Глава 10

Я опешила от неожиданности, настолько приятным и необычным оказалось прикосновение. Вот только у нашего близкого общения имелись свидетели. Дашка уже охрипла, намекая своим «кхе-кхе», что мы не одни. Я отстранилась, сохраняя зрительный контакт, а Костя смотрел таким жарким взглядом, что у меня щеки запылали.– Вы еще долго тут разлеживаться собираетесь? – Не выдержала подружка.– Нет, – лукаво закусив нижнюю губу, ответила ей, – уже идем, а то хватятся, искать начнут.Приподнявшись на руках, я сдвинулась в сторону и, уже никем не удерживаемая, поднялась на ноги. После подала руку парню, который так и лежал на снегу с мечтательным выражением лица. Еще и руки за голову запрокинул, намекая, что ему и тут неплохо.– Константин Алексеевич! – Дарья нарочито притопнула ногой. – В тепле на печке отлежитесь еще, а сейчас пора возвращаться. Замерзла уже, сил нет.Зорин принял мою помощь, но вместо того, чтобы подняться, дернул к себе, и я снова бухнулась на него с размаху. На этот раз он подхватил меня за талию и развернулся, чтобы самому оказаться сверху.– Попалась? – Наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание на губах.– Так нечестно! – Не сдержала улыбки.Какой же он все-таки мальчишка! Невозможно ведь на него злиться. И влюбиться страшно. Вдруг я ему только для развлечения нужна?– Константин Алексеевич, вы ведете себя крайне неприлично. – Дарья скатала снежок и запустила в парня, попав точно за шиворот.Между прочим, и мне за компанию досталось. Я сморщилась, когда на кожу упали холодные снежинки. А Костик улыбнулся, чмокнул меня в кончик носа и стремительно поднялся. Затем помог мне встать и заботливо отряхнул налипший на одежду снег. В ответ я смахнула снежинки с его пальто, а Зорин умудрился перехватить мою ладошку и оставить на ней невесомый поцелуй.– Ась, может, покажешь, ради чего мы сюда забрались? Успеете еще намиловаться, – хмуро наблюдая за нашими нежностями, пробурчала Григорьева.– Я нашла странную записку. – Посерьезнев, выудила из-за пазухи кусочек бумаги и протянула подруге.– О! – выдала Дашка после прочтения и задумалась.– И что там? – Листочек ловко перехватил Зорин и пробежался глазами по строчкам. – Детский тайник, говоришь? Странное у тебя было детство. А больше ничего?– Амулет еще. – Показала вторую находку. – Кость, а откуда ты узнал об Акулине? Справки обо мне наводил?– Наводил, – не стал отрицать очевидного парень.– Зачем?– Так, я ведь уже говорил. Мне интересно все, что касается тебя.– Я помню, но не понимаю, почему?– Потому что ты мне очень нравишься, Ася! – произнес, проникновенно заглядывая в глаза и одновременно прикасаясь рукой к моей ладони и сжимая ее вместе с амулетом. – Я хочу знать о тебе все до последней мелочи.– Всего о себе даже я не знаю. – Смутилась от пристального внимания и от того, что у личного разговора имелись свидетели. Некоторые вещи я предпочитала не рассказывать никому.– Пфф! Никто не может знать о человеке все, – пробубнила Дашка себе под нос. – У девушки должна быть загадка, чтобы мужчина не потерял интереса, спустя много лет.– Никогда не потеряю, Дарья Игоревна, если вы об этом беспокоитесь, – ответил Костя. – Я, может, серьезно настроен по отношению к Анастасии Трофимовне.– Правда? – Я удивилась. – А мне об этом не сказали.– Я и говорю сейчас. Настенька, станешь моей невестой? – Для убедительности Зорин еще на одно колено опустился. – Планировал это сделать в более торжественной обстановке, но так уж получилось.– О! – А теперь я растерялась. Вот так, запросто, связать судьбу с малознакомым человеком? – Мне нужно время, чтобы подумать. Я ничего о вас не знаю. Вы слишком торопите события.– Ася, неужели разобьешь мне сердце?– И в мыслях ничего подобного не было. Поднимайтесь и пойдемте обратно, мы и вправду задержались. – Я засунула амулет и записку за пазуху и отвернулась, чтобы никто не увидел смятения на лице. Вдалеке среди деревьев замелькали огни. – Похоже, это за нами, – тяжело вздохнула, – достанется нам по возвращении.– Я готов принять этот удар на себя. – Подскочив на ноги, Костя запустил магический светильник повыше. – Идемте за мной, не отставайте.Очень скоро мы встретились с деревенскими, которых Акулина направила на поиски.– Все в порядке, барышни? – Архип с беспокойством окинул нас взглядом.– Конечно, – ответил за нас Зорин, – увидели лисицу, захотели посмотреть зверя поближе и сошли с тропинки, а после заплутали. Вот, на ваши огни и вышли.Вернулись мы короткой тропинкой, проложенной от лесной опушки к деревне. В неприступном на вид частоколе обнаружилась неприметная калитка, которая вела сразу к хозяйскому дому. А там уже ждали взволнованные подруги и Акулина Степановна, встретившая укоряющим взглядом.– Нагулялись?– Не то слово! – буркнула Дашка, подбираясь поближе к печке.– Чего это вас в лес на ночь глядя понесло? А если б хищник напал? С кого бы потом спросили? – принялась нас отчитывать.– Приносим извинения за беспокойство, – миролюбиво ответил Костя. – Такого больше не повторится.  Тем более, никто не пострадал.За поздним ужином обстановка постепенно сгладилась. Вновь послышался веселый смех и радостные обсуждения прошедшего дня. Я не успела предупредить Дарью, чтобы держала язык за зубами, а она, как оттаяла, выдала:– А Константин Алексеевич нашей Аське предложил невестой стать!– Какая замечательная новость! – усмехнулась Акулина. – Поздравляю!– Подождите поздравлять, я еще не давала ответа, – опешила от посыпавшихся здравиц.– Жених и невеста! – Милка захлопала в ладоши и показала мне язык.Подруги только хихикали, поглядывая на нас, а Костя и не думал отрицать. Сидел рядышком и улыбался с загадочным видом.– Настенька, не сомневаюсь, ты примешь правильное решение, –  одобрила намерения молодого человека Зоя Матвеевна. – Только вначале гимназию окончить необходимо.Женщинам только попади на язык, сразу детей распланируют и на внуков прогнозы составят. После ужина и бани, где мы хорошенько пропотели, девчонки собрались у меня, требуя подробностей. Я бы не торопилась с откровениями, но Григорьевой так понравилось быть в центре внимания, что она еще и приукрасила события. И целовались мы жарко, и смотрели друг на друга влюбленными взглядами, и подхватил меня Зорин на руки ловко, а не то бы расшиблась.– А зачем же ты на дерево полезла? – изумилась Марфа.– Так, от волка спасалась, – нагнала ужаса Дашка. – Он сначала лисицей показался, чтобы за собой в чащу заманить, а там серым хищником обернулся и напал.– Откуда же он взялся? Вы же не говорили, что со зверем встретились! – заохала Мила, вытаращив глаза. – Нарочно, да? Чтобы не волновались? А ты что же? А Константин Алексеевич?– Так, он Аську на дерево подсадил, а меня за спину задвинул, да как треснет по оскаленной морде! Как жахнет магическим амулетом! А волк раз, и развеялся черным туманом! – продолжила вдохновенно врать подруга.– Что же это за зверь? Разве ж такое возможно?– Дух охранительный, темной ведьмой приставленный тайну оберегать! – шепотом поделилась девушка.– А как же вы это узнали? Разве ж можно убить дух? Какую тайну?– Ась, покажи им, – заговорщически подмигнув, попросила Дашка. – И записку, и амулет защитный.Знала бы, чем это вранье закончится, ни за что бы не повелась. Но девчонки взаправду поверили, хотя первым делом следовало к эмоциям прислушаться. Ложь гнилым привкусом отдает. Урок будет, что в любой ситуации нельзя забывать, кто ты на самом деле.Я приложила палец к губам и на цыпочках подкралась к двери. Нарочно так сделала, чтобы повысить значимость информации. Однако, резко распахнув створку, обнаружила отшатнувшуюся в сторону помощницу Акулины. В самом деле, подслушивала?– Я… это… – Девица замялась и покраснела. – Хозяйка послала сказать, что чаю с травами заварила для сна. Прикажете подавать?– Подавай. – Разрешила я, осуждающе цокнув языком. Когда помощница, облегченно выдохнув, умчалась исполнять поручение, развернулась и обвела девчонок многозначительным взглядом. – Вам понятно?Что именно понятно, я уточнять не собиралась. Каждый додумает в меру собственной фантазии, но даже Дашка прониклась и гулко сглотнула.– Она следила за нами?– Кто знает? – Пожала плечами. – Может, да, а, может, и нет.Затем я достала записку, после прогулки перекочевавшую во внутренний карман платья, протянула ее подругам. Милка первой выхватила листок и впилась в него взглядом. По мере прочтения ее глаза расширились от удивления.– Девочки, мне страшно! Асенька, Даша, можно у вас переночевать? – Состроила жалобную рожицу. – Марфу пушкой не разбудишь. А, если эта Мара придет? У тебя хоть амулет есть… ведь есть?– Угу! – зыркнула на Дарью, понимая, что пора прекращать фарс. – Да только неправда это о волках и ведьме. Бояться нечего. Дашка нарочно придумала дух охранительный, чтобы вас напугать. А в лес мы пошли тайник детский проверить.– О! Так, ты вспомнила? – обрадовалась Марфа.– Э… не совсем.– А как же о тайнике узнала? – Мила исполнилась подозрительности. Моим заверениям, что опасности нет, ни на грош не поверила.– Я во сне увидела, – влезла с признанием неожиданно посерьезневшая Дарья. – Представляете? Мне той ночью приснилось Аськино прошлое! Разве так бывает?– Вот теперь у меня мурашки по коже! – призналась Марфа. – Я тоже видела что-то странное, только не запомнила. И это… ночью так жарко сделалось. Знаете, когда кот забирается под бочок и греет? А я вроде бы сплю, но чувствую, как грудь тяжестью сдавило, не вздохнуть. Проснулась в холодном поту – никого. Милка спит, свернувшись клубочком. Значит, не могла случайно перекатиться. Да и как бы у нее это получилось? Я тут же в сон провалилась, а на утро позабыла все. Показалось, будто дурной сон приснился. А теперь заговорили о странностях, и я вспомнила.– Ася, а когда обратно поедем? – с причитанием спросила Мила. – Я уже по родной гимназии заскучала.– Может, сейчас уйдем? Пока хозяева спать легли? Разбудим Зорина, расскажем правду, он тебе не откажет, – предложила Марфа. – Я с воротами справлюсь, открою, а он нас на паромобиле вывезет. Дорога тут одна, не заплутаем.– А Зоя Матвеевна? Она же с хозяйкой в одной комнате спит! – напомнила Милка. – Как же мы ее тут одну бросим?– Девочки! Никто и никого бросать не собирается. На ночь глядя тоже бежать не следует. Дорога, может, и одна, да только в темноте пойди, разгляди ее. Давайте подождем до утра и решим, что делать дальше, – предложила разумный вариант.В этот момент в дверь постучалась помощница и с нашего разрешения затащила поднос с заварником и четырьмя чашками. К чаю прилагались блинчики со сладкими начинками и пирожки. Поблагодарив девицу за труды, выпроводила ее и прикрыла дверь. Затем взяла заварник, подошла к окошку, распахнула створки и выплеснула содержимое наружу.– Мы же собрались бодрствовать? А чай для сна заварили, – пояснила свои действия, а то Мила уже возмутиться хотела.– Ну, хоть пирожков-то можно? Вкусные. Когда еще вдоволь наедимся?Насчет еды возражений не последовало, и мы честно поделили угощение на четверых. Засиделись допоздна, подбадривая друг друга разговорами. Мила клевала носом, но стойко держалась. Я не выдержала и сжалилась.– Ляг, поспи, а я присмотрю. Девочки, и вы ложитесь. Я подежурю первой и через три часа разбужу Марфу, чтобы сменила, а после Дарья покараулит.– Все равно страшно, – прошептала Мила.– Оберег дам, который защитит от ведьмы, хочешь? – предложила я, и подруга закивала болванчиком.Стащив с запястья красную нитку, повязала Милке на руку. Амулет же повесила себе на шею, использовав ленточку вместо шнурка. На одну ночь сойдет.Поскольку Марфе первой меня менять, то постелила ей на лавке, а Дашка с Милкой на кровати валетом улеглись. Дополнительные одеяла и подушки из другой комнаты притащили, так что все устроились с удобством. Я облюбовала плоскую крышку вещевого сундука, приглушила свечи и настроилась на ожидание.Через полчаса подружки размеренно засопели, а у меня мысли крутились вокруг странностей, начавшихся с нашим приездом. Если Акулина воспитывала меня, как дочь, и отношения были теплыми, чего ж тогда приветила настороженно? Так врагов встречают или тех, кому не рады. Я ведь приехала сюда за воспоминаниями. Возможно, я повела себя не так, как обычно? И Акулина догадалась, что со мной что-то не так? А сны эти? А доказательства, что обнаружились благодаря им? Вдруг, Мара – это она?Неожиданно Милка вскрикнула, забормотала непонятное, завозилась, одеяло на пол сбросила. Приснилось чего? Я подошла, чтобы поправить одеяло и разбудить, ведь явно что-то неприятное увидела. Только тронула девушку за плечо, как она резко перехватила меня за запястье. Видение накрыло внезапно, врываясь в мысли яркими картинками.Прошлое. Мое. Обрывки детских воспоминаний. Я совсем маленькая. Мне холодно и страшно. Живот сводит от голода. Вокруг полно детей. Они злые, норовят отобрать еду, шпыняют, обзываются. И повсюду мерещатся страшные тени. Некоторые преследуют по пятам, другие только в определенных местах появляются. Жуть, да и только! Но потом появляется защитник, и сразу становится легче. Он старше и не дает в обиду другим детям, не позволяет отнимать еду и держит за руку, когда не получается уснуть. Мальчик тоже видит черные тени и умеет их прогонять. Рядом с ним безопасно. Не хочу, чтобы он уходил.– Ты не бросишь меня? – спрашиваю ночью, проснувшись из-за кошмара.– Никогда, Асенька. Мы всегда будем вместе, – отвечает, крепко сжимая мою ладошку. И мне становится хорошо и спокойно. Засыпаю с улыбкой на губах.Снова скачок во времени, я чуть постарше. Наша дружба стала крепче, другие дети нас со Славиком опасаются и сторонятся. Немудрено! Теперь я знаю, что черные тени – это призраки, души умерших, не нашедшие упокоения и преследующие живых. Мы их видим, другие – нет, поэтому люди считают нас ненормальными. Славик учит, что никому нельзя говорить о призраках. И с ними тоже нельзя говорить, иначе голову заморочат и сведут в могилу.Но не все призраки плохие. Я это знаю. Один привел в лес, где я нашла раненого ворона. Мальчишки подбили. Они злые, птиц стреляют, живность мучают. Прячу ворона, чтобы никто не нашел, тайком таскаю еду. И Славику не говорю, потому что он не любит, когда я мало ем. Мне ведь не нужно много, а поделиться не жалко. Ворон такой добрый, истории показывает, когда его гладишь. Будто где-то есть родные, которые меня ищут. Они живут в огромном доме, каких я отродясь не видела, одеваются в красивые наряды. Лучше, чем у купчихи Митрофановой, покровительницы приюта! Люди обращаются к ним «ваши светлости» и низко кланяются. В приюте каждый ребенок представляет, что его по ошибке потеряли или забыли, и вот-вот найдут. Но никто не придет и никому мы не нужны. Так сказал Славик, а он никогда не обманывает.Следующая картинка отдает тревогой. В приюте пропал мальчишка из старших. Вчера Васька отобрал еду, которую я несла ворону, и ударил больно по лицу. Я никому не говорила, даже Славику, но он узнал и разозлился. Взрослые ушли в лес на поиски, а вернулись странные. Сначала запретили спрашивать о Ваське, а потом сказали, что его забрали родственники. Глупости! Не было у него никого. Но никому нет дела, пропал и пропал. А потом Славик вдруг узнал, что я хожу в лес и ношу еду птичке. Ворон клюнул меня в руку до крови, я стерпела, хотя было больно. Славик будто почувствовал, что меня обидели, и прибежал запыхавшись. Первый раз он накричал, обзывая глупой девчонкой. Хотел убить птицу, но я вцепилась в его руку, повисла на ней, умоляя не делать этого. И тогда я увидела! Увидела, как Славик подкараулил Ваську в лесу и забил до смерти. Я заплакала, спрашивая, зачем он это сделал.– Потому что он посмел тебя обидеть! Не стоило распускать руки! – И никакого раскаяния в глазах.Хорошо, что ворон к тому времени поправился и отлетел на безопасное расстояние, спрятался среди ветвей. Несмотря на запрет, я все равно носила еду и оставляла под деревом. Она исчезала на следующий день. Я верила, что это ворон забирает, а не дикие звери растаскивают.А потом в приюте случился пожар. Славик вытащил меня, но там остались другие дети. Я плакала, умоляя спасти их, и он сжалился. Ушел, наказав мне ожидать на опушке. Я и ждала, пока не появился пернатый знакомый. Обрадовавшись, я побежала за ним и не заметила, как выскочила на дорогу. Кучер еле успел направить лошадей в сторону, иначе затоптали бы. Испугавшись, я присела на корточки, закрыв глаза руками. Тяжелая карета остановилась совсем рядом. Сквозь раздвинутые пальцы я увидела огромное колесо с налипшим снегом и кусочками грязи.– Что случилось? – Из кареты выскочил пассажир. – Кто это у нас тут? – Наклонился и легко подхватил меня на руки. – Как тебя зовут, маленькая? Что ты на дороге одна делаешь? Потерялась? Родители, наверное, ищут, беспокоятся.– Не ищут. Не нужна я никому, – пискнула в ответ. – Приют наш сгорел. Теперь и жить негде. Асей меня зовут.– Ох! Вот оно что! – Мужчина озадаченно оглянулся на зарево, освещающее небосвод.– Что там такое, Трофим? – Из кареты выглянула миловидная женщина.– Да вот, сиротку едва не задавили. Говорит из приюта. Думал, домой ее отвести, а, выходит, что некуда. Сгорел приют. И что нам с тобой теперь делать?И что ему отвечать? Смотрела на него полными слез глазами, кусая губы, чтобы не заплакать. В приюте слезами никого не разжалобишь.– Барин, что решили? Ехать нужно, – окликнул кучер, поторапливая пассажира.– Ладно, с собой заберем, а там посмотрим, что делать, – после недолгих размышлений, ответил мужчина и забрался внутрь кареты.Там меня рассмотрели со всех сторон, расспросили, накормили пирогами. А чего мне скрывать? Родителей нет. Сколько себя помнила, жила в приюте. Никому не нужна. Славик только беспокоиться будет, искать.– А кто такой Славик? Старший брат? – уточнила женщина. Добрая, с мягкой улыбкой и ласковыми руками.– Нет, это друг. Он защищает от мальчишек, обижать не дает и еду отнимать. Расстроится сильно, я ведь ждать обещалась. Надо ему сообщить, где я. А куда мы едем?– Домой, Настенька, – выслушав мою историю, ответил мужчина. – Родители мы твои, папа и мама, а ты – наша дочка. Нашлась вот нам на радость. Да, Валюша?– Да, родной. – Всхлипнув, женщина распахнула объятия. – Иди скорее, обниму тебя, дочка.Видение развеялось, и это совпало с тем, что Милка успокоилась и отпустила мою руку. Подружка счастливо улыбнулась, будто увидела что-то приятное, повернулась на бочок и сложила руки под голову лодочкой. А я, огорошенная неожиданными откровениями из прошлого, доковыляла до сундука и рухнула на него, без сил.Та маленькая девочка – я, это мои воспоминания. Как же получилось, что их увидела Мила? А прежде Дарье открылась часть моего прошлого. Нехорошая догадка царапнула сердце острыми коготками. Раннее детство, приют и удочерение – эти воспоминания достались младшей из подруг. Дарья с ее тяжелым прошлым увидела лучшую часть – жизнь в кругу семьи и любящих родителей. Но ведь есть и третья подруга! Марфа – самая крепкая и выносливая из нас. Возможно, в ее памяти сокрыта оставшаяся часть моего прошлого? Неужели я нарочно сделала это, заместив их воспоминания своими? Девчонки сами рассказывали, что я помогла им освоиться в гимназии. В голове не укладывается, что такое возможно.Я? Сделала? Нарочно: – осознания этого факта выбило из колеи. – Как? Чтобы провернуть такое, необходимы знания. Магия разума? Но я не маг! Гимназистов тщательно тестируют на наличие дара. В личном деле так и записано: «Неполноценное развитие магических каналов и не раскрытый источник, вследствие чего накопление и преобразование магической энергии не представляется возможным».Немного успокоившись, я решила проверить теорию и, если она подтвердится, посмотреть оставшиеся воспоминания. Подошла сначала к Дарье, которой досталась счастливая часть. Взяла девушку за руку и сосредоточилась, вгоняя себя в то состояние, при котором способна обнаружить энергетический след событий. Неужели ошиблась? Я ничего не увидела и, кажется, догадывалась, почему. Милка напугалась рассказом о Маре, и под сильным эмоциональным потрясением из подсознания ночным кошмаром всплыли спрятанные воспоминания. Дарья ведь ни на секунду не усомнилась, что ей все приснилось. Во сне человек расслаблен и беззащитен. Кто знает, может, это проделки Мары? Может, она нарочно подстроила так, чтобы свести меня с ума? Столько вопросов и никаких ответов. На всякий случай повторила эксперимент с Марфой, но он также не увенчался успехом.И что теперь делать? Бросить все и уехать утром? Но ведь я почти вспомнила! А как же девчонки? Из-за меня они подвергаются серьезной опасности. Вдруг эта Мара существует и каждую ночь проникает в сны, чтобы поработить человека или свести с ума?Но ведь это легко проверить! В детском стишке говорится, что ночью ведьма спит беспробудным сном, пока дух гуляет по округе. Значит, нужно под благовидным предлогом разбудить всех женщин, находящихся в доме. Начала я, конечно, с подруг, потому что оставлять их без присмотра не хотелось. Вот только девушки спали таким глубоким сном, что не удалось их растолкать.Не могут же они… Нет, это хитрая уловка! – Живот скрутило в тугой ком, а по телу прошлась волна холодной дрожи, от которой волоски стали дыбом. В тишине за дверью скрипнула половица.