Глава 11

Шторм - Леон, сегодня составишь мне компанию? – вопрос друга застал Шторма врасплох. - Не собирался сегодня выходить в город, ваше высочество, - молодой человек ответил вежливо, но непреклонно. - Перестань! – обхватив друга за плечо принц тряхнул его. – Выходные! Можем отдохнуть от учебы. - Я хотел изучить динамику волновых спектров, - объяснил Шторм и показал на свитки, принесенный из библиотеки. - Чертоги богов, - озадаченно произнес его высочество. – Совсем о них забыл. Он подошел к столу и развернул верхний трактат, прочитал несколько строк и недовольно скривился. - Определенно мне требуется отдых! Иначе ни слова не пойму! – Решительно произнес принц и, ухватив друга за плечи, поволок его к выходу. – Не упирайся. Я без тебя не смогу полноценно развлечься. Идем! Обещаю вернуться сегодня пораньше и начать заниматься вместе с тобой. - Ваше высочество, - пытался возразить Шторм, однако его никто не слушал. У ворот Академии наследников они столкнулись с другими студентами, выходящими в город. Многие отправлялись домой, чтобы провести время с семьей, другие, как и предлагал принц, искали развлечений в городе. Декада закончилась, в выходные обычные горожане предавались праздному настроению. - Куда пойдем? – оживленно оглядываясь, спросил принц. - Говорят, появилась новая актриса в таверне на Южной площади, ваше высочество, - с уважением произнес кто-то из студентов. - Неужели? Леон, идем. Надеюсь, будет интересно, - принц потер руки от предвкушения. - Хорошо, - согласился Шторм. - Что-то ты безрадостный, - хлопнув по плечу друга, хохотнул принц. - В любом случае я составлю вам компанию. Молодые маги, не торопясь, направились к Южной площади. Они разглядывали прохожих, обращая особое внимание на молоденьких девиц, которые, смущаясь, хихикали из-за оказанного внимания. Его высочество забавлялся их реакцией и часто подмигивал. Леон получил прозвище Шторм за свой угрюмый и взрывной характер. Окружающие старались держаться на расстоянии и не заводить дружбу. Именно за свой нрав он приглянулся принцу. Легкий, искрящийся характер его высочества резко контрастировал со всегда спокойным и уравновешенным Леоном. Однако они идеально дополняли друг друга. Оба высокие, статные, хорошо сложенные молодые маги привлекали внимание девушек. Форма Академии наследников указывала, что они сыны родовитых семей, а значит, завидные претенденты в мужья. В таверне на Южной площади не нашлось ни одного свободного столика. Сколько его высочество не оглядывался, не смог найти ни одного. - Ваше высочество, я сейчас сообщу о вашем визите хозяину, - сказал Шторм, но был остановлен другом. - Ни в коем случае! Зови меня по имени, - строго приказал принц. - Слушаюсь, господин Тьери, - послушно поклонился Леон. Сын королевской семьи часто просил отбросить формальность во время развлечений. Шторм несколько раз отказывался следовать приказу друга, но в итоге понял необходимость скрывать высокий статус. Узнав, кто перед ним находится, любой горожанин падал ниц и не поднимался, пока молодые люди не уходили прочь. - Не знаете, когда начнется выступление? – спросил принц у мужчины, сидящего за столиком поблизости. - Как обычно. Хозяин ожидает приход принца Хвана, после этого он дает знак начинать, - спокойно ответил собеседник. - Чертоги богов, - пробормотал под нос его высочество. – Только его не хватало. Леон, идем. Найдем место подальше от главной ложи. Шторм бросил быстрый взгляд в сторону задернутой шторы. Действительно, удобно расположенную ложу давно приготовили. Стол накрыт легкими закусками и вазами с фруктами, а сбоку в ожидании замер подавальщик. Укромное место находилось в стороне от любопытных глаз, но из него удобно смотреть представление на полукруглой сцене. Принц Тьери уверенно продвигался вдоль стены за спинами счастливчиков, занявших заранее места за столиками. Шторм не отставал от друга, стараясь не нарушать покой других посетителей. Таких же, как они, желающих посмотреть выступление, но не нашедших себе место, было достаточно. Они либо договаривались и присоединялись к кому-то, либо оставались стоять. Принц Хван вошел в таверну, когда принц Тьери начал терять терпение. Тихие ругательства срывались с его губ, а когда старший брат величественно появился, шумно выдохнул. - Не может обойтись без помпезности, - фыркнул его высочество. - Тише, прошу, - предупредил Шторм. Тьери опомнился и перестал обсуждать поведение брата. Хозяин подбежал к высокому гостю и в угодливом поклоне проводил принца Хвана до ложи. Он торопливо махнул рукой музыкантам, подавая знак о начале представления. Посетители почтительно склоняли головы, когда мимо них проходил наследник королевства, но он не обращал на них внимание. Всеобщее поклонение привычно отпрыскам королевской семьи с рождения. И только вырвавшись на свободу из дворцового этикета они могли позволить себе обычное поведение. Чем с удовольствием пользовался принц Тьери. В Академии наследников ему оказывали почести, но на улицах города он сохранял инкогнито, получая удовольствие от простой жизни. Принц Хван отличался от младшего брата. Он считал обязательным демонстрировать высокий статус и указывать подданым их место. Братья выросли порознь, практически не общаясь. Их забавы и игрушки различались. Если веселый и озорной Тьери предпочитал подвижные игры на свежем воздухе, то молчаливый Хван старался чаще посещать главный зал, где мог видеть венценосного отца. Их воспитатели старались привить прилежание, трудолюбие, почтительность к королевской власти, но и они были поддаными, которые обязаны выполнять приказы принцев. Если Тьери использовал свое положение, чтобы лишний раз убежать из учебного зала, то Хван старался наказывать провинившихся слуг. Его высокомерие и надменность пугали, в то время как улыбающийся младший наследник становился любимцем королевского двора. Братья никогда не соперничали. Принц Тьери с легкостью соглашался с любой претензией принца Хвана, беспрекословно подчиняясь приказам и требованиям. Зачем на чем-то настаивать, если проще уступить и жить дальше свободной жизнью? Лишь став старше, принц Тьери старался не допускать ситуаций, где ему предстояло отказаться от чего-то ценного в пользу старшего брата. - Начинают, - с восторгом прошептал посетитель, сидящий поблизости. - Вы уже видели танцовщицу? – заинтересовался его высочество. - Да-да. Смотрите! Она великолепна! – в глазах мужчины светилось неподдельное восхищение. Шторм облокотился спиной на колону и ждал появления той, ради которой собралось множество зрителей. Тихая и нежная мелодия зазвучала среди гулкого шума. Однако люди сразу замолчали, отложив в сторону еду и напитки. Девушка оказалась невысокого роста, хрупкого сложения. Она ступала босыми ногами по сцене, ее лицо закрывала прозрачная вуаль. Черты лица угадывались, но четко рассмотреть можно только глаза. Изящные кисти рук виднелись из-под длинных рукавов, а тонкую талию опоясывал вышитый цветочным узором пояс. Образ девушки создавал впечатление легкости, воздушности. Первые движения оказались необычные. Она ударила ногой три раза по дощатому помосту и стукнула в ладоши, выбивая ритм. Музыканты сразу подхватили его и заиграли другую мелодию. Звуки поплыли по залу, а танцовщица взяла с подставки кисти в обе руки и запела. Ее слова сочетались с движением танца. Она рассказывала историю не только голосом, но и телом. Взмахи сухих кистей привлекали внимание, отвлекая от самой рассказчицы. Она пела о прекрасном мире, где живут райские птицы, мечтающие спуститься к обычным людям и сделать их счастливыми. Однако, простой человек не понял божественного языка и закрыл вестниц в клетку, наслаждаясь звуками их печальных песен. Шторм не мог сказать в какой момент она начала рисовать. Танец, пение и мазки на холсте сливались в единое действо, повествуя об участи райских птиц. Пернатые с помощью магии танцовщицы слетали с холста и кружились над головами зрителей. Прекрасные создания светились переливчатым светом, взметали волну силы взмахами крыльев. Люди ощущали счастье, частичку которого несли они с собой, и переживали об участи птиц, закрытых в клетках. Кто бы мог сказать, что судьба птах взволнует множество мужчин? Она танцевала, с упоением черпая вдохновение из музыки и внимания зрителей. Ее песня раскрывала душу, дарила тепло, печаль и надежду. Взмахом руки девушка нарисовала смутный силуэт на холсте. Он сошел к ней на сцену, и его белоснежные волосы рассыпались по плечам. Божество, созданное танцовщицей, освободило птиц на картине. Легкокрылые птахи обернулись серебристыми листьями и, медленно кружась, осыпали головы зрителей. Это был подарок актрисы поклонникам. Они могли забрать с собой небольшое напоминание о ее выступлении. Леон и Тьери не остались в стороне. К ним тоже прилетел вестник танцовщицы и упал в протянутую ладонь. - Она … она … - потрясенно выдохнул принц. - Асоль, - едва слышно прошептал Шторм сжимая пальцы. Наконец, он ее нашел. Уличную зазывалу, талантливо рассказывающую красивые сказки. Прошло два года с момента их встречи, но Шторм никогда не забывал вдохновленное лицо девушки, рисующей картины. Он бережно хранил купленные рисунки, и порой подолгу рассматривал их, вспоминая трепет, охвативший его в тот далекий день. Асоль. Она исчезла в один миг, стоило ему отвернуться, но появилась вновь спустя два долгих года, потраченные на ее поиски. - Ничего подобного никогда не видел, - восхищенно проговорил потрясенный принц Тьери. – Я должен с ней познакомиться! - Остановитесь. Принц Хван позвал танцовщицу в свою ложу, - удержал за руку друга Шторм. Затаенная вражда между братьями разгоралась с каждой встречей. Старший наследник старался преподать урок послушания Тьери, но тот отрицал власть над собой. Прийти к нему в ложу, значит доставить неприятности танцовщице, которая может попасть в перепалку между братьями. - Чертоги богов, - от души выругался его высочество. Полупрозрачная занавесь скрывала выражение лиц, но действия легко угадывались. Танцовщица вежливо поклонилась высокому гостю и послушно присела на указанное место. Принц Хван поднес руку, чтобы убрать вуаль, но девушка отодвинулась, не позволив ему совершить задуманное. Мужчина раздраженно убрал руку и потребовал налить ему вина. Асоль подчинилась, совершая плавные движения. Она словно не переставала танцевать, перенеся пластику в обычную жизнь. Леон зачаровано наблюдал за ней, не в силах отвести взгляд. Она сильно изменилась. От озорной уличной зазывалы ничего не осталось. Два года назад девчонка вела себя запросто, говорила просто и предпочитала живые движения. Сейчас она выглядела высокородной миледи, перенявшей грацию и обаяние из крови благородных предков. Глядя на нее, кто мог сказать, что совсем недавно она развлекала прохожих, делая кувырки и сальто? Его высочество смотрел на ухаживания старшего брата и с яростью сжимал кулаки. Он ясно видел, что танцовщица отказывается принимать внимание старшего принца, но тот продолжал упорствовать. Тьери хорошо знал брата, а потому переживал за талантливую актрису, ставшую предметом домогательств. Если она уступит, то превратиться в очередную, бессловесную игрушку во дворце Хвана. Если продолжит упорствовать, закончит в пыточной камере. Старший брат никогда не прощал неповиновения. - Сегодня Асоль не станет ничего исполнять, - со вздохом разочарования поднялся мужчина, сидящий поблизости за столиком. Он печально посмотрел на серебристый лист в своей ладони. – Райскую птицу нельзя закрывать в клетке. Каждый из присутствовавших понял посыл, который хотела донести Асоль, рассказывая об отношении к ней принца Хвана. Но встать на ее защиту никто не в силах. Разве что из чертогов богов спустится на землю божество и разобьет ожидающую клетку для девушки. Тьери отказывался покидать таверну, не отводя взгляда от ложи. Он внимательно следил за братом, опасаясь с его стороны решительных действий. Леон разделял его чувства, но не находил выхода. Посетители постепенно расходились, разочарованные отсутствием продолжения, а старший принц не отпускал Асоль. В конце концов он раздраженно стукнул по столу кулаком и его грозный окрик заставил замолчать посетителей. - Прошу меня простить, ваше высочество, - мелодичный голос прозвучал в полнейшей тишине. – Мне пора уходить. Асоль спокойно поднялась и направилась за кулисы. Леон едва успел удержать друга, подскочившего на месте. Порывистый Тьери хотел последовать за девушкой, попытаться успокоить. - Ваше высочество, остановитесь. Ей достаточно общения с вашим братом. Позвольте ей отдохнуть, - охладил пыл принца Шторм. - Верно. Но каков наглец, - прошипел возмущенно Тьери. Принц Хван некоторое время сидел мрачнее тучи, глядя перед собой. После ухода Асоль полог зацепился и открывал небольшую полосу между штор. Таверну друзья покинули после ухода старшего наследника. По дороге его высочество то восхищался талантливой танцовщицей, то возмущался на поведение брата. Шторм по привычке отмалчивался, лишь иногда прося друга соблюдать осторожность в высказываниях. На следующий день они поторопились на представление, но с огорчением узнали, что Асоль не будет выступать. Учебная декада длилась невыносимо долго. Изучение магии не отвлекало от мыслей о танцовщице, оставшейся один на один с принцем Хваном. Как оказалось, многие учащиеся в академии видели выступления. Вечерами только и говорили, насколько актриса очаровательна. Каждый из наследников горел желанием познакомиться с ней, чем вызывал у Леона неприятное, тянущее в груди чувство. По какой-то иррациональной причине он считал Асоль своей. Он первый ее встретил и обратил внимание. Он первый купил ее картины. А теперь каждый из его знакомых претендовал на ее внимание. Чувство ревности Шторм унимал с трудом. Едва наступили выходные, друзья поторопились в таверну. Отдельная ложа не предназначалась принцу Хвану. Это обстоятельство чрезвычайно обрадовало обоих. Они наслаждались танцем, сказкой о цветах, высаженных влюбленной девушкой. Девушка рассказала о своих чувствах прекрасным растениям и попросила передать ее слова молодому человеку. История любви получилась милой и трогательной, вызвавшей улыбку на губах зрителей. Они не желали уходить, ожидая нового рассказа. Когда Асоль ушла за кулисы, его высочество не выдержал и отправился следом. Шторм последовал за ним. Пришлось преодолеть сопротивление слуг, не позволявших нарушить уединение актрисы. Вызванный переполох заставил выглянуть из комнаты девушку, прислуживающую танцовщице. - Спросите, может ли госпожа Асоль нас принять? – спросил принц Тьери. - Госпожа отдыхает! – попыталась захлопнуть дверь она. - Покажите ей это, - Шторм успел протянуть свернутый рисунок. Некоторое время они стояли в полумраке коридора, ощущая крепкие запахи, скопившиеся в тесном пространстве без окон. Мужчины недобро посматривали на непрошенных гостей, ожидая решения госпожи. - Молодой господин? – выглянула сама Асоль. – Заходите. - Госпожа, ваш рассказ … - воодушевленно начал говорить принц Тьери. - Вы не пришли на наше последнее представление, - словно не слыша, о чем ей говорят, девушка смотрела, не отрываясь, на Леона. - Да. Я его пропустил, - подтвердил Шторм. – Вернулся через два дня, но вы покинули улицу. - Вы знакомы? – удивленно переспросил его высочество. - Рисунки, которые вы посчитали неправильными, нарисовала во время выступления госпожа Асоль, - вежливо ответил Леон. - Я понятия не имел, как они создавались! – покаялся принц. – Но сейчас хочу высказать свое восхищение … - Вы запомнили мое имя, - она улыбнулась и разочарование у Тьери из-за невнимания растаяло. - Вы его громко прокричали, - Шторм невольно улыбнулся в ответ. - Госпожа Асоль! Вы волшебница! Впервые вижу, чтобы Леон улыбался, - обрадовался его высочество. - Позвольте мне представить вам моего друга, - вспомнил о приличиях Шторм. – Это … - Можете меня звать господин Тьери, - перебил друга принц. Асоль кивнула и предложила устроиться на жестких стульях. Комната небольших размеров в задней части служебных помещений таверны едва вмещала двух человек. Сейчас в ней собралось гораздо больше, вызывая неудобство. - В прошлые выходные мы смотрели ваш танец о райских птицах, - заговорил Шторм, не в силах отвести взгляд от знакомого и одновременно незнакомого лица. - Вы говорили о принце Хване? – спросил Тьери. - Мои истории сами приходят. Я никогда не задумываюсь заранее, о чем буду рассказывать. Образ райских птиц возник с первым звуком музыки, - пояснила Асоль. – Не ожидала, что мой рассказ поймут именно так. - Но ваш посыл был услышан. Я пришел, чтобы помочь освободиться, - воодушевленно произнес Тьери. - Действительно? – в удивлении девушка посмотрела на него. – Не нужно бросаться обещаниями. Если станете выступать против его высочества, вас обвинят в предательстве королевской власти. - Госпожа Асоль, права, - хмуро согласился Шторм. - Я обязательно добьюсь для вас свободы, - упрямо повторил его высочество. - Госпожа, пора готовиться к выступлению. Зрители ждут, - напомнила помощница. Она робко вжалась в угол, не решаясь прервать разговор. Однако, хозяин может строго с нее спросить, если актриса не подготовится вовремя. - Хорошо, - легко отозвалась Асоль. Девушка поднялась и попрощалась с посетителями. Она положила руку на рукав Шторма и задержала его. - Рада, что вновь встретилась с вами. Сегодня чудесный день, - взгляд ее глаз, улыбка выражали абсолютное счастье. В истерзанном переживаниями и неоправданной ревностью сердце стало теплее. Шторм глубоко вздохнул, переводя дыхание. Их ожидало еще одно представление. - Ты ее знал! Почему ничего не сказал? – накинулся с вопросами его высочество, когда они возвращались в общий зал. - Я не был уверен. Ее лицо скрывала вуаль. Манера поведения сильно изменилась с того времени, когда мы встретились, - спокойно объяснил Шторм. - Где? Где вы встретились? Почему меня не было рядом? – от нетерпения принц теребил рукав друга. - Она натолкнулась на меня, когда совершала кувырки, зазывая людей на улице посетить их балаган, - не стал скрывал он. - Не может быть! – Тьери казался потрясенным. – Она производит впечатление утонченной женщины с аристократическими корнями. Как хрупкий цветок мог выжить на улице? - Мне показалось, они едва сводили концы с концами. Я купил картины по цене, какую они запросили. - Отдай их мне! – потребовал принц и протянул руку за свитком. - Вы говорили, что они неправильные. – напомнил Леон. - Я ошибался. Они представляют ценность. – нашелся с ответом принц. - Верно. - Заплачу, сколько скажешь! – продолжал настаивать его высочество. - Рисунки дороги воспоминаниями, а их невозможно оценить, - возразил Шторм. – Вы обратили внимание, как обрадовалась госпожа Асоль, увидев полотна? Ей приятны воспоминания о рассказанных историях. Тьери недовольно отвернулся, но долго находиться в плохом настроении не мог. Он оживился при звуках музыки. Асоль начинала танцевать. - Я куплю сегодняшнюю картину, - с вызовом сообщил его высочество другу. Асоль сменила платье и не стала закрывать лицо вуалью. Зрители в восторге зашумели. Редко танцовщица показывалась без завесы. История рассказала о встрече старых друзей, расставшихся когда-то и встретившихся вновь. Молодые люди радовались судьбе, вновь столкнувшей на жизненном пути. Их волнение передавалось зрителям. Фигуры на холсте двигались, словно танцевали. Их одежда и волосы развевалась на ветру, а руки держались в крепком пожатии. Дивный танец Асоль передавал ощущение нереальности и правильности выбора судьбы. Когда танец закончился зрители восхищенно начали аплодировать. Леон и Тьери не стали исключением. Верность и дружба редко встречаются в мире, где каждый борется за выживание. - Хозяин! – подозвал его высочество мужчину. – Я хочу купить картину. - Я спрошу у госпожи Асоль, - с поклоном сообщил тот и поспешил к сцене. Девушка тяжело дышала после танца, но счастливо улыбалась. Хозяин привлек ее внимание и тихо сообщил о покупке. Он указал в сторону молодых людей, и девушка согласно кивнула. Слуги сняли полотно и принесли к столику принца. Удивительно, но лица друзей оказались портретом его высочества и Шторма. Как художница простыми мазками без перехода в тени смогла добиться сходства, осталось загадкой.