Глава 12

– Позволите осмотреть? – максимально деловым тоном спросила я. – Полагаю, что кроме руки у вас могут быть как минимум треснуты ребра. И хотелось бы убедиться, что ничего более серьезного.

И еще вопрос, что там с рукой-то?

– Осмотри, осмотри, – вертелась вокруг Пуся. – Внимательно. Надеюсь с пальпацией?

– Так, заботливая моя… – протянул Кайшер. – А сходи на разведку?

– Куда?

– Не куда, а откуда, Пусинда…

Нечисть обиженно фыркнула, превратилась в черную змею и скрылась между камней, оставляя нас наедине.

И если честно, то я этому ни капли не порадовалась! Потому что, несмотря на смущающие шуточки, Пусинда все же была третьим лишним и не давала атмосфере скатиться в неловкое напряжение.

Обычно ухмара вполне успешно переключала внимание на свою персону.

А тут… я и красивейший мужик в одних штанах.

Который при этом еще и древний змей… И я пока даже ума не приложу, а что же мне делать с этой информацией. Ладно, для начала стоит все же осмотреть Кайшера и помочь по возможности, а после… после уже поговорить серьезнее.

– Так, – скала я очень деловым тоном. – Для начала, что у вас с рукой?

Декан, успевший присесть около стеночки, вытянул руку вперед, поднял вверх, согнул в локте.

– Перелома нет, вывиха нет… – задумчиво ответил он, продолжая крутить конечностью. – Сильный ушиб.

Мне протянули мускулистую руку, украшенную гематомой на половину предплечья.

– А вот ребра лучше пальпировать, тут Пусинда права, – вздохнул декан.

На факультете нечистеведения целительство – один из ведущих предметов. В силу опасности профессии. Потому что совершенно неизвестно, когда и откуда тебе прилетит от объекта исследований.

Причем пять лет меня всерьез обучали лечить не только людей. Ну, точнее – оказывать первую помощь. Провести диагностику. Влить в пострадавшего собственные силы, восстановить, насколько возможно, его энергетический контур, запустить процессы самовосстановления организма.

Ну и опыт какой-никакой имелся. Хотя перелом я, разумеется, не сращу. А ламиров вообще никогда в глаза не видела, не то что лечить!

Вознеся короткую молитву всем богам, я с деловым видом опустилась рядом с Кайшером на корточки.

– Сможете ненадолго отодвинуться от стены?

Он кивнул.

Так… Кости все целы, ура-ура! Внутренние органы… в порядке. Ушибы – да, но это не очень сложно. Однако лучше проверить пальпацией, факт.

Я выдохнула и сосредоточилась на том, что передо мной сидит пациент. Не мой жених и даже не научный руководитель, просто пострадавший человек… ламир.

Положила ладони ему на грудь, прикрыла глаза и аккуратно повела пальцы в стороны. Теплый такой… кожа гладкая, бархатистая… Тьфу ты, это вот вообще не важно!

– Не шевелитесь только, – попросила я напряженно. – Я все же не целитель и могу что-то пропустить. Вот… внутренняя гематома справа, но печень не затронута. Так больно?

– Немного, – нейтральным тоном сказал декан.

– Только не врать! – предупредила я и продолжила его ощупывать.

Тщательно. Вдумчиво. Отрешившись от того, что щупаю я не абы кого, да и вообще прикасаюсь к голому мужскому торсу.

Кайшер Эйдан

Он очень старался не шевелиться, а главное – забыть о том, что его касается не просто целитель, а девушка, к которой он… ну, скажем так, неравнодушен.

Но этот врачебный осмотр оказался настолько приятным, что Кайшер даже о боли почти забыл. А главное, ощущения были непривычными.

Древний ламир попытался вспомнить, когда его последний раз касались настолько невинно. Настолько смущенно, легко, бережно… без всякой эротики и каких-либо намеков. Но, как ни странно, это будоражило. Пару раз он даже дернулся, когда пальцы Айлин коснулись особенно чувствительных местечек на его теле.

Но потом от этих пальцев пошло тепло. Не обычное, а магическое. Айлин уверенно вливала свою силу в его энергетический контур. И эта сила обволакивала ушибленные ребра, успокаивала ткани. Каждый нечистевед так или иначе умеет это делать – заставить чужое тело, грубо говоря, вспомнить, каким оно должно быть.

Айлин вдруг задержала дыхание и замерла. Синхронизирует ритм своего сердца с его ритмом. Чуть поморщилась, и Кайшер немедленно остановил ее:

– Вытягивать боль не стоит, Айлин. Серьезных повреждений нет.

– Я чуть-чуть и сразу трансформирую, – откликнулась она. – Не мешайте!

В принципе, Кайшер обошелся бы без ее лечения. Тем более зная, что она сейчас тратит свой резерв, заставляя его тело вспоминать, как рассасывается скопившаяся в ненужных местах кровь, как усиленно делятся клетки. Но для девочки это прежде всего опыт. Она достаточно сильна и восстановится быстро.

Закончив с ребрами и рукой, Айлин чуть помедлила и положила ладони ему на ногу.

А вот теперь пора заканчивать. Древние ламиры – тоже мужчины.

– Ноги точно в порядке, – мягко сказал он, отстраняя ее руки. Чуть задержал в своих и неохотно выпустил. – Спасибо, Айлин. Мне значительно лучше.

И с удивлением понял, что боль реально прошла.

– Точно? – с подозрением спросила она, подняв голову, и Кайшер нахмурился, увидев капли пота у нее на лице.

– Абсолютно! – уверил он, поднимаясь.

Айлин Тарри

Я удовлетворенно выдохнула и, выпрямившись, смахнула пот со лба.

– Устала? – с заметной тревогой спросил Кайшер.

– Это было энергозатратно, – призналась я. – У вас гораздо более многогранный энергетический контур, чем… чем у всех, с кем я работала раньше.

Руки даже немного дрожали. Честно сказать, не только от самого лечения.

– Но я быстро восстанавливаюсь, – успокоила декана.

– Я точно должен этому верить? Если плохо – скажи сейчас. Нам довольно долго придется идти.

– Точно, точно.

– Поверю, – сказал он с некоторым сомнением. А потом встал и, осторожно потянувшись, с удивлением сообщил: – А хорошо…

– Я старалась.

Кайшер надел рубашку (я едва удержалась от облегченного вздоха) и запустил в обе стороны туннеля шары-светлячки.

– Итак… Одна сторона завалена, а вот другая свободна. По удачному стечению обстоятельств нам именно в ту сторону, Айлин.

– А где мы вообще? Похоже на тот форпост, где я встретила виверну.

– Это туннели, по которым когда-то передвигались ламиры. В общем, я примерно здесь ориентируюсь.

Я с сомнением посмотрела на окружающее. Ну… если и передвигались, то очень давно. Хотя, конечно, я понятия не имею, сколько именно лет вот этому конкретному ламиру. И даже думать об этом не хочу. Но думаю…

Декан снова присел.

– Если пройти несколько километров по туннелю, то мы доберемся до Гристарашна. Это… Ну, можно сказать, школа стражей. Точнее, ее административно-парадная часть. По идее, она должна была хорошо сохраниться. Там мы сможем подняться на поверхность. Ну что, пойдем, дорогая?

«Дорогую» я проигнорировала и осведомилась:

– А как же Пусинда, профессор? Разве не стоит ее дождаться?

– Мало того, что мы снова на «вы», так еще и по должности? – Кайшер изогнул серебристую бровь. – Странно, я думал, что этот этап мы, хвала всем богам, уже миновали.

Ответила я не сразу. Присела на соседний камешек, потерла друг о друга онемевшие ладони и несколько мгновений пристально смотрела на мужчину напротив, который так же пристально глядел на меня.

– А чего вы ожидали, господин Ксилот?

– Значит, поняла?

– Я, быть может, и не гений, но складывать два и два все-таки умею.

Угу, особенно когда хочу это сделать. А в другие моменты вполне удачно могу игнорировать все приглашения к, так сказать, вычислениям.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся он.

– Притом вы просто отлично получились на академическом витраже. Буквально одно лицо.

Одна морда, точнее.

И то, что я знала о Ксилоте, последнем принце ламиров, не слишком радовало. Если уж честно – скорее пугало. Ксилот действительно договорился с Талионом Фэрстом, одним из основателей Хармарской академии. И они вместе работали. Но дело не в этом. Дело в том, что Талион Фэрст освободил Ксилота из саркофага, в котором тот провел много столетий. А на саркофаге были руны, означающие «преступление» и «наказание».

Отрицать очевидное этот змеиный принц не стал.

– Я понимаю, что у тебя добавилось данных о моей личности, – со вздохом сказал он. – Интересует другое: перемена в отношениях обусловлена только этим?

– А это не повод? – искренне удивилась я. – Вы только представьте на мгновение себя на моем месте.

– Это сложно, так как я не трепетная девица… – протянул Кайшер. – Но постараюсь.

Он даже глаза прикрыл и помолчал целых полминуты.

– Итак… я представил себя именно ей. Трепетной барышней, которая помолвлена с почти идеальным мужчиной. И вот я выяснил… выяснила, что мой прекрасный жених еще и принц. Силен, красив, умен, богат – и вдобавок к этим несомненным достоинствам обладает высоким титулом. Точно ли я недовольна этими обстоятельствами?

«Трепетная барышня» откровенно усмехнулась мне в лицо.

– Нет уж, вы представьте, что навязанный жизненными обстоятельствами жених – это не только прекрасный мужчина, но еще и древняя тварь, – безжалостно сказала я. – Потому что о ламирах, дорогой профессор, очень противоречивые данные. Не то оборотни, не то особо редкая нечисть. А мне всего-то двадцать три года, и я, конечно, оборотень, но принадлежу к виду птичьих. А вот жених мой – змея. Мы с ним гастрономически не совместимы.

– Ну это как посмотреть… – задумчиво протянул Кайшер.

– Да с какой стороны ни смотри, совместимость только в том, что вы меня можете сожрать.

– Я не ем живых, – спокойно ответил он. – Только иногда питаюсь энергией… Ладно, Айлин, я понял, что основная твоя тревога от недостатка информации. Спрашивай.

– Лучше уж вы расскажите. Я ключевое озвучила. Можете начать с того, сколько вам на самом деле годиков.

– Не так уж много, – ласково ответили мне. – На момент заключения в саркофаге мне было… примерно как тебе. Не двадцать три, конечно, но вполне соизмеримо. Я вернулся в Ламирию после обучения в университете и искал себя.

Тут я не сдержалась:

– Нехило так искали, раз в гробу закончили.

Он несколько секунд смотрел на меня, а после красивые губы внезапно изогнулись в улыбке.

– Надо сказать, что мне очень нравится твоя дерзость. Ты более живая и яркая, чем все время в академии.

– Путешествия открывают в нас новые грани, – насмешливо фыркнула я и обвела ладонью жутковатую пещеру. – Обстановка располагает.

– Действительно. Ладно, давай мы с тобой для начала закроем несколько вопросов. Моя расовая принадлежность никак не меняет ни мои чувства, ни мои планы, Айлин. Я – ламир. Не старый еще, особенно для представителей моей расы, так как пятьсот лет за которые моя страна развалилась и ушла в недра природы, я проспал в анабиозе. В гробу, как ты выразилась. Ламиры изначально – раса оборотней, но мы были прокляты Многоликим и лишены доступа к жизненной силе, которой владеют все обычные существа. Потому наш способ питания очень похож на способ питания высшей нечисти. Отсюда и идут некоторые… разночтения в научном сообществе.

– И почему вы их не развеете? – удивилась я.

Тем более что он-то как раз не последний в этом самом сообществе.

– Не хочу? – предположил Кайшер.

Хороший ответ… И ему наверняка есть причины, но рассказывать мне их сейчас тоже не желают.

Ну ладно, нет так нет. Я раскрыла рот, чтобы спросить о другом. Разве невеста не имеет права знать о своем женихе хоть что-нибудь? Кроме интересного факта о его змеином происхождении. А еще о том, что я ему нравлюсь очень!

Не гастрономически. Потому что он живых не ест, сам сказал. Но как раз это поправимо! Ну что такое для здоровенной змеюки придушить маленькую беленькую сову? Да и девицу несложно…

Задать следующий вопрос я не успела, потому как между нами возникла туманная фигура ухмары. Большая. Полностью закрывшая от меня женишка.

– Вот вы болтуны, конечно! До чего же я не люблю трепетных девиц! – заявила она. – Любого полу! Ах, я вас боюсь! Ну что вы, я вас не съем! Ах, мне кажется, вы для меня старый! Нет-нет, наш возраст вполне соизмерим! Ой, вы же тыщу лет в гробу пролежали! Не переживай, я уже после этого помылся!

Опять подслушивала…

– Мне кажется, – как-то очень спокойно сказал ламир, – что до обсуждения моей внешности мы с Айлин еще не дошли.

– Так я предвосхищаю дальнейшую беседу! – пожала дымчатыми плечами Пуся, вновь собравшись в девицу. – Чтобы вы уже закончили и отправились… хоть куда-нибудь. К тому же Айлин не умеет питаться энергией.

Я вдруг отчетливо вспомнила оставшиеся в совином доме эклеры, и желудок тут же отозвался. Неприлично громко.

– Спокойно, девочка моя! – тут же среагировала ухмара. – Тут неподалеку опять склад. В этом плане тебе везет.

– Веди, – коротко скомандовал декан.