Глава 34. Что отняли у злодея

Эрдан

В общем-то его не удивило, что клок волос, выдранный Бони у феи, привел их в замок Васкетт. Вроде бы не так давно здесь проходил бал, и Эрдан был просто обезоружен одной милой нахальной ведьмой, потребовавшей зафиксировать «вопиющие» нарушения. А сейчас он словно гость в родном замке, потому что в главном зале его встретил не кто-нибудь, а кузен Кальм Крум-Хорт.

Блондин, как и все Чудовища одной ветви, ему достался на удивление солнечный оттенок волос и россыпь веснушек, словно мелкие брызги золотой краски. Худощавый, высокий, он тем не менее не выглядел хрупким или нескладным – во всем его облике видно было стремительность, молниеносность, сила. И глаза яркие, словно подсвеченные изнутри лазурью – девушки просто падали к его ногам задолго до того, как узнавали, что он один из элиты – Чудовище.

И сейчас Кальм смотрел на него снисходительно и даже с долей сочувствия просто потому, что ощущал себя хозяином положения.

В руках мужчина держал фолиант и амулет Саята, тот самый, что был надет на Бони во время бала, тот самый, что она сняла самым последним, буквально выбив дух из его волка-Амарока. Амулет был заряжен на поиск Единственной для Чудовища, той, что останется навсегда, но только недоучка Растийш не задал правильные параметры, и, впитав в себя магию одной единственной ведьмы, амулет видоизменил Зов. На Зов откликнулась та, что в любой другой день никогда бы не ответила, так и оставшись пленительной недосягаемой загадкой.

– Не стой столбом – спроси, что он хочет, – бухтел как старый дед Великий Некромант, накрывший себя и короля плащом невидимости – его никакое заклятье обнаружить не сможет.

– Добро пожаловать в замок Васкетт, милый кузен, – с жутко приторной улыбкой проговорил мужчина, широко распахивая руки, словно намеревался обнять все королевство. – Не желаешь задать вопросы?

– Нет, – резко отказался Эрдан, едва ли не стирая зубы в крошку от злости, когда в ответ на свой отказ получил резкий тычок под ребра с той стороны, где должен был находиться король, его друг, между прочим.

– Отчего же? – наигранно удивился кузен и сам себе ответил. – Ну, конечно, наш Эрдан – образец для подражания во всем – он и соображает быстрее, и действует всегда правильно. Самому не противно? Нет желания вернуться во времена учебы и кутить, как в последний раз?

– Нет, – опять коротко ответил Эрдан, получив тычок под ребра с другой уже стороны – вот Великий Некромант его совсем не пожалел. – Я понял всю цепочку, что ты провернул, обманув и эту феечку, и собственного брата.

Упомянутая феечка тряпичной куклой лежала на полу, тяжело дышала, всхлипывала и изредка подвывала, но дед Бони велел не отвлекаться, так как девушка жива и здорова, в отличие от тех, на кого напустили проклятье.

– Поделишься выводами? – вкрадчиво спросил кузен, переступая через девушку, словно она всего лишь досадная преграда, на которую и времени тратить зазорно.

– Нет.

С двух сторон его не пихнули под ребра только потому, что Кальм, забыв про свое благодушие и мнимую открытость, моментально пришел в ярость и со всей мочи всадил в Эрдана воздушный поток, который на мгновение показался тяжелой глыбой. Но не зря Эрдан вспоминал про Кальма не так давно – сила у того откликнулась с неохотой и тут же иссякла, не завершив действия. Странно, откуда она вообще взялась у кузена.

– Мне нужна моя магия! – рычал кузен, подходя близко к Эрдану, который после удара воздуха пытался продышаться, согнувшись пополам. – И очень скоро она у меня будет.

Эрдан, видя мужчину так близко перед собой, попытался схватить глупца и с недоумением отметил, что силы уходят, словно вода в песок. Глянул на кузена и тут же вновь заскрипел зубами – у того на лице была столь гадкая ухмылка, что хотелось размазать ее по лицу.

– Я сам поведаю тебе цепочку событий, что привели тебя к такому концу. Помнишь, у тебя не было магии очень долго, а я был примером для всех – такой юный и столько силы, – а потом в тебе пробудилось Чудовище, и все принялись восхвалять тебя: какой молодец, так резко на него обрушилась магия, а он устоял.

Помнишь, как мы подрались в Академии в Хар-Ди до переломов и увечий, и тебя все жалели, хотя это ТЫ БЫЛ ВИНОВЕН!

– Девушка выбрала меня, а ты призвал Зов без разрешения и магически применил к ней – она едва не пострадала хуже нас двоих.

– Плевать! Она недостойна была нашей магии! Не отвлекайся. Помнишь, король предложил мне место во дворце, а потом передал его тебе, задвинув меня, хотя у тебя нет и не было силы, равной моей!

Рядом с Эрданом фыркнул Рой, а сам мужчина только покачал головой. Он помнил, как король требовал, чтобы Эрдан приступил к работе, но тот отказывался. Тогда Рой позвал Кальма и позволил тому допустить такие грубейшие ошибки, что от гнева Великого Некроманта кузена спасло только согласие Эрдана принять должность и распутать тот замысловатый клубок нелепиц и просчетов, что едва не привел к катастрофе. И как Эрдан не углядел в сегодняшней проблеме след тех ошибок, похожих по своей нелепости и непредусмотрительности?

– Что-то еще? Или эти мелкие недоразумения тебя задели на столько, что ты решил не считаться с чужими жизнями, ломая их, словно они солома?

Эрдан, наконец-то отдышался, смог выпрямиться, но его немного вело, словно он после утомительной нудной простуды встал впервые с кровати – ничего не болит, но сил нет и голова идет кругом. Да еще настойчивые вопросы с обеих сторон, словно зуд комара.

– Ты увел у меня замок Васкетт, обмусоленный верблюдом вышлепок! Ты забрал у меня право на проведение бала! Ты позволил своему другу связаться с моей ведьмой!

– С Лаверной? – вот чего он не ожидал, так это обвинения в причастности к чужой истории любви.

– Кстати, каково это увлечься ведьмой? – хохотнул Кальм и легким пассом руки вызвал ветер, сбивший Эрдана с ног. И ветер был не сильный, откровенно слабый даже, но гляди ж ты, сбил так, что в груди запекло и вновь выбило воздух.

– Увлекательно, – прокашлял он в ответ и принялся себя сканировать, не понимая пока, что смог сотворить с ним кузен, что ему так до невозможности плохо.

– Лаверна заслужила урок послушания, – продолжил кузен, отходя от поверженного врага. – Я ей замок предлагал, жить припеваючи, а она выбрала этого…Глорана. Но дело не в ней даже – ей я бы и по-другому мог отмстить. Мне нужен был…как думаешь, что?

– Фолиант, – усмехнулся Эрдан, кивая на книгу в руках мужчины, – ну и одна из формул в нем. Темное колдовство.

– На самом деле мне нужна всего лишь одна руна – все остальное я уже давно собрал, но эти маразматики древности, которые со страху в штаны наложили от собственных изысканий, во всех книгах формулу описывали без руны-ключа, представляешь?

– Представляю, – кивнул Эрдан больше в ответ на слова Великого Некроманта: «Он из тебя силы тянет, а понять как, пока не могу, представляешь?» – И ты решил раздобыть фолиант из нашей библиотеки. Что ж не пошел в нее сам?

– Издеваешься? Родовая библиотека стала такая заносчивая, что меня даже на порог не пускает, а ведь мы с тобой вместе в ней и горячительное распивали, и книги выносили те, что запрещено. И вот тебя она простила, а мне дорогу перекрыла.

– Не надо было возвращать книгу с пририсованными органами.

– Я был подростком! Давно пора забыть!

Эрдан не стал разубеждать кузена в его заблуждении, но его самого библиотека третировала вплоть до пожара – помнила все его мелкие пакости до самой незначительной. И только рядом с Бони прекращала чудить, и то это была лишь видимость – его к фее/ведьме магическое хранилище наотрез отказывалось подпускать. Удивительно, как ему поцеловать-то удалось девушку.

– И ведь привереда такая – подавай ей фей для наведения порядка, да не абы каких, а полноценных, чтоб не меньше пятидесяти процентов силы. Заметь, как вокруг нашей расы эти пятьдесят процентов витают: на бал ведьма нужна с силой не меньше пятидесяти процентов, в библиотеку – фея. А в хранилище может попасть только ведьма с контрактом у Чудовищ. Умно, чтоб всех занудных стариков гончие из бездны покусали.

– А вот это не знал, – честно признался Эрдан, озвучив шокированный возглас короля: «Чтооо?!»

– Неужели я тебя обошел? – Кальм расхохотался задорно, как мальчишка, но оборвал смех резко, тут же став серьезным. – Я думал использовать Наиль и Лаверну, тем более, что одна фея, а другая – ведьма. Но, как ты знаешь, фея оказалась слегка бракованной – джокер. Думал вышвырнуть ее за ненадобностью, но тут эта…дурочка рассказала мне про подругу, у которой все есть, причем именно в том количестве, что мне нужно.

– Ты убрал Лаверну с помощью инкуба, прицепив к обоим проклятье. Кто проклятье ставил, ты или девчонка?

– Что эта тупица может сделать? – взвился резко Кальм, демонстрируя своим переменчивым настроением и резкими вспышками гнева болезнь ума, которая и привела его к столь печальным последствиям. К сожалению, больной мозг очень недурно провернул всю эту аферу и скрывался так тщательно, что подозрения на него упали только с появлением на «подмостках» интриги Растийша.

– У тебя же нет темного дара, – напомнил кузену прописную истину и с удовольствие проследил за изменением на лице – улыбка сползла, оставляя на своем месте оскал безумца.

– Пришлось позаимствовать в королевской сокровищнице один артефакт…несколько лет назад. Так что я справился, причем очень недурственно.

– Что же ты пообещал Наиль? Она так виртуозно выполняла твои указания, что была вне подозрений.

– Что нудно было этой фее? – Чудовище потер переносицу, делая вид, что вспоминает, но почти тут же презрительно усмехнулся и махнул рукой в сторону лежащей на полу девушки. – Представляешь, она захотела вытравить из себя силу феи. Говорю же – Д У Р А. Такое невозможно вообще – только смерть.

За спиной Кальма кто-то протяжно взвыл, и фея попыталась наброситься на лжеца, – Эрдану были видны бешеные глаза феи и резко выросшие клыки, – но не добежала до цели каких-то пары шагов и была сметена в сторону яростным вихрем. Похоже, магия Кальма возрастает, а вот у Эрдана не осталось сил даже на то, чтобы стоять – не помогали даже подбадривающие шепотки некроманта и короля.

– Но как ты справился с вопросом отнятия силы у Чудовища? – Эрдан задал вопрос, с которым давно уже зудел над ухом Рой. – Как ты завязал темное проклятье на меня?

– Ну-уу, – протянул кузен, вновь улыбаясь на столько солнечно и жизнерадостно, что захотелось на него…плюнуть, – это не совсем проклятье. Помнишь, как из меня уходила магия каждый раз, когда я отказывался от той, что откликнулась на Зов. Так вот с тобой происходит почти тоже самое, только усиленное амулетом Саята – ты теряешь силу из-за отказа от Единственной.

– Я от нее не отказывался.

– Я сказал «от» Единственной? Ах, нет – из-за отказа Единственной. Представляешь, это на столько мощное оружие, что способно свалить любое Чудовище.

– Хочешь сказать, что Бони от меня отказалась? – что-то кольнуло в районе сердца и растеклось пекущим внутренности пламенем, забирающим остатки воздуха из груди.

– Конечно, ведь моя змейка умеет отравлять отношения – в этом она мастер. Сказала лишь, что ваши похождения в ночь бала ничего общего с Зовом и Единственной не имеют, и вот результат – девица перестала верить в вашу связь. И поверь мне, даже десятой доли склянки достаточно, чтобы яд кобры начал работать, отравляя ее чувства к тебе.

– Но, когда Единственная отказывается, силы покидают медленно и уходят в никуда, – повторяя по слогам за королем, с трудом проговорил Эрдан, заставляя себя стоять прямо, хотя внутри у него словно сход сели, под грязью которой оказалось погребено все хорошее, что случилось в его жизни.

– Ах, это, – беспечно отмахнулся кузен, алчно наблюдая за его выражением лица, словно питался чужой болью, – пришлось завязать все на себя. Формула не стабильна, но с нужной руной я ускорю процесс и уйду из-под удара отката. Где, кстати, эта руна? Как всегда, где-нибудь в конце на страницах не существенных и неинтересных, которые обычно все пролистывают.

Эрдан видел, как нервно принялся листать фолиант его кузен, как зазеленел воздух вокруг них, и услышал слова Великого Некроманта, которые с трудом пробивались сквозь звон в ушах:

– Завязал на себя, значит, – похвально и в традициях тех замшелых стариков, которых он презирает. Но, Эр, внучек, прости старика – тебе придется немного умереть. Обещаю, что будет не больно и не долго.

Все остальное слилось со звоном в ушах и со стремительно приближающимся полом, но Эрдан видел только зеленое марево и беззвучно падающее тело кузена – Великий Некромант не использовал прелюдий в своем деле, а действовал решительно и без возможности отказать.

Эрдан умер. Но он уже ничего не чувствовал.