Часть 3. Обреченные любить

Выбрав наиболее удобное место на веранде второго этажа, я присела за стол с Нидарой и только тогда заметила Шимо и брата служанки. Двое стражников тоже заметили нас, косились, но не подходили – просто стояли в углу веранды и смотрели, как стража вошла в дом для обыска и уже начала выносить улики и описывать имущество.

Видимо, пришли проконтролировать.

Лучше бы Шимо отправился с принцем и его отрядом. Он же должен его охранять. Что этот лентяй делает в городе?

Я мазнула неприязненным взглядом по главе тайной стражи и обернулась к подошедшему подавальщику. Заказав завтрак на двоих, я снова уставилась вниз. Солнце уже начало припекать, и на веранде становилось душно, но я не собиралась уходить, пока не увижу, как стражи закончат.

Так уж получилось, что бывшие родственники Нидары занимались контрабандой. Бесчестные люди бесчестны во всем.

– Госпожа, – подала голос служанка, когда я уже практически закончила с завтраком, а стражники вот-вот должны были закончить с изъятием. Она сидела напряженная, почти не прикасаясь к еде. – Что теперь с ними будет?

– По закону, стража, получив донос, должна его проверить. Если он оказывается правдой, то они все фиксируют, и дело передается в управу. Там чиновники разбирают его, назначая наказание. За контрабанду многих запрещенных товаров всю семью отправят на каторгу. – Я покосилась на служанку. – Или ты хочешь их смерти?

– И дочь? – голос Нидары дрогнул.

– И ее, – подтвердила я. – Наверняка она знала о делах родителей, но не доложила. Вряд ли сможет доказать, что не при чем. Если бы дочь вышла замуж в другую семью или была бы отдана в обучение, как ты, был бы шанс избежать участи, а так – увы.

– А меня точно не заберут? – девушка подняла на меня глаза, и в них читалась плохо скрываемая тревога. Служанка явно не спала прошлой ночью – под глазами залегли тени.

– Конечно. Ты принадлежишь дому Вейлин.

Немного помолчав, Нидара все же решилась на новый вопрос:

– А что, если они смогут избежать наказания?

– Как же им это удастся? Дело будет громкое, деньги семьи уйдут на штрафы и компенсации обманутым торговцам. Да и я проконтролирую, чтобы чиновники были полностью беспристрастны. Все будет так, как ты хочешь.

– Благодарю, госпожа. Вы очень добры, – склонила голову служанка, но в ее голосе все еще слышалась неуверенность.

А я сочувственно вздохнула.

Сегодня для Нидары волнительный день. Даже половину завтрака не осилила – так и сидела, ковыряя вилкой остывший омлет.

– Ты плохо ешь. Следишь за фигурой? Может, хочешь выйти замуж? – я хитро покосилась на девушку, желая ее растормошить и хоть немного отвлечь от тяжелых мыслей.

– Я не выйду замуж, я буду прислуживать вам, – ответила Нидара, и в ее голосе прозвучала такая непоколебимая твердость, что я невольно удивилась.

– Зачем ты так… – начала я, но меня прервал брат девушки.

Страж подошел, склонившись в поклоне. Он был похож на Нидару – те же темные глаза, та же сдержанность в движениях.

– Госпожа, простите за дерзость. Могу ли я поговорить с вашей служанкой?

Я вопросительно посмотрела на девушку.

Нидара замешкалась, но потом кивнула, встала и направилась в глубь едальни, где было тише и где их никто не мог услышать. А я откинулась на спинку стула, потягивая уже остывший чай, и рассеянно наблюдала, как стража заканчивает работу внизу.

Неважно, что происходило, – жизнь текла своим чередом. Где-то вдалеке кричали торговцы, звенела посуда на кухне едальни, однако я почти не замечала этих звуков – все мысли были заняты предстоящими делами.

– Госпожа довольна результатом? – раздался голос Шимо. Он появился так тихо, что я даже не услышала шагов.

Я покосилась на стража и помолчала, раздумывая, отвечать или нет. Подошел ко мне поговорить?

С одной стороны, мужчина не виноват в том, чего еще не совершил, с другой – я знала, на что он способен. И не могла забыть того, что он мне сделал. Но Шимо мстил за принца, и это я принять могла – по крайней мере, сейчас его мотивы из прошлой жизни были мне понятны.

– Вы хорошо поработали, – все же ответила я нейтрально.

– Я не нравлюсь госпоже? – мужчина слегка улыбнулся, но улыбка не задела его глаз, и я поняла, что вопрос был риторическим. Шимо все прекрасно понял.

– Не нравишься, – не стала я скрывать.

– Я чем-то провинился?

– Нет. Однако… – я прямо взглянула мужчине в глаза. – Почему ты не отправился вместе с ним? Ты же должен его охранять, разве нет?

Шимо понял, о ком речь, и теперь улыбнулся уже по-настоящему. Тепло, немного ехидно.

– Я всего лишь подчиненный и следую приказам, – смиренно промолвил мужчина.

Я встала, поправила платье и взглянула в темные глаза стража. В них, как всегда, было трудно что-то прочесть – словно смотришь в глубокий колодец.

– Неужели? – усмехнулась я и, не желая продолжать разговор, направилась оплачивать наш завтрак.

Подожду служанку на улице. У меня есть еще дела и покупки на сегодня. События развиваются быстрее, чем я думала, и более неожиданно из-за моего вмешательства в судьбу. Надо быть предельно внимательной и осторожной.

Я вышла на солнце, прищурилась и глубоко вдохнула. Самая важная часть партии началась.

Нидара Раур

Мы с братом остановились с другой стороны веранды, подальше от нашего столика с госпожой. Внизу, привлеченные обысками, уже собирался народ, но здесь, наверху, пока еще было тихо и почти безлюдно. Я перевела взгляд на брата, с удивлением отметив, как он вырос. Возмужал, стал увереннее, шире в плечах. Служит в отряде тайной стражи – неплохая должность, дающая вес и защиту.

– Нидара, ты хочешь уйти от госпожи Вейлин? – спросил он, и я услышала в его голосе надежду. – Я копил деньги…

– Нет, – отрезала я, даже не дав собеседнику закончить.

– Но ты полностью зависишь от нее, – брат сжал кулаки, и в его глазах застыло искреннее непонимание. Как можно добровольно оставаться в услужении, когда есть шанс на свободу?

– А ты не зависишь от своих командиров? – усмехнулась я горько. – Рисков у тебя намного больше.

– Ты женщина… – начал было он, но я снова перебила.

– В этом разговоре нет смысла. Тебе не выкупить меня. И я этого не хочу.

– Что? Как ты можешь?.. – в голосе Вайроса прорезалась обида.

Брат не понимал, почему я отказываюсь от его помощи, но готова принять ее от Вейлин.

– Как я могу? – я прищурилась и зашипела, чувствуя, как внутри поднимается давно сдерживаемая горечь. – Ты ушел на службу, когда я еще и подростком не стала. Знаешь, сколько издевательств, грубости и унижения я вытерпела после этого? Пока ты пытался подняться, я опускалась все ниже. Родной дом, который должен был быть защитой, стал для меня адом. А едва я достигла возраста обучения, меня сразу отправили в школу. Владелице этого заведения платили за то, что я жила хуже остальных, чтобы мой долг за обучение рос быстрее, чем у других. А перед выпуском меня подставили – так, чтобы я не смогла получить хорошее место и ушла в отказники. Знаешь, что бывает с такими людьми?

Я смотрела на брата и видела, как он побледнел. Глаза его расширились, на лице застыл ужас. Он не знал. Он ничего из этого не знал. А я не хотела рассказывать ему. Толку от этого все равно нет – он будет мучиться, корить себя, а прошлое не изменить.

– Сумма просто огромная, – продолжила я уже тише, и голос дрогнул. – Мы оба и за всю жизнь столько не скопим. Я уже приготовилась к смерти – или к тому, что хуже, к дому развлечений. А потом появилась госпожа. Она выкупила мои долги. Я живу в поместье Вейлин. У меня есть крыша над головой и еда – лучше, чем в отчем доме могло бы быть. Защита. Мое положение выше, чем у многих. Знаешь ли ты, как много это значит в нашем мире?

– А знаешь ли ты, что у всего есть цена? – резко спросил брат, и голос его стал жестче. – Против дома Вейлин всегда интриговали, и сейчас не исключение. Быть подле наследницы – это рисковать жизнью каждый день. Ее охрана защитит тебя, как получится.

Я усмехнулась, но в усмешке не было веселья. Только усталость.

– И что? – я посмотрела Вайросу прямо в глаза. – Я так долго боялась смерти, что под конец начала молиться, чтобы умереть. Это не то, чем меня можно испугать. Ты каждый день рискуешь своей жизнью, не имея и половины того, что сейчас есть у меня. А госпожа… – я запнулась на мгновение, подбирая слова. – Она хорошая. Да, я ее служанка, но ко мне впервые за очень долгое время относятся как к человеку. Видимо, тебе не понять ценность этого. Единственное, что госпожа просит взамен, – это преданность. И я буду предана. Больше не приходи ко мне с такими разговорами. Живи счастливо.

Я развернулась и пошла прочь. Спиной чувствовала тяжелый взгляд брата – он был недоволен ни нашей беседой, ни ее итогами, но останавливать не стал. Это был непростой разговор, но, наверное, он должен был состояться. Зато теперь я могу подвести черту и оставить прошлое позади. А это уже немало.

Шимо

Вайрос вернулся ко мне в подавленном состоянии – плечи опущены, взгляд потухший, будто он не разговор с сестрой вел, а битву проиграл. Я лишь вздохнул, отворачиваясь к перилам веранды. Внизу народ уже начал расходиться, обыски уже завершены, а солнце поднималось все выше, припекая затылок.

– Говорил же, что толку от разговора не будет, – произнес я негромко. – Вейлин заплатила за твою сестру огромные деньги. Как планируешь ей отдавать?

– Я не знал, что школа, где училась сестра, плохо к ней относилась и специально увеличивала долг, – ответил Вайрос, и в голосе его слышалась глухая злость – не на меня, на себя, на прошлое, которое не исправить.

Я повернулся к нему. Парень стоял, сжав челюсти, и я видел, как он пытается переварить услышанное от сестры.

– С этим мы разберемся, – сказал я твердо. – А тебе пора отпустить сестру. Сейчас ее жизнь лучше, чем могла бы быть.

– Сиэль Вейлин может тоже плохо к ней относиться, – уперся Вайрос. В его глазах горело упрямство, смешанное с отчаянием.

– Она не из таких людей, – ответил я. – По крайней мере, будем на это надеяться. На род Вейлин может повлиять только императорский дом, а они на многое закроют глаза.

– Может, принц… – начал было Вайрос, но я сразу перебил его.

– Тут точно нет. Он будет на стороне наследницы. Даже если она империю утопит в крови.

Я посмотрел на госпожу, стоящую внизу, на улице, к которой как раз подходила служанка.

Раньше, когда мы жили на границе, я не понимал, почему Рейнар не обращает внимания на девушек. Подозревал, что у него уже есть возлюбленная, но кого он мог встретить в тех неблагополучных землях? Знакомство с Вейлин все расставило на свои места, хоть и вышло неожиданным. Непростая девушка. Свет нашего принца.

– Они вместе… – опешил Вайрос, и, бросив взгляд, я увидел, как его лицо вытянулось от изумления.

– Молчи, – приказал я тихо, но весомо. – Это не наше дело. Если тебе от этого станет легче, можешь присматривать за сестрой, но толку от этого мало. Смирись.

Страж поджал губы, коротко кивнул и, не оборачиваясь, направился к остальному отряду. Я же проводил его взглядом и покачал головой. Молодость… Упрямство, боль, неумение отпускать. Все это я когда-то проходил сам.

Я оперся руками о перила и выдохнул.

Страже предстоит непростая задача – сберечь Вейлин. А то принц нам всем головы пооткручивает. Характер у наследницы непростой, с этим не поспоришь, но зато есть голова на плечах и сердце. Все должно быть хорошо.

Сиель Вейлин

Приглашение во дворец я ожидала, но не так быстро. Увидев его на столе во время завтрака, я растерялась. Конверт с императорской печатью выглядел внушительно – красивая бумага, золотой сургуч, вензеля.

Вскинув на отца глаза, я уточнила:

– Когда?

– Сегодня, – ответил батюшка, пригубив чай и задумчиво меня взирая. Его взгляд был спокойным, но я чувствовала, что что-то не так.

– Ты пойдешь один? – уточнила я, накладывая себе кашу в тарелку.

– Приглашение только для тебя. Служанку брать не разрешено.

– Оу…

Я снова перевела взгляд на конверт и вздохнула. Это нужно было еще обдумать. Императрица вызывала меня одну, без сопровождения. Неспроста это, но отказаться нельзя.

– Сиэль, ты ничего не хочешь сказать своему отцу?

Я ничего не хотела ему говорить. Но было заметно, что такого ответа родитель не примет.

– Что тебя смущает? – решила сначала узнать, насколько обеспокоен батюшка.

– Ты приезжаешь с учебы, берешься за ведение дел рода, хотя раньше к ним внимания не проявляла. Ты совершаешь необъяснимые поступки, которые влекут за собой слухи по всему городу, сотрудничаешь с Ханом. Моя дочь встревожена, насторожена и недоверчива, – родитель перечислил все это быстро и четко, будто давно уже все для себя отметил. – Что происходит?

Я отложила ложку. Сердце забилось быстрее, но я взяла себя в руки. Отец заслуживал правды. Хотя бы части.

– Что, если я скажу: дом Вейлин хотят захватить и через него добраться до императорской семьи?

В комнате повисла тишина. Только и было слышно, как за окном чирикают птички.

– Почему ты так решила? – наконец спросил отец, и я заметила, как его пальцы сжали чашку чуть крепче.

– Потому, – пробормотала я, отводя взгляд.

– Очень глубокий ответ, – вздохнул родитель, с иронией на меня посмотрев, но расспрашивать об источниках моих сведений не стал. – Ладно, как они хотят захватить дом Вейлин?

Я помолчала, стараясь подобрать слова:

– Сначала увлечь меня и следом сделать предложение о браке. Когда у меня появится муж, он избавится от моего отца. Тогда я буду убита горем, и супруг проявит сочувствие, подставит плечо, поможет освоиться в делах, незаметно, по кусочку, отбирая на себя управление родом все больше и больше. Когда ключевыми моментами будет заведовать супруг, а я решать лишь постоянно возникающие проблемы, которых раньше почему-то не было, то начнут избавляться от императорской семьи и меня. В этом злодею поможет мой муж, который будет контролировать финансовую мощь рода.

– Кто? – только и спросил родитель.

Я подняла глаза на отца. Странно… Он не усомнился в моих словах? Ни тени недоверия, только холодный, деловой вопрос.

– Лиран Ройк.

– Кто это? – нахмурившись, спросил отец. Его брови сошлись на переносице, и я поняла – он напряженно перебирает в памяти фамилии.

– Наследник древнего рода, но малоизвестного, находящегося на грани банкротства. Они занимаются травами.

– Что он может сделать?

– Многое. Не стоит недооценивать людей. Главное – не то, кем он был, а кем может стать. Тем более Ройку нечего терять, уговорить его на такое дело легко. А риски минимальны.

– Но почему именно он? – недоумевал отец, и я слышала в его голосе искреннее замешательство.

– Этот мужчина невероятно красив, обходителен и умеет очаровывать женщин, – призналась я.

– Он тебе нравится? – чуть прищурился родитель.

– Нет! – отрезала я, чуть поведя плечами.

Даже в прошлой жизни обаяния этого мужчины надолго не хватило. Может, он подозревал это, потому и настаивал на скорой свадьбе. Но уже до гибели отца мы спали в разных комнатах, и муж меня интересовал больше как друг.

Сейчас я не могла не задаваться вопросом: может, именно это ускорило гибель отца? Не уйди он тогда, я могла бы и расторгнуть союз, если брак не с драконом – это возможно при особых обстоятельствах. С деньгами моего рода подобное легко было бы устроить.

Но отец умер. Я была погружена в свое горе, а муж поддерживал. Потом были проблемы с делами рода – и он снова поддерживал. Будучи благодарной, что супруг не оставил меня в трудные минуты жизни, я бы уже не покинула его. Однако надобность во мне отпала.

– Сиэль, какие у тебя отношения со вторым принцем? – неожиданно спросил родитель, и я вздрогнула от неожиданности.

– Никаких, – честно ответила я, взглянув отцу прямо в глаза. И увидела там сомнение. – Какие у нас могут быть отношения, когда я совсем недавно вернулась из обители в глуши?

– Все может быть, – родитель откинулся на спинку стула. – Переписка с Ройком же была? Надеюсь, там ничего такого?

– Откуда знаешь, что была?

– Сейчас вспомнил фамилию, ты спрашивала про скидку на травы для него. Скорее даже просила. Видимо, все же попала под очарование? Да и второго принца ты выделяешь. Неужели моя дочь – коварная красавица, которая вертит несколькими мужчинами?

Я приоткрыла рот от удивления. Конечно, я симпатичная и интересная, но роковая красавица… Это было так нелепо, что я растерялась.

– Даже не буду спрашивать, откуда у тебя познания о том, какими должны быть роковые женщины, – пробормотала я, все еще не отойдя от удивления.

– Не переводи на меня тему, – усмехнулся батюшка и приступил к завтраку.

Я смотрела на этого умудренного опытом мужчину и не могла понять его поведения. Я только что сказала ему, что наш род хотят захватить, а его убить, а у этого мужчины улучшилось настроение. Где логика?

– Отвечая на твой вопрос: я не роковая женщина, – пояснила я, по просьбе отца возвращаясь к прежней теме. – И не кручу несколькими мужчинами. Вообще ни одним не кручу. Как ты понимаешь из ранее сказанного, мне не до того. Однако почему же ты так спокоен?

– Ну, что-то подобное я предполагал… – родитель пожал плечами, будто речь шла о погоде.

– А? – я обалдела от этих слов и чуть не поперхнулась чаем.

Отец вздохнул и поставил чашку на стол, глядя на меня уже серьезно.

– Сиэль, род Вейлин уже не одно поколение удерживает монополию. Наш род знатен и богат. Императорскую семью это устраивает. Да, у нас большая власть, но мы долго преданы трону. Это стабильность. Если нас сместить, неизвестно, кто придет на это место. Если раздробить морские поставки, а они самые важные, по разным родам, то ничто не мешает создать тайную коалицию. А с одним человеком договориться всегда проще, как и найти его слабости.

– Я это все знаю, – отмахнулась от слов отца и тоже принялась за уже остывшую кашу.

– Любой род всегда уязвим в момент наследования. У нас по времени оно совпадает с императорской семьей. Не точно, но примерно, поэтому и появилась такая возможность. Как ты понимаешь, разрушить род Вейлин не так просто. Даже его величество не сможет, при всем желании. А если не можешь уничтожить – возглавь.

– Пока не улавливаю, к чему ты ведешь? – я посмотрела на отца, стараясь понять ход его мыслей.

– К тому, что с нами всегда хотят заключить брак по расчету. Получить выгоду или, при удаче, отобрать. Не ты первая такая, кого пробуют увлечь. А вот использовать наш род для свержения императорской семьи – этого давно не было.

– И ты позволишь мне заключить подобный брак? – насторожилась я.

– Я позволю тебе выбрать мужа по вкусу. Лишь бы ты была счастлива. Скоро на мою дочь откроется настоящая охота, когда мужчины столицы опомнятся. Просто мало времени прошло с твоего возвращения. Ты же не думаешь, что я просто так отправил тебя в глушь учиться?

Я замерла. С такой точки зрения я на это не смотрела. Выходит, отец укрывал меня все это время?

– И я не позволю императрице давить на тебя, – добавил родитель, и в голосе его послышался стальной оттенок.

– О чем ты? – напряглась я, чувствуя, как внутри закипает тревога.

– Императорскому дому выгоден союз с родом Вейлин. Для них будет прекрасным вариантом, если один из принцев войдет в нашу семью. Поэтому императрица будет приглашать тебя во дворец, поэтому закрывает глаза на слухи, которые ты провоцируешь.

– Ты не хочешь, чтобы я вышла замуж за принца? – уточнила я, хотя ответ уже знала.

– Нет. По крайней мере до того, как источник не выберет императора. Ты не представляешь, что такое интриги во дворце. Козни против рода Вейлин даже рядом не стояли. А что императорская семья может предложить взамен тому, что ты подвергаешься такой большой опасности? Кроме еще большей власти? Ничего. А власти у нас и своей хватает. Я не хочу такой жизни для своей дочери.

Пока отец говорил, я не могла сдержать улыбки. Кто бы мог подумать, что принц в роли зятя не окажется достаточно хорош для родителя? Но свой выбор я уже сделала. Просто нужно подождать, пока источник выберет императора, и потом обручиться с Рейнаром, если я ему нравлюсь. Императором все равно будет не он.

– Все будет хорошо, папочка. Не сомневайся, – заверила я, закончив завтрак.

Я встала из-за стола и подошла к отцу, коснувшись его плеча. Он накрыл мою ладонь своей – тепло, надежно, породному.

Во дворец пора. Нельзя заставлять ее величество ждать.

* * *

Все-таки дворец был завораживающе красив. Большое, монументальное и в то же время изящное творение – белый камень, золотые узоры на фасадах, резьба, выполненная по камню. Я задержалась на мгновение, разглядывая одну из фресок, и поймала себя на мысли, что не представляю, как можно здесь жить, несмотря на всю красоту, и называть это место домом. Наше поместье в разы меньше и гораздо уютнее, но принцы и сам император, наверное, не знают иной жизни.

Я прогуливалась по саду у внешнего двора, ожидая слугу, который проводит меня к императрице. Вокруг цвели кусты, в воздухе стоял тяжелый цветочный запах, но я почти не замечала его – мысли были заняты предстоящим разговором. Однако неожиданно вместо слуги я дождалась совсем другого человека.

– Госпожа, приветствую. Случай снова столкнул нас. Я рад этому.

Обернувшись, я увидела Ройка, стоящего на дорожке в нескольких метрах от меня, и по его довольной физиономии было ясно – это не случай, он выследил меня. Что ж, ожидаемо.

– Приветствую, – кивнула сухо. – Во дворце всегда много народу, неудивительно, что мы встретились.

– Госпожа всегда так прямолинейна в своих ответах, – мужчина сделал шаг ближе. – Недоступность в женщине очень привлекательна.

– Доверюсь вашему богатому опыту, – натянуто улыбнулась я. – Однако не стоит принимать мою честность за флирт. Просто порой ваша прямолинейность ставит меня в тупик.

– Вы это так воспринимаете? – Ройк склонил голову, разглядывая меня с тем же навязчивым интересом. – Я вас смущаю?

– Признаться, да, – ответила спокойно, с легкой иронией. – Вы очень привлекательный мужчина, который может играть с женскими сердцами. Но не со всеми.

И я посмотрела Ройку прямо в глаза, намекая, что он мне не интересен.

Мужчина широко улыбнулся, но я видела – он растерян, так как не ожидал от меня столь решительного отпора. Не привык к такому.

– Значит, считаете меня красивым? Благодарю за честность. Тогда и я буду честен с вами: вы мне нравитесь.

Вот жеж, признался. Предсказуемый ход. Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Несмотря на то, что вы очень обаятельны, ответной симпатии я к вам не испытываю, – продолжила я держать оборону. – Прошу меня извинить.

– Все в порядке, – Ройк пожал плечами все с той же самоуверенностью, будто мои слова были пустым звуком. Не были, просто отказ ему не выгоден и пока его можно было игнорировать. – Мы с вами знакомы всего ничего. Когда бы вы успели в меня влюбиться? Я буду продолжать ухаживать.

– Не стоит, – начала я, но меня перебили.

– Если у госпожи Вейлин не было времени влюбиться, то когда же оно было у вас? – неожиданно раздался голос четвертого принца. – Или, может, вы влюблены в состояние рода Вейлин?

Я обернулась. Люсьен подходил к нам с той легкой, почти насмешливой улыбкой, которая так ему шла. Дерзкий, смелый, решительный – для императора неплохие качества.

– Ваше высочество, – синхронно склонились мы с Ройком.

Мой собеседник напрягся при появлении принца, но быстро взял себя в руки.

– Жаль, если мои слова произвели такое впечатление, – добавил он. – Мои чувства искренни.

– По поводу искренности я ничего не говорил, – хмыкнул принц. – Только по поводу объекта влюбленности.

По щекам Ройка пошли красные пятна – от унижения, от злости, от того, что его высочество только что указал ему его место. Мужчина сжал челюсти, но промолчал. Я смотрела на это с изрядной долей облегчения. Может, теперь Ройк оставит свои попытки по моему завоеванию?

– Надеюсь, вы будете не против, если я украду у вас госпожу Вейлин? – принц перевел взгляд на меня. – Сегодня она пришла ко мне.

Теперь Ройк опешил. Он переводил взгляд с меня на принца, и в его глазах появились подозрения. Я решительно отказываю такому «шикарному» мужчине, как он, – может ли это быть из-за его высочества? Тогда его затея становится в разы сложнее.

Как бы оно не было на самом деле, а сейчас Ройк ничего не мог поделать, поэтому, снова улыбнувшись, мужчина откланялся, а я подошла к его высочеству. Тот предложил мне локоть, за который я не преминула уцепиться.

Внутри меня кипело любопытство. Почему здесь четвертый принц? Почему он вмешался в наш разговор? Неужели отец прав, и императрица хочет привязать род Вейлин через брак с одним из сыновей? Тогда почему не второй? Я бы с радостью согласилась на Рейнара – это было бы идеальным ходом. Но вместо этого его услали. Незадача.

– Я вас спас, – Люсьен покосился на меня. – Я молодец?

– Благодарю, – склонила я голову, не скрывая, что прерванный разговор мне был неприятен.

– Хотя… – мужчина чуть прищурился и подколол. – Возможно, вы жалеете, что сегодня с вами на прогулке я, а не Рейнар?

– Прогулка с вашим высочеством – честь для меня, – ответила, иронично покосившись на спутника.

С братьями Рейнара я чувствовала себя увереннее, чем с их родителями. Они были старше, но я смотрела на принцев почти снисходительно – у меня было преимущество, я знала будущее. И иногда я позволяла себе поддразнивать их, но немного.

– Знаете ли вы, что я хорошо разбираюсь в женщинах? – отмахнулся от моих слов принц. – И знаю, что нравлюсь вам не я.

– Ваше высочество – прекрасный молодой человек, – ответила я мягко. – Вашей супруге очень повезет.

– А у вас непростой характер и манера общения, – его высочество внимательно посмотрел на меня. – Вы будто созданы жить при дворе.

– Как я могу…

– Ваш отец уже определился с кандидатом в ваши женихи? – перебил принц, и я заметила, что тон стал серьезнее.

– Этот вопрос оставлен на мое усмотрение, – ответила я. – Батюшка сказал, что на данный момент род Вейлин не нуждается в браке по расчету.

Люсьен хмыкнул, и я уловила в его взгляде одобрение.

– А вы мне нравитесь, – признался он.

– Рада, что смогла развлечь ваше высочество, – улыбнулась я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ехидство.

Принц неожиданно остановился и повернулся ко мне.

– Госпожа Вейлин, – начал мужчина тихо. – Вам нравится Рейнар?

– Конечно, – ответила я без колебаний. – Его высочество очень достойный мужчина и настоящий герой.

Люсьен широко улыбнулся. Он понял, что я стараюсь уйти от прямого ответа. Должна ли я первой признаваться Рейнару в своих чувствах? Да еще и через его брата.

– Его героизм ему пригодится, когда он будет иметь дело с вами, – сказал принц с легкой насмешкой. – Главное, чтобы и вы согласились иметь дело с ним.

Я снова улыбнулась и промолчала. Если вы так хотите свести меня со вторым принцем, может, для начала стоит вернуть его в столицу?

– Ладно, пойдемте, покажу вам сад, который предназначен только для глаз императорской семьи, – потянул меня на боковую дорожку его высочество. – Вдруг все же породнимся? А он очень красив. Да и брат сам не додумается показать. Сделаю ему доброе дело.

А я шла рядом с принцем и пыталась понять: стоит ли верить Люсьену, что его брат может быть во мне заинтересован? Напрямую про его чувства мне так ничего и не сказали. Хотя то, что императорская семья рассматривает мой союз именно с ним, – это уже немало.

Главное, чтобы в этом плане ничего не изменилось.

* * *

Вернувшись к обеду домой, я обнаружила, что отец неожиданно уехал по делам. Меня удивило, что он не предупредил лично, но, может, дело было срочное или он не привык. Я совсем недавно вернулась домой, и это нормально, что отец не успел подстроить под меня свой ритм работы.

Пообедав с Нидарой, я немало удивилась, когда личный слуга отца подошел и, поклонившись, обратился:

– Госпожа…

– Что такое? – насторожилась я.

Аур без нужды ко мне обычно не подходил – значит, случилось что-то важное.

– Господин просил вас посетить сегодня Цветочный павильон.

С немым вопросом я повернулась к Нидаре.

– Место, где собираются знатные девушки столицы, – пояснила она. – Они там занимаются рукоделием, беседуют и отдыхают.

– Угу, сплетничают в общем, – пробормотала я, скрестив руки на груди. – Но зачем мне туда? Не хочу, и так дел по горло. – Я перевела взгляд на Аура и, прищурившись, предложила: – Аур, а давай ты сходишь вместо меня, как мой представитель?

Мужчина опешил, на мгновение потеряв свою привычную невозмутимость.

– Госпожа, я мужчина и не могу отправиться туда или сопроводить вас. Вход в павильон только для девушек и женщин.

– Жаль, – протянула я разочарованно.

– Многие мужчины столицы с вами бы полностью согласились. Но увы, – заметил Аур, разведя руками.

Посмотрев на его серьезное лицо, я заметила в глазах смешинки. Видимо, слуга уже успел прийти в себя, поняв, что уж в поместье на него никто не будет покушаться. Это хорошо. Однако проблема оставалась нерешенной, и я покосилась на Нидару.

– Госпожа, – укоризненно посмотрела на меня девушка, – я могу вас только сопровождать. Место слишком привилегированное, одну меня туда не пустят. К тому же ваш отец явно не просто так просил вас сходить в Цветочный павильон.

И мне пришлось смириться, хотя внутри все противилось этой затее.

Еще из прошлой жизни я знала, что подобные места подобны двору, где разворачивается настоящая ярмарка тщеславия, где встречают по одежке. Поэтому, одеваясь, я приложила максимум усилий, чтобы выглядеть эффектно и дорого, но не переборщить. Сегодня именно по мне будут судить о роде Вейлин – я не имела права ударить в грязь лицом. Платье выбрала строгое, но изысканное, украшения – сдержанные, но явно дорогие. Посмотрев на себя в зеркало, я осталась довольна.

Цветочный павильон, конечно, находился в центре города, недалеко от императорского дворца. Простое строение, увитое цветами, выглядело изящно и эстетично прекрасно. Внутри – не менее утонченно и изысканно: резные ширмы, дорогой фарфор, мягкий свет, струящийся по стенам.

У входа нас встретил привратник, и мне пришлось предъявить знак рода и представиться, надеясь, что он меня выгонит. Ну мало ли, здесь клуб для избранных? Так и было, только я в этот избранный круг входила, и потому мне поклонились и провели внутрь. Личностью Нидары даже не поинтересовались.

Юных и не очень девушек здесь было полно. Я даже не знала, что у нас в столице их столько. При моем появлении все уставились на меня, провожая даже каким-то хищным взглядом – оценивали, насколько я опасна. Странное место…

Зачем отец меня сюда отправил?

Стол, к которому меня проводили, находился в центре зала. Присев за него, я сохраняла на лице невозмутимое, где-то даже высокомерное выражение, хотя внутри была готова бежать отсюда, чувствуя на себе десятки чужих взглядов.

– Госпожа, хотите что-то заказать? – тихо поинтересовалась Нидара, когда мы разместились.

– Нет, – отрезала я, качнув головой. – И тебе не советую.

– По-моему, здесь мило, – улыбнулась девушка, оглядываясь по сторонам.

– Угу. Очень, – хмыкнула я, внутри не разделяя ее восторга. – Интересно, кто владеет этим местом? – спросила я, тоже скользнув взглядом по залу, отмечая богатство отделки.

– Ее величество, – сообщила Нидара, которая знала об этом месте больше меня, хотя и не была сюда вхожа.

– А когда оно появилось?

– Лет десять или пятнадцать назад, точно не помню. Я тогда была еще ребенком.

Я задумчиво кивнула. Ага, теперь многое становилось ясно. После покушения на престол, когда я помогла Рейнару, ее величество поняла, что наблюдать и собирать информацию проще всего с молодых девушек. Здесь, в этой благоухающей гостиной, они сплетничают с подругами, кичатся достоинствами своих семей перед друг другом, увлекаются разговорами и сами не замечают, как выбалтывают лишнее.

Уверена, что в столице есть и другие места, где собирают информацию – у мужчин, у замужних женщин. Императорские руки длинные, а глаза зоркие. Просто так от них не скрыться.

Отец осведомлен о таких приемах их величеств. Кто еще знает? Не потому ли он послал меня сюда, чтобы и я использовала это место во благо нашего рода?

Когда прошло примерно полчаса и я начала изнывать от скуки – рукоделие я никогда не любила, сплетничать ни с кем не стремилась, – произошло нечто действительно интересное. Девушка через столик от меня затеяла с подругами спор, и я невольно прислушалась.

Раз она сидит так близко, значит, ее семья довольно состоятельная и влиятельная. Здесь все размещения были не просто так, играя на тщеславии гостей. Возможно, так императорский дом намекал на расположение или немилость, отсаживая или приближая дочерей привилегированных семей. Так проще, чем издавать указы, – их легко не изменить, а это прекрасный способ манипуляции.

Чем больше я узнавала, тем больше восхищалась императрицей – она умела управлять людьми, не прибегая к открытой силе.

– А я тебе говорю, что у меня получится! – звонко заявила та девушка, вскинув подбородок.

– Исель, выйти замуж за принца не так-то просто, – щебетала подружка в ответ, ехидно посматривая на нее. – Нужно получить благословение семей и указ императора.

– Думаешь, я не получу одобрение? Мой отец – министр финансов! – гордо объявила Исель, сверкнув глазами. – И именно он настаивает, чтобы я вышла замуж за второго принца. Вот пусть и уладит этот вопрос.

Услышав подобное, я почувствовала, как мои руки против воли сжимаются в кулаки. А иголка практически превратилась в оружие. В груди вспыхнул холодный гнев.

– А что, если он занят? – не унималась подружка.

– Ну и что? – фыркнула Исель с пренебрежением. – Кто может сравниться со мной и моей семьей? Я заполучу его без проблем.

Высокомерие из девицы так и плещет – она даже не допускает мысли, что может получить отказ.

– Но Исель, – уже мягче вмешалась третья, – второй принц не обращает на девушек внимания. Вдруг он уже помолвлен, но пока это держится в секрете?

– Значит, пусть разорвет помолвку, – отрезала Исель с ледяным спокойствием. – Это не сложно.

Я уже отложила рукоделие и откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза, обдумывая сложившуюся ситуацию. Пальцы сами собой нервно забарабанили по столу, выдавая мое напряжение.

– Госпожа, выпейте чаю, – тихо посоветовала Нидара, и я услышала в ее голосе явную тревогу. – Он успокаивает.

– Не беспокойся, я буду паинькой, – промолвила я, стараясь сдержать раздражение. – Но ты должна собрать для меня все слухи в городе, которые только сможешь, и узнать, почему министр финансов так заинтересован в браке дочери именно со вторым принцем.

– Хорошо, госпожа, – покорно кивнула Нидара, хотя в ее глазах читалось беспокойство.

Я снова перевела взгляд на Исель. Посмотрим…

Если сам принц в ней не заинтересован, устранить соперницу не проблема.

Но все же – зачем отец послал меня сюда? Он узнал, что министр финансов метит в тести второму принцу, и хотел, чтобы я знала? Не поверил, когда я сказала, что между мной и его высочеством нет отношений? Или за этим кроется что-то еще?

Так много вопросов – и все без ответа. Что ж, дождемся батюшку и спросим лично. А там посмотрим.

* * *

Большая торговая ярмарка проводилась в столице два раза в год, и на нее съезжались все именитые мастера империи и не только – чтобы представить себя и продать товар. Проводилась она недалеко от главного порта столицы, на огромной площади, где с раннего утра до позднего вечера кипела жизнь.

Однако то, что видели обычные люди, не отображало и половины того, что происходило на ярмарке на самом деле. За кулисами распределялся товар, заключались договора, плелись интриги – и все это за закрытыми дверями большого павильона, где останавливались гости столицы и проводились различные деловые мероприятия. Там, в тишине кабинетов и полумраке лож, решались судьбы состояний и заключались сделки, о которых простые торговцы даже не догадывались.

Обычно здесь присутствовал отец, но в этот раз его не было. Судя по количеству иностранных гостей, он сумел уладить все слухи и пресечь провокации – авторитет и репутация нашей семьи были широко известны, – но он еще не вернулся обратно. А значит, именно мне предстояло представлять дом Вейлин и отстаивать его интересы сегодня. И это будет непростая задача. Отец еще не объявил официально, что я его наследница, к тому же я женщина – а значит, сегодня придется доказывать свое право решать вопросы семьи.

Внешность в торговле имеет большое значение, и я приложила все усилия, чтобы выглядеть старше своего возраста и как можно более консервативно. В этом мне помогли одежда и макияж. Темное строгое платье, гладко зачесанные волосы, сдержанные украшения. Я знала: эти приемы могут творить чудеса, если уметь ими пользоваться.

Сегодня большой торговый павильон был красиво украшен – повсюду вились живые цветы, струились дорогие ткани, сверкали хрустальные подвески. Здесь толпилось множество людей: купцы в богатых одеждах, мастера с образцами своих товаров, иностранные гости в экзотических нарядах. Были и привилегированные ложи, в которых располагались важные персоны. Именно в них деловые люди отдыхали, ели и договаривались о важных сделках. Была такая ложа и у меня.

С раннего утра здесь уже было полно народу, но, что интересно, меня многие игнорировали. В начале, сразу после открытия павильона, я успела обговорить поставки товаров с постоянными клиентами нашего торгового дома. Это все были торговцы средней руки – консервативные, не лезущие в большую политику и не жаждущие власти. И все.

Скоро должна была прийти крупнейшая партия товара за все время, и она была еще не распределена. Казалось бы, многие должны были желать моего внимания, чтобы выбрать себе интересные товары по хорошей цене. Ан нет. Основной посредник, с которым мы работали все это время и который предал меня в прошлой жизни, прошел мимо, даже не поздоровавшись.

Вот чего я совсем не ожидала, так это того, что противник, использовав отсутствие отца, решит провести провокацию.

Я начала подозревать, что из-за того, что я не приняла симпатии Ройка, что не стала, как раньше, почти сразу их оружием, они решили если не устранить наш род, то создать ему серьезные проблемы, чтобы мы не смогли помочь императорской семье. И это могло означать только одно: временные рамки сместились, события ускорились, и неизвестно, сколько осталось до решительных действий противника, которые были в прошлой жизни. Внутри все сжалось от нехорошего предчувствия.

– Госпожа, – прервала мои мысленные метания зашедшая в ложу Нидара. – Там к вам пришел господин Ройк. Примете его?

Интересно, с чем пришел?

– Пригласи.

Мужчина вошел быстрым пружинистым шагом. Настроение, судя по всему, у него было прекрасное – легкая улыбка играла на губах, взгляд блестел. Чего не скажешь обо мне. Я выпрямила спину, слегка оправила платье, стараясь оставаться невозмутимой.

– Приветствую госпожу, – поклонился Ройк.

– И вам светлого дня, – склонила голову я, восседая в кресле за столом, на котором стояли напитки и яства. – Желаете чего-нибудь отведать?

– Нет, благодарю. Я столько уже напробовался, пока ходил по ложам. Утро вышло плодотворным. А у вас как? – бросил на меня косой взгляд мужчина.

– У меня гораздо спокойнее, – пожала плечами я, слегка улыбнувшись. – Я никуда не ходила, скорее приходили ко мне, поэтому разнообразных заморских деликатесов не попробовала.

– Даже господин Лест не приходил? У вас же договор на сбыт товара закончился. Не будете переподписывать? – как бы между делом спросил Ройк и потянулся к пирожному.

А говорил, наелся. Непостоянный мужчина. Внутри мелькнула усмешка, но я не подала виду.

– Ну, это же ему нужно подписать с нами договор. Последняя поставка для Леста ушла. Наше сотрудничество на этом завершено, – широко улыбнулась я собеседнику и налила себе чаю.

– Как же ваш дом будет сбывать товары? – прищурился Ройк, и в его голосе послышалось едва заметное напряжение.

– А как он сбывал их сто лет назад? – спокойно парировала я, сделав глоток. – Мы с Лестом сотрудничаем около двадцати лет. Он пришел к нам никем и благодаря тому, что единственный брал у нас товары оптом по хорошим скидкам, так хорошо поднялся. Не стоит думать, что мы не знаем, как он их перепродает. Тут надо спрашивать, что Лест будет делать без торгового дома Вейлин?

– У него много связей, – намекнул мой собеседник. – И влияние на рынке.

– Незаменимых не бывает, – заметила я, уже понимая, на что была сделана ставка Ройка и того, кто за ним стоит.

Они хотят оставить нас без сбыта. Лест прижмет на рынке всех, с кем наладил сотрудничество, чтобы мы, по крайней мере в ближайшее время, не нашли другой сбыт. Часть товаров, что мы ожидаем, испортятся, если будут лежать несколько месяцев на складе. Дом понесет убытки, а так как партия немалая – то большие.

– Вы такая суровая, – усмехнулся Ройк. – Когда мы впервые с вами познакомились по переписке, мне показалось, что вы добрая и мягкая. Но сейчас, чем больше мы общаемся и чем больше я вас узнаю, тем больше вы меня привлекаете. Я почти готов влюбиться.

Услышав настолько откровенное признание, я подавилась чаем и закашлялась, стараясь осознать, что только что произошло. То есть раньше он на мне женился, когда я его даже не привлекала, а вот новая Сиэль нравится бывшему мужу больше старой. Очаровательно. В груди смешались горечь и сарказм.

– Вы шокированы? – с любопытством взирал на меня мужчина.

– Признаться, да, – просипела я, придя в себя и промокнув губы салфеткой. – Мне никогда настолько прямо и честно не сообщали о своих симпатиях. Но я тоже честно и прямо повторю вам то, что говорила раньше – я не могу ответить на ваши чувства.

– Я вам настолько неприятен?

Да. Я ненавижу тебя за то, что ты меня предал, и по твоей вине погибли те, кого я любила. Надеюсь, в этой жизни тебе все отольется сполна. Внутри меня бурлили самые разные чувства, но сейчас я не имела права поддаваться им. Придет время, и я вкушу месть сполна. Но не сегодня.

– Скажу так: я не влюблена в вас. А в браке по расчету на данный момент род Вейлин не нуждается.

– Вы подозреваете, что я хочу жениться на вас только из-за вашего рода? – прищурившись, уточнил Ройк.

Он действительно честно пытался разобраться в ситуации: почему ему отказали? В его взгляде мелькнула растерянность, которую он постарался скрыть.

– Не имеет значения, какие у вас мотивы, – ровно ответила я. – Вопрос в том, что получу я? Если бы я выбирала жениха, то выбрала бы или того, кто может принести моей семье существенную финансовую выгоду, или того, в кого я влюблюсь. В обоих случаях это будете не вы.

Мужчина посерьезнел, улыбка сползла с его лица.

– Может, это четвертый принц? Королевской семье будет выгодно, если вы породнитесь.

– Да, выгодно, – кивнула я, – но я не планирую выходить замуж за четвертого принца.

– И не хотите рассматривать меня в качестве мужа? Красивее меня в столице мужчины нет, – снова, и я думаю, в последний раз предложил Ройк.

– Нету, – согласилась я. – Но я уже сделала выбор. Мое сердце занято, и я хочу идти вместе по жизни с любимым мужчиной.

– Вот значит как, – понял Ройк, и в его голосе послышалась насмешка. – Жаль. Я мог бы вам помочь решить сегодняшние трудности с Лестом.

– Знаю, – спокойно ответила я, встречая взгляд собеседника. – Из-за вас они и возникли. И это еще одна причина, почему я не выйду за вас. Вейлины не терпят таких отношений – будь то деловые или личные.

– Понял. Тогда я откланяюсь, чтобы не занимать больше ваше время.

Кивнув, я смотрела, как бывший муж покидает комнату. И думаю, это последний раз, когда я его вижу. Я знала это выражение лица, его взгляд, который он кинул на прощанье. Так же он смотрел тогда, когда сжег меня в огне. И тогда, и сейчас, поняв, что он от меня больше ничего не получит, Ройк вычеркнул наследницу рода Вейлин из своих планов и жизни. Внутри все похолодело. Значит, нужно ждать ходов по моему устранению или устранению близких мне людей.

Надо сегодня же отправить письмо отцу, предупредить об опасности. В прошлой жизни он был первым, кто пал жертвой Ройка, и сейчас я не должна этого допустить. Сердце сжалось от страха, но я заставила себя дышать ровно – паника сейчас была моим худшим врагом.

* * *

После ухода Ройка я перевела дыхание, пытаясь отделаться от мерзкого тянущего чувства в груди, и попросила Нидару найти и пригласить ко мне Хана. Сегодня мужчина присутствовал на этой ярмарке впервые – из-за моего личного приглашения. По моим наблюдениям, он пришел больше наблюдать и собирать информацию, не рассчитывая заключить какие-либо сделки: у него не было практически никаких знакомых или связей в легальном торговом поле.

Значит, сегодня Хана ждет сюрприз, как и моего отца по возвращении. Несмотря на то, что он еще официально не объявлял меня наследницей, права подписи от имени торгового дома я имела. Да и в той ситуации, которая сейчас сложилась, другого выхода нет. Внутри крепло раздражение от понимания: сейчас нельзя показывать слабость, иначе это обернется целым шквалом провокаций. Каждый захочет урвать себе кусок.

Сегодня я должна дать понять всем: с торговым домом Вейлин шутки плохи, и кто идет против нас, тот будет наказан убытками.

Когда Хан вошел в мою ложу, я посмотрела на него несколько даже хищно – в глазах, должно быть, отразилась моя решимость. Мужчина на мгновение замедлил шаг, с опаской глядя на меня, словно почувствовал мои намерения. Но он был не робкого десятка, поэтому все-таки сел в кресло, налил себе чаю и улыбнулся мне.

– Госпожа желала меня видеть? Хотите о чем-то попросить?

– Нет, – качнула головой я, позволяя себе легкую улыбку. – Предложить.

– Удивили, – немного растерялся Хан, и в его глазах мелькнуло любопытство.

Я положила перед ним договор, который приготовила для Леста.

С другой стороны, все, что ни делается, – все к лучшему. У отца как-то не получалось провести с Ханом личные переговоры, а тут такой шанс. Внутри меня сидели нетерпение и азарт – я понимала, ставки слишком высоки.

Собеседник развернул контракт, вчитался, заинтересовался и углубился в чтение. На его лице сменялись эмоции: удивление, сосредоточенность, а под конец – легкое изумление. Он дочитал до конца, а потом молча, ничего не спрашивая и не предлагая, вписал магически свое имя и поставил отпечаток ауры.

И я немного успокоилась. Прекрасно, следующие десять лет мы будем сотрудничать с ним. В договоре стандартно прописано условие, что Хан обязуется сбывать две трети от партии товара, иначе договор теряет свою силу. А это основные ресурсные товары, которые не так просто, как кажется, пристроить. А вот остальная одна треть – это чаще всего какая-то бытовая мелочь, ткани и тому подобное; ее распихать по лавкам не так уж и сложно.

– Знаете, госпожа Вейлин, – Хан откинулся на спинку кресла с довольной улыбкой, – с тех пор как мы познакомились, удача постоянно сопутствует мне. А уж получить такой выгодный контракт на длительный срок – это просто мечта. Я ваш должник, как ни крути. – Он хитро прищурился. – Готов даже жениться.

Я невольно рассмеялась, чувствуя, как напряжение окончательно начинает отпускать.

– Это уже второе предложение за день, – усмехнулась я, качая головой. – Увы, но снова вынуждена отказаться.

– Кто же был первым? Если не секрет, – рассмеялся Хан, ничуть не расстроившись отказу на свое шутливое предложение. В его глазах плясали искорки любопытства.

– Господин Ройк.

– Мерзкий парень, – протянул собеседник, едва заметно нахмурившись. – Вы молодец, что не стали иметь с ним дело. Хотя он очень красив, – подначил Хан, явно надеясь, что я расскажу чуть больше.

– Не люблю, когда люди шантажом навязывают мне свое внимание, – холодно улыбнулась я, и в голосе прозвучала сталь.

– Это он не рассчитал, – мигом посерьезнел Хан. – Вы действительно не тот человек, с кем работают такие методы.

Не уверена, что именно рассчитывал Ройк, но как бы то ни было, они просчитались. Я сделала глоток чая, давая себе секунду на раздумья.

– У Ройка не было выбора, – пожала я плечами. – Уже трижды я дала понять, что он мне не интересен. А в мой род очень хочется попасть.

– Значит, благодаря ему у вас возникли проблемы с Лестом, – задумчиво протянул Хан, делая выводы. В его глазах мелькнула понимающая искорка. – Однако вы очень недоступная девушка. Не планируете выходить замуж?

– Планирую, – ответила я с хитрой улыбкой. – Просто мое сердце уже занято.

В глазах собеседника вспыхнул живой интерес.

– Интересно, кто же это?

– Рано или поздно узнаете, – усмехнулась я, наслаждаясь его любопытством. – Однако я тоже хочу кое-что спросить: не боитесь, что, узнав о нашем договоре, Лест отомстит вам? У него большое влияние.

– Оно у него было благодаря вашему дому, – уверенно ответил Хан, откинувшись на спинку кресла. – Это частая история в деловом мире: начинаешь с возможности, потом привыкаешь, а потом зазнаешься. Я часто такое наблюдал. Однако мне грех жаловаться – кто-то теряет, а кто-то находит. – Мужчина сделал паузу, и потом в его голосе послышалась твердость. – Эта сделка позволит мне расширить влияние в основном торговом сегменте и добавит веса на теневом рынке. А его нужды просто бездонны, особенно на ресурсы – там постоянные дефициты.

– Это прекрасно, – довольно кивнула я. – Я свяжусь с вами на днях, когда партия товаров прибудет уже в порт. Посмотрим по качеству, и выберете себе две трети.

– Хорошо. – Мужчина подался вперед, и его взгляд стал деловым, цепким. – А теперь не расскажете ли мне информацию про некоторых людей здесь?

Вспомнив, что именно Хан предоставил мне компромат на родственников Нидары, я улыбнулась и ответила:

– Конечно.

* * *

Сегодняшний день уже близился к закату, солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в золотистые и багряные тона, когда в павильоне появился его высочество принц Иллан. Именно он от императорской семьи присутствовал на всех более-менее значимых мероприятиях. Его появление всколыхнуло народ, и все, кто знал его высочество лично, повылазили из своих лож и отправились к принцу на поклон. В том числе и я.

В связи с моим общественным положением к его высочеству я смогла попасть практически сразу, в обход других. Увидев наследницу Вейлин, народ зашушукался – сегодня я практически не покидала ложу, и многие меня не видели. Я чувствовала на себе десятки любопытных взглядов, пока шла к принцу, стараясь держать спину прямой, а лицо – невозмутимым.

– Ваше высочество, – склонилась я в поклоне. – Рада видеть вас.

– И я рад, – улыбнулся принц, и в его глазах мелькнули насмешливые искорки. – Обычно это ужасно скучное мероприятие, но сегодня есть кое-что интересное, и благодаря вам. Утолите мое любопытство.

Я мысленно напряглась, но внешне сохранила приветливую улыбку.

– Я готова, если это необходимо, – пробормотала я, прикидывая, что может спросить принц.

– Говорят, у рода Вейлин закончился контракт на сбыт товара, и вы не смогли подписать новый. Неужели это правда? – прищурился Иллан, и его голос звучал с легкой насмешкой.

Облегченно выдохнув, я воспользовалась случаем, чтобы эффектно сообщить всем неожиданные новости.

– Не знаю, кто вас дезинформировал, но контракт на сбыт товаров заключен. Хотя посредник у нашего дома сменился.

После моего объявления в зале поднялся сдержанный гул – голоса смешались в единый возбужденный шум. Все пытались принять тот факт, что как минимум половина товаров всего рынка империи, а то и больше, та, что перевозилась морским путем, теперь непонятно как будет получена. Кто-то был недоволен, кто-то растерян, а кто-то уже лихорадочно соображал, как перестроить свои планы.

– Да? – принц приподнял бровь. – Некоторые думали, вас вообще тут нет, раз вы не покидали ложу.

На это я лишь развела руками, чувствуя, как наша аудитория начинает напрягаться, а я этим наслаждаюсь.

– Кому было нужно, те смогли меня найти и сами ко мне пришли. Я готова выйти и приветствовать лишь императорскую семью, – склонила голову я, давая понять, перед кем готов склониться дом Вейлин.

– Тогда самое время и мне договориться, чтобы вы оставили нам необходимые товары, – рассмеялся Иллан, прекрасно поняв мой посыл окружающим.

Несомненно, принц был рад, что скучная повинность сегодня заиграла новыми красками. В его взгляде я читала искреннее удовольствие от неожиданного поворота событий.

– Конечно, – смиренно ответила я, опустив глаза. – Все, что пожелаете, будет у вас.

– Прекрасно. А кто же у вас новый поставщик, если не секрет? – уточнил принц, скосив взгляд на окружающих; он тоже явно наслаждался произведенным эффектом.

– Господин Хан. Может, вы знаете его? – полюбопытствовала я, сделав невинные глаза, желая узнать, как венценосная семья отнесется к моему выбору.

– Кое-что слышал, – хмыкнул принц, и в его голосе прозвучала понимающая нотка.

А народ в зале загудел еще громче. Все-таки Хан – теневой торговец, и его имя само по себе вызывало бурную реакцию. Я видела, как переглядываются купцы, как шепчутся их советники. Картина была поистине занимательной.

– Тишина! – прикрикнул слуга принца, призывая людей к порядку, и гул постепенно стих.

– Империя никак не выделяет своих граждан, – громко и отчетливо произнес принц, и его голос разнесся по всему залу. – Все они платят налоги в казну.

Его высочество прозрачно намекнул, что императорскую семью устроит любой мой выбор, пока им идут налоги. Я перевела дыхание – это было практически благословение. Нет сомнений, сегодня императорская семья благоволила дому Вейлин.

– Уверена, господин Хан все это понимает. Он сегодня здесь. Если ваше высочество желает…

– Посмотри, – кивнул принц, позволяя мне откланяться.

Я поклонилась и двинулась к своей ложе, чувствуя на себе взгляды десятков людей. Внутри поднималась легкая эйфория от удачно проведенной партии, но я старалась не показывать этого внешне.

Направляясь к своей ложе, я встретила на пути Леста. Грузный торговец преградил мне дорогу, и его лицо было мрачнее тучи.

– Надеюсь, госпожа понимает, что делает? – процедил купец сквозь зубы, и в его голосе слышалась едва сдерживаемая злоба. – Как ваш отец вернется, я поговорю с ним.

Я остановилась, встретив его взгляд с ледяным спокойствием. Внутри вспыхнуло раздражение, но я заставила себя улыбнуться – холодно и надменно.

– Госпожа понимает, – ответила я. – Должна сказать, мне тоже есть о чем сообщить отцу. Уверена, он выслушает всех.

И, развернувшись, несмотря на то, что Лест хотел сказать что-то еще, я направилась прочь. Торговцу дорогу заступила моя охрана, и ему ничего не оставалось, кроме как кипеть злостью.

После того как принц покинет ярмарку, уйти смогу и я. Пора собираться. День сегодня был полон неожиданностей: резкие повороты событий сменяли друг друга, но я была довольна итоговыми результатами. В груди теплилась гордость за то, что мне удалось переломить ситуацию в свою пользу.

Но что-то подсказывало, что это еще не конец. Не получив желаемого результата, Ройк и тот, кто за ним стоит, спишут Леста со счетов и перейдут к более решительным и, возможно, более жестоким методам. И я должна быть готова к любому повороту.

* * *

Сказать, что я была зла, – значит ничего не сказать. Как они посмели схватить мою личную служанку? Подставили ее. Видимо, совсем отчаялись, если страх потеряли.

Не знаю, на что рассчитывал Ройк, устраивая это. На то, что я брошу Нидару? Он хоть представляет возможности рода Вейлин? Я сжала пальцы в кулак, пытаясь смирить злость и раздражение.

Уже стемнело, когда я узнала об этой провокации и, накинув плащ, сразу отправилась в управу чиновников. В коридоре я наткнулась на Шимо и брата Нидары – и даже не удивилась. Последний стоял, сжав кулаки, и по его лицу было видно, как он волнуется. Когда я появилась, страж бросил на меня неприязненный взгляд исподлобья.

Думает, я причина, по которой Нидару подставили? Правильно думает. Те, кто интригует против дома Вейлин, пошли на риск и дали мне лазейку до них добраться. По ниточке исполнителей я доберусь до Ройка и его людей.

А служанка… Ее я вытащу и защищу. Это даже не обсуждалось.

– Госпожа, – склонился в поклоне Шимо. Я остановилась около него, не тратя время на приветствия.

– Что ей предъявляют?

– Обвинение в краже.

Я недоуменно посмотрела на мужчину. Такое мелкое преступление? И это их ловушка?

– Кража государственных бумаг, – пояснил глава тайной стражи.

Самое серьезное преступление в империи – преступление против императора и его власти. Я усмехнулась про себя. Что ж, посмотрим…

Я двинулась по коридору, и мои шаги гулко разносились в тишине. Допросная находилась в конце. Я толкнула дверь и вошла.

Нидара сидела за столом с прямой спиной, скованными руками и смотрела прямо перед собой – не испуганно, скорее отстраненно. Никаких видимых повреждений я не заметила: синяков, ссадин, следов побоев не было. Значит, обращались аккуратно. Это хорошо.

Увидев меня, присутствующие мужчины встали, склоняясь в поклонах. Скованная служанка могла лишь наклонить голову.

– Госпожа…

– Как ты? – уточнила я на всякий случай, хотя по ее виду и так было понятно, что не очень.

– Все в порядке, не беспокойтесь.

Законник дома Вейлин был уже здесь. Я перевела взгляд на него.

– Как можно уладить это дело?

– Заплатить или судиться, – ответил он. – Документы не очень важные. Если вы обратитесь к императору с просьбой провести тщательное расследование…

Я слушала и понимала: это риск. Думаю, на это Ройк и рассчитывал. Пока слуги императора будут искать, а Нидара сидеть в тюрьме, можно многих подкупить, многое организовать, чтобы подставить уже конкретно дом Вейлин. Оклеветать, опорочить, ввязать в кучу других дел. Репутация для нашей семьи – не пустой звук. Отец сейчас работает с внешними связями и договорами, скандалы мы не можем себе позволить.

Если я заплачу, это значит, Нидара признает вину, и это испортит репутацию девушки. Ее придется заменить. Подыскать ей мужа. Не срочно, но в ближайшем будущем.

– Каков выкуп? – спросила я.

– Золотом в казну, по весу девушки, – сообщил законник.

Чиновник, присутствующий здесь, ждал, когда мы определимся. Ждала и Нидара. Девушка была на удивление спокойна. Неужели так мне доверяла?

Был и еще один вариант, который не озвучил законник: бросить служанку. Сказать, что мы ее уже уволили ранее, и она, отчаявшись, решила так заработать. С учетом репутации девушки в школе, где она училась, и всего остального… Такой вариант бы сработал. Зачем проводить расследование, которое сейчас нам не выгодно? Зачем тратиться? Брат бы ей не помог – у него не было таких денег.

Я взяла из рук законника две уже подготовленные бумаги, просмотрела их. Затем сделала выбор и положила одну перед Нидарой.

– Подпиши.

Девушка выполнила приказ, даже не читая.

– Золото доставят завтра утром, – повернулась я к чиновнику. – Служанку я заберу сейчас.

– Хорошо, госпожа, – кивнул мужчина. В его глазах мелькнуло довольство. Он был рад, какой вариант урегулирования я выбрала. Суд и расследование – это долго и неизвестно чем закончится. А здесь большая сумма в казну по его делу сразу и быстро. Он наверняка получит повышение.

Чиновник забрал бумаги и приказал освободить Нидару. Когда оковы упали, я накинула на плечи освобожденной девушки свой плащ и повела на выход. Она шла за мной молча, держась чуть позади.

В коридоре все еще находился Шимо с братом Нидары. Видимо, хотели узнать, чем все закончилось. По глазам главы тайной стражи я видела – он не сомневался, что я не брошу Нидару. Очко в его пользу. Понемногу мое отношение к воину начало меняться.

А вот ее брат…

– Как она? – не выдержал он, бросившись к сестре.

– Нормально. Ее отпустили, – ответила я.

Оба мужчины растерялись и переглянулись. Они думали, что я выберу расследование.

– Госпожа, я оставляю вас охране и откланиваюсь, – обратился ко мне законник, не желая присутствовать при разговоре. Мало ли что мы тут скажем. – Завтра с выкупом я все улажу.

И я кивнула, отпуская мужчину.

– Вы решили вопрос деньгами? – услышала я удивленный голос Шимо.

Мужчина покосился на фигуру моей служанки, прикидывая, сколько золота уйдет в казну.

– Да, – саркастично заметила я, раздраженная сверх меры всеми этими событиями. – Мне очень повезло, что она не успела отъесться.

– Только вот репутация моей сестры теперь загублена, – процедил Вайрос. – И вам придется ее уволить.

Я почувствовала, как внутри закипает холодная ярость.

– Молчи, – рыкнула его сестра.

Шимо бросил на подчиненного предупреждающий взгляд – чтобы не переходил границы. Только он уже их перешел.

– О Нидаре я позабочусь, – сказала я, глядя на Вайроса в упор. Мой голос звучал ровно, но холодно. – Можешь не сомневаться. И гораздо лучше, чем это удавалось делать тебе.

И, развернувшись, направилась прочь. Служанка последовала за мной.

Мы вышли на улицу. Ночной воздух обдал лицо прохладой, и я на мгновение задержалась, вдыхая его полной грудью. Сегодняшнюю проблему мы решили. Осталось дело за малым: выделить Нидаре приданое и найти подходящего жениха.

Был у меня один вариант.

* * *

Уже дома, когда Нидара привела себя в порядок после тюрьмы, я пригласила ее отужинать со мной. Девушка заметно нервничала. Ели мы молча, и лишь когда первый голод был утолен, я решила, что пора все обсудить.

– Что тебя беспокоит? – спросила я прямо. – При допросе тебя все-таки обижали?

– Нет, госпожа, – ответила Нидара, глядя в тарелку. – Все знали, чья я служанка, и со мной обращались очень бережно. Но… Вы поможете мне найти новое место?

Я помолчала, обдумывая ее слова. Она уже решила, что я от нее избавлюсь. Это было логично в ее мире – скомпрометированную служанку обычно увольняли. Но не в моем.

– Я бы хотела выдать тебя замуж, – сообщила я.

Нидара как раз привстала, наливая чай. Услышав это, она вздрогнула, и кипяток пролился на стол, оставляя мокрое пятно. Девушка даже не извинилась, как сделала бы обычно. Она замерла с чайником в руках, глядя на меня расширенными глазами.

Служанка пребывала в полном раздрае. Видимо, в камере она уже обдумала единственный логичный на ее взгляд вариант развития судьбы, и другой ей в голову не приходил.

– Но кто меня возьмет? – прошептала Нидара и рухнула обратно на стул, словно ноги отказывались ее держать. Личность будущего мужа пугала ее до дрожи.

– Большинство мужчин в этой стране, – пожала плечами я и, взяв свою салфетку, промокнула пролитый на столе чай. – Ты молодая, здоровая, красивая. Проблем быть не должно.

– Очень сомневаюсь, – пробормотала она, качая головой. – Моя репутация…

– Но твое приданое, – обронила я небрежно.

– У меня есть приданое? – шокированно уточнила девушка.

И я назвала ей цифру.

Неужели она думала, что, пострадав из-за меня, будет оставлена на произвол судьбы? Что я позволю ей уйти с пустыми руками?

– Госпожа, вы сошли с ума, – пробормотала девушка, и в голосе ее слышалось искреннее потрясение. – Вы заплатили за меня в школе, в тюрьме…

– Неправда, – я покачала головой. – Там я оплачивала свои ошибки. Моя вина, что не предусмотрела, хотя была обязана. К тому же именно мои слова спровоцировали Ройка на эту глупость.

– Но приданое… Оно, наверное, такое же, как у вас… – пролепетала Нидара.

– Даже близко не такое, не переживай, – успокоила я.

– Хорошо, но больше, чем у большинства девушек столицы…

– Ну, – я помялась, подбирая слова. – Не сравнивала. Пойми меня правильно. Сегодня я выбрала для рода выгодный вариант урегулирования, пожертвовав тобой.

– Я была вам должна, – вскинулась девушка. – Не говоря уж о том, что вы помогли мне отомстить. Без вас я бы не справилась.

– Может, и так, – вздохнула я. – Но я не готова бросить тебя с последствиями наедине. Слуги, которых я выбрала тогда, прижились в поместье, у них все хорошо. А ты сейчас оказываешься в ситуации ненамного лучше, чем та, когда мы познакомились.

– Госпожа…

– Подожди, – я вскинула руку, ладонью вперед, останавливая ее. – Если ты сейчас сменишь хозяина – неважно, на какого, – мне будет сложно отследить твою судьбу и уровень комфорта, особенно на долгосрок. Да и служба… Есть очень большие семьи, пусть и знатные, в них может быть непросто. Следить за мужем, чтобы он не обижал жену, намного проще. Чтобы привлечь мужчину с хорошими возможностями и деньгами, нужно отличное приданое. Я хочу быть уверена, что у тебя все хорошо и ты живешь в достатке и почете.

Послышавшийся всхлип заставил меня замолчать. Я подняла взгляд на Нидару. По ее щекам текли слезы. Девушка начинала впадать в истерику. Ее плечи дрожали, руки тряслись, и из горла вырывались сдавленные звуки.

– Ты так не хочешь замуж? – осторожно спросила я, чувствуя себя неловко от такой бурной реакции.

– Хочу-у-у… – провыла девушка, и в этом всхлипе смешались облегчение и благодарность.

– А по виду так и не скажешь, – настороженно заметила я, стараясь, чтобы голос звучал мягче.

– Спасибо, госпожа-а-а… – Нидара закрыла лицо руками и разрыдалась уже в голос.

Я покосилась на нее и подумала, что надо бы завтра еще раз поговорить на эту тему. На всякий случай. Однако сегодня я все равно отправлю записку о встрече предполагаемому жениху. Сговор и помолвка – дело долгое и непростое.

* * *

Так как Хан официально стал моим партнером, я посчитала, что теперь мы можем встретиться в едальне в центре города – без опаски, что о нас потом будут судачить. Место было оживленным и достаточно респектабельным, чтобы никто не обратил внимания на двух деловых людей за обычным обедом. Я пришла чуть раньше, заняла столик у окна и смотрела на проплывающих мимо прохожих, наслаждаясь редкими минутами спокойствия.

Мужчина пришел практически следом и быстрым решительным шагом направился ко мне, ловко лавируя между столиками. На его губах играла довольная улыбка.

– Приветствую госпожу. Надеюсь, вы не долго ждете? – склонился в поклоне Хан.

– И вам светлого дня. Садитесь, – улыбнулась я, указывая на стул. – Вижу, у вас снова отличное настроение.

Собеседник расположился напротив и сделал заказ быстро подоспевшему слуге, даже не взглянув в меню. Значит, часто здесь бывает и уже есть любимые блюда, что неудивительно. Зная о Хане много из прошлой жизни, я допускала, что знаю далеко не все, и это заставляло меня быть начеку, но при этом разговор с ним всегда доставлял удовольствие.

– С тех пор как я познакомился с вами, у меня оно часто такое, – рассмеялся Хан. – Так много возможностей подарил мне дом Вейлин.

– Вы пообщались с принцем? – улыбнулась я, сделав глоток воды.

– Мельком, – ответил мужчина, и его улыбка стала чуть шире. – Когда вы объявили о смене поставщика, меня едва не разорвали на клочки желающие сотрудничать. И скажу я вам, такие проныры присутствовали, что у многих людей на теневом рынке больше чести, чем у них.

– Это вы еще не бывали при дворе, – с легкой усмешкой обронила я.

– Думаете, доведется? – вскинул брови собеседник, и в его голосе послышался живой интерес.

– Возможно, – ушла я от ответа, но внутри мелькнула мысль, что, учитывая его новое положение, встреча с высшим светом неизбежна.

– А у вас интересные отношения с правящей семьей. Для этого есть особые причины? – спросил Хан, хитро поблескивая глазами.

– И да, и нет, – пожала я плечами, слегка улыбнувшись и не желая углубляться в тему.

В этот момент на стол поставили напитки, и мы с Ханом одновременно потянулись к чаю – оба оказались любителями этого напитка. Я заметила, как он с наслаждением вдохнул аромат.

– Все-таки интересная вы девушка, – мурлыкнул мужчина, когда мы сделали первые глотки живительного напитка. Я аж блаженно прикрыла глаза – чай был изумительным, с тонким цветочным ароматом. – Если есть еще какие-то предложения, говорите. Я весь внимание.

Ну что ж, если он просит…

– Не согласится ли господин Хан жениться на моей служанке, Нидаре?

Мужчина оторопело посмотрел на меня, на мгновение замерев с чашкой в руке, а потом рассмеялся – искренне и заразительно.

– Госпожа умеет меня удивлять с нашего первого знакомства, – покачал он головой, вытирая уголки глаз. – Вы предлагаете это, заботясь о моем личном счастье, или хотите через служанку привязать меня крепче к вашей семье? Получить преференции?

– Скорее забочусь о счастье Нидары, – хмыкнула я. – Она заслуживает хорошего мужа.

– Польщен, что достоин того, чтобы обеспечить счастье девушки, – серьезно ответил Хан, и его голос потерял игривую интонацию. – Но я не планировал связывать себя узами брака в это непростое время.

Я протянула ему написанную на бумажке сумму – это было приданое Нидары. Хан развернул листок, и я увидела, как его глаза расширились. Мужчина молчал, смотрел на цифру и вдумчиво потягивал чай. Я терпеливо ждала, поглядывая на прохожих.

– Впрочем, – наконец произнес собеседник, отставляя чашку, – я готов подумать над тем, чтобы жениться. Нужно время, чтобы присмотреться к невесте, и тогда скажу, смогу ли я сделать ее счастливой. – Хан усмехнулся, и в его взгляде мелькнули озорные нотки. – Не хотелось бы обмануть доверие госпожи. Вы же будете наблюдать за нами.

Я улыбнулась и кивнула, чувствуя, как внутри разливается удовлетворение.

– Всегда приятно поговорить с умным мужчиной.

– Благодарю, – склонил голову Хан. – Но почему я?

– Вы умны, богаты, влиятельны и разумны, – перечислила я, загибая пальцы. – Это уже немало. К тому же для вас не имеет такого большого значения репутация Нидары, которая была подмочена по моей вине.

– Документы, – понятливо кивнул Хан, задумчиво, но довольно жмурясь.

– Если вы не согласитесь, – добавила я, – то я так сходу не назову другого, кого бы я посчитала достойным Нидары. Она замечательная девушка.

– Вы сегодня меня захвалили, – снова рассмеялся мужчина. – Госпожа хотела обсудить со мной только предполагаемую помолвку или у вас есть еще ко мне дело?

Я откинулась на спинку стула.

– В порт прибывает партия товара, которая будет принадлежать уже вам. Немного раньше срока, поэтому нужно будет срочно подготовить ее к осмотру. Когда сможете прийти и выбрать себе две трети?

– Как только пошлете за мной, – твердо ответил Хан, и в его голосе послышалась деловая хватка. – Сейчас это один из приоритетных направлений для меня. К тому же… – он сделал паузу и понизил голос, – кое-кого постигло жестокое разочарование из-за сорвавшегося договора. До меня дошли слухи, что Лест уже начал терять партнеров, деньги, а в будущем – и положение. – Собеседник взглянул на меня с легкой тревогой. – Вы же понимаете, что он так просто это не оставит и попробует уничтожить товар?

– Понимаю, – кивнула я, чувствуя сильное раздражение и тревогу из-за данного факта. – Поэтому и тороплюсь. Вопрос с приемом товара я решу в ближайшее время. Потом императорская семья выбирает необходимое для себя, потом вы, остатки уйдут по лавкам.

– Логично, – пробормотал мужчина, явно прикидывая что-то в уме.

– Когда придет представитель от императорской семьи, все узнают, что товар принят, – продолжила я, непроизвольно тоже понижая голос, – но посторонние не будут знать, что вы свое уже забрали. Небольшой остаток я найду, где спрятать. Это будет ловушка. Пусть попробуют испортить товар, я буду их с нетерпением ждать.

– Госпожа коварна не по годам, – восхитился Хан, в его глазах снова зажглись смешинки. – План хорош, но многое может пойти не так.

– Может, – пожала плечами я, чувствуя, как внутри только крепнет решимость. – Но итог будет один. Пора разобраться с этой историей, у меня время поджимает.

– Мне нужно о чем-то знать? – насторожился Хан, и его взгляд стал цепким.

– На данный момент – нет, – качнула головой я. – Но скоро история выйдет наружу. Тогда вы и сами все поймете.

– Хорошо, – кивнул Хан, но я чувствовала, как собеседник насторожился. – Обращайтесь, если нужна будет помощь.

Я кивнула и напомнила:

– Буду ждать от вас решения по поводу брака.

Хан усмехнулся, и в этот момент нам принесли основные блюда. Ароматы поднимающегося пара, звон посуды, оживленный гул вокруг. Хорошо!

* * *

О том, что произойдет сегодня вечером, из прошлой жизни я не знала. Да и неоткуда мне было узнать. До смерти отца я не интересовалась делами рода и могла попасть в доки порта, которыми владела моя семья, разве что случайно.

Но теперь я все глубже погружалась в дела торгового дома и параллельно с этим расставляла ловушку. Крупнейший груз за полгода прибыл в порт, и я потратила немало времени принимая его. В прошлой жизни у меня ушло много времени что бы вникнуть во все процессы, которые сейчас я уже знала. Почти сразу после приемки пришел человек и от императора. Взял он только самые редкие вещицы и немного сырья, заплатил щедро, и мы расстались друг с другом.

Я уже собиралась домой, когда мне сообщили о беспорядках недалеко от порта, и, узнав, кто это, я поспешила отдать распоряжения.

На тайную стражу второго принца напали. Застали врасплох и теснили в сторону нашего порта. Возглавлял этот отряд Шимо лично и, кажется, был ранен. Нужно было отвлечь внимание нападающих и спрятать отряд. В порту, где мои люди знают каждый уголок, где они хозяева, такое провернуть было нетрудно.

У меня были подозрения, кто напал на отряд принца, но пока я не знала точно. Этому человеку рано было начинать действовать. Решительные шаги он должен начать предпринимать лишь пару лет спустя. Может, все-таки не он?

Пока я обдумывала эту проблему, мои распоряжения выполнили, и когда открылась дверь отцовского кабинета в порту, который сейчас занимала, я увидела окровавленного Шимо.

Мужчина тяжело дышал и был серьезно ранен. Пребывая в сознании и увидев меня, он прохрипел:

– Вы…

– Госпожа, звать лекаря? – спросил начальник охраны порта.

Он и его люди работали на отца долгое время и были всецело преданы нашей семье. Именно с их смертей и заменой на других людей и началась в будущем захватка порта.

– Не нужно, – ответила я. – Иначе все узнают, что это я укрыла отряд. Иди, я справлюсь сама.

Шимо положили прямо на пол и склонившись над ним, я расстегнула на нем мундир, внимательно рассматривая ранение. Кровь пропитала ткань, рана была глубокой, но не смертельной, если вовремя помочь.

– Где-то еще раны есть? – поинтересовалась я.

– Нет, – прохрипел воин.

Я вздохнула. Конечно, можно просто перевязать его и оставить здесь до вечера. Но большой шанс, что воин может умереть. Может помочь?

Используя свой дар, я запустила магию в организм пострадавшего. Она заставляла ткани регенерировать и зарастать там, где нужно. Это был болезненный процесс. Шимо лежал весь мокрый от пота, со сжатыми зубами, терпел, но не проронил ни звука. Я смотрела на него и не могла не вспомнить.

В прошлой жизни Шимо знал, что принц любил меня. Знал, что я вышла за другого, что пренебрегала и не обращала внимания принца. Могла ли из-за этого я быть косвенной причиной его гибели? Этот вопрос жег меня изнутри каленым железом.

После смерти принца Шимо использовал любую возможность сделать мне гадость. И один раз ему представилась такая возможность: я попала под арест и испытала несколько часов боли и унижения, пока муж не вытащил меня из камеры с допросов. Я была ему тогда еще нужна. Но недолго.

И сейчас я тут Шимо жизнь спасаю, но не могу не злорадствовать из-за его неприятных ощущений. Пусть помучается.

Закончив с раной, я еще и гастрит ему вылечила. На всякий случай. Чтоб прям был здоров наверняка, мало ли что.

Встав и размяв затекшие ноги – я просидела на корточках дольше, чем планировала, – посмотрела на мужчину, который не понимал, почему боль прекратилась. Он лежал, приподняв голову, и хмурился, ощупывая рукой место, где только что была рваная рана.

– Будешь лежать или поднимешься уже? – ласково поинтересовалась я.

– Почему вы помогаете мне? – хрипло спросил Шимо, с трудом пытаясь. – Я же знаю, что не нравлюсь госпоже.

Я замерла. Помешкала. Отвечать или нет?

– Не нравишься, – ответила я тихо. – Но пока ты предан и готов отдать жизнь за него, то и сам будешь жить. Ну и он расстроится, если ты умрешь.

Мне не требовалось пояснять, кого я имею в виду. Страж и так все понял. Усмехнулся. Противный вояка.

– Благодарю госпожу за милость, – мужчина кое-как согнулся в поклоне, и я заметила, как он старается не показывать слабости, хотя встал явно с трудом.

– Твои слова звучат как издевка, ты же в курсе? – уточнила я на всякий случай, посмотрев на наглеца. Есть люди, которых ничто не исправит.

– Вам показалось, госпожа.

– Ага… – пробормотала я, решив не вступать в дискуссию. Спорить с ним было бесполезно.

– Могу ли я узнать, где мои люди?

– Можешь, – я махнула рукой в сторону двери. – Они в комнате чуть дальше по коридору. Никому из них лекарь не нужен, по крайней мере срочно. Кроме тебя. Наверное, возраст, раз ты так подставился.

Шимо вздохнул. Я ждала, что он огрызнется, но мужчина промолчал. И это было почти обидно. Я почувствовала себя ребенком, сделавшим гадость взрослому дяденьке, который все понимает и относится снисходительно.

– Какой же противный характер, – сказала я вслух. – И как принц с тобой работает?

– Возможно, госпоже тоже предстоит это узнать чуть позже, – снова склонился в поклоне воин. Я пригляделась и заметила, что он опустил голову, чтобы скрыть легкую улыбку.

Шимо и улыбается? Что-то странное происходит. Надо поскорее от него избавиться.

– Тебя проводят к твоим людям, – сказала я сухо. – Посидите здесь, пока не стемнеет, а потом вас выведут из порта безопасным путем.

– Госпожа очень добра, – поблагодарил Шимо.

И было что-то в его тоне… Будто воин знал что-то неизвестное мне и молчал, ожидая, пока я узнаю сама. В общем, раздражал он меня жутко. Я знала его жестким и даже жестоким… Кто мог подумать, что вежливый и учтивый он не менее противный?

– Иди, – приказала я, поведя плечами.

Стойкое ощущение, что я что-то упустила, не отпускало. А интуиция никогда меня не подводила.

* * *

Много времени на то, чтобы присмотреться к невесте, Хану не потребовалось. И когда он пришел забирать свой товар, то сообщил мне, что согласен жениться на Нидаре. Однако одно из его условий было, чтобы я пришла с девушкой в одно из заведений города, которое славилось сомнительной репутацией.

Как сказал Хан: его невеста должна понимать, с чем столкнется, если выйдет за него замуж. Таить от нее сферу своих занятий он не собирается – в браке важно доверие. Хороший подход во всех отношениях. Я была довольна, что не ошиблась в Хане. Да, он не упускал выгоду в браке, но и о своей будущей семье начал заботиться, когда ее еще не было.

Нидара, узнав о том, что у нее появился жених, обалдела. А когда я назвала его имя, впала в глубокую задумчивость – да в такую, что, когда мы подходили к дому развлечений, она никак на это не отреагировала. Я искоса поглядывала на нее, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.

– Нидара, – осторожно начала я, когда мы остановились у входа, – тебе не нравится господин Хан?

– Мы с ним не знакомы, – задумчиво ответила служанка. – Но то, что он хочет сначала узнать меня, прежде чем жениться, невзирая на большое приданое, вызывает уважение и дает мне надежду на то, что он хороший мужчина.

– Тогда тебе не нравится сфера его деятельности? – уточнила я, не понимая, что не так.

– Работа есть работа, – вздохнула Нидара, и в ее глазах мелькнула тень грусти. – Когда я обучалась служить, нам много рассказывали о том, какие господа есть в столице, не говоря уже об их тайных делах. Господин Хан еще, можно сказать, благороден.

Мы, скрытые плащами и масками, вошли в развлекательный дом через черный ход. Нас ждал слуга Хана – молчаливый, с невозмутимым лицом, он указал нам путь.

– Тогда что не так? – не могла понять я.

– Скоро я с вами расстанусь, – тихо произнесла девушка, и, когда она посмотрела на меня, в ее глазах стояли слезы.

– Очень трогательно, – раздался голос Хана, и мы резко повернулись в сторону открывшейся двери.

В дверном проеме стоял молодой мужчина. Хан был без маски, его лицо освещалось тусклым светом ламп.

– Вы ведь не будете против, если мы поговорим наедине? – спросил мужчина у меня, вопрос явно был риторическим.

Я заметила, что Хан не поприветствовал меня как обычно, не выдавая тем самым мой статус. Очень продуманный мужчина. Это не могло не вызывать уважения.

Нидара смело и решительно прошла к своему почти жениху, и дверь за ними закрылась. А мне слуга указал на небольшой боковой ход, который вел на уединенный балкон. Мысль мне понравилась, и я мгновенно шмыгнула туда, с облегчением вдыхая прохладный вечерний воздух.

Осматривая пустынную улицу, я прислушивалась к вечерней жизни столицы. В более богатых районах сейчас уже царили тишина и покой. Здесь же люди брали от жизни все, что могли. Издалека слышался смех – громкий, чуть пьяный, в едальне напротив кутили и негромко напевали простенькую песенку, страшно фальшивя, но оттого еще более жизнерадостно. Здесь народ был открыт этому миру и в то же время хранил свои секреты.

Я уже была знакома с Цветочным павильоном, где императорская семья бдела за благовоспитанными девушками из влиятельных семей. Здесь, я думаю, умело присматривают за их отцами и братьями. А женщины постарше – где же их ярмарка тщеславия? При дворе?

Мои размышления неожиданно прервал знакомый голос.

– Госпожа, вот уж не ожидал вас здесь увидеть, – узнала я третьего принца.

Я резко обернулась и увидела мужчину в маске, входящего на балкон.

– Ваше высочество?! – шепотом, потрясенно уточнила я.

Застать принца в таком месте – это конфуз. Внутри все сжалось от неловкости.

– Знаю, о чем вы подумали, – тихо рассмеялся мужчина, и в его голосе послышались теплые нотки. – Но я здесь по делам.

– Да, я поняла, что по делам, – смущенно пробормотала я, чувствуя, как краска заливает лицо под маской.

– Да не те дела, – хмыкнул Кайден, и в его глазах заплясали смешинки. – Хотя обсуждать подобные темы с благородной девушкой неправильно.

– Как и благородной девушке быть здесь, – вздохнула я, чувствуя, как неловкость сменяется легким весельем от абсурдности ситуации.

– Что же вас привело сюда? – насмешливо посматривал на меня принц. – Если это не секрет.

– Какой уж тут секрет, – охотно ответила я, впадая в ужас от мысли, что он мог подумать. – Я привела Нидару к господину Хану. А он просил, чтобы она встретилась с ним именно здесь.

Видимо, самое безобидное место из всех, если можно так сказать.

– Зачем? – удивился Кайден, и его брови поползли вверх.

– Хочет, чтобы невеста воочию узрела теневой мир, с которым работает ее будущий муж, – объяснила я, разводя руками.

– Продуманно и разумно, – одобрил его высочество, и в его голосе послышалось искреннее уважение. – Однако не знал, что вас с Ханом связывает не только деловое сотрудничество.

– Я сама не знала, – призналась с легкой усмешкой. – Но Нидару нужно выдать замуж.

– А-а-а… – понимающе протянул принц. – То дело с бумагами. Вы правильно его решили. Расследование сейчас принесет больше проблем, чем пользы.

– Да, но в итоге пришлось прийти сюда, – вздохнула я. – Хан обещал, что меня никто не узнает.

– Не думаю, что он позволит кому-то узнать, Хану не выгодна ваша испорченная репутация, – задумчиво заметил Кайден. – Я узнал о вашем приходе сюда от людей брата. В его темной страже своя сеть информаторов. А мне по долгу службы приходится здесь бывать. Впрочем, как и брату.

– Хмм… – вырвалось у меня непроизвольно.

Кайден расплылся в улыбке, заметив мою реакцию.

– Вы же не думаете, что императорская семья не приглядывает за теневым миром столицы? – мягко спросил он. – Они так же наши подданные, и мы должны присматривать за ними и защищать.

– Как скажете, – кивнула я, поражаясь влиянию венценосного дома.

– Но если я прихожу сюда тайно, – добавил Кайден, и его голос стал тише, – то брат со своей стражей. И тогда проливается кровь. Его здесь не любят, можете не переживать.

Я уловила явный намек на мои личные отношения со вторым принцем и решила проигнорировать его. Раньше я думала, что нужно просто удостовериться в симпатии его высочества, и все у нас сложится. Но чем больше я погружаюсь в свою новую судьбу, тем больше понимаю: даже если ты знаешь будущее, ничего просто не бывает. Досада.

В этот момент наш разговор прервался. Моя служанка закончила свою небольшую беседу с Ханом и вышла к нам. Нидара настороженно посмотрела на мужчину в маске, и принц, кивнув мне, исчез в мгновение ока – будто его здесь и не было.

– Кто это, госпожа? – шепотом спросила Нидара, и в ее голосе послышалось беспокойство.

– Неважно, – отмахнулась я, чувствуя, как внутри нарастает любопытство. – Что с вашей помолвкой?

– Все хорошо, – смущенно улыбнулась Нидара, и на ее щеках появился румянец. – Свадьба будет через два месяца.

– Это же прекрасно! – воскликнула я, чувствуя искреннюю радость за девушку. – Я тебя поздравляю!

И Нидара счастливо вздохнула. А я подумала, что Хан – мужчина, который умеет произвести впечатление и быстро очаровать девушку. Надо будет запомнить это.

Император Саргон

Эта работа когда-нибудь меня доконает. Помимо решения рутинных государственных дел, нужно уделить время семье, контролировать интриги и заговоры. И сейчас особенно трудный период.

Род Вейлин явно стараются дискредитировать, посеять недоверие между нами. Некоторые заморские сделки и контракты оказались на грани срыва. И все преподносится так, будто бы из-за неумелого управления Вейлинов. Столько веков справлялись, а тут неожиданно разучились. Ага.

Я откинулся на спинку кресла, потирая переносицу. Необходимо это пресечь – желательно до возвращения сына. С Сианом Вейлин мы уже обсудили все необходимые действия, и я отправил с ним доверенное лицо, чтобы он взял под контроль поставки. А тут, в столице, провокации против самого дома. И что самое удивительное – наследница со всем прекрасно справилась, еще и выгоду для себя извлекла. Неожиданный ход. Достойный.

Императрица сегодня тоже была задумчива и невесела. Я видел, как она рассеянно водила пальцем по краю бокала, погруженная в свои мысли, изредка бросая взгляд на сыновей. И только трое наших отпрысков ели за всех, весело болтали и были полностью довольны жизнью.

Как же раздражает! Когда я уже им передам трон? Когда они перестанут вести себя как беспечные юнцы, не видящие ничего дальше собственного носа?

– Мальчики, – неожиданно спросила императрица, и в ее голосе послышалась задумчивость. – Что вы думаете о наследнице Вейлин?

Сыновья переглянулись, откладывая приборы.

– Я считаю, что она влюблена в брата, – пожал плечами Люсьен, и на его губах заиграла легкая усмешка. – И относится к тому типу женщин, которые за своего мужчину слону хобот открутят и горы свернут.

– Ты так уверен в ее чувствах? – приподняла бровь императрица, и в ее голосе послышалось любопытство.

– Мам, давай смотреть правде в глаза: Сиэль Вейлин не обращает внимания ни на одного мужчину, кроме брата, – ответил Люсьен, и я заметил, как его тон стал серьезнее. – Если бы она искала в союзе выгоды, то проще было бы обратить внимание на кого-то из нас. А еще за ней ухаживает Ройк, а тот очень опытен в охмурении женщин: невероятно красив, воспитан и обходителен. А Вейлин смотрит на брата, помогает его людям и не отрицает своего интереса.

– Но и не подтверждает, – поправила его величество.

– Она женщина, – отмахнулся Иллан, и в его голосе послышалась снисходительная усмешка. – На ваши с отцом отношения иной раз посмотришь – диву даешься, как вы живете. А счастливый брак не один десяток лет.

Он не успел договорить, а императрица уже одарила его таким предупреждающим взглядом, что принц предпочел замолчать и уткнуться в тарелку.

– Очень необычная девушка, – пробормотал я.

Она действительно выделялась – не столько внешностью, сколько той внутренней силой, которую сложно было не заметить. Необычной для столь юного возраста.

– Ага, – хмыкнул Люсьен. – Особенно если учесть, что она отвергает более выгодные и перспективные варианты женихов, выбирая нашего брата со специфическим характером и ужасными слухами о его репутации. Тут или нужно быть глупой, или влюбленной.

– Все так, – поддержал брата Кайден, кивая. – А Вейлин умная и красивая. Хорошо разбирается в делах своего рода. Удивительно даже. Я проверял, может, ее обучали раньше, но подтверждения не нашел. Сильный характер. У меня складывается ощущение, что она смотрит на нас с братьями со снисхождением. Как на хороших, но все еще подростков.

Остальные принцы закивали, соглашаясь. Я смотрел на них и чувствовал раздражение.

– А как ей на вас смотреть? – уточнил я мягко, с изрядной долей иронии. – Развели тут соревнования, кто хуже подходит на роль императора. Разве так делают ответственные драконы? А народ? А страна? Думаете только о себе, а Вейлин вон и об отце печется, и о роде, и о вашем брате. Нашли кого с кем сравнить.

Сыновья недовольно посмотрели на нас с матерью, но промолчали. Я знал этот взгляд. С самого детства они такие – тихушники. Слушают, кивают и делают по-своему. А ты потом за голову хватаешься, думая, как это разгребать. Седеть я начал, когда моим сыновьям было лет по тринадцать.

– Уже неплохо, что она Рейнару не желает зла и испытывает склонность, если вы правы, – усмехнулась ее величество. – И скоро мы это проверим.

– Что ты задумала? – напрягся я.

– Ускорить то, что и так неизбежно, – ответила императрица и улыбнулась.