Глава 8. Столкновение
Кин
Надёжно удерживая Трою, я целенаправленно и дотошно фиксировал каждый миг перемещения, используя и возможности тела, и силу эдаити. Понимание – в основе всего. Мы сможем стать полноправной частью этого мира, лишь досконально разобравшись в процессах, его наполняющих. Чехарда – слово, которое частенько мелькало в мыслях добычи и запомнилось ёмким смыслом, – лучше всего отражало нашу нынешнюю степень познания. И эту самую «чехарду» нужно было привести в порядок.
Мы выпали из зияния так же быстро, как в него попали. Однако я успел почувствовать малейшие изменения – воздух начал движение, пространство вздрогнуло, голоса собратьев зазвучали медленнее, становясь всё более внятными, послужив сигналом: жизненные процессы наших тел ускоряются.
Едва я, прижимая к себе Трою, перешагнул завесу, на нас нахлынул мир в своём естественном течении. Оглушил ожившими запахами, стремительностью звуков, сочностью красок и, главное, движением. Вокруг больше не было погрузившегося в стазис пространства.
– Мы вернулись! – надрывно-облегчённый шёпот добычи вторил моим мыслям.
Стремительно обернувшись, чтобы проверить своё предположение, я ожидаемо ничего не увидел. Позади нас не было никакого свечения – ни бликующего вспышками энергии тумана, ни искрящихся сгустков, – лишь деревья-кристаллы, растущие густо и раскидисто. Лес из пёстрых окаменевших исполинов закончился… и всё!
Интересно…
Не сразу я догадался, что порождаемая минералом искрящая «стена» не только отдаёт, но и забирает замедляющие время частицы, а потому невидима для тех, кто движется во времени с нормальной скоростью. Для нас же, «заторможенных», она была видна.
В тот момент, когда я на неё смотрел, осознание пришло как наитие, толкнувшее на эксперимент. Ну а то, что он оказался удачным… Тут скорее элемент вероятности сработал. Могло ведь и с точностью до наоборот получиться – нас бы глубже затянуло в зияние.
Зато теперь сомнений не было – пятна вовсе не провалы, они всего лишь сгустки частиц, изменяющих ход времени для отдельно взятого объекта и «замедляющих» его. А исчезновение, то есть невидимость для тех, кто остался в нормальном времени, – побочный эффект такого замедления.
Медленно и шумно выдохнула Троя, пощекотав дыханием шею и шевельнув мои волосы. Я слышал, что её сердце только-только перешло с судорожного стука на более спокойный ритм. Добыча едва ли сама осознавала, с какой силой вцепилась в мои плечи, с каким доверием вжалась лицом в мою грудь. Но сейчас всё…
Стоп!
Сущность эдаити словно ошпарило волной накатившей информации – если оболочка концентрировалась на близости женщины, то сознание мгновенно начало анализировать перемены в окружающем мире.
Перемены!
Я осознал их значимость и масштаб за доли секунды, синхронно со словами собрата:
«Кин! Наконец-то! Не мешкай! Ты нам нужен».
Призыв Орша донёсся, едва мы переступили «стену». Звучал отчётливо и ясно, хотя эдаити не был рядом – я слышал лишь мысленный голос, – но он ждал моего появления и почувствовал меня сразу. Как и остальные.
«Я же говорил, что он догадается!» – донёсся ещё один довольный комментарий.
«Щег! – узнал и порадовался я воссоединению. – Ты как?»
Пусть возможности эдаити уже подсказали о наличии перемен в мире, которые необходимо учитывать, но не поинтересоваться о состоянии одного из нас я не мог. Да и наше бессловесное общение протекало стремительно.
«Бегал по лесу, чувствовал, что вы рядом, всех звал, не сразу разобрался, что происходит. Сбросил с себя тормозящий заряд, когда прошёл через искрящий частицами столб. Нашёл такой в глубине леса».
Столб? Не стена?.. Хм…
Значит, мест «выхода» несколько. Это любопытно… Тоже момент, который необходимо обдумать, но не сейчас. Сущность эдаити настойчиво подталкивала разобраться с первостепенным! И присоединиться к своим.
Бросив сканирующую волну, я в один миг детально обозрел окружающее пространство. Ещё одно гигантское болото – справа, за которым ощущалась гряда хищных гор. Холмистую равнину, простирающуюся до горизонта, – слева. А на склоне одного из возвышений – пригревшуюся в лучах голубого светила группу распластавшихся существ, похожих на тот самый плоский летающий кристалл, за которым мы охотились в первый день в лесу.
«Увидел» я и место стоянки, где сейчас обосновались мои собратья, – ложбину между холмами, на небольшом удалении от границы леса. А чуть дальше – непонятное образование из камней, формирующих практически прямые полосы, заканчивающиеся кольцами. Почему-то они привлекли внимание, было в них что-то… неестественное. Даже для этого мира. Опасность?
Нет! Дальше… Причина подспудной тревоги в чём-то ином.
На время отложив выяснение происхождения и значения неведомой конструкции, я сконцентрировался на том, что находилось дальше… выше… над нами.
Вот оно! Угроза…
Возможности эдаити позволили осознать и опознать зависшие над планетой на границе атмосферы корабли.
Корабли! Те самые, преследовавшие и атаковавшие угнанный транспортник, когда мы приближались к точке перехода в подпространство. Те самые, повредившие двигатель и часть устройств. Но так и не сумевшие нас остановить…
Они нас выследили?!
«Что произошло, пока меня не было?» – рявкнул, срываясь с места и одновременно удобнее перехватывая едва начавшую дышать ровно Трою, устраивая её на своём плече.
– Я сама могу идти… – она потрясённо пискнула, но сразу умолкла, когда задохнулась от потока встречного воздуха и осознала, с какой скоростью я бегу.
«И сколько не было?!» – добавил поспешно. Уж слишком многое поменялось…
«Прошло двадцать восходов голубого светила, – немедленно сообщил Орш. – Всё было как со Щегом: мы вас ощущали живыми, но без конкретного местоположения. Решили ждать, оставались на месте. Обследовали лес, охотились, еду жарили, практиковались с огнём. Воспламенить вещество просто, надо лишь задать его структурным частицам высокую скорость движения».
«Пленника съели?»
Я не переживал об Игере, но предпочёл бы предвидеть реакцию Трои на возвращение к своим.
«Не было необходимости. Пищей лес изобилует. Хищные горы недалеко, можно за «шишками» ходить. Особого внимания на пленника не обращали. И он помогал. После вашего исчезновения сначала паниковал, потом вёл себя очень тихо, даже неприметно. Часто дрожал, но без возражений выполнял всё, что говорили. Как огонь использовать, показывал. Жареная пища хорошо подходит оболочкам, особенно женским», – закончил Орш.
«Проблемы были?» – разумеется, я имел в виду все эти странности с телами и агрессивную реакцию эдаити с мужскими оболочками на взаимодействие с эдаити-женщинами.
«Да».
За скупым ответом собрата было скрыто многое. Но оба мы понимали, что этой проблемой, зачем-то целенаправленно созданной учёными со станции, заточившими нас в телах, придётся заниматься основательно. Это не то, в чём мы способны разобраться, исходя из опыта прежней жизни.
«Почему ушли из леса?»
«Щег появился через шесть восходов голубого светила, – не мешая моему стремительному продвижению, информировал собрат. – Тогда мы и поняли, как устроены зияния. Сколько ждать тебя, не знали. Продолжили путь. Не сомневались, что нагонишь».
«Верно, – одобрил я общий выбор. Сам бы поступил также. – Что с собратьями? Все совладали с оболочками? Особенно с женскими?»
«Да, контроль над телами есть. Времени зря не теряли: развивали координацию и взаимодействие тел и сущностей эдаити. Но…»
«Что?»
«Женские оболочки существенно слабее. Это факт. Мы соотнесли и проверили возможности всех, кто попал в такие тела».
«Они… не самостоятельны?» – уточнил я. Сейчас особенно важно было знать наши слабые стороны!
«В бытовом смысле вполне самостоятельны, если не брать в расчёт неспособность слышать нас привычным способом. Но их возможности реагировать на внешние угрозы существенно ниже. При любой опасности эдаити-женщин необходимо защищать!»
В интонациях Орша не слышалось логичного сожаления. Скорее наоборот, некое потаенное довольство. Словно собрат был рад необходимости проявлять заботу о… Риш?.. Я доподлинно осознавал, о ком именно он говорил, хоть имя «беззащитной» не прозвучало.
И я его понимал, потому что испытывал те же ощущения по отношению к Трое.
«Как ведут себя Риз и Шох?» – адресовав вопрос исключительно Оршу, я скрыл свой интерес от остальных. Не хотелось афишировать некоторые всё ещё неясные моменты, связанные с близостью женских тел и нашей на них реакцией.
«Риз по-прежнему проявляет заинтересованность в Рише, но я его не поощряю. Шох сконцентрировал внимание на Муш. А с ним Зом и Щег… – Орш на мгновение умолк, а затем напомнил: — У нас всего пять эдаити в женских версиях тел, а в мужских восемнадцать. Конкуренция неизбежна – женские оболочки обладают притягательным влиянием».
«Как они сами это восприняли? Ты Риш спрашивал?»
«Всем нам пришлось привыкать к материальности, – мысль Орша прозвучала немного философски. – Всем было одинаково непривычно: как в мужских, так и в женских телах. Куда сложнее эдаити-женщинам было свыкнуться с отсутствием бессловесного общения. Тут уже все мы нарабатываем навык общения голосом».
«А как они воспринимают вспыхивающие конфликты между собратьями из-за желания других эдаити быть ближе?»
«Им интересно. Наблюдают. – Орш только подтвердил потребность эдаити к познанию. – Но как это работает, пока разобраться не смогли. – В сознании возник образ печального вздоха. – Риш экспериментировал! Пробовал на мне разное… Трудно пришлось. Влияние женских оболочек очень сильное».
Вспомнив собственное состояние в момент близости с Троей, я понял собрата. Но тут же прогнал из головы мысли о недавнем и таком захватывающем тактильном сближении – не время думать об этом, когда явились одержимые идеей нашего уничтожения преследователи. Прежде необходимо устранить угрозу в их лице.
Место нынешней остановки эдаити приближалось. Троя бессознательно обмякла на плече – подобный темп движения она выдержать оказалась неспособна, поэтому я замедлился, опасаясь навредить добыче.
«Что с нашими врагами?» – вновь обратился ко всем, продолжая вникать в произошедшее за время моего вынужденного отсутствия.
«Они появились этой ночью. На розовом восходе попробовали приземлиться, но точно не учли разрушительного влияния на них ультразвука. У всех маленьких кораблей, которые отделились от крупных и вошли в атмосферу, видимо, отказали устройства полета. Или пилоты не выдержали и от высокой интенсивности звука потеряли способность к управлению техникой. Они до нас не долетели, рухнули вниз. Место падения – за кристаллическим лесом».
Этот мир не принял наших врагов, невольно оказав нам услугу. Одно преимущество есть!
«До голубого восхода больше попыток приземлиться не было, – продолжил Зом. – Сейчас активность преследователей высокая. Похоже на спасательную операцию?»
«Я этого не ощущаю», – поделился я наблюдением.
Действительно, бросив сканирующую волну через лес, в ответ получил лишь неясную размытую картинку без чётких ориентиров.
«Минерал мешает видеть. Под кристаллами его очень много, в дополнение они сами поглощают наши волны. Мы отправляем разведчиков через лес, чтобы иметь точную информацию о происходящем по другую его сторону», – доложил Щег.
«Кто-то ещё попал в зияния, под влияние частиц, искажающих ход времени?» – проявил я привычную практичность. Если нас стало меньше, нужно чётко представлять себе перспективы.
«Нет, теперь все действуют осмотрительно. Сгустки хорошо заметны, если концентрироваться на исходящей от них энергии», – отчитался собрат.
Наш разговор движению не мешал, но я предпочёл его завершить. Основную часть событий я выяснил, а упущенное или детали можно будет уточнить позже. Сейчас меня куда больше занимало состояние Трои – она пришла в себя, когда я снизил темп и снял её с плеча, взяв на руки. Теперь женщина сверлила моё лицо напряжённым взглядом и почему-то молчала, никак не решаясь заговорить вслух. Зато в её голове мыслей было более чем достаточно…
«Проклятье! Почему я вечно болтаюсь на нём, как мешок с требухой? Вот что не так с этим эдаити? Куда он понёсся с такой дикой скоростью? Хоть бы заранее предупредил… Если я заблюю ему всю спину, это проймёт этого… дикаря?!»
Троя мысленно шипела! Я никогда раньше подобного не воспринимал…
«Нет же, о чём я думаю? Он же всё опять «услышит»? Как меня это достало… кто бы знал! – Добыча обхватила руками мою шею и в упор взглянула в глаза. Так странно: словно она что-то там желала рассмотреть? – Эй, ты! Радуйся, что я отказалась от второго яйца-зародыша, иначе всё это нечто уже красовалось бы на твоей крутой заднице! Слушаешь, же? Моргни хотя бы!»
Обстановка не располагала к общению, и потому на провокации я внимания не обращал. Достаточно было понимать: женщина продержится до лагеря.
«Конечно, сделал вид, что не понял! Как всё просто… Ну вот опять ускорился… Так спешит к своим? Соскучился? Да бред, всего-то пара дней разлуки… или?.. – Троя вдруг замерла. – Возможно, что-то не так? Случилось за это время? Точно! Вот я дурёха, не учла… Гадство, эти ненормальные же не сожрали штурмана?!»
От промелькнувшей мысли добыча содрогнулась – прижимая к себе женщину, я ощущал малейшее движение её мышц.
Дурёха? Смысл слова остался невыясненным – меня в этот момент интересовало совершенно иное. Поднявшись на очередное возвышение, я остановился, окидывая взглядом окружающее пространство. Собратья теперь были совсем близко: короткий спуск – и я окажусь в нужном месте. Кристаллический лес, граница которого широкой дугой оконтуривала равнину, подступал вплотную к ложбине и «рос», пожалуй, ещё гуще. Но сейчас вовсе не эта картина занимала взгляд.
В небе над макушками самых далёких кристаллов были заметны крошечные тёмные пятна… Добыча, проследив направление моего взгляда, тоже заметила их.
– Что там? – голос Трои, упёршейся ладонями в моё плечо и неотрывно всматривающейся вдаль, был наполнен напряжением. Она видела несомненно хуже, чем я, но, обладая куда большим представлением о творениях материального мира, не распознать необычное явление не могла. – К-к-корабли?
– Корабли, – коротко бросил я, подтверждая и одновременно пытаясь достать до наших врагов сканирующей волной.
Осознавал бессмысленность – и всё равно не мог не попытаться. Вдруг отсюда, с возвышения, сила эдаити сработает привычно? Увы. Результат был всё тем же – сигнал ушёл и пропал, частично поглощённый кристаллами, частично отражённый полем, что генерировали залежи подземной руды.
– Как корабли?.. – теперь в голосе моей добычи была слышна осмысленность и растерянность. – Откуда?.. Но ведь здесь… не выжить… Этот сектор… – Она запнулась. Пробормотала: – Не заселили… Все переселенцы погибали… никто не вернулся… Откуда вдруг корабли?.. Или это?..
Троя снова умолкла. То есть вслух больше ничего не произнесла. Однако её сознание говорило со мной куда более активно. Рождающиеся образы врезались в моё восприятие, накладываясь на происходящее в реальности.
Я осторожно спускался по крутому склону, следя, чтобы ступни не соскальзывали с осыпающейся поверхности. И всматривался в образы, мелькающие в мыслях Трои, где боевые крейсеры неспешно совершали разворот и ныряли в разворачивающиеся перед ними зоны перехода через подпространство.
Я перепрыгивал через расщелины, отмечая их глубину и запоминая расположение. А в воображении Трои манёвренные штурмовики пронзали атмосферу, стремительно опускаясь на поверхность, чтобы…
Спасти? Нет! Убить! Именно этого она ожидала от явившихся следом!
И она знала их куда лучше, она была одной их них…
Её страх нарастал – я чувствовал охватывающее женщину напряжение. И одновременно с неудовольствием отмечал возросшее количество объектов вдали – ультразвук пропал, и противник сконцентрировал силы у поверхности планеты.
Чрезмерное скопление энергии в одном месте неизменно приводит к взрыву. В материальном мире всё будет так же? Если судить по ожиданиям Трои – да. Осознав появление преследователей, женщина больше не проронила ни звука, но напряжение, сковавшее её тело, взгляд, словно приклеившийся к горизонту, – всё это говорило куда красноречивее любых слов.
Моя добыча была одной из них. Не прихвати я её при побеге, Троя бы сейчас могла быть на одном из тех транспортников. И уж точно она могла предвидеть их действия – я же видел эти образы в её сознании! Мало того, она готовилась к их воплощению в реальность. Готовилась со страхом и чувством обречённого смирения. Почему она и ей подобные заранее настроены на негативный результат? Столько думают о… гибели. О неудаче.
Мы, эдаити, иначе воспринимаем жизнь – как нечто фактическое, что есть в данный конкретный миг существования. И лишь в наших силах сделать в этот самый момент всё возможное, и даже больше, ради своих целей. Нет смысла в мыслях программировать будущее, достаточно выполнить необходимые задачи прямо сейчас. Ведь если мы исчезнем в одно из мгновений, то значения этот факт для нас лично уже иметь не будет. К чему тогда напрасные траты энергии на мысли о поражении?..
Оказавшись среди собратьев, я в первую очередь аккуратно снял с плеча онемевшую от новостей добычу и усадил её рядом с ошалело открывшим рот и пытавшимся отползти подальше Игерем. Пленник вёл себя нелогично – я ожидал радости после возвращения Трои, но он словно бы испугался.
Осмотрев лагерь, я не заметил активности и уточнил:
«Чем занимаетесь?»
Вокруг царило привычное спокойствие: собратья отдыхали. Кто-то восполнял ресурсы оболочек, поглощая жареную пищу. Кто-то, позволив фиолетовым сгусткам истинной сущности выскользнуть из тел, вытягивал энергию из, вероятно, недавно пойманной мелкой добычи. Была даже пара, которая, не теряя времени, занималась изучением оболочек друг друга. В мужской особи я распознал Зома, а в недрах женской оболочки был сокрыт Муш. Именно его волосы и гладил собрат, отмечая их сравнительную мягкость.
Если не брать в расчёт стука зубов Игеря и шумных ударов явно ускорившихся сердец наших пленников, на поляне господствовала мирная тишина.
«Ждём, когда враг проявит неосмотрительность и приблизится, – пояснил Орш, который, пользуясь моментом, переглядывался с сидевшим неподалёку от него Ришем. – Остаёмся приманкой на поверхности».
С одной стороны, всё верно: придёт время действовать – эдаити будут действовать. Внешне не заметно, но каждый из нас освоился с оболочками настолько, что готов был реагировать молниеносно. С другой…
«Ты не теряешь хватку? – отчитал я собрата. – Разве пассивное ожидание – подходящая сейчас тактика? Она неоправданно опасная, с учётом ограниченности наших возможностей. Ведь минерал, который существенно снижает, приглушая и частично блокируя влияние силы эдаити, совсем рядом».
«Достать врага, когда он в атмосфере, мы не можем. – Орш откинулся спиной на песок, растягиваясь, и уставился взглядом в небо. Подобно мне, он облачился в армейские штаны. – Для воздействия на чувствительные к перепадам энергии устройства на транспортниках необходим прямой контакт. Воздушная среда для этого не годится. Да и энергетический уровень у нас сейчас не настолько высок, чтобы его хватило на какие-то масштабные разрушения, когда можно взять и ликвидировать корабль разом. Поэтому остаётся только один вариант – вынудить врага напасть на нас на поверхности планеты».
Доводы собрата звучали резонно – в этом я с ним согласился, но остальное не принял.
«Атака противника с воздуха более вероятна, чем наземная, если их цель – наше уничтожение».
«Цель может быть иной – захват», – вмешался, проявив сомнение Рух.
«В любом случае, пока мы этого не знаем, нельзя рисковать сразу всеми. Следует увести уязвимых собратьев в женских оболочках в лес, – поделился я иным видением стратегии, – спрятать в зиянии, если ситуация выйдет из-под контроля. Щег! Ты сможешь это организовать?»
«Смогу».
Уверенность в интонациях меня удовлетворила, и я, проследив за тем, как собрат принялся собирать в группу «глухих» эдаити, продолжил:
«Кроме этого, мы должны перехватить инициативу и напасть первыми… Кто был на месте первой попытки приземления кораблей врага? Что видел?..»
– Ты видел?! Что нам делать? – синхронно с моим вопросом Троя, развернувшись к Игерю, прошептала свой практически ему в ухо. Впрочем, это не помешало абсолютно всем эдаити его услышать. – Они точно явились не ради переговоров! Но как нас нашли?! – Добыча дышала судорожно. – Да ещё и так быстро…
– Это… это… да, так быстро… я не думал… – в бессвязном ответном бормотании штурмана было ещё меньше осмысленного, чем в тревогах Трои.
«Когда голубой гигант подавил действие ультразвука, рядом с разбившимися кораблями приземлились новые, – не считая необходимым слушать не несущий важной информации диалог пленников, откликнулся на мой вопрос Зом, продолжая наше бессловесное обсуждение. – Они отличаются – более крупные, чем шаттлы, но меньше, чем тот транспортник, на котором мы улетели со станции. И могут двигаться в атмосфере. Похоже, что противник разворачивает лагерь…»
«К нам летит семь маленьких кораблей! – обрывая Зома, пришёл сигнал наблюдателя. Стоявший на высоком холме Тас неотрывно следил за манёврами врага – я опознал его местоположение ещё на подходе к лагерю эдаити.
«Тас – остаёшься на холме, маскируешься среди камней и выполняешь роль наблюдателя. Докладываешь обо всех изменениях в дислокации противника. Первая группа – Зом и Шол! Помогаете Щегу спрятать уязвимых эдаити и пленных – по кратчайшей траектории уводите их к краю кристаллического леса! Вторая группа – Орш и ещё шесть эдаити, третья – все остальные – со мной. Мы движемся в противоположных направлениях, вдоль границы леса, отвлекая внимание врага на себя. Когда окажемся в зоне поражения, действуем в зависимости от обстоятельств. Выполнять!» – рявкнул я, пресекая возможное обсуждение, хотя и чувствовал – собратья поддержали идею о разделении. Тем не менее все сейчас должны действовать как единый организм, согласованно и подчиняясь одному. Самому опытному и сильному. Мне!
Прежде чем собратья разделились и стремительно разошлись по указанным направлениям, я оказался рядом с женщиной. Едва все мы принялись действовать в рамках новой стратегии, как моя добыча и Игерь придвинулись вплотную друг к другу, стараясь с лихорадочным вниманием уследить за мечущимися по поляне тенями эдаити.
– Троя, ты и… он, – подбородком я указал на штурмана, одновременно отталкивая его от Трои, – отправитесь с Щегом. Ты же помнишь Щега? – Мысленно подозвав собрата и дождавшись утвердительного кивка добычи, которая опознала в нём «того самого, пропавшего первым». – Вы, Риш и другие… женщины-эдаити сейчас уйдёте обратно в лес. Ничего не бойся, – сразу оборвал готовые сорваться с губ Трои вопросы, которые я и так прекрасно «слышал». – Это на время, ради вашей же безопасности. Будь готова к тому, что вновь провалитесь в зияние. Ты же уже знаешь – из него есть выход! И главное – ты знаешь, что я всегда вернусь за тобой.
– Что?! – вопреки всякой логике первым вскрикнул Игерь, который с невероятным вниманием ловил каждое моё слово. – В зияние?! Добровольно? Помучить напоследок? Да за кого они нас…
– Тише, – наконец-то, сделав глубокий вдох, отреагировала моя добыча, решительно взмахивая рукой и обрывая поток протестов. – Там действительно не так страшно! Не страшнее, чем где-либо ещё на этой планете, – добавила, чуть подумав. – Но главное – там нет ультразвука!
На мой взгляд, это было совсем не главным, но тратить время на обсуждение я не желал. Одним движением подняв Трою на ноги, посоветовал:
– Старайся не отходить от Риш.
Ещё один эдаити, с кем она установила некий контакт, и я даже готов был мириться с этим фактом. А вот с Игерем, с кряхтением поднимающимся на дрожащих ногах, мириться не хотелось. Потому я лишь бросил ему не глядя, ловко крепя к телу Трои знакомый рюкзак, в который Щег по моей просьбе уже засунул жареную еду и одну емкость с водой:
– Можешь остаться здесь и дождаться… подмоги. То, чего ты так жаждал.
Сколько раз начиная с момента отстыковки угнанного от станции транспортника штурман молил о таком вот «спасении» своими.
– Я всё поняла! – Троя не сводила с моего лица серьёзного взгляда, предварительно предупреждающе посмотрев на собрата.
Мысленно я одобрил её поведение: она сильнее многих… своих соплеменников, конечно. Верно восприняла поставленную задачу, спорить и не подумала, больше того – отчаянно старалась совладать с волнением. Последнее получалось не очень, но хотя бы её ноги и голос не дрожали.
– Двигаться эдаити будут опять… быстро, – предупредил о последнем, вспоминая её реакцию на наш забег. Нести женщину я поручил лично Щегу.
– Спасибо. – Троя умудрилась перехватить мою ладонь. То есть я позволил ей это, заметив целенаправленное движение. – Спасибо, что снова пытаетесь спасти нас. Не думай, – она запнулась, покраснев, – что я этого не понимаю.
«Но понимаю, что вам это в принципе не нужно: мы – лишь обуза…» – её мысли, как обычно, были куда красноречивее.
– Благодаришь их?! – зашипел Игерь, ковылявший по пятам за Троей. – Не устрой они всю заваруху, мы бы об этом кошмарном месте не узнали, проживая свои жизни тихо-мирно.
На этот раз добыча не успела развернуться и закрыть ему рот – пленник получил в лоб щелчок от меня. Я сделал это стремительно и чётко, не оглядываясь, пусть и слегка, но мужчина немедленно рухнул на песок, схватившись обеими руками за голову. Словно боялся, что она расколется надвое…
– Мы разберёмся с этой проблемой. Затем я заберу Трою.
Не позволив женщине оглянуться на шёпотом изрыгающего проклятия Игеря, я уверенно коснулся её порозовевшей щеки ладонью. Такое во всех смыслах приятное соприкосновение…
«Готовы», – пришла мысль Щега и точно такие же от остальных эдаити, которые были заняты подготовкой женских особей к эвакуации.
Мгновения мысленного ответа я потратил на… поцелуй. Сам не понял: то ли дело в выражении глаз Трои, то ли в ощущении растекающегося жара по поверхности её кожи, то ли в аромате, усилившемся при повышении температуры тела, но я разрешил себе не сдерживаться. И вновь испытать это вдохновляющее и побуждающее к большему прикосновение…
Реакция тела оказалась молниеносной, неизменно острой и призывно-алчной. После такого невозможно не вернуться… Зрачки Трои расширились, затянув чернотой карие радужки. Не ожидая поцелуя, она охнула, но оттолкнуть попытки не сделала!
Я же, отслеживая, как собрат, под моим пристальным взглядом действуя немного скованно, подхватывает на руки Трою, сделал шаг в направлении своей группы. И тут же все те, кого я выбрал для защиты неприспособленных особей, понеслись, с места бросившись соревноваться с ветром. И Игеря кто-то из «просвистевших» мимо подхватил за ворот уже изрядно потрёпанного скафандра.
Уводя свою группу, я одновременно контролировал и перемещение Щега, прислушиваясь к мыслям моей добычи.
«Разберутся? Проблема? И всего-то?! Он вообще нормальный? Все они?! Нет, точно, мозги у эдаити набекрень – никакой связи с реальностью! – она беседовала сама с собой. – Увижу ли я его? Выживет ли вообще хоть кто-то? Щадить их точно не будут. Это тот случай, когда никому не нужны неуправляемые пленные! Свидетели, впрочем, тоже… – Троя вновь представила себе «рой» маленьких кораблей на горизонте. – Сказал, что придёт за мной? Ха!»
«Самонад…»
«…почем…»
«отчаян…»
Связность из мыслей Трои пропала, остались лишь обрывки слов, а я понял – группа Щега практически достигла леса с его поглощающими сигнал кристаллами и экранирующим силу эдаити минералом в подземной породе. И теперь уже окончательно сконцентрировался на приближающихся объектах.
А они приближались быстро!
Маленькие манёвренные корабли действительно, как мы и рассчитывали, обогнув кристаллические заросли, разделились. Четыре из семи теперь преследовали группу Орша, уходившую к болоту и начавшую проваливаться в топь.
Враг быстро сообразил, что противник быстро станет для него недостижим, и потому мешкать не стал – корабли открыли огонь, даже не успев приблизиться на удобное для поражения цели расстояние.
«Дальность стрельбы невелика, а в этой странной жиже разряды замедляются и зона поражения сводится к минимуму, – обобщил наши наблюдения собрат. – Их можно избегать, всего лишь опускаясь на дно».
«Только не дайте им понять, что это так. Заблуждения противника – самое большое преимущество. И уводите их дальше в болото, вынуждайте снижаться, пока не появится шанс воздействовать силой эдаити и потопить», – откликнулся я, с неудовольствием отмечая – мою группу пытались догнать всего три корабля. Оршу повезло куда больше!
Ощущения, накрывшие после перехода через разрыв многомерности в физический мир, когда мы ещё в своём прежнем состоянии впервые наткнулись на объекты этого мира, разрушали их в бесконечном множестве, поглощая чистую энергию и упиваясь её доступностью, вновь вспыхнули в памяти.
Увы, заточённые в материальных телах и ограниченные в объёмах энергии, которую способны усвоить, сейчас мы подобное проделать не могли. Но и противник, находясь так далеко от своей основной базы, вряд ли мог наращивать силы и получать ресурсы. Выходит, нам надо лишь уничтожить имеющиеся корабли… один за одним!
Небо прорезали вспышки выстрелов. Перед нами встала куда более сложная задача – лавировать, уклоняясь от пронзающих воздух обжигающих лучей и разлетающегося каменного крошева, перепрыгивать через рытвины и воронки открытой местности, одновременно сохраняя скорость и направление движения. А ещё анализировать действия врага, учитывая его ходы и определяя цели, которые поставили себе нападающие.
Мы бежали очень быстро, но не на пределе сил, стремясь подманить и оценить возможности врага. И результаты этого анализа оказались любопытными.
Обстрел явно шёл не на поражение. Большинство выстрелов делалось с опережением – воронки от ударов образовывались строго впереди или сбоку, преграждая путь и вынуждая нас уходить в сторону.
«Они нас выматывают», – деловито подтвердил мои выводы Орш.
«И отвлекают! – донеслось до нас сообщение Таса, оставленного в одиночестве на вершине холма. – В обход леса, совсем низко движутся два тяжёлых маломанёвренных транспортника».
«В каком направлении движутся? Ко мне или Оршу?» – бросил я, в очередной раз перемахнув через глубокую расщелину и разминувшись с плавящим на пути воздух лучом.
«К тебе, – доложил наблюдатель. – Скоро вы их увидите».
Действительно, на горизонте довольно быстро возникла громоздкая тёмная масса идущего практически у самой земли корабля. За ним второго…
«Что они задумали?» – в недоумении отвлёк меня вопросом Орш.
«Сейчас узнаем», – ответил я, бросаясь навстречу врагам. Важно действовать не только на опережение, но и непредсказуемо.
Мы приближались, лавируя и уклоняясь от пронзающих воздух зарядов, которыми нас по-прежнему пытались ограничить в манёврах маленькие корабли. Успеха определённо добились, потому что транспортники, которые явно намеревались разойтись и пролететь дальше, торопливо опустились на землю, едва пересекли границу леса и оказались над равниной.
Громкий лязг рухнувших пандусов, и рванувший из недр корабля десант…
Опрометчиво… И неосмотрительно.
Мы не умеем отступать, а повреждения, получаемые нашими телами, хоть и неприятны, но лишь незначительно снижали скорость нашего продвижения. Вскоре первые глупцы, рискнувшие выйти против нас, оказались совсем рядом…
Они сами подставили себя под удар. Мы лишь воспользовались их ошибкой, рачительно пополняя свои энергетические ресурсы. Сосредоточились на избирательном поглощении и уклонении…
При этом моё сознание привычно чутко улавливало посылаемые Тасом сообщения:
«Манёвры транспортников непонятны. Приподнялись, но не сдвинулись… Снова опустились… Опять поднялись… Начали отходить!»
Синхронно с этим десант, который всё это время атаковал, но упорно старался держать дистанцию, тоже сменил тактику, начав отступать к тому месту, откуда ушли транспортники. А маленькие корабли снова рванули в бой, подстёгивая нас с удвоенной силой.
«Ловушка!» – единственно возможное объяснение появилось сразу. Слишком уж явно нас вынуждали идти именно в этом направлении. Но что конкретно нас ждёт?
Настигнув очередную замешкавшуюся жертву, я бросил всю полученную от неё энергию на новую сканирующую волну. Равнина – не кристаллический лес. Здесь в почве нет поглощающего минерала. Потому с привычной лёгкостью сущность эдаити прошлась по интересующему меня месту, обнаружив под слоем вещества, имитирующего естественную поверхность, чужеродные образования.
Знакомые нам! Настолько хорошо знакомые, что сомнений не возникло.
Энергетические клетки! Вернее, платформы, внутри которых спрятаны механизмы, готовые активироваться и создать пленяющий непреодолимый каркас, едва мы окажемся над ними… Противник, отвлекая нас атакой, успел их выгрузить на поверхность планеты и замаскировать. Вот зачем «крались» большие грузовые корабли, заинтересовавшие Таса!
«Они всё же желают нас пленить», – Орш, как и я, сделал верный вывод.
Наивность врага… Его самоуверенность… Глупость! Это даже перестало быть интересным. Впрочем, то, что нас недооценивают, лишь ускорит победу.
Втянув максимум энергии, накопленной собратьями, я направил её в недра механизмов. Тот способ с вливанием разового потока энергии, что сработал на станции, то же самое, что уничтожило червя, теперь сжигало энергетические каркасы ловушки, разрывая корпуса платформ, вздымая маскирующую их псевдопочву и… вынуждая атакующих паниковать, спешно меняя планы.
«Всего-то?» – собрат поделился со мной образом презрительно фыркающего Игеря.
Вероятно, если бы мы попали в расставленную ловушку и были обезврежены, транспортники бы беспрепятственно забрали тех, кто высадился на поверхность. Теперь, лишившись этой возможности, громоздкие корабли вновь опускаться не рискнули, начав медленное движение обратно в свой лагерь.
План провалился, и они, осознав это, отступили. А десант?..
Десант под прикрытием малых кораблей, усердно оттесняющих нас от потенциальной добычи, рванул прямиком в кристаллический лес.
В лес?!
Наверняка намерением нападавших было лишь пересечь его, пешком добравшись до лагеря. Вот только нас это совсем не устраивало! Там они могли наткнуться на тех, кто не сумел бы оказать им должного сопротивления.
«Щег, уводи всех в зияние! Немедленно!» – рявкнул я, одновременно меняя траекторию движения своих эдаити и намереваясь по широкой дуге обогнуть долину, успев перехватить хотя бы часть десанта. Тем самым снизить численность противника и… пополнить стремительно снижающийся энергетический запас!
«Кин, осторожнее! Слева!» – врезалось в сознание предупреждение Таса.
«Тас, вниз! Не высовывайся!» – не менее остро резанул призыв Орша.
Окинув взглядом поле боя, я молниеносно выстроил в сознании картину происходящего. Огненную завесу, что отрезала мою группу от десанта. Выбравшихся из болота и спешащих к нам эдаити, ведомых Оршем. Те малые корабли, что когда-то их преследовали, теперь окружили вершину холма, на котором находился наш наблюдатель…
Они всё же вычислили или как-то приборами засекли присутствие того, кто столь успешно предупреждал нас о манёврах противника и благодаря кому закончилась неудачей попытка заманить нас в ловушку.
Отступив от полыхающей стены огня и раскалённой почвы, ставших непреодолимой преградой на подступах к лесу, мы метнулись навстречу группе Орша. Вновь объединиться сейчас стало первостепенной задачей. Хотя бы потому, что так легче обмениваться энергией – чем мы дальше друг от друга, тем сложнее оказалось это делать.
«Какие цели первоочередные?» – стремясь к тому же, Орш одновременно прояснял наш потенциал и намерения.
«Десант для нас недосягаем. Корабли, пока они в воздухе, тоже. Но можно попробовать вынудить их приземлиться», – я предложил единственно возможное решение.
Тот образ действий, что возник в моих мыслях, стал для всех стратегическим планом, к реализации которого мы приступили немедленно.
Быстрое перемещение – призванное создать у противника иллюзию нашего панического бегства от источника огненной угрозы. Остановка – словно мы в растерянности и непонимании: куда дальше двигаться. Незначительное рассредоточение – будто среди нас нет единомыслия и слаженности.
«Сейчас!» – краткий приказ, и…
И мы для врага исчезли. Пропали. Нет, не потому, что ушли в зияние – увы, на равнине ничего подобного не наблюдалось. Причина была куда более прозаичной: во время одного из последних сканирований я обнаружил подземные полости. Именно там, где на поверхности имелись те самые непонятные каменные кольцевые образования, замеченные мною ещё в момент возвращения к своим. Входы в них были необычайно узкие и практически незаметные.
Их наличие и повлияло на наши намерения. Синхронность и стремительность действий… Тела не подвели, позволив реализовать задумку идеально. Все мы исчезли, словно стёртые с поверхности земли.
Именно к такому эффекту мы стремились, чтобы дезориентировать противника. Заставить его совершить ошибку и приземлиться, чтобы выяснить, куда мы провалились…
Не сработало.
Вместо ожидаемой реакции на равнину обрушился очередной огневой шквал. Пикирующие в небе корабли бомбили место нашего исчезновения, сбрасывая всё новые и новые заряды. Стены укрывших нас подземных полостей содрогались, осыпаясь и с трудом выдерживая натиск. Очень нехарактерно для природных образований… Впрочем, на этой планете мы уже встретили немало чрезвычайно прочного…
«Их планы изменились, – рассудительно заметил Орш. – Захват не удался, решили просто уничтожить. Думают, что мы попали в естественную ловушку и пользуются моментом?»
«Или намерены максимально повредить, чтобы на восстановление мы потратили время и энергию, а они успели за это время собрать новые силы и подтянуть ресурсы», – дополнил я.
Одновременно, прикрыв глаза, чтобы на время полностью погрузиться в восприятие эдаити, прикоснулся ладонями к поверхности под ногами. Чтобы рухнуть сюда, нам пришлось оказать синхронное давление на землю, вернее на тонкие пласты вещества, прикрывающие входы в подземные полости. Были ли они созданы природой или стали следствием жизнедеятельности пока не известной нам формы местной жизни, неясно, но «пещерки» ощущались чем-то основательно незыблемым!
Настолько прочный каркас стен насторожил. Наш дружный скачок, мощь приложенного одномоментного усилия позволили пробить «пластины», но лишь частично и совсем несоразмерно с затраченными силами. Узкие щели, в которые мы соскользнули, возможно, даже не были заметны с воздуха!
Без лишних мыслей, едва провалившись, все мы стремительно откатились в стороны – размеры подземных полостей позволяли это сделать. Тем самым избежали вреда от тех немногих снарядов, что всё же залетели вовнутрь, попав в некоторые самые широкие бреши.
Слишком хорошо…
Прислушиваясь к хлопкам и стрекоту посыпавшихся следом выстрелов, между делом отмечая крепость укрывших нас стен, старался воспринять максимально больше информации о месте, где мы оказались.
«Там не одна пещера, – подтвердил общие наблюдения Орш. – Их несколько».
«Целый лабиринт. Подземный лабиринт. И они уходят глубже…»
«Естественное укрытие?» – предположил я, радуясь отсутствию в прочных стенах и почве вокруг злополучного поглощающего минерала.
«Не хочу даже предполагать – чьё!» – рационально заметил Орш.
Огненные вспышки на поверхности продолжались. Сложно предсказать, как долго длилась бы атака и чем закончилась, только спасительный момент настал – голубое светило коснулось горизонта, а небо начало окрашивать сиреневое зарево. Розовый восход стремительно приближался, а с ним и ультразвук, воздействие которого для наших врагов губительно…
Они об этом точно знали. В единый миг обстрел по всем направлениям прекратился, а атака превратилась в стремительное отступление. Все маленькие корабли на максимальной скорости умчались к своей базе, следом за ранее начавшими движение транспортниками.
То, что сейчас происходило в «лесу» и на этой самой базе, было нам недоступно, а собрат-наблюдатель, который мог бы хотя бы частично прояснить этот вопрос, молчал.
Почему его нет?
«Тас?» – позвал я, хоть и чувствовал – собрата нет рядом. То есть вообще нет. Нигде. Даже эдаити, исчезнувшие в зиянии, воспринимались слабыми отголосками жизненной силы, а Тас, оставшийся на холме…
«Я его не ощущаю», – созвучно моим мыслям отозвался Орш.
Ощущение, когда одного из нас вдруг… нет. Словно в том «облаке», что мы все собой объединённо представляем, внезапно образовалось слепое пятно.
Не сговариваясь, прекрасно понимая, к какой цели стремимся, мы оба выскочили из рытвин и ям в поверхности местной почвы, которая служила нам укрытием. Стряхнув присыпавшую нас землю, стремительными тенями пронеслись по изуродованным взрывами камням, стремясь побыстрее добраться до того, на котором…
Даже сведения о Трое и группе укрывшихся в кристаллическом лесу эдаити в женских оболочках сейчас воспринимались не так значимо. Их я тоже большей частью не ощущал, ориентируясь лишь на смутное присутствие Щега. Но так и должно быть, раз они, следуя приказу и избегая столкновения с ринувшимся наутёк через лес наземным десантом преследователей, целенаправленно провалились в зияние?..
С Тасом всё было иначе. Качественно иначе…
Мы неслись к вершине холма, обуреваемые не страхом, нет, скорее ошеломлённые пониманием: вот оно – то, что вынудит признать необратимые перемены. Наше отныне иное существование.
На самой вершине холма, среди развороченной груды натасканных на него валунов, как нечто чуждое и неуместное, раскинув руки и глядя в темнеющее небо широко распахнутыми и замершими в одном положении глазами, лежало серокожее тело. Только тело, без малейших признаков того, кто когда-то был в нём заключён… Так, должно быть, выглядели оболочки, прежде чем нас – эдаити – сумели законсервировать в них.
Тас смог из него выбраться? Как?!
Мы безмолвно переглянулись, продолжая с лихорадочной поспешностью прощупывать пустую оболочку и окружающее пространство. Если выбрался, он же не стал бы отдаляться?.. Даже избавившись от материальности, стремился бы к своим. И мы… все так же ощущали бы его присутствие.
Но… нет. Собрата не было. Нигде. Вообще. Он бесследно исчез в одно мгновение. Как исчезали в нашей прошлой жизни другие эдаити, когда внезапно пропадали из многомерности.
Тас перестал су-щест-во-вать! Та его истинная часть – сущность эдаити, что единственная имела для нас значение. Тем ничтожнее и бессмысленнее казалось это тело, такое мощное и совершенное, но при этом бесполезное…
«Пропал? Умер?» – почему-то именно последнее слово, когда-то подслушанное в мыслях Трои, пришло на ум.
Мы с Оршем с недоуменной оторопью замерли над обмякшим и неподвижным, словно кусок местного кристалла, телом. Сейчас оно, как никогда, воспринималось чем-то синтетическим и неуместным.
«Вернулся в мерность…» – вторым пришло иное осознание-догадка.
Вернее, предположение. Ведь доказать или опровергнуть подобное невозможно. И Тас исчез, у этого факта должно быть объяснение.
«Почему?» – третьим стал вопрос, родившийся одновременно и у меня, и у Орша. Эдаити всегда стремились разобраться в значимом для себя.
Столь же синхронно мы ощупали пространство, отыскивая то, что могло стать причиной исчезновения? Гибели, если рассуждать понятиями материального мира?
И… мы её нашли.
Совсем рядом, за высоким валуном лежало ещё одно тело. Остромордое, крупное, покрытое длинной рыжей шерстью, с четырьмя толстыми короткими лапами.
«Шош!» – собрат меня опередил, безошибочно определив, кому именно принадлежало это тело.
Встреча из прошлой жизни… Существо, знакомое всякому эдаити. Однако впервые моя реакция на него оказалась столь явственной: задрожала, приподнимаясь, верхняя губа, приоткрывая опасные клыки, глаза распахнулись шире, а волосы на макушке словно бы вздыбились, рычание вспороло обступившую тишину – оболочка, обретя связь с сознанием, реагировала, наглядно отображая сокровенные реакции внутренней сущности: негодование, возмущение, злость. Шоши – жуткие порождения сразу двух миров, одновременно и имеющие материальный облик, и являющиеся сущностями мерности. Они те, кто блокирует поступление энергии, забирает её, тянет, мешает нам…
А теперь, по всей видимости, уничтожает. Даже когда мы в столь неуязвимых телах. Естественные враги, которых не остановило и появление у нас материальных оболочек!
Угроза…
«Откуда здесь взялась эта тварь? И почему теперь она… такая? – Орш задумчиво потрогал ногой мягкую массу. Неподвижную, потому что нематериальной сущности, побуждающей органику к активности, в ней больше не было. Однако куда именно она делась, версий у нас не было. – Не опасная?»
Оставалось лишь строить предположения о месте его прежнего обитания и причинах появления здесь:
«Либо это что-то местное, либо…»
Мы синхронно развернулись, чтобы зрительными органами своих оболочек рассмотреть происходящее за лесом. Вероятность того, что шош прибыл вместе с нашими врагами, нельзя было исключать. А участь встретить его один на один выпала Тасу. После чего он исчез…
Они оба исчезли!
А нам осталось только осознавать, какой безжалостной и стремительной оказалась эта встреча. И каковы её последствия для одного из нас. Для любого из нас, окажись мы на месте Таса.
Троя тоже могла его встретить! Стоило этому образу оформиться в сознании, как тело подвело – реакция сущности эдаити оказалась настолько сильной, что оболочка не справилась с «воплощением». Перед глазами померк свет, на доли мгновения погрузив во тьму, сердце замерло, замедлив ток крови, а слух словно пропал, накрыв полной глухотой.
Исчезновение Таса… Оно волновало меня исключительно как необычный факт, причину которого необходимо понять. Но исчезни Троя?.. Неожиданно я осознал, что не представляю, как смог бы принять эту данность… Такого я не умел.
Она в зиянии со Щегом, в безопасности! Мне же надо скорее избавиться от возникшей проблемы – преследователей, чтобы вернуться к добыче.
Высота холма была недостаточной для хорошего обзора, лагерь противника располагался далеко – взгляд, продираясь сквозь верхушки окаменевших кристаллов, мог дать лишь общее представление. Но и его хватило, чтобы сделать простой вывод:
«Закрылись».
Над местом приземления преследователей раскинулся мерцающий купол. Догадаться о его предназначении было несложно: блокировать ультразвук, снизить влияние других неблагоприятных факторов, скрыться от насекомых…
Соплеменники Трои и Игеря, другие их союзники явились сюда с конкретной целью, и, даже столкнувшись с проблемами в виде губительной реакции местной экосистемы на свои физические тела и технику, они не имели намерений отступить.
«Им так важно уничтожить нас», – поделился я с Оршем скупым выводом.
«Нас стало меньше», – прагматичный собрат куда быстрее принял ситуацию как данность.
«Нужно поставить сюда нового наблюдателя».
Вывод, который я сделал, стал откровением для меня самого: жизнь Трои оказалась важнее, чем жизни других эдаити. И я смогу защищать их, лишь зная, что моя добыча вне досягаемости врага. Идея укрыться в зиянии оказалась крайне удачной!
«Возможно ночное нападение, когда снова пропадёт ультразвук?»
Просчитывая степень угрозы, и Орш, и я искали и варианты, как противостоять ей.
«С учётом силы, которую противник вложил в последнюю атаку, – нет, – высказал я своё видение ситуации. – Но дозор всё равно необходим».
Приняв решение, мы спустились с холма.
Первое же столкновение с преследователями на планете оказалось ничьей и сулило затяжное и изматывающее противостояние. Будет новый бой, который потребует быстрых и жёстких ответных действий. Пока же мы, как и они, нуждаемся в восстановлении сил. Значит, пусть ненадолго, но в этом мире воцарится привычный покой…
На соседнем холме, вторя моим мыслям, неторопливо распластались вернувшиеся на прежнее, видимо облюбованное место плоские летающие существа, которых спугнули боевые действия и огненные залпы.
В сиреневом небе пронеслась ещё одна стая, направляясь к хищным горам.
«Пища нужна и нам».
Тут же двое эдаити, которым мы послали предупреждение, отправились следом – добывать еду, и ещё трое – на место бывшей стоянки, забрать уцелевшее.
«Хорошее место. Подходящее», – Орш воспринимался сосредоточённым, анализирующим картину подземного лабиринта, где ожидали другие эдаити.
Мы синхронно нырнули в так удачно обнаруженные подземные полости.
Конечно, собрат подразумевал их использование в качестве убежища для нас. Интересно, как глубоко и далеко они простираются?..