Глава 31

Императорский дворец Симлы Благородная госпожа Раон считалась самой красивой и талантливой из женщин императора. Она прогуливалась в обществе двух дворцовых служанок вдоль пруда с золотыми карпами. Девушки подали госпоже мешочек с кормом, и Раон изящным движением руки бросила щепоть. Рыбы, привыкшие к сытному питанию, собрались у помоста, красуясь перед зрителями сверкающими боками. Женская часть дворца находилась вдали от главного, но недалеко от трапезной службы и лекарского отдела. Многие утешительницы из-за однообразия жизни скучали и пытались развлечься с помощью лакомств и разнообразных закусок, либо придумывали недомогания, чтобы привлечь внимание. Кухарки старались выслужиться и готовили необычные, изысканные блюда. Лекари с готовностью отправлялись на обследование мнимых больных. Их служба щедро оплачивалась из императорской казны и самими утешительницами. Раон недавно вошла в запретную часть дворца, а потому предпочитала ежедневные прогулки в красивых парках и садах. Она приходила в оранжерею, где наблюдала за работой садовников, выращивающих редкие или привезенные из дальних мест растения. Интриги, сплетни и прочие принятые развлечения у императорских жен ее не интересовали. Сегодня она отправилась к пруду, где наблюдала за обжорами карпами. Их кутерьма ради кусочка корма развлекала и одновременно вводила в задумчивость. Рыбы находились в заточении, но сытно кормились. Променяли бы они привычную жизнь на свободу? Однако, у них не было выбора, так же, как и у самой Раон. Неожиданно ее отвлекли громкие крики, раздавшиеся со стороны входа из трапезной службы. Благородная госпожа направилась в сторону гама, заинтересовавшись происходящим. - Госпожа, служанки ссорятся, - увидев, что именно заинтересовало Раон, сообщила ее спутница. - Интересно узнать о причинах. Неужели не поделили угощение для хозяек? Они приблизились и увидели неприятную картину. Пять дворцовых служанок из разных служб избивали упавшую на землю девушку. В отличие от других ее лицо прикрывала непрозрачная вуаль. - Как ты посмела прийти во дворец? – раздавались крики. – Уродина! Не смей пятнать императорский дворец своим убогим видом. Думаешь, закрыла лицо, и никто не увидит шрамы? Раон заинтересовано подошла и жестом попросила помощниц поднять пострадавшую. - Благородная госпожа! – от неожиданности дворцовые служанки растерялись, но заученно склонились в приветствии. Подхватив под руки пострадавшую, служанки Раон поставили ее на ноги. - Что здесь происходит? – спокойно спросила любимая супруга императора. – Почему вы били девушку? Служанки опасливо переглянулись, а Раон подала знак снять вуаль с лица. Ее помощницы с готовностью сдернули кусок непрозрачной ткани. Открывшаяся картина ужаснула. Кривая красная полоса пересекала правую половину лица. Затянувшаяся рана рассекала бровь, оттягивала веко в сторону и расходилась паутиной на щеке. - Благородная госпожа, видите, насколько она уродлива? – храбро заговорила одна из девиц. - Мы хотели преподать ей урок, чтобы навсегда покинула дворец и не омрачала взгляды супруг императора. - Откуда ты? Почему на тебе одежда не из дворца? – оставила без ответа высказывания Раон. Избитая девушка молчала. Правая сторона лица наливалась синяком, а в левом уголке губы появилась капелька крови. - Она не из дворцовых служанок, - с претензией пояснила одна из нападавших. – Если бы она подчинялась главной дворцовой даме, мы бы давно добились справедливости и выгнали на задний двор мыть ночные горшки. Говорившая замахнулась и попыталась вновь ударить. Помощница любимой супруги императора перехватила занесенную руку и резким движением завела за спину нападавшей, отчего та вскрикнула от боли. - Идем со мной, - приказала Раон и покинула крикливое общество. Первое правило во дворце – никогда не обсуждать дела с прислугой. Только приказы и строгое повиновение. Всегда следить за расстоянием между положением женщины императора и их подчиненными. Помощницы Раон подхватили под руки пострадавшую и повели следом. Служанки возмущались, обещая вновь расправиться с уродиной, посмевшей оскорбить императорский дворец ужасным видом. - Рассказывай, как ты попала во дворец, - присев за изящный стол из мрамора, приказала Раон. - Я не служу во дворце, - робко произнесла девушка и утерла капельку крови на губе. - Посторонним запрещено входить во дворец, - заметила Раон, ожидая продолжения. - Я служу господину. Он привез меня с собой, - она не поднимала взгляда, сцепив руки. - Кто твой господин? - Господин Гарольд Пакрин. Он заложник из Аграла, - девушка кинула короткий взгляд на любимую супругу императора и вновь потупилась. - Из Аграла, - задумчиво произнесла Раон. Некоторое время она молчала, потом приняла решение. – Я помогу тебе. Она приказала помощницам приготовить необходимые ингредиенты и приступила к любимому занятию. - Я назвала эликсир «Волшебство красоты», - улыбнувшись, сообщила Раон. – Немного наивно, но он действенный. Помощницы закрыли двери, оставили указания никого не впускать, а их госпожа принялась накладывать на лицо девушки мазь, сверкающую на солнечным свете всполохами магии. Эйрин уложили на одну из кушеток, с силой преодолев ее сопротивление. Она отказывалась принимать милость высочайшей особы, но справиться с сильными помощницами, оказавшимися мастерами боевых искусств, не могла. - Сегодня я нанесу эликсир первый раз. Завтра за тобой зайдет одна из моих девушек, чтобы без проблем привести во дворец. Пройдет немного времени и шрам, испортивший тебе жизнь, станет незаметнее, - нанося мазь и втирая ее в кожу, рассказывала Раон. – Есть у меня одна идея, давно хотела приготовить что-то новое. Как раз вместе испытаем. У шрама не останется шансов против моих эликсиров. - Почему вы помогаете, госпожа? – взволнованно спросила Эйрин. - Императором было даровано звание Благородная госпожа Раон, - сурово поправила ее помощница. - Простите! - Я родом из Аграла. Хочу помочь соотечественнице, - просто пояснила любимая супруга императора. Гарольд с тревогой ожидал возвращения Эйрин. Она отправилась в трапезную службу за обедом и долго не возвращалась. Он послал одного из прислужников, но он ничего не смог рассказать, кроме того, что Эйрин забрала короб с едой. Когда Пакрин собирался идти на поиски, девушка вошла во внутренний дворик их небольшого дома, выданного императором для проживания заложника на территории дворца. Эйрин привычно закрывала лицо плотной вуалью, но в руках ничего не несла. - Где ты была? – поспешил ей на встречу Гарольд. – Ты задержалась, я очень волновался. - Ничего не произошло, господин, - отозвалась Эйрин и попыталась пройти мимо. Пакрин ухватил ее за руку, край рукава задрался, и мужчина увидел красное пятно от ушиба. - Что это? Где ударилась? Что с тобой произошло? – он ухватил руку девушки сильней и приподнял ткань. Предплечья на обеих руках выглядели ужасно. Красные пятна с кровоподтеками и ссадинами виднелись на коже. - Кто это сделал? Говори! – разгневанный Гарольд ухватил девушку за плечи и со всей силы тряхнул. Эйрин болезненно вскрикнула, но губу закусила. Много раз служанки перехватывали и избивали. Она терпела, не собираясь жаловаться господину. - Лекаря! – приказал Пакрин прислуге. Один из служащих кинулся исполнять приказание, другие усердней принялись заниматься домашними делами. Солидный мужчина в одеянии дворцового лекаря степенно вошел в покои Пакрина и приступил к осмотру. Он выписал мази, выдал список, необходимых трав для укрепляющего отвара, и вскоре покинул дом заложника. - Если не расскажешь, я не смогу помочь, - печально произнес Гарольд, поглаживая по руке Эйрин. – Можешь представить, насколько тревожусь за тебя. Не надо было брать с собой. - Нет-нет! - Поспешила возразить она. – Я бы ни за что не осталась в Аграле. Мое стремление служить вам! Ей пришлось рассказать об издевательствах дворцовых служанок. Он слушал молча, но его руки сжимались в кулаки. Хотелось крушить тех, кто причинил вред любимой, но Гарольд понимал, законы дворца не позволят самоуправство. Необходимо придумать, как защитить дорогого человека. Несколько дней подряд приходила сдержанного вида девушка, она острым взглядом осматривала скромное жилье заложника, а после уводила Эйрин, не отвечая ни на какие вопросы. Впрочем, Гарольд напрасно переживал. Помощницы благородной госпожи отличались суровым нравом и умением постоять за себя даже с мужчинами воинами. Об этом ему рассказал слуга, охочий до сплетен. За что был выслан из главного дворца императора в дальние покои для служения заложнику из вражеского государства. Впрочем, мужчина обрадовался неожиданно полученной свободе. Молодой маг оказался покладистым хозяином, не придирался к прислуге, не отличался жестокостью и не изводил трудновыполнимыми задачами. Его единственная слабость была девушка, приехавшая с Пакрином из родной страны. По статусу в супруги она не метила, другим не пакостила и все время старалась услужить господину, взяв на себя как можно больше чужой работы. Дворцовые слуги поначалу смотрели с пренебрежением на чужаков, но вскоре встали на их сторону, отбиваясь от нападок местных. Щедрый хозяин благоволил к преданным людям, одаривая деньгами и подарками. За выход в город, передачу посланий и сбор информации можно было неплохо заработать. Конечно, все знали, что Эйрин приходится тяжело за стенами их скромного жилища, но упрямая служанка отказывалась от помощи и всегда стоически выносила побои, никому не жалуясь. Пока хозяин не увидел синяки на руках, никто не торопился рассказывать. Если девчонку все устраивает, зачем вмешиваться? Помощницы благородной госпожи взяли под свою опеку Эйрин. Они сопровождали ее до дворца любимой супруги императора и обратно, по пути заходили в трапезную службу, когда девушка забирала короба с едой. Эйрин пыталась протестовать, отказаться от помощи, считая себя недостойной высочайшего внимания, но Раон не слушала возражения, действуя, как считала необходимым. Во время визитов Эйрин, двери дворца любимой супруги императора закрывались, и любые гости отправлялись прочь. Раон предпочитала прослыть высокомерной, чем давать объяснения. - Пропустите! – в один из дней послышался возмущенный голос императрицы. Ослушаться ее величество никто не посмел. Помощницы отошли в сторону и распахнули высокие двери, пропуская высокую гостью. - Чем занимаешься? Почему закрылась и никого не принимаешь? – возмущенно высказалась императрица. - Простите, не могу правильно приветствовать ваше величество, - повернув голову в сторону гостьи, спокойно произнесла Раон. – Необходимо закончить. Перепуганная Эйрин попыталась вскочить с кушетки и рухнуть на пол, вымаливая о прощении. Чтобы служанка стала причиной неповиновения благородной госпожи, быть такого не может! Однако, императрица заинтересованно взглянула на искореженное шрамом лицо, но не приказала забить до смерти виновницу. - Не дергайся, - Раон шикнула на попытавшуюся вскочить Эйрин. – Иначе труды нескольких дней пойдут впустую. Нельзя прерывать процесс. - Теперь понятно, почему прячешься за закрытыми дверьми, - улыбнулась императрица. – Мне все уши прожужжали любопытные дамы и утешительницы, про твои таинственные занятия. Ты даже не впустила старшую принцессу. Она прошла к столу, где помощницы поставили пузатый чайник на крохотную плиту и на подносе принесли чашки. - Кто она? – спросила императрица, налив себе горячего и ароматного отвара. - Служанка, - просто ответила Раон. – Однажды ей очень не повезло. Бывшая хозяйка продала в дом, где издевались над людьми. Эйрин оказалась одной из жертв. - Император знает? – серьезно спросила ее величество. - Она из Аграла. Ее хозяин заложник. Некоторое время императрица наблюдала за руками Раон, легкими прикосновениями наносящая целебный эликсир. - Не понимаю, зачем тратишь на нее время. Их все равно в итоге убьют. У заложников один конец, - ее величество равнодушно пожала плечами. - Ваша правда, - согласилась любимая супруга императора. – Поначалу хотела испытать новое средство. Оно должно было получиться более эффективным. Лицо Эйрин идеально подходило. А потом … - Раон печально вздохнула, - потом узнала ее историю любви. - Какая разница в кого влюблена служанка? Прекрасный аромат, - императрица сделала глоток и прикрыла глаза от удовольствия. - Перед любовью все равны. Служанка ты или госпожа не имеет значение. Если сердце отдано, а единственное желание всегда находиться вблизи любимого, статус значения не имеет. У любви Эйрин с ее господином осталось совсем мало времени. Почему бы не помочь обреченным? Мне нетрудно, а у них будет немного счастья. Любая женщина хочет испытать волшебное чувство, называемое любовь. Вы должны меня понимать, ваше величество. - Раон, ты всегда умела складно говорить и красиво объяснять сумасбродные поступки. Не зря его величество благоволит к тебе, - хитро улыбнулась императрица. – Ты сообщила ему радостную новость? - Не стала торопиться. Жду подтверждения дворцового лекаря, - ответила Раон. - Правильно. Не спеши. Многим супругам и утешительницам не понравится твой изменившийся статус. - Не о нем беспокоюсь, а о ребенке, - печально вздохнула любимая супруга императора. – В запретном городе слишком много интриг. Раон оттерла руки поданным платком, поднялась на ноги, подошла ближе к гостье и низко поклонилась, сев на пол. - Приветствую, ваше императорское величество! - громко произнесла она. - Формальности соблюдены. Поднимайся! – поторопила императрица. – Расскажи, чем хорош новый эликсир. Помощницы помогли подняться Эйрин с кушетки и незаметно, не привлекая внимание высочайших собеседниц, вывели из дворца. По обыкновению они проводили девушку к дому заложника. Эйрин поразили слова императрицы об их судьбе. Конечно, она понимала риск, с которым они находятся во вражеском государстве, но в глубине души надеялась прожить долгую жизнь рядом с любимым господином. Однако, слова, произнесенные обычным тоном, будто приговорили не только их любовь, но и сами жизни, подрезали надежды. Неужели, благородная госпожа права, и у них осталось немного времени, чтобы быть вместе? - Эйрин, ты сегодня на себя не похожа. Что-то случилось? – Поздним вечером спросил Гарольд, наблюдавший за задумчивой девушкой. - Господин, мы умрем? – подняла полный тревоги взгляд Эйрин. - Обязательно! – развеселился Пакрин. – Никто из этой жизни живым не выбирался. У всех живых существ один конец. - Я спрашиваю о нашем положении заложников. Сегодня благородная госпожа сказала, что у нас осталось совсем немного времени, - в глазах девушки заблестели слезы. - Я бы поспорил с ее утверждением, - стал серьезным Гарольд, - но определенный риск существует. Есть несколько условий, при которых император Симлы может потребовать мою жизнь. Но пока об этом рано говорить. Война идет с переменным успехом, обе армии несут потери, но Симла рассчитывает победить. - Они победят? – опечалилась Эйрин. - Вряд ли. На нашей стороне справедливость и желание стать независимыми. Некоторое время девушка раздумывала над своей судьбой. Ее мысли отчетливо читались на лице. Она сидела боком, левая сторона оставалась прекрасной, а на правой шрам почти разгладился, но багровые полосы остались. Благородная госпожа старалась убрать их, потому каждый день готовила новую порцию эликсира. Гарольд любовался прекрасным лицом. Его не смущали следы от пыток, лишь Эйрин переживала из-за своего вида, потому держалась на расстоянии. Сегодня слова императрицы заставили задуматься. - Господин, - произнесла Эйрин и прикусила губу. - Говори, - отвлекся от чтения Гарольд. Ему представилась возможность осмотреть библиотеку императорского дворца. О многих трудах великих ученых он только слышал. Пакрин использовал возможность, чтобы ознакомиться с ними. - Господин, никак не могу избавиться от мысли о скорой смерти, - медленно заговорила Эйрин. - Ты не умрешь, - твердо произнес Гарольд. – Казнь заложника не влечет за собой смерть его окружения. - Я не хочу жить без вас! – девушка порывисто вскочила на ноги. - Жизнь единственное сокровище в этом мире, которое необходимо ценить. - Вы читаете умные книги, в них рассуждают о благородстве и идеалах, но я простая девушка, у которой единственное желание это любить вас! Если потребуется, я умру вместе с вами! - Знаю, глупенькая, - ласково улыбнулся Гарольд, отчего сердце влюбленной женщины затрепетало. Пакрин подошел к ней и обнял. – Не нужно умирать, лучше живи и радуй меня. Твоя любовь моя высшая награда. - Вы любите меня? – заглянула в глаза Эйрин. - Не могу об этом говорить. Ты снова скажешь, что между нами лежит пропасть. Вспомнишь о мечтах моей матери женить на высокородной девушке. Я множество раз испытывал боль от твоего отказа стать женой. Лучше промолчу, потому что ты прекрасно знаешь ответ. - Господин, - она облизала пересохшие от волнения губы, - если … если я соглашусь … быть вам женой … сегодня … вы откажите? - Сегодня? – в глазах Гарольда сверкнуло неподдельное счастье. – Сегодня и завтра, и всю оставшуюся жизнь я хочу быть только с тобой! - А если у нас нет завтра? - Об этом мы подумаем завтра! – решительно прекратил разговор он. Порывистым движением он накрыл ее губы поцелуем. Гарольд истосковался по любимой, в ожидании согласия. Эйрин беспокоилась о нем больше, чем о себе. До ранения она часто улыбалась, позже почти отчаялась стать счастьем его жизни. Гарольд переживал за нее, испытывал боль, из-за выпавших на ее долю страданий, но никогда уродливый шрам не отталкивал. Можно полюбить за красоту, но, ближе узнавая человека, понимаешь твоя он судьба или нет. Горячие ладони, нетерпеливые поцелуи и срывающееся дыхание заменили им тысячи слов. Язык тел говорил откровенней об их чувствах. Они словно две половинки единого целого, долгое время находившихся порознь, тянулись друг к другу. Сплетая судьбы и понимая, что возврата никогда не будет. С сегодняшнего дня они связаны единою судьбой. Утром Гарольд попросил пришедшую за Эйрин помощницу передать благородной госпоже записку. Девушка окинула внимательным взглядом мужчину и согласилась. Раон прочитала послание и приступила к любимому делу. За несколько лет она узнала много интересного и полезного для восстановления и поддержания женской красоты. Испытывая на себе новые рецепты, она смогла стать самой красивой супругой в императорском дворце. - Эйрин, кажется, ты услышала мои слова и решила использовать шанс быть с любимым, - спокойно произнесла благородная госпожа. - Я … э-э-э … простите, - пролепетала девушка, заливаясь румянцем. - Не извиняйся. Ты правильно поступила. Если бы я набралась храбрости изменить судьбу, сейчас находилась бы в другом месте, - Раон говорила спокойно, но в ее словах чувствовалось сожаление. - Благородная госпожа, как вы попали во дворец? – заинтересовалась Эйрин. - Нельзя задавать вопросы благородной госпоже, - сделала замечание помощница. - Этикет запрещает обращаться первой, но я отвечу. Будем считать, я сама начала разговор, - успокоила Раон. – Я родилась в Аграле. Третья дочь в семье. Первая сестра вышла замуж и уехала с мужем в столицу, вторая ожидала свадьбу, - она ненадолго замолчала, вспоминая события. – Когда мне исполнилось тринадцать, пришло время выплачивать дань. Сборщики постучали в наш дом, требуя третью дочь. Эйрин с тревогой вгляделась в красивое лицо молодой женщины. Ни одну семью не обошло горе со сбором дани. Ее семья простая, потому в каждом поколении кто-то отправлялся в Симлу. - Мои родители предложили брак мальчику, с которым мы вместе росли и играли. Он был старше на три года. По сравнению со мной казался совсем взрослым, - продолжила Раон. - Он согласился? – не удержалась от вопроса Эйрин. Помощница предостерегающе шикнула, требуя выполнять требования этикета. - Он сказал, что я недостаточно красивая, потому не женится на мне. Мы прекрасно проводили вместе время. С каждым годом я влюблялась в него все сильней. Из-за его красоты многие девушки теряли головы. Зеленоглазый весельчак мог кого угодно развеселить. В его обществе любой человек радовался жизни. Проводя с ним много времени, могла ли устоять перед обаянием? Его слова о моей внешности ранили сильнее, чем нежелание помочь избежать дани. С того дня я поклялась стать самой красивой женщиной. - Вы знаете, что с ним случилось дальше? Как он живет? – Эйрин снова позабыла о правилах. - Игл Берл наследник и единственный сын благородного семейства. Наверняка его жизнь удалась. - Наследник Игл Берл? Я знаю его! – потрясенно выдохнула Эйрин. – Они с моим господином лучшие друзья! Раон бросила взгляд на полученную записку. Несколько строк гласили: «Благодарю за намерение сделать нас счастливыми. Угроза скорой смерти подтолкнула Эйрин к решению. Однако, мне бы хотелось, чтобы она стала моей женой с открытым сердцем, не испытывая страха перед будущим».