Глава 24

Соня

Это просто невыносимая потребность в нём. Дикая. Всепоглощающая. Она затягивает в себя всё сильнее и сильнее. И ты уже не можешь выплыть из неё. Да, собственно, и не хочешь. Тебе просто нравится тонуть. Растворяться.

Его губы впиваются голодным, жадным поцелуем. Егор влажно сосёт, кусает мои губы. А я же быстро справляюсь с его брюками. Приспускаю их, отдаваясь на растерзание этому голодному дикому зверю, который хочет меня просто сожрать. Впрочем, я совершенно не против.

Избавившись от ненужной вещи, гонщик проделывает то же самое и с моими трусиками. Только они исчезают намного быстрее. И висят где-то на щиколотке. Но мне до безобразия всё равно. Я просто хочу этого сильного большого мужчину.

Свободин навалился на меня. Прижался своей мускулистой грудью ко мне. А я задышала ещё чаще. Кажется, у меня сейчас случится тахикардия. Не иначе. Я свела руки за его шеей. Кончиками пальцев ласково поводила по его затылку, поощряя мужчину и призывая уже к действию.

И не успела я сделать и одного вздоха, как он резко ворвался в меня. Я вскрикнула, выгнулась ему навстречу. Зажмурилась, хватая ртом воздух, как выброшенная рыбка на берег. Сжала его внутри. Егор зарычал. Следующие движения были размашистыми, резкими, яростными. Он начал

вбиваться в меня с сумасшедшей скоростью, не давая мне даже привыкнуть. Но мне этого и не нужно было.

Я хотела вот этого: дико, страстно, на разрыв. Буквально на грани фола.

Я слышала, как тяжело и рвано дышит гонщик. Как с каждой секундой он начинал двигаться всё более размашисто, чувственно и сильно. Буквально тараня меня своим огромным членом. А я только и могла, что хватать ртом воздух, стонать ему на ухо и ногтями царапать его затылок, шею, забираясь под футболку руками.

Он толкнулся резко и особенно глубоко, а во мне в этот момент взорвалось солнце, я вскрикнула и разлетелась мириадами частиц звёздной пыли.

— Пи***ц как в тебе узко. Ты такая горячая. Влажная. Вкусно. Я так по тебе скучал, — его хриплый голос я слышала возле уха.

От того, как он это говорил, по моему телу пробежали мурашки. Волосы на руках встали дыбом, и я непроизвольно сжала его внутри себя.

— Бл*дь, что ты делаешь со мной, Соня? — зарычал Свободин.

Своими пальчиками я чувствовала, как с его шеи вниз по спине стекает пот. Открыв глаза, повернула голову в сторону, чтобы тут же упереться носом в его щеку. Глубоко вдохнула. Мой любимый, сносивший разум запах.

Тонкая прозрачная капелька пота стекала по его виску вниз. Не удержавшись, слизнула её языком. Тяжёлый рваный стон-вздох. То ли мой, то ли его. А может быть, и общий.

Мощные резкие толчки усилились. А я стала задыхаться.

— Скажи, — услышала возле своего уха. Потным лбом Егор уткнулся мне в шею. — У тебя кто-нибудь был после меня?

Я не знала, что ответить. Как сказать ему, что никого не было? Да и нужно ли всё это? Промелькнула мысль, что, если бы у меня кто-то был после него, возможно, он бы не принял это. Побрезговал прикоснуться. Но эту дурацкую мысль я отогнала прочь.

— Скажи, — приказал.

— Никого.

Его имя слетело с моих губ, стоило ему только сделать размашистый, сильный толчок. Я не могла уже контролировать и сдерживать громкие стоны, слетавшие с моих губ.

Егор выругался и ускорился.

Первый оргазм просто снёс моё сознание. Разорвал меня на части. Так, что я с силой прикусила нижнюю губу, почувствовав на языке привкус крови. Наплевать. А из глаз вырвались слёзы. И спазм прокатился по всему моему телу. Я вся задрожала.

Пальцы на ногах поджались. Руками вцепилась в крепкие плечи Егора.

Гонщик не останавливался, проникал членом глубоко в меня, быстро. До самой мошонки. До искр из глаз. Он отстранился и впился в мои губы своими. Его язык играл с моим у меня во рту.

Вдруг Свободин опустил меня на пол, повернул к себе спиной и резко проник сзади. Я взорвалась ещё и ещё раз. Уже не понимала, сколько раз я кончила. Бесконечно.

Ноги дрожали, и я только и успела, что опереться ладонями о стену. Опустила голову вниз и стонала срывающим голосом. А Егор трахал меня так дико, жадно. И меня всю просто разрывало на части.

Одна его рука держала за бедро, пальцами другой он нашёл клитор. Начал тереть, ласкать, надавливать, ускоряя наше общее безумие. Я уже не соображала, где я и что творю.

— Моя девочка, — хрипло шептал он на ухо, не прекращая трахать меня и ласкать своими пальцами. — Я пи***ц как скучал по тебе. Быть с тобой — одно удовольствие. Так только с тобой. Веришь или нет, но это так.

Егор задвигался мощно, и я почувствовала приближающийся взрыв внутри. Ещё секунда, ещё один резкий, мощный, выбивающий весь воздух из лёгких толчок Егора, и я взрываюсь сокрушительным, мощным оргазмом.

— Егор! — кричу, ничего не понимая.

Сильные руки обнимают моё мокрое тело. Прижимают к себе. Шумное дыхание над ухом. А я сама пытаюсь восстановить равновесие и дыхание, которое к чертям сбилось.

— Какая же ты красивая, — вновь слышу возле уха и чувствую укус в мочку.

Я вздрагиваю. И чувствую, как постепенно прихожу в себя. И то, что произошло мгновение назад, обрушивается на меня гранитной плитой.

Мои глаза распахиваются.

Чёрт, что я только что наделала?

Нет. Внутри мне по-прежнему хорошо, и я чувствую отголоски ещё не ушедшего оргазма. Но то, что случилось, уже начинает давить на меня. И я чётко поняла, что только что совершила. Так не должно быть.

Я дёрнулась в руках Егора. Но он мне не дал даже пошевелиться, не говоря о том, чтобы выпутаться из сильных объятий этого мужчины. Сильнее сжал в своих тисках.

— Соня, что случилось? — в его голосе я услышала мрачные нотки.

— Это было ошибкой, — прозвучало глухо. Еле слышно.

Но он меня услышал. Его руки окаменели. Но всего на мгновение.

Резко гонщик поворачивает меня к себе лицом. Припечатывает меня спиной к стене, навалившись сверху. Придавливает своим мощным телом. А в глазах буря, шторм. Там мрак. Они почти тёмные, бездонные.

Он злится.

— Ошибка? — цедит сквозь зубы. Желваки на его скулах заходили ходуном, а вена на шее запульсировала.

— Да. Ошибка.

Не отрываясь, смотрю прямо на него. Егор приближает лицо ближе ко мне.

— Ошибка? — повторяет, но ответа не требует. — Мы лишь в одном совершили с тобой ошибку, Соня. Я — что сразу ничего тебе не рассказал. А ты — что ушла.

— Уходи.

Заставляю себя произнести это вслух. Потому что сердце рвётся на части. Ему больно. Как никогда.

Егор ещё с минуту смотрит на меня, а потом отстраняется. Быстро одевается, но уже не поднимает на меня своего взгляда. Я всё так же стою, прижавшись к стене, боясь даже пошевелиться.

Уже подойдя к двери, он слегка оборачивается. Смотрит на меня. Я чувствую. Щёку легонько покалывает.

— Это не было ошибкой. Я знаю, что ты действительно чувствуешь. Ты нужна мне! И ты будешь моей!

Больше ничего не сказав, он уходит, захлопывая за собой дверь. А я скатываюсь по стене, сворачиваюсь клубочком и горько плачу.