Глава 43

Тяжёлая дверь камеры захлопывается с глухим металлическим звуком, оставляя нас в тесном помещении, освещённом лишь тусклым, голубоватым светом панелей на стенах. Воздух — спертый, насыщенный запахом озона и едва уловимым ароматом кожи и пота.

Я стою, сжимаю кулаки, чувствую, как дрожь бессилия пробегает по моему телу. Мой спортивный топ, когда-то белоснежный, теперь испачкан пылью и дымом, облегает изгибы груди. Короткие шорты из прочной ткани подчёркивают стройные, но мускулистые ноги — следствие бесконечных тренировок на кораблях. Капли пота стекают по шее, исчезают в декольте.

Ривзэйн стоит в двух шагах — его мощная фигура кажется ещё массивнее в тесном пространстве. Его чёрные, как космическая бездна, волосы спадают на лицо, обрамляя высокие скулы и резкую линию подбородка. Оранжевые глаза, напоминающие расплавленный металл, пылают в полумраке. Широкая грудь, покрытая тонкой сетью шрамов, поднимается и опускается в такт тяжёлому дыханию. Руки с выпуклыми венами сжаты в кулаки, а плотно облегающий комбинезон не скрывает мощных бёдер и явственного возбуждения.

— Это всё твоя вина, — его голос, низкий и хриплый, словно сквозь зубы, заставляет меня вздрогнуть.

Я резко поднимаю голову, чувствуя, как каштановые пряди прилипают к влажному лбу.

— Моя⁈ — голос срывается на крик. — Если бы ты не вёл себя как…

Не заканчивая фразы, я бросаюсь на него.

Мой кулак со всей силы врезается в его челюсть. Боль пронзает руку, но он даже не пошатывается. Вместо этого его огромная ладонь хватает моё запястье, а другая рука обхватывает талию, прижимая к себе так сильно, что я чувствую каждый мускул его тела.

— Так вот как ты хочешь решить это? — его горячее дыхание обжигает ухо.

Я пытаюсь вырваться, но его губы уже находят мои — жёсткие, требовательные. Его язык вторгается в мой рот, властный и неумолимый. Одной рукой он прижимает мои запястья над головой, а другой срывает остатки топа, обнажая полную грудь с твердеющими от возбуждения сосками.

— Ненавижу тебя, — прошептываю я, но моё тело предательски отвечает на его прикосновения.

— Лжёшь, — усмехается он, и его зубы впиваются в нежную кожу шеи, оставляя красную отметину.

Его свободная рука скользит вниз, сильные пальцы впиваются в мои бёдра, срывая последние лоскуты одежды. Я чувствую, как его пальцы находят моё влажное тепло, и невольно выгибаюсь навстречу.

— Видишь? — его голос звучит торжествующе. — Твоё тело знает правду.

Резким движением он расстёгивает комбинезон, освобождая огромный, уже полностью возбуждённый член. Мой взгляд непроизвольно задерживается на нём — длинном, толстом, с выступающими венами, покрытом каплями влаги на кончике.

Он поднимает меня, прижимая к стене, и без предупреждения входит глубоко внутрь. Я вскрикиваю, ногти впиваются в его плечи, чувствуя, как каждый мускул его спины напрягается под моими пальцами.

— Больно? — прошептывает он, замирая.

В ответ я кусаю его за нижнюю губу, чувствуя вкус крови.

Это становится сигналом. Он начинает двигаться — мощные, глубокие толчки, от которых стена дрожит за моей спиной. Его руки держат мои бёдра в железной хватке, пальцы оставляют синяки на нежной коже.

Я обвиваю его шею, притягивая ближе, чувствуя, как его горячее дыхание смешивается с моим. Его грудь трётся о мои соски, усиливая наслаждение.

— Ты моя, — прошипывает он, ускоряя ритм.

Я чувствую, как нарастает волна удовольствия. Мои ноги сжимают его талию, пятки впиваются в его ягодицы, подталкивая глубже.

Когда волна накрывает меня, я конвульсивно сжимаю его внутри, чувствуя, как он теряет контроль. Его последние толчки становятся хаотичными, и с низким рыком он заполняет меня горячей влагой.

Мы остаёмся так — дыша, прижавшись лбами друг к другу. Гнев уходит, оставляя после себя странное спокойствие.

Он медленно опускает меня на дрожащие ноги, его пальцы нежно проводят по моей щеке.

— Мы вернём её, — говорит он тихо, и в его оранжевых глазах я вижу обещание.

И на этот раз я верю.