Глава 41

Он смотрит на меня так, что у меня перехватывает дыхание. Голоден, да. Только голод этот не про еду. Он про меня. Про то, как долго он сдерживал себя. Про то, как я шаг за шагом ломала в нем злость и недоверие. Как поднимала из-под бетонного слоя воспоминаний то, что он давно закопал. Я вижу все это в одном единственном взгляде. И чувствую. Как он замирает, сдерживая рвущуюся наружу потребность. Как напрягается каждый его мускул, когда я касаюсь его руки – едва-едва, почти неощутимо, но и этого хватает, чтобы сойти с ума. Я шумно сглатываю, пытаюсь привести себя в чувство и отворачиваюсь, но Рустам перехватывает меня за подбородок, поворачивает к себе. Сталкиваемся взглядами, плавимся. Я чувствую, как одежда прилипает к влажному телу, а во рту пересыхает от предвкушения. Я слишком давно не чувствовала на себе столько внимания, сколько сейчас. Не то, чтобы я была невзрачной и обделенной мужскими взглядами, но то ли мне не хотелось их замечать, то ли они были другими. Но то, как смотрит на меня Рустам мгновенно порождает во мне ответную реакцию. Раскрепощенную и ни с чем не сравнимую. Я непринужденно откидываю волосы назад, вытягиваю шею, будто призывая его к действию и, облизав губы, спрашиваю: – Нравлюсь? Я чувствую себя соблазнительницей, хотя совсем не уверена, что это правильная тактика. Между нами все слишком зыбко. Он по-прежнему считает, что я предала его, а я, хоть и не боюсь больше, не могу не думать, насколько он опасен и сколько еще я о нем не знаю. Не дождавшись ответа, провожу тонкими пальцами по воротнику кофты, чуть оголяя плечо. Взгляд напротив вспыхивает искрой, а я, точно так же, загораюсь от предвкушения. По телу прокатывается дрожь, а с губ едва не срывается вскрик, когда Рустам, подавшись вперед, подхватывает меня под ягодицы и впечатывает в стену. От неожиданности спирает дыхание, а в голове разливается сизый туман, смазывающий все мысли. Я загораюсь моментально. Стоит только сильным рукам меня обнять, а напористым губам поцеловать, как все сомнения улетучиваются. Рустам стаскивает с меня кофту и отшвыривает ее в сторону. Его взгляд скользит по моей шее, ключице и давно неидеальной оголенной груди. Обычно дома я не ношу бюстгальтер, так что сейчас предстаю перед ним нагишом. И охаю от удовольствия, когда он стискивает полушария руками. То, как мы оба сходим с ума, неправильно. В паре метров от нас спит Матвей и он может проснуться в любой момент, хоть ему это и не свойственно, но мы, как обезумевшие, сгораем в объятиях друг друга. Сейчас это кажется правильным. Он нуждается в моей поддержке, а я – в его уверенности. Поерзав между стеной и им, чувствую, как горячий член упирается мне в промежность. От желания мутнеет перед глазами, с моих губ срывается бесстыжий стон. Я сама не понимаю, как добираюсь руками до его футболки и, потянув за полы, тяну ее вверх. Отбросив ткань в сторону, возвращаю ладони на плечи, скольжу по спине, ласкаю по груди. Под моими пальцами – высеченные словно из камня мышцы, каждую из которых хочется изучить. Рустам скользит губами по щеке, шее, ключице, задевает острый сосок и втягивает его в рот. Несдержанно застонав, закусываю губу, вспоминая, что мы все еще не одни. То, как Рустам на меня реагирует, сводит с ума. И то, как я реагирую на него, заставляет задуматься, что не было никого, хоть на толику близкого по эмоциям. Тесный контакт с ним сносит все ориентиры, сердце в груди стучит набатом, а пульс отбивает чечетку, когда Рустам нарочно толкается бедрами мне в промежность. Между ног давно горячо и мокро. Трусики насквозь пропитаны моей влагой, а сердце тарабанит о грудную клетку, заведенное до предела. – Неудобно здесь, – сухо комментирует Рустам и, подхватив меня на руки, несет на кухню. Она – в паре шагов от гостиной и отсюда мы точно услышим, если Матвей проснется, а он, между тем, не увидит, чем занимаемся мы. От осознания, что произойдет дальше, слегка сносит крышу. Кончики пальцев подрагивают, дыхание сбоит. Рустам плюхает меня задницей на барную стойку, сжав ягодицы, придвигает к себе и упирается вздыбленным членом мне между ног. Ему требуется одно движение, чтобы стащить с меня спортивные штаны. Следом его рука ныряет в ткань трусиков. Я чувствую прикосновение прохладных пальцев к пульсирующей плоти и вздрагиваю. Там безумно влажно и липко. Рустам скользит пальцем вдоль входа, и я едва не вскрикиваю, выгибаясь навстречу. Хочу большего, подаюсь навстречу, схожу с ума от чувств и предвкушений. Столько всего хочется попробовать здесь и сейчас. Я хватаюсь за его плечи, впиваюсь ногтями в кожу, когда он целует мой подбородок, грудь, живот. Замирает, впитывая запах моей кожи, и возвращается обратно. Его пальцы ласкают промежность, а язык толкается между губ. Его движения быстрые и ритмичные, мое дыхание сбитое и прерывистое. Мы летим на огонь и сгораем вместе. Я почти скулю от того, насколько все хорошо и одновременно необузданно, дико, запретно, происходит. В какой-то момент собираюсь свести ноги, но Рустам не позволяет, вклиниваясь между. Он буквально раздвигает мои колени и продолжает толкаться в меня пальцами. Бешено, до бесстыжих влажных звуков и хриплых стонов, которые он запечатывает грубым поцелуем, видимо, чтобы я не перебудила полдома. Я двигаю бедрами ему в унисон, желая получить разрядку, но больше, чтобы он заменил пальцы на член. Хочу почувствовать его в себе, хочу вспомнить каково это заниматься сексом. Я отвечаю на его поцелуй и снова пытаюсь свести колени вместе, потому что всего слишком много. Его дыхание задевает кожу, его губы терзают мои, а пальцы умело доводят до первого за долгое время оргазма. Мы оба бесстыже вспотевшие. Его липкое тело прижимается к моему, и я оставляю поцелуи там, куда могу дотянуться – не щеке, на губах, на подбородке, на шее и не плече. – Покормишь меня? – неожиданно спрашивает Рустам. Я непонимающе хлопаю ресницами, отвлекаюсь от поцелуя и заглядываю ему в глаза, чтобы понять, он шутит или нет, но ничего не могу прочитать на его лице. Там будто бы полный штиль после всего, что я тут испытала. Это… странно и не дает мне покоя. – Ты меня не хочешь? Его взгляд концентрируется на моем лице. Рустам хмурится, поджимает губы, а затем перехватывает мою руку за кисть и прикладывает к своему паху, где я чувствую вздыбленный член. – Если начнем сейчас – до утра не остановимся. А у нас ребенок в соседней комнате спит, – поясняет Рустам и, шумно выдохнув, отходит от меня. – Так что попробуем утолить другой голод.