потрясенно воскликнул Ират. – Я очень надеюсь, что все окажется слухом … – Откуда стало известно? – спросил Стоик. – Один из послов обронил фразу на турнире, ее подслушал приставленный к ним слуга. Телохранитель кивнул. Не оставалось сомнений, о случайности речь не шла. Послы намеренно постарались довести до сведения короля о своих требованиях. Значит, милорд Хваин решил извлечь выгоду, подкинув информацию заранее. Интересно, что он задумал? – Боги, – потрясенно качал головой Ират. – Это значит, что Илиру отправят в Симлу. – Не торопись. Я не дам ее в обиду, – положив руку на плечо опечаленного друга, заверил Тэо. – Я понимаю, ваше высочество. Вы никогда не женитесь на Илире. Королевская семья предпочтет выгодную партию. – Я обо всем позабочусь! – с нажимом произнес Тэо. – Вы хотели жениться на Инсан! – вскинув голову, прошептал Пакрин. В его глазах плескалось отчаяние. Принц не остановится, пока не убедит семью в желании видеть супругой миледи Гитэн, а его сестра станет очередной утешительницей в доме чиновника среднего ранга. Что по сравнению с этим недавняя ревность, сжигающая изнутри? Сейчас мир Ирата рухнул, погребя его под развалинами.