32. Обряд

— А сверху покров надо вон тот красный и волосы распусти. Брат сам заплести должен, а потом ты его. Но это не сразу. Сначала мужчины одни начинают веселиться. Потом только мы тебя приведем, — наставляет меня довольная своей ролью Ялса.

Она шикает на играющего бусами сына и выгоняет его на улицу, резвиться с другими детьми.

Сегодня день моей свадьбы.

Вот так неожиданно и быстро он настал с легкой властной руки повелителя. Орки не растерялись, будто готовились к этому событию не меньше года. Я еще глаза с утра продрать не успела, а уже разожгли костры и принялись зажаривать на них целые туши.

Многоголосый радостный шум с самого утра охватил все стойбище. А едва я выглянула наружу, как в глазах запестрело от красных лент. Ими было украшено все вокруг. Будто за ночь толпа проказливых духов расстаралась.

Ох! Это же моя свадьба! Я официально стану женой Таагана, повелителя орков.

Самого повелителя отвлекли важные дела. Я вспомнила как он нежно поцеловал меня перед тем как уйти на рассвете.

— Спи, любовь моя. Еще рано. Выспись хорошенько. Следующей ночью возможно спать вовсе не придется, — предвкушающе улыбается он. — Духи любят когда их задабривают в первую ночь муж с женой.

Даже в полудреме я краснею от его слов, но все равно улыбаюсь.

А вот когда в шатер влетела радостная Ялса, мне уже не хотелось улыбаться. Совсем. Ведь с ней влетело еще три орчанки. Одну я знала. Лечила ее малыша, а вот двух других высоких и статных женщин нет.

Шатер сразу наполнился шумом и суетой. И пока я растерянно хлопала глазами, орчанки развели бурную деятельность.

Сначала они быстро нашли тех, кто натаскает  воды в большую  деревянную лохань. Потом загнали в горячую, исходящую паром воду меня и долго оттирали там и полоскали мои волосы по смех и быстрые шепотки.

Весь их азарт и горящая инициатива осчастливить женщину повелителя, выплеснулась щедро на мою голову. Меня вертели, мазали какими-то пахучими маслами, мучительно долго расчесывали мои волосы и снова что-то втирали.

А за стенами шатра уже вовсю горланили громкие  песни, смеялись и веселились.

Ох, что же вечером тогда будет?

Когда  спросила, где повелитель, то Ялса наигранно нахмурилась и ответила, что его не пустят сюда теперь до самого обряда. Нельзя невесту видеть сегодня до вечера, когда меня подведут к нему. Это должны быть мои родственники, но так как здесь никого у меня нет, то это будет как раз Ялса и ее подруги.

Орчанки согласно захихикали, а я тоже улыбнулась представив, как это будет смотреться со стороны. Но обряд есть обряд, а мне очень хотелось праздника. Пусть такого быстрого и спонтанного, но после всех испытаний требовалась передышка перед тем, как мы отправимся добывать мое прошлое.

А еще мы мне было жутко любопытно как проходят свадьбы у орков. Начало, хоть и очень шумное, мне понравилось. У людей была традиция, которая меня всегда раздражала. Это когда перед самим обрядом собирались девки незамужние в доме счастливой или не очень невесты и начинали голосить на все лады, кто громче, провожая ее в замужество.

А казалось, что в доме вдруг покойник случился. Странный обычай, и я рада была, что у орков подобного не было. Невесту провожали к жениху с радостью и весельем. Никто не рыдал и не скобел и несчастной.

Несчастной я себя не чувствовала. Скорее в животе поселилось какое-то трепетное ожидание вечера. Мне хотелось продлить этот момент. Растянуть, потому что именно это ожидание и веселая суета доставляла мне новое неизвестное еще удовольствие.

Я невеста. А уже сегодня  вечером   стану женой, хотя еще вчера и не думала о подобном. Просто  жила и любила одного орка.

Но я рада, что повелитель так решил и смог быстро все организовать. Весь лагерь готовился к празднику. И этот разноголосый  гомон наполнял сердце теплом и уютной радостью. Я нашла свой дом. Он здесь, рядом с любимым.

Густые прохладные сумерки опустились на степь. Но темнее вокруг не стало. Кругом горят костры. Орки радостно празднуют свадьбу своего повелителя, выкрикивают поздравления, где-то даже уже танцуют.

Для меня же все вокруг перестали существовать, едва я увидела его высокую могучую фигуру. Шум постепенно стих, когда я медленно приблизилась к Таагану.

По случаю торжества, он был в белой рубахе с расшитым воротом, подпоясанной красным шелковым поясом и его волосы были распущены, подобно моим.

— С добром духи ветра встречают… — слышу я слова шамана словно издалека.

Протягиваю дрожащие руки повелителю, он сжимает своими широкими теплыми ладонями. Чуть поглаживает мое запястье и шепчет, едва двигая губами:

— Меора…

Единственная моя… Вспоминаю я, и дрожь проходит. Нет больше никого вокруг. Все остается за защитным непроницаемым кругом, что вдруг вокруг нас возникает. Он, конечно, только в моем воображении существует, но в этот момент мы одни с Тааганом.

Я никого и ничего не слышу и не замечаю.

Длинный обряд принятия проходит словно одно слитое мгновение, потому что я смотрю в любимые темные глаза и купаюсь в его любви и нежности.

Как же долго я ждал — читаю в них. Как долго я ждала тебя — хочется ответить ему.

А потом такой трепетный и красивый обряд. Тааган бережно заплетает мои волосы в какую-то мудреную традиционную косу. Я тоже старательно показываю чему научилась за эти полдня, пока меня обучала Ялса. Она категорически запретила мне плести обычную косу, что я заплетала себе каждое утро.

“Это не для обряда!” — обреченно закатывала она глаза, а ее подруги согласно кивали. — Нужно хотя бы простой косой ряд тебе научиться плести, чтоб не смеялся никто.

Смех? Да меня не заботило чье-то мнение, но и Таагана подводить не хотелось. Поэтому я потратила время, осваивая эту хитрую науку и сейчас могла не краснеть за результат.

Повелитель тоже одобрительно улыбнулся мне, когда я закончила.

Красный покров с моей головы был скинут в огонь. Это сожгли мою невинность, как объясняла мне Ялса. Красные бусы же символизировали достаток и здоровье невесты. Ну а красные ленты вокруг — радовали духов ветра и говорили, что у нас сегодня большой праздник.

Как во сне проходит и все остальное.

Я смеюсь и веселюсь вместе со всеми, но в голове один Тааган. Смотрю в его глаза и не могу насмотреться. Взгляд не могу от него оторвать, как и он свои черные  горячие очи от меня.

Вы сцепились взглядами, пальцы переплелись,  и теперь еще и души наши связаны до конца.

Как же я счастлива! Разве может быть более счастливый момент?!

— Духи благослови ваш союз, — слышу я голос шамана, как завершающий штрих этой ночи.

Потом было еще много шумного и разного. Все-таки орки очень любят веселится, когда дело доходит до праздников. Запомнилось все фрагментами.

Вот мы танцуем с Тааганом в общем кругу. Он быстро кружит меня, я звонко смеюсь со всеми. Вот нас одаривают, забрасывают зерном пополам с серебром и золотым песком. Щедрые орки не скупятся на подарки.

Замечаю в толпе ошалевшие глаза Ликаха. Он изумлен подобным расточительством. Ведь половину драгоценного металла просто затоптали в траве.

А потом уже я смеюсь над ним. Неожиданно завершился еще один необычный свадебный обряд. курица, которую я должна была бросить вверх, чтобы молодые орчанки смогли погадать себе на суженного, неожиданно суматошно замахала крыльями и прилетела прямиком на голову замешкавшегося барда.

Хохотали над ним все вокруг, и он сам громче всех.

Веселье выплескивалось радостными яркими брызгами. Я не видела ни одного угрюмого или недовольного лица.

А когда на небе взошла молодая луна, повелитель молча подхватил меня под радостные крики толпы и зашагал в сторону нашего шатра.