Глава шестая, Котодопрашивательная
Дом встретил истошным воплем:
– Угомоните этот труп!
Визжала мисс Слэйд из главной гостиной комнаты. Помня о том, что труп в этом доме был всего один, мой, в смысле, мне принадлежащий, я осторожно пошла на крик, всей душой предчувствуя неприятности.
А там грохотало, периодически звенело, шелестело, скрежетало… и чем ближе я подходила, тем громче становились звуки.
И я остановилась прямо перед дверью, размышляя, а стоит ли вмешиваться и потом за погром Коржика отвечать? Конечно, мне и так за него влетит, но это будет потом, существует даже вероятность, что мисс Слэйд к тому времени несколько успокоится. Или выпьет несколько литров успокаивающего чая и настоек и точно успокоится.
А за дверью продолжало грохотать и постоянные царапающие быстрые шаги звучали, и крики гувернантки тоже…
Я вздохнула, немного приоткрыла дверь и прошипела:
– Коржик!
Запоздало вспомнила, что написанные лордом Редманом командные заклинания остались наверху в комнате… Очень удивилась, когда мёртвый василиск вдруг прекратил громить комнату и шмыгнул ко мне за дверь! И у ног остановился, черепушку задрал и на меня смотрит… в теории, глаз-то у него не было.
– Кейтлин! – Мисс Слэйд мигом сообразила, кому спасибо за спасение говорить, но благодарность у неё какой-то странной вышла: – Выбрось эту мерзость из дома!
Коржик на нелестную характеристику отреагировал громким хриплым хмыком, я же дверь чуть-чуть пошире открыла и сказала, повысив голос:
– Не волнуйтесь, мисс Слэйд, лорда Редмана в доме и так нет.
И почему вообще о нём вспомнила?! Но он точно мерзость в большей степени, чем мой Коржичек.
А теперь:
– Бежим! – Это умертвию.
И мы рванули прочь! По коридору, вверх по лестнице, снова через коридор и в комнату. Не мою, Аббель!
И вот залетаем мы к ней, и Коржик как давай шипеть! Я сначала и не поняла, чего это он, но в руках у сидящей с ногами на постели Аббель точно так же взял и зашипел кот приблудный!
Ну и я так понимаю, эти двое друг другу не понравились сразу.
– Успокоились оба, – хмуро велела уставшая и злая, а потому слегка сейчас неадекватная я, плотно закрывая дверь.
– Кейт, ты, – начала было Аббель, вопреки логике крепче прижимающая к себе животинку пушистую.
– Брось его немедленно, – ещё один совершенно хмурый приказ от меня.
Который, как и первый, напрочь все проигнорировали. Корж с котом продолжали шипеть, вздыбившись, Бель последнего продолжала к груди прижимать.
– Брось его, – повторно потребовала я, сводя брови у переносицы, – этот кот может быть крайне опасен.
Сестра посмотрела на меня с искренним сомнением в моих умственных способностях. Что возмутительно – кот тоже посмотрел! И даже шипеть стал потише, но его взгляд… совсем он мне не понравился.
Или просто кто-то уже до паранойи себя довёл.
– Что случилось? – Встревоженно спросила Аббель, но кота так и не отпустила.
Я вот просто на всякий случай принялась выплетать кончиками опущенной левой руки защитное заклинание. Я в них не сильна от слова «совсем», но не стоять же в бездействии.
– Лорд Редман интересовался, не встречалось ли мне ночью чего-то странного. Тени, шума… животного.
Мой выразительный взгляд остановился на белом крылатом пушистике. Котяра взял и испуганно юркнул за спину Аббель, а сестра, вместо того, чтобы тут же спрыгнуть с постели и умчаться подальше, на меня посмотрела непонимающе и спросила:
– Ты снова была ночью в городе? И… как лорд Редман узнал об этом?
Куда-то её совсем не туда понесло.
– Не о том спрашиваешь, – и заклинание я в неё всё же скинула.
Светящаяся магическая сеть рванула через всю комнату… и с шипением исчезла, не долетев до Бель!
– Не поняла, – собственно, не поняла я, ошарашено глядя на сестру.
Та в ответ с виноватым сожалением на меня.
– Кейт, – начала леди Авель успокаивающим мягким голосом, – защитная магия – это всё же не твой профиль…
Да-да, у меня без образования вообще магического профиля не было, и концентрироваться я как следует не умела, и сбалансировано тратить энергию тоже, из-за чего теряла сознание от утомления буквально после второго же заклинания… Но чтобы защитная сеть просто так исчезла, даже толком до охраняемого объекта не долетев?! Такого ещё не было.
Это невообразимо просто! Возмутительно! Ненормально, неправильно! Это…
– Это ты?! – Накинулась я с вопросом на выглянувшего из-за спины Аббель котяру.
Корж ответил согласным рычанием и припал к полу, словно готовясь к прыжку.
– Давай, обвиняй во всём котика, – Бель глаза раздражённо закатила и на пол спрыгнула так, чтобы между мной и любимчиком своим пушистым оказаться, собой его от моего взгляда закрывая. – Кейтлин, успокойся и подумай головой: какую угрозу может представлять кот?
– Смертельную? – Вопросила саркастично и нервно, быстро подошла, схватила сестру за руку и оттащила её, не сопротивляющуюся и нехотя ноги переставляющую, к двери поближе.
Потом подумала, подумала ещё и решительно вытолкала Бель прочь из её собственной спальни.
– Эй! – Возмутилась девушка, но поздно – деревянная дверь с грохотом захлопнулась у неё перед носом. – Кейт, ты… совсем совесть потеряла?!
Аббель даже возмущалась негромко и мягко, так что я ничуть не испугалась.
– Ага, – отозвалась беззаботно, блокируя дверь магией и оборачиваясь к коту, тревожно на постели сидящему, – вот мы с тобой и остались одни.
Коржик зарычал, намекая, что как бы не одни.
– Втроём, – послушно исправилась я и мягко к постели шагнула, – выкладывай, котяра, что с тобой не так?
Кот… промолчал.
– Правда думаешь, что он тебе ответит? – С раздражённой насмешкой вопросила Бель из-за двери.
Я… очень на это надеялась и старалась не думать о том, что требую объяснений от подобранного на улице кота. Я. От кота. Если бы папа услышал, точно бы решил, что я окончательно сошла с ума. У него и так, насколько знаю, подозрения имелись, но после подобного никаких сомнений не осталось бы.
Да я и сама была несколько… удивлена собственным не совсем адекватным поведением, но об этом я, пожалуй, как-нибудь потом подумаю. Желательно никогда.
И я вернулась к важным вопросам:
– Зачем тебя разыскивает лорд Редман? – Вопросила, пристально вглядываясь в кошачью морду, намереваясь уловить малейшие изменения.
Которых просто не было. Животинка продолжала сидеть на постели с поднятой пушистой головой, большими блестящими глазами и иногда шевелящимися хвостом и крылышками на спине.
В остальном – никакой реакции. Ни намёка на какую-то мнимую ненормальность кота.
И я даже заподозрила, что лорд Редман разыскивал вовсе не его, а какое-то другое животное. А мне же просто повезло оказаться в нужный момент в нужном месте и спасти эту беднягу от мороза.
Вздохнув, в последний раз печально посмотрела на кота, развернулась и пошла прочь. Блокирующее заклинание на двери смяла и уничтожила, саму дверь открыла и вышла в коридор. Коржик прыгнул за мной.
– Убедилась? – Аббель, ничуть не волнуясь, стояла в шаге от спальни со сложенными на груди руками и малость обиженным взглядом.
– Извини, – бросила я сухо, – кажется, кот безопасен.
И ушла к себе, не дожидаясь ответа.
* * *
Сон не шёл, не смотря на то, что было уже около трёх часов ночи.
Обычно я сплю очень крепко и спокойно, но сейчас… сейчас я лежала на спине и угрюмо смотрела в однотонный высокий потолок. Это было несложно, свет десяти зажжённых свечей не оставлял в спальне ни тени, и потолок мне тоже было хорошо видно, да.
Тушить свет было страшно. Впервые наблюдаю за собой подобное, но… было страшно, просто до ужаса, до перехватывающего дыхания, до бешено колотящегося в груди сердца страшно оставаться одной в темноте. И такое ощущение, что из каждого угла за мной наблюдают, а любая тень может вот-вот наброситься и растерзать.
Поэтому свет и горел, но это не помогало ничуть. Стоило мне прикрыть глаза, как уши закладывал жуткий хруст сломанных костей, а перед внутренним взором появлялось мёртвое мужское тело, лежащее на снегу.
В мучениях я провела несколько часов, пока, наконец, не сдалась и не выбралась из постели. Накинув поверх белого ночного платья длинных халат и затянув пояс, леди Авель бесшумной тенью скользнула в тёмный коридор, освещая свой путь тусклым огоньком удерживаемой в руке свечи и бесконечно оглядываясь по сторонам, искренне опасаясь увидеть хоть кого-то.
Когда я сошла с последней ступеньки и оказалась на тёмном первом этаже, во дворе неожиданно завыли собаки. У нас их целая Призрачная стая, папа во времена своей молодости подчинил целую дюжину в Исилейских лесах, мы их по ночам спускаем, и вот на своих псы не реагируют… а тут завыли. Яростно, протяжно, агрессивно.
Мне вдруг стало страшно.
Не смотря на то, что мимо Призрачной стаи никто чужой не пройдёт, а у нас помимо неё ещё и охрана была, преимущественно из боевых магов состоящая… Всё равно было страшно. До заледеневших рук, до мурашек на спине, до задрожавших колен и панического желания забиться куда подальше и затаиться.
Но вместо этого я пошла к окну. Наши страхи всегда хуже того, что в итоге происходит на самом деле. Людям свойственно преувеличивать и всегда думать о самом-самом плохом.
Успокаивая себя именно этим, я решительно выглянула на тёмную улицу.
Ночную мглу прорезал свет ослепительной алой молнии, с оглушительным грохотом ударившей с небес прямо на границе нашего поместья!
Я вскрикнула, дом вздрогнул! Псы зашлись в бешеном лае, закричала сбегающаяся к месту удара охрана, а в небе стремительно светлела, готовясь к новому удару, ещё одна явно магическая молния!
Миг, и с нарастающим грохотом она несётся вертикально вниз, чтобы без усилий со второго лишь удара уничтожить охранный купол вокруг поместья!
Грохот! Земля задрожала! Содрогнулись небеса, с которых стремительно таящими обрывками опадали остатки нашей защиты!
Ужас! Ужас верно охватил всю меня! И я, как завороженная, стояла у окна и в страхе наблюдала за тем, как в чёрном небе закручивается очередной горящий вихрь и как третья уже молния срывается вниз, нацелившись уже не на купол, а на сбежавшуюся охрану, которая со смесью изумления и ужаса осознавала свою неминуемую погибель и не могла сделать ровным счётом ничего, и…
И ничего не произошло.
Я сжалась внутренне и внешне, зажимая рот рукой и ожидая ощутить, как в третий раз содрогнётся дом, но ничего не произошло.
Резко оборвались все звуки, словно кто-то заткнул мне уши. Замолчали псы, не было слышно голосов, не последовало грохота. Тишина. Оглушительная тишина.
Но лишь на несколько мгновений.
А затем мрачный яростный треск, с которым так и не добравшаяся до земли и охраны молния была попросту уничтожена. И теперь, когда её яркое красное сияние исчезло, я могла хорошо видеть две окутанные магическим сиянием ладони, которые уже через секунду поднялись вверх и… призрачное зелёное свечение мягко и неумолимо выстрелило вверх, как арбалетная стрела, и на какие-то краткие мгновения весь Мауборн и его окрестности затопило этим зелёным свечением, пока смесь явно некромантской и боевой магии уничтожала смертоносное заклинание в небе.
Чувствуя себя оглушённой, за миг до того, как улица вновь погрузилась во тьму, я опустила голову и увидела отца и лорда Редмана.
Маги стояли близко друг к другу со всё ещё поднятыми чуть светящимися правыми руками и с убийственной яростью на лицах смотрели в небеса до тех пор, пока магическая туча не была полностью уничтожена.
А вот затем ярко и разом вспыхнул свет в зимнем саду, освещая все тропинки, все деревья, бледных и явно успевших с жизнями попрощаться охранников, которых сегодня дежурило человек десять… осветило и двух сильнейших, пребывающих в состоянии неконтролируемого бешенства магов.
Я могла понять бешенство папы – только что нагло покушались на жизни его охраны и ещё неизвестно на что, уничтожили защитный купол вокруг его поместья. Я бы тоже была в бешенстве.
Но вот лорд Редман со своей яростью удивил… удивило и ещё кое-что.
Бросив короткий взгляд на моего отца, Редман первым рванул к дому. Папа следом.
Через мгновение распахнулась входная дверь, два мага влетели в дом и застыли, словно наткнулись на невидимую преграду.
– Кейт, – выдохнул отец, не скрывая облегчения, и тут же унёсся на второй этаж, проверять Аббель и мисс Слэйд.
Лорд Редман остался. Неописуемое облегчение на его лице тоже сохранялось какое-то время, ровно до моего совсем тихого, потому как я всё ещё в состоянии шокированного ужаса пребывала, вопроса:
– Это что сейчас было?
И некромант заметно помрачнел, даже тени залегли на его лице, а зелёные глаза засверкали чем-то опасным и точно убийственным.
– У меня такое странное чувство, – прошипел он, с трудом сдерживаясь, – что вы притягиваете все мыслимые и немыслимые опасности этого города.
Ответить на это открытое обвинение мне было нечего, кроме разве что:
– Я?! – Изумилась искренне.
– Ну не я же, – Редман с шипения перешёл на рычание сквозь стиснутые зубы, что выглядело весьма жутко с его этим сверкающим убийственным взглядом, направленным исключительно на меня.
И весь страх как-то незаметно исчез, сменившись праведной злостью и возмущением.
– Полагаете, эта атака имела цель убийства… меня? – Заставив себя сдержаться, вопросила я почти спокойно.
Почти.
Редман стиснул зубы до проявившихся на щеках желваков и коротко кивнул. Столь же внезапно, как и появился, страх ушёл, оставив после себя какое-то сильное опустошение.
И страх. Не за себя, а за жизни всех тех, кто находился сейчас в имении – за жизни охраны, прислуги, мисс Слэйд и Аббель. Все они могла пострадать или даже умереть только из-за того, что я кому-то не понравилась и этот кто-то неизвестно почему вознамерился меня убить.
Конечно, я не была уверена в этом на сто процентов, но… второе нападение за сутки? Это уже не смешно. Меня и первое не веселило, но от второго я и вовсе была практически в ужасе.
– У вас есть враги? – Внезапно спросил лорд Редман и запоздало закрыл входную дверь, отрезая нас от ледяного воздуха морозной ночи.
Внезапно поняла, что успела замёрзнуть до смерти. Или это меня трясёт от шока?
– Нет, – проговорила тихо, едва ворочая занемевшим языком и потеряно глядя в никуда.
Лорд Редман вздохнул, рывком освободил себя от зимнего плаща, подошёл ко мне практически вплотную, выставил руки и разрешил:
– Ловлю, уже можете терять сознание.
Потрясённо посмотрела на некроманта, он в ответ невозмутимо и решительно, в смысле, решительно готовясь ловить.
– Вы издеваетесь? – Поняла запоздало.
– Ни в коем случае, – нагло соврали мне и рук не опустили!
– Да идите вы, – послала обиженно и резко развернулась, намереваясь покинуть малоприятное мне общество.
Тяжёлый вздох за спиной и сокрушённое:
– Лучше бы вы сами в обморок упали.
Отреагировать я попросту не успела – в мой затылок прилетело усыпляющее заклинание мгновенного действия.
Проваливаясь во тьму, я в последний момент ощутила, как меня подхватывают, уберегая от падения, бережно поднимают на руки и почти нежно прижимают к мужской груди, в которой поразительно быстро и беспокойно колотилось сердце.
* * *
– Вставай, – велел чей-то незнакомый голос, хриплый и встревоженный.
Голова раскалывалась, глаза жгло огнём и мне категорически не хотелось просыпаться. Такое ощущение, словно я только-только уснула, а теперь меня будили.
– Вставай же, – повторил голос, – они сейчас придут, Кейт.
– Кто? – Прохрипела-простонала, с трудом разомкнув губы.
Пауза, во время которой мне даже начало казаться, что этот голос я и вовсе выдумала, и последовавший безжизненный ответ:
– Тёмный некромант и твой отец.
Я решительно ничего не поняла. Какой ещё Тёмный некромант? Таких вообще не бывает. И зачем моему отцу с этим Тёмным некромантом сюда идти?
Да и в любом случае:
– Они мне ничего не сделают, – простонала убеждённо, потому что там же папа, он меня точно обижать не позволит.
И я осторожно, чтобы голову сильнее не тревожить, перевалилась со спины на бок, обняв и притянув к себе подушку. Подушка оказалась удивительно пушистой и мягкой, а ещё она… дышала.
И глаза я распахнула в тот же миг, со смесью ужаса и изумления глядя на котяру, которого к себе притянула и обнимала, а он и не сопротивлялся, он…
Он вдруг выдал:
– Мне сделают.
Тем самым хриплым, встревоженным и совершенно незнакомым голосом выдал! Кот. Взял и сказал!
Я отшатнулась в тот же миг, отдёрнув руки, и мгновенно поплатилась за свою неосторожность – голова взорвалась болью! Нестерпимой, невыносимой, жарящей затылок и с силой стучащей по вискам.
Застонав, обхватила её обеими руками, пытаясь хоть так унять болезненную пульсацию. У меня даже почти получилось, по крайней мере боль утихла, но исчезать окончательно упрямо отказалась.
И тут открылась дверь.
Котяра тут же юркнул на подушку и свернулся там клубком, изобразив глубокий сон. Я так и застыла, во все глаза шокировано на него глядя.
А в спальню вошёл мрачный папа, но его лицо тут же посветлело и стало слегка обеспокоенным, едва он понял, что я уже не сплю.
– Совсем плохо? – Догадался родитель сочувственно и тут же обрадовал: – За лекарем уже послали, будет в течение часа.
Это всё, конечно, замечательно, но… кот говорящий. И как-то не осталось никаких сомнений в том, кого именно разыскивал лорд Редман. И я некроманта даже понимала, разговаривающий котёнок и меня безмерно заинтриговал, но:
– Редман меня усыпил, – взяла и пожаловалась папе, отворачиваясь от «спящего» котика.
Осторожно глянув в сторону окна, поняла, что за задёрнутыми шторами царила ночная тьма. Сколько я проспала? Час? Меньше?
Папа не выглядел удивлённым, что не могло не огорчать!
Вздохнув, маг вошёл в спальню, закрыл за собой дверь и движением руки зажёг несколько свечей. Комната наполнилась слабым тёплым светом, которого весьма хватало, чтобы мы могли спокойно друг друга видеть.
Лорд Авель прошёл и осторожно сел на самый краешек моей кровати. Взгляд его был опущен, что удивляло и напрягало – обычно отец всегда прямо смотрит в глаза собеседника.
И обычно он не выглядит таким усталым и даже виноватым.
А когда говорит, голос его звучит громче и твёрже, но сейчас он был тихим и словно бы далёким:
– Анаэль не просто усыпил тебя, – начал папа.
Мне поплохело тут же.
Чувствуя, как кровь стремительно отливает от лица, я в ужасе уставилась на отца.
– Ничего фатального, – скорее почувствовав, чем увидев охвативший меня ужас, мужчина вскинул голову и поспешил успокоить, – лишь ряд сканирующих заклинаний.
Облегчённо выдохнув, уже через несколько мгновений я снова вскинулась и с неприкрытым подозрением переспросила:
– Каких ещё заклинаний?
Теперь отец смотрел прямо мне в глаза, не отрывая взгляда и не испытывая ничего, хоть отдалённо похожего на вину.
– Анаэль проверил, нет ли на тебе Следящих заклинаний и не подвергалась ли ты магическому воздействию, – сдержанно поведали мне.
Это было далеко не всем, я… не буду говорить, каким именно местом это чувствовала. О чём-то отец нагло умалчивает! А судя по взгляду, он ещё и успел что-то там для себя решить, из-за чего выглядел упрямо-решительным и ничуть не виноватым.
И вот не понравилось мне это совсем.
– И как? – Приподняла бровь, стараясь в целом не шевелиться, потому как голова всё ещё болезненно пульсировала.
И я так понимаю, это результат кое-чьих проверок! Ну вот что за человек? Просили его ко мне лезть? Гад, самый натуральный гад и вредитель!
– На тебе ничего нет, – спокойно сообщил папа о том, что и так уже было очевидно.
Будь на мне какое-то заклинание или чары, он бы таким спокойным не сидел.
Напрягало другое.
– Ты чего удумал? – Я даже не пыталась скрыть охватившего меня подозрения.
Потому как знала: что-то удумал родитель точно! И это загадочное «что-то» мне определённо не понравится.
В следующую секунду я поняла, что даже не ошиблась, потому как папа мрачно, но с непробиваемой уверенностью заявил:
– Если Анаэль попросит, я дам благословение на ваш брак.
– Начинается! – Психанул кто-то, резко сбрасывая одеяло с колен и намереваясь подняться на ноги, потому как в таком положении думается лучше.
Одно я упустила – боль в голове, которая лишь затихла, готовясь к новому удару, но исчезать окончательно не намеревалась.
Застонав, сжала пульсирующие виски ледяными пальцами и просто взмолилась:
– Уйди…
На споры сил не было, на аргументированные дебаты тоже. Вообще ни на что сил не было, хотелось упасть в подушку моськой и помолиться о смерти. Не своей, конечно, себя жалко, а вот о смерти Анаэля Редмана я помолюсь с радостью.
Посидев ещё какое-то время, папа тихо вздохнул и правда ушёл, но мы оба знали, что впереди нас ждёт тяжёлый серьёзный разговор, в котором каждый из нас будет доказывать свою правоту, отказываясь слушать и слышать другого.
Папе нужен брак его старшей дочери, мне нужно, чтобы меня оставили в покое. И я скорее в монастырь уйду, чем отец махнёт на меня рукой.
А может и уйду, кто знает. Но как-нибудь потом…
Долгожданный лекарь появился в доме спустя целый час, ещё через пять минут вошёл в мою спальню в сопровождении отца, двух служанок и мисс Слэйд.
Спустя десять минут странных манипуляций бессильно плачущей мне влили какую-то горькую гадость в рот, уместили платочек с завёрнутым в него льдом на лбу и пожелали скорейшего выздоровления. А уже отцу, чуть отойдя, пожилой мужчина с бело-зелёной символикой на рабочей чёрной мантии велел проследить, чтобы меня поили лекарством каждый час и постоянно меняли компрессы.
Потрясающее лечение. Такое действенное, просто слов нет.
И меня оставили отдыхать.
* * *
Открылась дверь.
Что интересно, совершенно беззвучно открылась, но я это не только почувствовала, я ещё и из сна вынырнула и, приоткрыв всё ещё слипающиеся глаза, с приглушённым удивлением увидела, как во тьме комнаты прямо надо мной летают, подпрыгивая, призрачные зеленоватые черепушки.
– Спи, – хмуро велели они… таким смутно знакомым мужским голосом.
Наверно, это так лекарства и болезнь на меня влияли, но я с трудом подняла тяжёлую непослушную руку, ткнула указательным пальцем в одну из совершенно одинаковых черепушек и убеждённо проговорила:
– Вы мне кое-кого напоминаете.
Язык не слушался, но фраза вышла весьма внятной.
Черепушка как-то очень странно, с сильными сомнениями в моей адекватности, сверху вниз на меня глянула и мрачно переспросила:
– М-да?
– Ага, – говорить сложно было, рука и вовсе бессильно упала на одеяло, – одного мерзкого некроманта. Вы с ним не знакомы?
Черепки стали кружить как-то очень напряжённо.
– Полагаю, нет, – продолжила я сонные размышления, – этого человека невозможно забыть. Наверно, даже зелье Забвения не поможет.
Тишина в комнате повисла угрожающе-оглушительная. Но я почему-то совсем не испугалась, я куда-то не туда пошла, печально произнеся:
– А я совсем замуж не хочу, понимаете?
И черепушки отозвались хриплым непониманием, выраженным в кратком:
– Почему?!
Странные они.
Причин было много, но перечислять их все мне было лень, поэтому, поразмыслив немного, сократила весь внушительный перечень до короткого:
– А ради какого гоблина оно мне надо?!
– Действительно, – саркастично согласились призрачные черепа, – и как я сам не додумался?
– Говорю же, вы мне лорда Редмана очень напоминаете, – я улыбнулась непонятно чему, – он тоже до многих вещей сразу не додумывается.
Сверху выразительно кашлянули.
А потом призрачные кружащие черепа засияли ярче и рухнули вниз, прямо мне на грудь, наполняя её теплом и таким странным чувством… словно корсет затянули. И дышать стало ощутимо тяжелее.
– Перестарался, – сокрушённо шепнул… черепок.
Вот только все черепа исчезли… чьи же тогда горячие ладони обняли мои рёбра?!
– Эй! – Возмутилась я, окончательно просыпаясь.
– Не волнуйтесь, – усмехнулся… лорд Редман! Продолжая нагло меня лапать! В моей же собственной спальне! В полной темноте! Хотя и не знаю даже, как темнота влияла на его наглость. – Вот ЭТО зелье Забвения поможет забыть.
Давление в груди ощутимо уменьшилось, но не исчезло, что напрягало, но не так сильно, как мужские руки!
– Какое ещё зелье?! – Зашипела я, предпринимая попытку от чужих конечностей избавиться.
Через мгновение оба моих запястья были перехвачены и прижаты к подушке над головой – мягко, но так, что не вырваться.
– Не мешайте, – вежливо и даже нежно попросили меня.
И вторая ладонь мага, не занятая удерживанием моих запястий, медленно и неумолимо скользнула по рёбрам вверх!
– Л-лорд Редман! – Я занервничала.
– Л-леди Авель, – передразнил некромант и попытался успокоить, – я лишь закреплю заклинание.
Чувствуя, как жар ползёт вверх по шее к щекам, а рука мужчины – уже по груди, я сдавленно просипела:
– Какое ещё заклинание?
И дёрнулась, пытаясь избавиться от недвусмысленного касания и чужой руки, которая практически хозяйски трогала… грудь! Мою! Правую, если быть совсем уж точной!
– Надеюсь, что вы никогда этого не узнаете, – серьёзно и очень честно тихо проговорил Редман.
И давление в моей груди исчезло окончательно… чего нельзя было сказать о чужой конечности! Она осталась. Причём она не просто осталась, она вдруг напряжённо замерла, словно некоторые тут только сейчас осознали, что творят, а затем большой палец некроманта совершил судорожное поглаживающее движение и…
– Лорд Редман! – Воскликнула я, мне от стыда уже даже дышать было тяжело!
И руки исчезли. Обе, оставляя в покое и мою грудь, и давая свободу рукам.
И я, раздражённая, возмущённая, злая и пристыженная, попыталась рывком подняться, но некромант перехватил, мягко, но с силой уложил обратно.
Через мгновение пальцы со знанием дела надавили на щёки, а в приоткрывшийся рот влилось что-то сладко-кислое. Зелье Забвения!
– Да чтоб вас! – Пожелала от души.
– Не стоит благодарностей, – парировал маг, завершив своё странное действие усыпляющим заклинанием.
* * *
– Посылка для леди Авель, – уже на следующий день сообщил мистер Бойер, постучав в дверь моей спальни.
Время близилось к полудню, я чувствовала себя уже просто прекрасно, но вылезать из постели мне строго-настрого запретили, аргументируя это тем, что лекарство нужно ещё три раза пить, то есть мне тут ещё три часа сидеть.
С разрешения мисс Слэйд, взявшей на себя роль медицинской сестры и сиделки, дворецкий внёс в комнату большую и явно тяжёлую коробку, с трудом дотащил её и с грохотом водрузил на стол. И остался стоять, с любопытством поглядывая то на неё, то на мисс Слэйд, то на меня.
– Что там? – Поинтересовалась я, вытягивая голову в тщетной попытке заглянуть внутрь.
Зря старалась, коробка оказалась запечатана. Гувернантка, дождавшись моего кивка, прошла к столу, взяла нож для бумаги и вскрыла посылку.
Свои любопытные носы они с мистером Бойером туда одновременно сунули, именно мужчина потрясённо и выдохнул:
– Книги?!
Книги?! Кто мог прислать мне книги?
Мисс Слэйд выпрямилась, медленно обернулась, бросила на меня задумчиво-удивлённый взгляд. Я на неё смотрела едва ли не умоляюще, и гувернантка, вздохнув, нехотя разрешила:
– Только быстро.
Мистер Бойер понятливо удалился, а едва за ним закрылась дверь, я тут же выскочила из кровати и босиком подбежала к столу у окна, чтобы со смесью недоумения, удивления и предвкушения заглянуть в коробку.
Там действительно были книги! Много, очень много книг!
Радость была первым чувством, на смену ей пришло удивление, а потом я прочла название верхней из книг…
«Радости замужней жизни»?!
– Это шутка? – Не поняла я, вытаскивая довольно увесистый томик и опуская взгляд на следующее произведение.
«199 причин сказать любимому «да».
У меня натурально отвисла челюсть.
Просто отказываясь верить в реальность происходящего, я вытащила из коробки и отложила на стол и эту книгу, в ужасе глядя на следующую.
«Как найти идеального мужа».
А дальше шли «Семейная жизнь», «Пособие для лучшей жены», «Причины связать себя узами брака»… и ещё дюжина книг подобного содержания!
С искренним изумлением я достала и разложила стопочками на столе все из них, очень надеясь обнаружить в процессе какую-нибудь записку, и она действительно обнаружилась на самом дне, но прочесть её сразу я не смогла, потому что… рассмеялась. Наверно, это было нервным или так сказывались мои лекарства, но я рассмеялась. Тихо вначале, а затем всё громче и громче, используя стол в качестве опоры, а то существовал страх не удержаться на ногах и упасть.
– Кейт, милая моя, – мисс Слэйд обеспокоенно приблизилась и по плечу меня осторожно погладила.
Плечо в ответ на её прикосновение стало покалывать. И это была достойная причина, чтобы оборвать смех и задуматься.
Я почему-то почти даже и не сомневалась в личности щедрого дарителя. Правда, сложно сказать, какие эмоции испытывала, представляя, как лорд Редман ходит по книжному магазинчику, а книги без сомнений были новыми, и старательно собирает эту «коллекцию». Надеюсь, продавец в лавке отвесил ему парочку ехидных комментариев.
Но нервировало и ещё кое-что. Зачем дарить мне подобную литературу? Неужели он воспринял слова моего отца всерьёз? Неужели и правда думает, что я пойду за него?
– Всё хорошо, – заверила я гувернантку с задумчивой улыбкой, опустила руку в уже практически пустую коробку, подцепила и вытащила на свет листок плотной белоснежной, как свежевыпавший снег, бумаги.
«Моя дорогая леди Авель»…
– Начинается, – протянула недовольно, возвращаясь к кровати и продолжая читать по пути.
«Как ваше самочувствие? Надеюсь, работа лекаря была достойной и вам уже значительно лучше. Клянусь, я и не подозревал, что мои продиктованные исключительно заботой о вас действия возымеют столь неприятный эффект. Мне следует принести вам свои глубочайшие извинения.
Помня о вашей любви к чтению, надеюсь, что мой небольшой подарок скрасит ваше вынужденное заточение. Быть может, вы даже сумеете найти их познавательными и увлекательными.
С пожеланием скорейшего выздоровления,
Анаэль Редман».
Вот я как до постели дошла, как постояла рядом с ней, письмо читая, так и развернулась и обратно к столу пошла.
– Ответ писать будешь? – Догадалась мисс Слэйд и тут же решительно заявила: – Потом напишешь, сейчас тебе нужен отдых!
И хрупкая на вид женщина решительно затолкала меня обратно в кровать, строго настрого запретив вылезать и даже пригрозив в противном случае начать читать вслух одну из подаренных Анаэлем книг.
Подобного мне не хотелось совершенно, так что пришлось быть послушной девочкой.
* * *
Почти здоровой меня сочли лишь под вечер! И вот зря я этому обрадовалась, потому что, стоило облегчённому выдоху слететь с моих губ, мисс Слэйд «обрадовала»:
– Идём в сад, подышим воздухом. У вас полчаса на сборы, моя дорогая, а я пока обрадую вашу сестру.
Что ж, полчаса – достаточный срок для написания ответного письма, благо о тексте я раздумывала весь день, просто не в силах заставить себя перестать вспоминать лорда Редмана.
Разумеется, абсолютно в некультурных выражениях.
А ещё отчего-то временами мерещились призрачные зеленоватые черепа, кружащие в воздухе… галлюцинации печалили, но, подумав, я решила, что уж лучше зелёные скалящиеся черепки, чем Редман.
Закутавшись в тёплый вязаный платок, спрятав ножки в пушистых домашних тапочках и с комфортом устроившись за столом, я приступила к старательному выведению ответных строк.
«Уважаемый лорд Редман,
вопреки вашим надеждам, мне действительно стало лучше. Ваши книги помогли: под угрозой «наслаждения» столь сомнительной литературой я соблюдала все медицинские предписания. От себя рекомендую вам ознакомиться с работами архимагистра Джона Эйрна, особое внимание уделив биографии этого выдающегося мага. Быть может, вы даже сумеете найти её познавательной и увлекательной.
С пожеланием отыскать хороший литературный вкус,
Кейтлин Авель».
Поставив точку, я с превосходящей ухмылкой перечитала всё ещё раз, свернула бумагу, спрятала в конверт. Жестом зажгла свечу, ещё одним жестом разместила сверху держатель, закрепила ложку и бросила в неё несколько кусочков сургуча.
А пока тот плавился, аккуратно подписала конверт, указав на нём имя адресата.
Спустившись через полчаса на первый этаж, дала дворецкому распоряжение:
– В моей спальне коробка с книгами, которую доставили утром. Будьте любезны отвезти её в полицейский участок и передать лорду Анаэлю Редману.
– А почему в участок? – Не понял мистер Бойер.
– К счастью, мне не известен адрес проживания упомянутого лорда, – улыбнулась искренне, решив, что раз уж некромант к полицейским как к себе домой ходит, то вот пусть корреспонденцию там и забирает.
* * *
– Лорд этот сомнительный вчера у спальни твоей ошивался, – вполголоса сообщила Бель, сделав вид, что снимает с моего мехового воротничка несуществующую мусоринку.
Мы гуляли. Мисс Слэйд воодушевлённым вихрем кружила по заснеженному саду, без устали рассказывая о запланированных на ближайший месяц событиях, первое из которых, вечеринка «для своих» у леди Джейд, выпадало уже на эту субботу, то есть через два дня. Мне было неинтересно, Аббель и подавно – до объявления о моей помолвке сестра о выходе в свет могла только мечтать. Но Слэйд это не волновало ни в коем случае!
Поэтому она и вещала, а мы обе были вынуждены таскаться следом, с тоской поглядывая на дом.
После слов сестры я невольно замерла, напряжённо глядя в её карие, такие же обеспокоенные глаза.
И как-то сам собой сорвался с губ вопрос:
– А зелёных черепов вокруг него не летало?
Бель недоумевающе вскинула брови, удивлённая моими словами.
– Леди! – Окрикнула мисс Слэйд, заметившая нашу заминку.
Пришлось величественно догонять, а едва гувернантка вновь запела соловьём, Аббель тихонько зашептала:
– Черепов не видела, как он заходил в твои покои – тоже, меня Весли отвлекла, но на втором этаже Редман провёл почти десять минут.
Поблагодарив за информацию кивком головы, я закусила нижнюю губу, что было нежелательно на морозе, и попыталась крепко задуматься, но сестра вдруг с искренним беспокойством прошептала:
– То, что случилось ночью…
Повернув голову, внимательно посмотрела на леди Авель. Бель ответила мне встревоженным, практически испуганным взглядом, сцепила дрожащие руки в замок и зашептала:
– Я подслушала разговор отца с лордом Редманом. Они оба уверены, что это нападение… что эти люди… что они, они… хотели убить тебя…
Последнее слово Аббель произнесла беззвучно, одними губами, и тут же шумно задышала открытым ртом, пытаясь успокоиться.
Мы остановились мгновенно, перепуганная до ужаса Бель и я, встревоженная её состоянием и огорчённая тем, что не поговорила с сестрой раньше.
– Бель, – шепнула, сжимая пальцами её дрожащее плечо сквозь шубу, – всё будет хорошо, тебе совершенно не о чем переживать.
Девушку уже била откровенная крупная дрожь, заставившая меня не слабо занервничать. Она попыталась что-то сказать, снова попыталась, ещё раз… по красным от мороза щекам потекли быстро остывающие слёзы, в распахнутых глазах застыл ужас и…
И пришлось вызывать лекаря, который появился в поместье четверть часа спустя и констатировал у Аббель нервный срыв.
Вот именно так уже вторая леди Авель слегла с недомоганием. Правда, успокаивающее снадобье ей нужно было пить около двух недель вечером перед сном вместе с чаем, не считая этого первого раза, когда лекарь напоил и уложил Бель в постель среди бела дня.
Наш и без того суровый отец окончательно замкнулся в себе, скрывшись от посторонних глаз в собственном кабинете и отказываясь как покидать его, так и принимать посетителей.
Я пыталась. Мисс Слэйд тоже. Оказавшись некультурно выставленной в коридор, она печально посмотрела на точно так же выставленную меня, вздохнула и ушла.
Находясь в состоянии глубокой задумчивости, я прошла по коридорам непривычно тихого, словно бы окутанного печалью дома, вошла к себе… Стоило двери за моей спиной закрыться, как на столе у окна вдруг вспыхнула свеча. Сама! В абсолютно пустой спальне!
Я замерла в тот же миг, напряжённо глядя на подрагивающий огонёк.
Огонёк дрожать перестал и взметнулся под самый потолок!
В тот же миг я вылетела из комнаты, за считанные секунды пронеслась по всё тем же коридорам и ворвалась в кабинет отца!
Вскинув голову, папа удостоил лишь одним мимолётным взглядом перепуганную дочь, вскочил со своего места во главе дубового стола и уже через мгновение вылетел из кабинета.
И ощущение такое, что пока он спешил в мои покои, со всей округи стягивалась, сгущаясь вокруг него, пугающая тьма…
Я поторопилась следом, уговаривая себя не впадать в панику и сохранять ясность сознания.
Успела в эпический момент: отец стоял посреди окутанной несколькими слоями поисковых чар комнаты и мрачно взирал в сторону моего стола, вокруг которого магия была не призрачно-голубоватой, а агрессивно-алой.
– Стороннее вмешательство? – Холодея, догадалась я.
Ответа не последовало. Вместо этого папа с маниакальным упорством накладывал на спальню всё новые и новые заклинания, каждое из которых было всё сильнее и сильнее предыдущих, но результат оставался прежним: чужая магия ощущалась лишь у стола, и отследить её не было никакой возможности.
В момент, когда отец перешёл уже на откровенно запрещённую магию, я не выдержала:
– Хватит, – быстро подошла, но осталась за спиной лорда Авель, – это ничего не даёт, пап.
Боевой маг наложил ещё три заклинания, прежде чем наконец прислушаться к моим словам и нехотя, с огромным сожалением, смять и уничтожить всё, что насоздавать успел.
Некоторое время в комнате было оглушительно тихо, затем прозвучало его глухое решение:
– Я усилю защиту поместья, – это я могла принять, но вот дальнейшие слова не обрадовали, – а ты пока поживёшь в одной из гостевых спален.
Да, подобное мне не нравилось совершенно, но:
– Как пожелаешь, – склонила голову, признавая разумность этого решения и правоту родителя.
Наконец обернувшись, папа долго с высоты своего роста взирал на меня, даже не моргая, а в конце концов поднял руку, притянул меня к себе и сжал так крепко, словно очень-очень боясь отпустить, словно и не желая вовсе отпускать никогда в жизни.
Это было больше, чем просто родительские объятья. Мой отец не из тех, кто вот так выражает свои чувства и эмоции, но сейчас… Внезапно поняла, что папа боится. Боится… за меня. И за Аббель, конечно же, тоже. Боится за нас обеих.
Слёзы навернулись на глаза, но я приложила максимум усилий, чтобы сдержать их.
* * *
К вечеру случилось сразу два до крайности неприятных события. Мои вещи были перенесены в гостевую спальню и на пороге нашего дома объявился лорд Редман собственной мрачной персоной. В смысле, явился он крайне мрачным и помрачнел ещё сильнее, когда наткнулся на недовольный взгляд стоящей наверху лестницы меня. Вообще-то я планировала посетить кухню с целью попросить заварить мне чаю, но теперь что-то как-то передумала.
А вообще:
– Лорд Редман, будьте любезны уделить мне несколько минут своего драгоценного внимания! – И я принялась быстро спускаться вниз, сосредоточенно глядя себе под ноги и придерживая юбку платья.
– Не хочу вас расстраивать, – начал мужчина и вошёл в дом, позволяя мистеру Бойеру закрыть дверь и отрезать нас от лютого мороза.
– Вот и не расстраивайте, – быстренько перебила я, не позволив магу закончить, и спрыгнула с последней ступеньки, направляясь в сторону гостевой, – идёмте.
Что удивительно, Редман в самом деле пошёл!
Войдя в комнату для гостей, с большим серым ковром в центре, двумя диванчиками напротив друг друга, столом между ними и камином у стены, я придержала дверь, дождалась, пока лорд Редман войдёт следом за мной… мысленно прокляла его пару раз и закрыла дверь, отрезая нас двоих от всего остального дома.
Некромант, не торопясь присаживаться, остался в двух шагах от меня, молча и вопросительно вскинув бровь.
Не став тянуть дракона за хвост, я повернулась к нему всем телом, сложила руки на груди и прямо спросила:
– Что вы сделали?
Видимо, не достаточно прямо, потому как к первой вскинутой брови медленно поднялась и вторая, выражая охватившее лорда удивление и полнейшее непонимание.
– Этой ночью, – внесла я ясность в ситуацию, – что вы сделали со мной этой ночью?
Брови мага вернулись в нормальное положение, а вот глаза нехорошо прищурились, после чего мне немного хрипло сообщили:
– Весьма двусмысленно звучит, леди Авель.
О, я была полностью согласна, я… Я внезапно побледнела. Нет, понятно ничего не стало, но вот страшно – очень даже!
И я самым позорным и недостойным образом предположила самое плохое. Лорд Редман ночью в моей спальне и я, совершенно не помнящая его присутствия, но практически уверенная в том, что присутствие таки было. Что мог сделать мужчина, оказавшись наедине с женщиной?
– Вы бледнеете, – меланхолично отметил лорд.
Не обратив внимания на его слова, я принялась судорожно соображать, что полагается ощущать женщине, если… если ночь она провела с мужчиной. В интимном плане.
К несчастью, для анализа у меня имелось катастрофически мало данных – лишь то, что описывалось в женских романах, но там на эту деталь не обращали должного внимания, и ранее меня это не задевало ничуть… вот до этого момента!
Но что-то ощущать точно полагается. Хоть какие-то изменения в собственном организме быть должны! Возможно, дискомфорт, жжение… ощущение неполноценности…
– А теперь краснеете, – всё тем же тоном обронил Редман и неожиданно заинтересованно продолжил: – О чём вы думаете, леди Авель?
Чёрта лысого я ему в подобном признаюсь!
– М-м-м, – прищур некроманта стал лукавым, губы изогнулись в насмешливой улыбке, – я искренне заинтригован.
Чувствуя, что щёки с каждым мгновением пылают всё сильнее, я не посчитала нужным скрыть охватившей меня злости.
– Вы, – голос ощутимо дрожал, – я требую, чтобы вы немедленно рассказали, что сотворили этой ночью!
У меня были все основания требовать, это понимал даже Редман, но это понимание не помешало ему совершенно нахально мне улыбнуться. То есть не расскажет!
И мне не осталось ничего другого, кроме как пригрозить:
– Я расскажу о вас отцу!
Улыбка самым возмутительным образом из нахальной стала откровенно издевательской.
– У вас никаких доказательств, моя очаровательная леди Авель, – сладко чуть ли не пропел некромант.
И, черти его пожрите, был прав. И прекрасно это знал, разумеется!
– Вы ошибаетесь, если полагаете, что я оставлю это просто так, – отчеканила, с яростью глядя в тёмно-зелёные глаза.
– Славненько, – ехидно бросил некромант и обнаглел в конец, поинтересовавшись: – Вы получили мой подарок?
Гад!
– А вы мой? – Вторила ехидно.
Наглость на некромантской морде мигом сменилась недоумением и даже лёгким удивлением.
Значит, не получил. Вздёрнув подбородок, леди Авель ослепительно улыбнулась, лихо развернулась и покинула гостевую комнату, оставив лорда в недоумении.
* * *
Изменила концовку прошлого отрывка, там буквально 10 последних строк, лучше перечитайте их, прежде чем читать дальше тут.
Находясь не в самом радостном расположении духа, я мрачно поднялась на второй этаж, прошла по коридору, вошла к себе… запоздало вспомнила, что «к себе» мне больше не принадлежит. Мрачно помянув всех, кого только вспомнить смогла, покинула спальню и приоткрыла следующую комнату.
Папа планировал и Аббель переселить, но пока что она была под действием настоя и мирно спала, и мы так понимаем, что проспит она до самого утра.
Заглянув к сестре, я постояла некоторое время на пороге, глядя сквозь щель на её безмятежное спящее лицо.
А потом заметила кое-что интересное.
Точнее, кое-кого!
Котяра моё появление тоже заметил, но выходить не спешил, предпочтя остаться рядом с Аббель и оттуда, с безопасного расстояния, настороженно на меня смотреть.
– Ты, – прошептала я, указывая на котяру пальцем, чтобы у него точно никаких сомнений не осталось, к кому конкретно я обращаюсь, – идёшь со мной.
Наглая мохнатая морда взяла и этой самой мордой отрицательно покачала.
– По-хорошему выходи, – я дверь шире приоткрыла, недвусмысленно намекая, что если кое-кто не выйдет, то я и зайти могу.
Странная животинка глянула на Бель, на меня, снова на неё, изобразила тяжёлый скорбный вздох, поднялась прямо на постели и грациозно бесшумно спрыгнула на пол, после чего поистине королевской походкой прошла по спальне, приблизилась ко мне и юркнула в коридор.
К отданной в моё распоряжение гостевой спальне кот пошёл сам, не дожидаясь, пока я укажу ему нужное направление. Это напрягло. Сильно.
У самой двери животное остановилось и выжидающе обернулось. Пришлось задавить собственное удивление, подойти и открыть, впуская странного гостя в отданную в моё распоряжение жилплощадь.
Мы вошли. Кот пробежался по комнате, ловко запрыгнул на диванчик, уселся на нём и внимательно на меня посмотрел. Внимательно и молча, и вот последнее почему-то напрягло.
– Рассказывай, – разрешила я, дверь закрывая, но подходить к странному созданию не рискую.
Кот промолчал, продолжая столь же внимательно на меня смотреть.
Нехорошее предчувствие, оно как-то само неожиданно в груди зашевелилось.
– Не расскажешь, – догадалась я.
Словно издеваясь, кот величественно покачал головой, подтверждая, что действительно не расскажет.
– Почему? – Практически возмутилась я, но за последнее время событий столь, что на возмущение уже как-то просто сил не остаётся.
Молчание в ответ. Издевательское!
Мы помолчали ещё, спокойно восседающий на диване кот с ответами и стоящая в центре комнаты я с вопросами.
Затем кое-кто всё же догадался:
– Не можешь?
Животное снова медленно головой покачало и посмотрело на меня уже иначе, словно укоряя за то, что я и раньше это предположить могла.
Что ж, это не радовало. Говоря откровенно, вообще уже мало что радовало, но я честно попыталась понять происходящее.
– Ты оборотень?
На меня та-а-ак посмотрели…
– Поняла, не оборотень, – собственно, поняла я, недовольно поджимая губы, – но точно же не кот, верно?
Полный достоинства и величия кивок с прикрытыми глазами.
Поразительно просто. От слова «паразит».
Вдруг появилось неконтролируемое желание посидеть прямо на полу. Вместо этого, практически заставляя себя переставлять деревянные ноги, доковыляла и грациозно рухнула в одно из кресел, продолжив уже оттуда поглядывать на кота.
– Лорд Редман ищет тебя, верно?
Кивок.
– Ночью в подворотне ты был из-за него? А он из-за тебя приехал в город? И из-за тебя мы с ним той ночью встретились?
Котяра чуть ли не скучающе кивал в ответ на каждый вопрос, но после последнего замер, настороженно глядя на меня.
Не отреагировав на взгляд и ясно читающийся в нём вопрос, внезапно поняла и ещё кое-что:
– Те два нападения, – начала с подозрением, но продолжить не смогла, просто слов не нашлось.
У животного слов тоже не было, но по его виноватому взгляду и на миг опущенной мохнатой морде поняла, что и это предположение оказалось верным: на меня дважды напали исключительно по его вине!
– Нет, ну это уже ни в какие ворота, – решил кто-то.
И рывком поднялся на ноги, имея неконтролируемое желание хорошо обо всём подумать.
Подумать мне не дали, котяра тоже резко на пол слетел и с мяукающим шипением мне дорогу заступил.
– Уйди, кошмар, – едва ли не простонала я.
В следующее мгновение распахнулась дверь. Резко, словно её с ноги открыли.
На пороге обнаружился невозмутимый Коржик.
– Хы, – выдав это ничуть не вежливое приветствие, умертвие под моим потрясённым взглядом вошло в спальню, дверь закрыло… лапой куриной толкнув! И развязно поковыляло ко мне, сверкая зелёными провалами глаз, причём как-то совершенно нагло сверкая.
– Миау, – вторил ему котяра.
– Ни гоблина не понимаю, – призналась сразу обоим. – Твой голос вернётся?
Вопрос к коту, он даже уверенно кивнул.
– Скоро? – Долгие раздумья и неопределённое мотание мордой. – Если я тебя из окна выброшу, это ускорит процесс?
Да, я злая.
Внимательный, крайне внимательный взгляд и настороженное «нет».
– Жаль! – Решила искренне и попыталась в последний раз. – Может, хоть попробуем?
Котяра молча поспешил удалиться. Мой не к месту догадливый Коржик подбежал, подпрыгнул, на ручку лапами надавил и дверь коту услужливо открыл, а после его ухода и закрыл даже.
– Что ж тебя, инициативного такого, мыться пришлось заклинанием загонять? – Риторический вопрос.
– Ыгырхр, – важно ответили мне.
– Информативно, – не смогла смолчать.
И тут в дверь постучали.
– Никого нет! – Крикнула потерявшая всяческое расположение духа я. – Зайдите как-нибудь потом, желательно в никогдабре.
Но если бы меня в этом доме хоть кто-то слушался, жизнь была бы заметно проще.
– Леди Авель, лорд Редман и ваш отец ожидают вас в кабинете, – доложили мне давно ко мне же привыкшие, а потому напрочь посыл проигнорировавшие.
Общаться со столь выдающимися личностями у меня не было никакого желания, но я всё равно пошла именно по той причине, что личности действительно были выдающимися, а потому вполне могли обнаружить что-нибудь нужное и полезное, связанное со случившимися нападениями.
Меня и правда ждали. Отец занимал своё место во главе тяжёлого дубового стола, Редман при моём появлении вежливо поднялся из кресла для посетителей и даже снизошёл до лёгкого поклона. Пришлось нехотя приседать в абсолютно не грациозном реверансе. Причём он действительно был лишён какой-либо грации и ловкости, в конце я даже пошатнулась и имела шанс позорно упасть.
– Леди Авель, – Анаэль Редман, что поразительно, вдруг оказался прямо передо мной, крепко, но осторожно сжал за предплечье, видимо, намереваясь удержать от падения, и с искренней тревогой сверху вниз заглянул мне в глаза. – Как вы себя чувствуете?
– Ужасно, благодарю вас, причём отнюдь не за заботу, – и всё ещё злящаяся я свою конечность освободила, обошла застывшего от моих слов мужчину и устроилась в кресле у стола.
К несчастью, в себя Анаэль пришёл очень быстро и, игнорируя присутствие моего отца, показательно безразлично уточнил:
– Намекаете на события минувшей ночи?
– Вы поразительно догадлив, – едко подтвердила, взирая исключительно на папу.
На папу, который самым возмутительным и непростительным образом не вмешивался, наблюдая за нашим диалогом с плохо скрываемой предвкушающей ухмылочкой.
Предвкушала она, судя по блеску в глазах, что-то весьма нехорошее!
– Кажется, я уже принёс вам свои извинения, – Редман медленно вернулся в своё кресло, оказавшись раздражающе близко ко мне, на меня же и глядя.
– Вы правы, вам кажется, – я тоже голову повернула и на него посмотрела.
Удивление едва заметно проступило на некромантской морде, очень быстро сменившись вначале на осознание, а после и на заставившую меня понервничать мрачную решимость.
– Что ж, – перекатил он это по языку, словно пробуя, – мы с вами обсудим это позже.
– Упаси Боже! – Воскликнула совершенно искренне. – Я приму ваши извинения за угрозу моей жизни лишь в виде вашего отсутствия.
– В смысле?
– В смысле, исчезните уже!
Губы мужчины дрогнули, не смотря на полный ярости взгляд, и растянулись в победно-лукавой улыбке.
Я занервничала. Любой бы на моём месте занервничал.
Редман, с чувством насладившись моим опасением, ясно отразившимся на лице, медленно и со вкусом протянул:
– Не хотел преподносить это так, – выразительная пауза, ставшая шире улыбка и последний гвоздь в крышку моего гроба, – но сегодня утром я имел удовольствие купить дом на окраине Мауборна.
То есть он не просто не исчезнет, он зачем-то в нашем городе поселился! А этот как минимум постоянные встречи в городе, как максимум – он теперь к нам вообще переедет! Старый военный друг теперь ещё и сосед, их с папой за уши будет не растащить!
– Вот гоблин! – Я потрясённо на некроманта смотрела.
– Где? – Довольно улыбаясь, издевательски уточнил маг.
– Передо мной сидит!