Глава 41

Фиолетовый свет от Джареда сгущается, превращаясь в волну неистовой энергии. Она пульсирует, готовая снести нас всех в небытие. Ривзэйн бросается вперёд, пытаясь встать между нами и Хаосом, но его лицо искажено пониманием беспомощности — его оружие не годится против этого. Лара вжимается в меня, её фиолетовые глаза полны ужаса перед тем, что она чувствует внутри себя и видит снаружи. Я обнимаю её, готовясь к концу.

И тогда пространство разрывается.

Не взрывом, а вспышкой чистого, ослепительно белого света. Он обрушивается сверху, как водопад, сметая фиолетовую волну Хаоса, словно песок перед приливом. Свет не жжёт — он очищает. Фиолетовая энергия шипит и тает, отступая под его напором.

В центре этого сияния стоит женщина.

Высокая, стройная, в белоснежной броне Стража, сияющей мягким внутренним светом. Её длинные золотистые волосы развеваются в невидимом потоке энергии. Лицо спокойное, сосредоточенное, но при этом с яркими, чистыми глазами, абсолютно юными.

Из её ладони струится тот самый спасительный свет.

— Аврора… — хрипло бормочет Моргот, лежащий без движения. Его глаза приоткрываются, в них мелькает что-то сложное — облегчение, досада, что-то ещё.

Девушка — Аврора — не отвечает. Её внимание полностью поглощено Джаредом. Она делает шаг вперёд, и свет от её посоха фокусируется в плотный луч, направленный прямо в центр фиолетового сияния вокруг него. Хаос сопротивляется, сжимается, но белый свет неумолим. Он сдавливает, гасит безумную энергию.

— На корабль. Сейчас! — её голос звучит чётко и властно, но без крика. Он удивительно… человечный. И знакомый. С лёгким акцентом, который я слышала только…

Мои глаза расширяются. — Вы… вы землянка?

Аврора на секунду отводит взгляд от Джареда, её глаза — ярко-синего цвета, как чистое небо — встречаются с моими. В них мелькает удивление, а потом тень радостной улыбки.

— Да, точно! А ты тоже? А ты из какого города? — радостно встрепенувшись, спрашивает она. — Давно была на…

— Я извиняюсь, — прокашливается Ривзэйн. — Но у нас тут как бы проблемы…

— Ах, да. Простите, — тут же спохватывается Аврора, и её взгляд снова становится жёстким, возвращаясь к Джареду. Фиолетовый свет дрожит, идёт трещинами. — Морг, если можешь слышать — поднимай задницу!

Ривзэйн, не теряя ни секунды, хватает меня за руку. Я тяну Лару. Мы бросаемся к месту, где свет Авроры ярче всего — к открывшемуся в воздухе силовому люку её корабля, невидимому ранее. Белый свет создаёт как бы коридор, защищающий от остаточных волн Хаоса.

Сзади раздаётся рык.

Моргот тяжело вздыхает.

— Вообще-то не могу. Эти задницы лефира меня чем-то долбанули, или я теперь…

— Я привезла печеньки с шоколадом и клубникой, — перебивает его Аврора.

Моргот прищуривается.

— А, ну так бы сразу и сказала…

Что? Что вообще происходит?

Я наблюдаю, как Моргот, превозмогая паралич, вцепляется пальцами в чёрную, шевелящуюся землю. Его чёрные ленты-тени вырываются наружу, но не для атаки. Они с треском впиваются в землю по обе стороны от него и, как тросы, подтягивают его тело вперёд, к световому коридору. Он двигается с жуткой грацией паука — израненного, но не сломленного.

И это ради печенек⁈

— Всегда… вовремя… светлячок… — прохрипел он, вползая в луч света рядом с нами. Его синие глаза, полные…нежности? Смотрят на Аврору.

— Закрой рот и ползи, саботажник, — бросает она ему через плечо, не отводя луча от Джареда. Её голос резкий, но в нём нет обиды или раздражения. Есть… любовь. — Полетишь ещё раз на задание без меня — опять посажу на био-пилюли.

— Опять? — тихо шепчет Лара. — Она что? Сажала его уже?

— Без понятия, — так же тихо отвечаю я. — Но эта парочка меня пугает ещё больше. Они

точно маньяки.

Джаред кричит — нечеловеческий, раздирающий душу звук, когда белый свет окончательно сжимает фиолетовое сияние вокруг него в яркую, болезненную точку, а затем гасит его вовсе. Он падает на колени, потом плашмя на чёрный песок, без движения. Фиолетовый свет в его глазах гаснет, оставляя лишь пустоту. Жив ли он? Непонятно. Он просто лежит там, маленькая тёмная точка на фоне выжженной пустоши.

— Готово, — говорит Аврора, опуская руку. Свет гаснет, оставляя резкую темноту и запах озона. Она поворачивается к нам, её лицо бледнеет от напряжения. — Все внутрь. Быстро. Остаточные волны Хаоса ещё могут…

Она не договаривает. Моргот, уже почти у люка, вдруг конвульсивно дёргается. Из трещин в его броне выползают чёрные ленты — слабые, но всё ещё жаждущие энергии. Они тянутся к ближайшему источнику — к Ларе.

Аврора вздыхает, звук полон бесконечного утомления. Она машет рукой. Белый свет, мягкий, как лунный, окутывает Лару и отталкивает чёрные щупальца. Моргот рычит, его ленты исчезают.

— И снова мы не спасаем заражённого. А я так надеялась хоть в этот раз, — бормочет Аврора, глядя то на мужа, то на бездыханное тело Джареда. — Втаскивайте его тоже, — кивает она Ривзэйну в сторону Джареда. — Может, всё же получится что-то сделать…

Ривзэйн, не говоря ни слова, шагает к Джареду и тяжело взваливает его бесчувственное тело на плечо. Его лицо каменное, но в глазах бушуют чувства, которые он не смеет назвать.

Мы входим в корабль Авроры. Люк захлопывается за нами, отрезая вид на адскую планету и фигуру Джареда, одиноко лежащую на песке всего мгновение назад. Внутри чисто, светло и пахнет… озоном и чем-то цветочным. Странное сочетание.

Аврора подходит к контрольной панели. Моргот, прислонившись к стене и скрестив руки, смотрит на неё. Его синие глаза всё ещё горят яростью, но теперь в них читается и что-то другое — вымученное уважение, а может, просто привычка смотреть на неё.

— Курс — Корпус Стражей, — говорит Аврора, её пальцы летают по интерфейсу. — Нам всем нужен карантин. Особенно вам троим, — она кивает на меня, Лару и Ривзэйна, несущего Джареда. — И долгий, очень долгий разговор.

Корабль мягко вздрагивает и рвётся вперёд, унося нас прочь от Края, от Хаоса, от того места, где один брат едва не убил другого, а белый свет жены спас чёрную тень мужа. Джаред безжизненно болтается на плече Ривзэйна. Ответа на вопрос «жив ли он» по-прежнему нет. Только тихий гул двигателей и тяжёлое дыхание уцелевших.