Глава 23

Леон

Моя малышка с каждым днём становится всё прекрасней и прекрасней. Расцветает как цветок, окружённый любовью. Мои чувства к Клубничке — топливо, которое кормит этот чудесный цветок.

Я думал, любовь — это глупая сказочка, которую придумали для сопливых мелодрам. Я никогда не думал, что помешаюсь на одной женщине настолько дико, что не буду замечать ничего другого вокруг себя. Я отошёл от дел. Забил на поставки оружия. Я не хочу наживать себе ещё больше врагов. Лина — теперь моя. Она рядом со мной. Значит, я должен сделать всё, чтобы ни моей любимой женщине, ни моему малышу не грозила опасность.

Я смотрю на Алину, глядя в окно, как он, сияющая улыбчивая, прогуливается по саду. Она сама как цветок. Самый красивый цветок не только в моём саду, но и во всей бесконечной вселенной. Лина подходит к кустам из пышных нежно-алых роз. Улыбается. Тянется к одному цветку, касается его и вдыхает нежный аромат, опустив ресницы.

Бам!

Сердце в груди прыгает как ненормальное, когда я смотрю на свою любимую bella. Я и сам, как пацан малолетний, начинаю улыбаться. Солнечная девочка, ты даришь мне неземную радость. Ты заставляешь меня улыбаться. Быть мягким. Заботливым. Радоваться каждому новому дню. Ты меняешь меня. Это поразительно! Я не думал, что люди, прожившие половину жизни, закостенелые уже, так сказать, способны измениться. Особенно, криминальные авторитеты.

У меня была единственная цель — зарабатывать деньги и владеть этим миром. Но когда я встретил Лину, нежного ангелочка, я понял, что мне больше ничего не надо. Я наигрался в плохого парня. Я поставил точку в карьере преступника. Я хочу просто… быть счастливым. Денег нам выше головы хватит. Мы можем ещё лет двести жить, ни в чём себе не отказывая.

Я принял решение. Я ухожу от криминальных дел. Навсегда. Я буду заниматься отелями. Буду строить бизнес и зарабатывать честным путём. К тому же дед отпишет нам всё наследство до копеечки. Так что волноваться не стоит.

Я сломал себя и переделал. Ради них. Ради Лины и сына.

А завтра вечером… я сделаю любимой предложение. Мы отправимся на романтический ужин для двоих на берегу моря. Там Клубничка получит своё колечко с редким бриллиантом, который я за бешеные деньги купил на аукционе. Я хлопаю ладонью по карману брюк и чувствую очертания бархатной коробочки внутри кармана.

Дожить бы до завтра! Я весь горю и дёргаюсь от нетерпения, блин! Не могу места найти и сосредоточиться на работе. Представляю выражение личика Лины, когда я встану перед ней на колени и надену на пальчик символ моей вечной любви. Предложу ей носить мою фамилию. Алина Моретти? Звучит!

Но пока это сюрприз. Малышка ведь не знает, что мои намерения к ней слишком серьёзны. От Лины мне нужен не только секс и рождение наследника. Я хочу прожить с Линой каждый миг оставшейся жизни.

Я смотрю на неё, и у меня голова кружится от радости. Эмоции разрывают на части. Лина гладит свой большой животик, срывает розу и вставляет её себе за ушко. Неожиданно, она поднимает голову и замечает меня в окне особняка. Улыбается. Так широко и открыто, как будто я — самое важное в её жизни сокровище.

Какой же у неё большой животик! Время летит чертовски быстро. Наш малыш растёт не по дням, а по часам. Ему уже тесно в мамином животике. Я с нетерпением жду встречи со своим наследником. Он крепкий, сильный, здоровенький. Богатырь? Конечно, ведь он мой. У меня горячая и сильная кровь. Сын будет похож на меня. Он будет моей точной копией. Жёсткий, волевой, целеустремлённый.

Лина дохаживает последние недели. Наш кроха очень скоро увидит свет. В честь этого события я приказал прислуге выдраить дом до идеальной чистоты. Чтобы ни единой пылинки и соринки не было во всём доме!

Маленький Моретти должен расти в идеальных условиях и ни в чём не нуждаться. Месяц назад я также затеял ремонт, восстановив поместье. Теперь оно выглядит, как новенькое, как будто его только вчера построили. Даже лучше. Мы обновили мебель в доме, посадили новые деревья и кустарники в саду. Разумеется, мы обустроили вместе с Клубничкой детскую комнату.

Боги, Лина такая счастливая. Как же трепетно и щепетильно она порхала над созданием уютного гнёздышка для моего наследника.

Клубничка будет хорошей мамой. Самой лучшей. Моей идеальной женой и второй половинкой. Я благодарен судьбе, что она подарила мне Лину. Хоть сначала я относился к ней с подозрением. Думал о ней, как о шлюхе, жаждущей моего бабла. Но я ошибся. К тому же, люди меняются. Я изменился. Теперь я — противоположность того Леона, которого все знали до встречи с моей изумительной bella.

В дверь стучат.

— Войдите, — отвечаю несколько грубо.

Не хочу, чтобы меня отвлекали по пустякам. Любоваться ей хочу. Круглые сутки. Лина… Моя муза. Моё исцеление и фантастическое преображение.

Я не могу оторваться от Клубнички даже на секунду. Она шлёт мне воздушные поцелуи, а я их ловлю и шутливо делаю вид, будто они бьют меня в самое сердце, как стрелы Купидона. Мы хохочем, но меня отвлекает голос служанки. Марии.

— Господин… Я… Я-я-я…

Я оборачиваюсь, собираюсь наорать на назойливую занозу, но замираю. Смотрю, как служанка Мария трясётся и заикается, будто призрака увидела. Сердце внезапно сжимается от плохого предзнаменования. За окном до сих пор звучит звонкий смех малышки.

— Что такое, Мария? — раздражённо выгибаю бровь.

— Я даже не знаю…. к-как вам сказать.

— Говори! Быстрей. Я сейчас занят, а ты отнимаешь у меня моё время.

— Мы заканчиваем генеральную уборку. Расставляем всё по своим местам, как вы и приказали… — топчется на месте, сжимая в руках небольшой предмет, который обёрнут в чёрный пакет.

— Ближе к делу, ну же!

— Я нашла это. В одной из коробок.

Рука Марии трясётся, когда она протягивает мне пакет.

— Что в пакете?

— Телефон, синьор.

— И что я должен с ним делать?

Достаю какой-то старый телефон, едва ли не «кирпич», верчу его между пальцев задумчиво. Но внутри закрадывается нехорошее предчувствие.

— Я нашла это в одной из коробок. Мне кажется, её должны были выбросить. Но перепутали. Там всякий мусор и…

— Не испытывай моё терпение! — я начинаю злиться, потому что не понимаю, на что намекает прислуга. Я не хочу попусту терять время. — Говори, как есть или убирайся!

— Увидев этот телефон, я вспомнила, как синьорита Лина тайком подкинула его в одну из коробок! — выпаливает Мария и выпучивает глаза, словно решилась на предательство или преступление.

— Это просто кусок старого говна! Уверена, что… Лина тут замешана?

Я трясу телефоном и замечаю, как из пакета вниз на пол пикирует чек. Поднимаю его. Чек из магазина нижнего белья. Мы покупали бельё для Лины. Чек из магазина и фирменный пакет. Лина сунула этот телефон в пакет впопыхах и не заметила чек.

Лина прятала телефон? Но зачем?!

— Давно это было?

— Во время ремонта… — Мария съёживается под моим взглядом, как будто находится под дулом пистолета. — Но телефон вот только нашёлся. Случайно. Я только по п-п-п-пакету вспомнила о странном поведении Лины. Тогда значения не придала. Но сейчас вспомнила. Потому что лейбл очень знаменитый…

В начале ремонта? Я вспоминаю состояние Клубнички в то время. Она была чем-то встревожена и пылко поддержала затею с ремонтом. Неужели лишь для того, чтобы под шумок избавиться от улики?

Неужели… в этом есть переписка с тайным любовником или что-то ещё хуже, а?

Я не знаю, что и думать. Телефон в моей руке, словно живая кобра, готовая наброситься и укусить в любой момент. Одно я понимаю точно — телефон не безобиден. Иначе бы Лина не прятала его. Я, сука, ни разу не видел у Лины ЭТОТ телефон!

Я почти трогаюсь головой. В ушах звучит смех Лины. Из звонкого и сладкого он становится зловещим и насмешливым. Я бросаюсь обратно к окну, но в саду пусто. Девчонки нет. Исчезла.

— Дино мне сюда позови! Быстро!

— Ой, да! — Мария подпрыгивает, как стрекоза, и со всех ног мчится из кабинета.

Я сжимаю телефон. Голова кружится. Я теряю пол под ногами. Хватаюсь за стол немеющими пальцами и оседаю на стуле как какой-то мешок с сеном.

Нет, Клубничка… Нет!

Это ведь не то, что я думаю…

Откуда у тебя этот телефон? И почему ты его прятала?

***

— Звали, господин? — кабинет наполняется голосом вошедшего охранника.

— Выясни, что из себя представляет этот телефон! — бросаю пакет начальнику охраны, тот ловко ловит его в воздухе. — Мне нужно, чтобы ты его включил, чтобы ты основательно покопался в карте памяти. Узнай, на какие номера совершались звонки! Распечатай мне тексты сообщений! И так далее. В общем, ты знаешь, что нужно делать. У тебя есть три часа…

— Понял. Узнаем, господин Моретти.

— Иди.

Дино хлопает дверью, а я тянусь к бутылке с виски и делаю несколько глотков прямо из горла, обмякая на кожаном кресле.

Пока рано делать выводы. Буду ждать.

Лина… Шпионка?

Бред же! Бред! Но почему сердце ноет? Почему мне хочется напиться вдрызг?

Я закрываюсь в кабинете и напиваюсь в хлам, не желая видеть никого. Особенно Лину. Я жду Дино с результатами расследования.

Сомнения бьются в моей голове. Лина — шпионка?! Быть этого не может. Она ведь такая чистая… Хрупкая, нежная. Ясная, как солнце. Лина и мухи не способна обидеть. Она любит меня. Невозможно ведь так профессионально играть и обманывать?

Блять!

Зачастую ангельская внешность скрывает в себе натуру дьявола.

В дверь стучат. Дино приносит мне важные распечатки по итогам расследования. На нём нет лица. Он взвинчен, похлеще меня. Я мысленно начинаю читать молитвы, но они вряд ли помогут.

— Вы выпили?

— Да, — тяну я.

— Хорошо. Вам не помешает…

Дино кладёт на стол стопку бумаг, на которых напечатана важная информация с базой номеров и текстами некоторых сообщений.

— Нам удалось почти полностью восстановить историю звонков и тексты сообщений.

— Спасибо.

Я не дышу, а мой пульс не бьётся, когда я беру в руки документы. Читаю и будто куда-то падаю с огромной высоты. Лечу прямиком в ад. В пекло. В болото предательства и безумной злости.

«Порт Равенна…».

«О следующей поставке я сообщу вам скоро».

«Новостей нет сегодня».

«Продолжай следить. Не просерь информацию. На следующей неделе намечается новая поставка. Срочно нужны координаты!»

«Я постараюсь…».

— Можете ещё послушать звонки. Но не всё удалось восстановить. Там обрывки фраз. Но голос… — откашливается, — точно принадлежит Алине.

— Хватит! — с силой бью кулаком по столу. — Сообщений достаточно!

— Это она. Она шпионка, — подтверждает мои лютые страхи Дино, — так вот, оказывается, почему все ваши поставки за полгода стали срываться. Вы много потеряли и средств, и людей.

— Блять!

Я из кожи вон лезу от убийственных ощущений. Будто живьём горю. Сердце болит. Грудь жжёт. Я кладу руку на грудь, с силой её сжимаю, корчась от боли.

Предательница. Моя Лина — предательница.

Больно. До ошизения. До дури! Сердце ломит и кровоточит, колотится на грани инфаркта. От осознания того, что любимый человек предал тебя. Коварно и жестоко.

— Немедленно зови её ко мне. Чего встал! Бегом!

Я трясусь от злости и бешенства. Сейчас я не чувствую себя человеком. Чудовище вернулось. Готовое рвать и убивать. Ломать кости, драть когтями органы врагов и вспарывать их тела. Дино бросается к двери, но я останавливаю его.

— Нет! Я сам. Сам к ней пойду.

Это моя карма, да?

От Лины я никогда не ожидал ножа в спину…

Пиздец! Это грёбаное кино какое-то!

За что, Клубника? Ну, за что ты так со мной?!

Я ведь тебе душу открыл… Я ползал на коленях перед тобой. Сдувал пылинки. Я всё ради тебя делал. Я… изменился. Отказался от прибыльных дел! На бизнес наплевал. Рисковал всем, когда развязал войну с Росси. Готов был себя под пули подставить, когда лгал и инсценировал твою смерть!

А ты… Что же ты наделала?

Ты убила меня. Ты нож мне в самую душу вонзила и разбудила того самого кровожадного монстра. Ты расшевелила ото сна грозное чудовище. Я был уверен, что с твоим появлением оно уснуло навеки.

Я вытолкал из своей души всех демонов, когда в моей чёртовой жизни явился луч надежды. С невинным именем Алина.

Но она же вытянула монстров из темноты. Прольётся кровь…

***

Я врываюсь в спальню Лины без предупреждения, грохая дверью.

— Леон, это ты? — улыбаясь, лживая дрянь застывает посреди комнаты.

Я бросаю мимолётный взгляд на кровать и вижу там детскую одежду. Она раскладывает её на кровати, собирая вещи в роддом. Маленькие носочки, шапочки, кофточки и боди…

Эту одежду мы покупали вместе с ней. Вдвоём. От этого внутри становится ещё больней. У дряни в животе сидит мой ребёнок. Как же хорошо у Лины получается играть роль будущей заботливой мамочки.

Ложь! Ложь! Ложь!

Везде проклятая ложь и боль!

Сука!

Её предательские глаза лживо блестят, когда Лина прижимает к груди маленькие штанишки нежно-голубого цвета. Проклятая лгунья, смотрится, как сама невинность. Отличная игра, дорогая. Ты заслужила Оскар за лучшую актёрскую игру!

Оскар и град из пуль.

— А я тут вещи перестирала и раскладываю их по местам. Думаю, что взять с собой в роддом. И на выписку тоже, — мурлычет, поглаживая ладонью ползунки.

Я трясу головой, сжимая челюсти, прогоняя из мыслей остатки нежности к мерзкой ведьме. Она должна получить своё. Как следует.

Моретти не прощают предателей. Никогда.

— Леон, всё хорошо? Ты выглядишь странно…

Лина смотрит мне в лицо. Видит злость, бешенство. Понимает, что меня колбасит от ярости. Улыбка исчезает с пухлых губы русской дряни. Я делаю шаг вперёд, в горле от эмоций что-то хрипит. Моё тело колотит кошмарной дрожью. Я еле-еле держусь, чтобы не грохнуть Лину на месте. Без разговоров. Прямо здесь и сейчас. Но у неё есть то, что принадлежит мне по праву.

Моё!

Пусть в глаза мне сначала посмотрит своими лживыми и пустыми глазами. Пусть поунижается перед смертью на коленях, как следует.

Нет. Не могу убить. Только не сейчас.

Ребёнок. В ней мой ребёнок.

Я должен его забрать. Потом, только потом, получив наследника, я смогу вершить правосудие.

Лина заплатит за свои грехи и предательство. Она расплатится собственной кровью.

— Что это? — швыряю Лине в ноги шпионский телефон. — Твоя вещичка?

Эмоции на лице Лины меняются, как по щелчку пальцев. Она вмиг бледнеет, зрачки в больших серо-зелёных глазах расширяются, по телу проносятся волны мурашек. Даже волосы на коже встают дыбом.

Да. Она это. Эмоции искренние. На лбу будто написана правда.

— Что, хозяин объявился, а?

— Л-Леон, — Лина садится на кровать, зеленея от потрясения ещё больше, — к-как ты узнал? Откуда?

— Мария нашла это дерьмо среди коробок. Их должны были выкинуть. Но что-то напутали! Перебрали весь хлам. Я восстановил карту памяти и прочитал сообщения, которые ты, блять, отправляла моим конкурентам. Да? Кто они? Чья ты крыса? Имя назови! Хотя, нет. Не хочу знать!

— Я объясню. Я м-могу всё объяснить!

Пухлые губы лгуньи дрожат, Лина лихорадочно машет руками, отрицая обвинения. Но я уже точно знаю, что она — продажная и двуличная крыса. Доказательства налицо. Из-за неё мой бизнес рухнул в говно!

Как я мог так сильно оступиться. Чувствую себя последним лохом.

— Ни черта ты не сможешь! Я всё о тебе знаю, все, слышишь!

Я нервно расхаживаю то в одну сторону, то в другую. Хватаю себя за волосы, дёргаю их от безумия и алкоголя, пульсирующего в висках, выдираю клок волос.

— Дура ты. Херовая из тебя шпионка вышла, Алина! Ты бы хоть карту памяти вытащила! Смыла бы в унитаз! Accidenti!

— Я всё расскажу! Я… Они…

— Плевать мне, что ты там придумаешь опять! Не хочу ничего слышать, — закрываю уши ладонями, рыча и психуя. — Ты мне лучше вот что скажи! Твои чувства ко мне, твои оргазмы, охи и стоны… Это игра? Все это тоже, блять, сраная игра? — хватаю статуэтку со стола и швыряю её в стену.

Всё. Я срываюсь окончательно. Я сую руку в карман и вытаскиваю оттуда пистолет. Вытягиваю руку в сторону, направляю дуло на лживую тварь.

По щекам Лины льются слёзы, она отскакивает от кровати и забивается в угол между стеной и комодом. Обхватывает живот руками, защищает младенца, испуганно таращась на направленное в её сторону оружие.

— Ты… Лина! Т-ты! — пистолет с громыхающим звоном трясётся в моей руке. — Шпионка!

— Леон… Я…

— Твою ж мать! Блять! Только не говори мне, что это не ты? Не ври! Вина доказана! Это ты сливала всю информацию о сделках! Из-за тебя я многое потерял! В том числе и своих людей, которые были убиты во время нападения врагов!

— П-прости, Леон. Прости! Я н-не хотела… Я не думала, что всё зайдёт так далеко…

Я смотрю на неё и не могу нажать на курок. Несчастная, зарёванная и безумно красивая. Я понял, почему не могу от неё оторваться, почему щажу и пляшу под её дудку. Она ведьма. Околдовала. Навеяла на меня дьявольский приворот и привязала на всю оставшуюся грёбаную жизнь. Как раба своего вечного.

— Ведьма! Родишь моего наследника и будешь отвечать за свои поступки! За предательство и ложь чёртову! Поняла?!

Я быстро прячу пистолет обратно в штаны. Почти плюю через левое плечо. Надо валить и запереть себя за тремя замками, пока не сорвался окончательно и не вышиб стерве мозги, навредив ребёнку.

Поворачиваюсь к ней спиной, делаю шаг к двери. Уйти. Прямо сейчас. Чтобы глупостей не наделать в порывах гнева. Надо подумать. Всё хорошо переварить, взвесить. Отоспаться.

Я просто сейчас стараюсь найти хоть какую-то ниточку, хоть за что-то ухватиться, чтобы распутать змеиный клубок интриг. В глубине души мечтаю найти шанс, хоть крошечную надежду на то, что я ошибаюсь. Бредово фантазирую, будто это Фелиция подбросила Лине телефон, с которого она сама шпионила за мной. Я так сильно хочу, чтобы Фелиция была на самом деле шестёркой, а не моя сладкая и любимая мною до ошизения Клубничка.

Шанс. Один крошечный шанс на то, что Лина невиновата.

Но его нет.

Какой к херам подумать?! Какой шанс?

Именно голос Лины звучал в том долбанном телефоне. Её имя светилось в сообщениях, написанных на русском языке.

Она крыса. Моя bella, мать моего сына, любимая женщина, которой я собирался сделать предложение… Лина — подсадная утка врагов!

Блять. Не верится. Просто не верится вот вообще.

— А-а-а-а…

Внезапно меня тормозит криком Лины. Мороз бьёт по телу, как кнут.

Я резко оборачиваюсь, распахивая глаза. Лина трясётся на полу, скрючившись в позе эмбриона. Я забываю обо всём на свете, бросаюсь к ней на каких-то рефлексах. Сатанея от страха, вижу, что домашнее платье Лины намокло. На полу вода. Вода течёт по её ногам. Лина дрожит и жадно хватает ртом воздух, утопая в обильных слезах.

— Что? Что это такое? — падаю на колени, подтягиваю девчонку к себе.

Она начинает трястись ещё сильнее и жалобно стонет. Ей больно!

— Л-е-о-о-н! Живот. Б-болит! У меня… Я рожаю! А-а-х! — сворачивается пополам. — Я, кажется, рожаю!

— Дино! — верещу во всё горло. — Срочно звони в скорую!