Глава 9

Талия замерла, пытаясь совладать с чувствами, что потоком хлынули в ее сердце. Пока теплые губы Марка медленно завлекали ее в поцелуй, ладони неторопливо скользнули от самых запястий и вверх по рукам, едва касаясь оглаживая кожу и заставляя невидимые волоски встать дыбом.

Те миллиметры пространства, что еще оставалось между ними, заполнило его напряжение. Талия отчетливо чувствовала с каким трудом Маркус старается подтвердить свои слова, показать делом, что не обидит.

И это чувство было важнее всего. Впервые желание мужчины и потемневший взгляд не казались ей чем-то неприятным или вовсе постыдным. Каждое прикосновение говорило ей, что Марку нужна она вся, без остатка. Без условий, без ожиданий, такой, какая есть. И сердце с готовностью открывалось ему навстречу.

Марк прошелся подушечками пальцев по плечам, скользнул по шее, отчего Талия встрепенулась и едва не сделала шаг назад. Но большие теплые ладони обняли ее щеки, а язык скользнул внутрь рта, едва она сделала вздох.

Талия терялась. Голова шла кругом, а пальцы сами впились в рубаху на мощной груди. Она зажмурилась, что было сил, и робко попыталась ответить на поцелуй, что становился все горячей.

И стоило ей податься навстречу, как Марк тихо рыкнул и, обхватив ее бедра в кольцо рук, приподнял, прижимая к себе и шагая к кровати. Не разорвал поцелуй, отчего не видел дороги, и в следующий же шаг снес бочку с водой, что наполнял для умывания каждое утро.

Она с грохотом отлетела к столу, должно быть перевернулась, затапливая пол, но кому до этого было дело. Марк с осторожностью опустил Талию на кровать, а сам присел у ее ног.

Приподнявшись на локтях, Талия, дышавшая через раз и с полыхающими щеками, наблюдала за тем, как Марк стаскивает с нее сапожки. Пока руки делали свое дело, голодный взгляд его был прикован к Талии. Казалось, Марк даже не моргал, словно боялся упустить ее из вида даже на долю секунды.

И от этого взгляда жар стремительно расползался по телу. А когда пальцы прошлись по голой коже, заползая под край сарафана, Талию захватила предательская дрожь.

И Маркус, что было двинулся к ней, остановился, опираясь одним коленом о кровать.

— Боишься? — тихо спросил он, а Талия почувствовала, как его ладонь крепче сжимается у колена, не желая ее отпускать.

Она лишь мотнула головой, чем Марка совсем не убедила, а потому, сглотнув, тихо призналась:

— Волнуюсь… Вдруг сделаю что-то не так…

Мягкая улыбка, скользнувшая по его губам, смущала. Маркус подцепил край сарафана, обнажая молочную кожу и поцеловал колено, прежде чем выдохнуть:

— Это невозможно, Лия.

Маркус в одно движение подтянулся и приблизился, накрывая Талию своим телом.

— Я приму все, что ты захочешь мне дать.

Теплое дыхание Марка уже не согревало. Она хотела большего, хотела вновь ощутить мягкость его губ, но он подарил лишь мимолетный поцелуй, прежде чем приникнуть к шее.

Талия выгибалась навстречу каждому прикосновению, хваталась за каменные плечи и не узнавала собственного голоса, что рвался из груди. А Марк ее словно дразнил.

Его большие ладони гладили ее тело, но разве достаточно было ощущать их через ткань? Талии этого уж точно уже не хватало, а потому ее пальчики скользнули под край рубахи и с нажимом отгладили упругие мышцы живота и груди.

Дыхание Марка стало тяжелее. Он вскинул на Талию быстрый взгляд, мигнув оранжевой радужкой. А затем потянул на себя, заставляя оседлать его бедра.

Их носы соприкоснулись, губы поймали горячие дыхание друг друга. И Талия первой прикрыла веки, не выдерживая темный тяжелый взгляд напротив. Он слишком ее смущал. А потому она поспешила отдаться робкой ласке, не позволяя Марку неправильно ее понять.

Вначале Талия поцеловала лишь уголок губ, что изогнулись в улыбке, но тут же сместилась, приникая к распахнувшимся ей навстречу губам.

Движения Марка наполнились спешкой. Он с нажимом провел ладонью по спине, а затем стал развязывать шнуровку, которую едва не порвал. Талия чувствовала как ткань ползет вниз, обнажая плечи, и, прежде чем сарафан окончательно спал, она схватила его на груди.

Марк замер, пристально вглядываясь в ее прямой взгляд. Талии казалось, что сердце просто вырвется из груди, так сильно оно билось. Облизнув пересохшие губы, отчего Марк тяжело сглотнул, Талия тихо, но твердо сказала:

— Сперва ты.

Маркус моргнул. Он не сразу понял, смысл слов, но затем легко усмехнулся. Талия ожила, что он быстро расправится со своей рубахой, но волчара лишь поднял вверх руки.

— Поможешь? — шепнул он на ухо, отчего Талия ощутила новую волну мурашек.

Она знала, что отпустит край сарафана, и он тут же спадет, но отказываться от этой провокации не желала. Раз Маркус решил ее немного подразнить, почему бы не ответить ему тем же?

Опустив взгляд, Талия разжала пальцы, позволяя ткани скользить по ее телу. Щеки запылали с новой силой, когда и без того твердые вершинки груди налились еще крепче, стоило воздуху лизнуть нагую кожу. Но она, закусив губу, неторопливо смяла край рубахи пальцами и мучительно медленно потянула ее вверх, постепенно закрывая Марку обзор раздражающей тряпкой.

Судя по нарастающему дыханию, Марк терял последние крохи самообладания. Талия чувствовала это и все же вскрикнула от неожиданности, стоило расправиться с рубахой. Ведь в тот же миг горячий рот накрыл одну из крепких вершинок, а ладони с силой прижали Талию к раскаленному телу.

Невинность ласки исчезла без следа, теперь она была пылающей и страстной, не позволяющей Талии отдышаться. Она не сразу поняла, что ее вновь уложили на спину, но руки сами обхватили влажную спину Марка, притягивая его ближе. Не сразу ощутила себя полностью нагой, а кожа уже плавилась от соприкосновения с сильным телом.

Маркус целовал неистово, выжигая все мысли, а его руки дарили ласку, опускаясь все ниже, пока пальцы не скользнули меж разведенных бедер. Талия ахнула и сжалась, а Марк начал осыпать ее лицо мимолетными поцелуями. Он вновь вернул движениям неспешную мягкость, позволяя привыкнуть к ощущениям, которые Талия получала впервые.

Ее тело пылало, само прижималось к ласкающим рукам. Пульсировало и требовало все больше. Талия смаргивала влагу, что заполняла глаза, и торопливо облизывала губы, не оставляя Марку ни единого шанса. Она обняла его шею руками и прошептала:

— Пожалуйста…

Талия и сама не до конца понимала, о чем просит. Но Марк коротко ее поцеловал и удобнее устроился меж разведенных бедер. Горячая твердость скользнула по нежной коже, и Маркус плавно толкнулся, не принося с собой той ужасающей боли, о которой Талия слышала и ждала.

— Потерпи совсем чуть-чуть… — выдохнул ей в ухо Марк, а Талия улыбнулась, прижимаясь щекой к его щеке.

— Спасибо, что пришел за мной, — едва слышно прошептала она и почувствовала, как расслабляются каменные плечи под ее ладонями.

Маркус толкнулся еще раз, заполняя собой каждый уголок ее тела. И Талия полностью отдалась его рукам, что вновь принялись блуждать, лаская каждый изгиб. Чувствовать единение, тягучий жар и волны удовольствия, что нарастают все сильнее, казалось таким правильным и долгожданным, будто Марка Талия любила всю свою жизнь. И в глазах напротив она видела точно такие же чувства, чувства, что не помещались в груди.

Движения Марка все нарастали, Талия выгнулась, запрокидывая голову и теряясь в собственных ощущениях. Почти отдалась им, как вдруг шею пронзило пульсирующей болью. Талия вскрикнула, слезы навернулись на глаза, но не успели сорваться с ресниц, как тело начало наполняться теплом. А за ним пришла вспышка удовольствия, забравшая утекающее сознание в сладостное небытие.