Глава десятая, Откровенная

Лежащая на моём плече ладонь мужчины ощутимо дрогнула и напряглась, но, к своей чести, лорд Редман её не одёрнул, лишь очень осторожно переспросил:

– Жених? – Голос его почему-то хриплым был.

Я спокойно, почти безжизненно принялась рассказывать:

– Он умер два с половиной года назад. Мой отец только-только вернулся из Флирмии, привезя с собой старинный медальон, найденный в одной из пещер во время исследований. Папа назвал его боевым трофеем и попросил, чтобы я посмотрела, что скрыто за четырёхсот столетней печатью. К несчастью, в руки мне медальон так и не попал – его перехватил Гидеон. Молодой, амбициозный, образованный и из-за этого чрезмерно самоуверенный, он сказал, что у лишённой образования меня нет прав даже прикасаться к таким вещам.

Перед внутренним взором появилось лицо моего бывшего жениха, словно мы прямо сейчас стояли напротив друг друга, совсем близко. Я отчётливо увидела его ровную аристократически бледную кожу, полные губы, высокие скулы, небольшие, но очень светлые, словно горящие голубые глаза и золотистые волосы, обрамляющие худое лицо мягкими волнами.

– Он вскрыл печать сам, – продолжила я спустя минуту. – И оказался не готов к тому, что таилось в медальоне. Сферы, заклинания, блокираторы – не работало ничто. И тогда в погружающейся в хаос комнате он крикнул, что знает, что нужно делать, но нужно, чтобы я помогла.

Ладонь Анаэля на моём плече сжалась и тут же тщетно попыталась расслабиться. А я уже совсем ничего из-за слёз не видела и в горле было больно от образовавшегося кома, но я всё равно заговорила дальше:

– Я верила ему. Он был моим женихом, магом, сыном городского правителя – разве мог он обмануть меня?

Невесёлый смешок, он как-то сам собой вырвался.

Мог, как оказалось.

– Что он сделал? – Тихо и мягко, но в то же время крайне скованно и хрипло спросил Анаэль.

Поджав губы и неопределённо дёрнув плечами, безразлично ответила:

– Выставил меня в качестве щита. И пока артефакт целенаправленно меня убивал, Гидеон пытался открыть портал и сбежать, потому что уже понял: ему с медальоном не тягаться.

Я замолчала вновь, едва ли отмечая краем сознания, как застыл каменным изваянием мужчина рядом со мной.

– Папа убил его. Я к тому моменту потеряла сознание, а он сказал, что Гидеона уничтожил артефакт, но я знаю, что это не так. Я знаю, что папа убил его.

И слёзы неожиданно потекли быстрее и сильнее, хотя, казалось бы, я же выговорилась, меня должно было отпустить. Вся эта ситуация должна была отпустит уже давно, ведь столько лет прошло, но… не отпускала. До сих пор не отпускала и я не знаю, отпустит ли вообще.

Внезапно из последних сил сдерживающаяся я оказалась у Анаэля на коленях, сам некромант обнял обеими руками и прижал к груди, тёплой и крепкой, и, целуя мои волосы, прошептал:

– Поплачь, Кейт, станет легче.

Я уже и так плакала, через слёзы выпуская всю ту сковывающую тяжёлую тьму, что столько лет сидела внутри.

Так мы и просидели в темноте и тишине, нарушаемой лишь моими всхлипами и шмыганьем носом. Анаэль позволял мочить его рубашку слезами, продолжая обнимать и мягко поглаживать меня по волосам и спине, а я, стараясь ни о чём не думать, обнимала его в ответ, уткнувшись щекой в грудь.

Мне было плохо и больно, но вместе с тем с каждым моментом словно бы становилось всё легче, свободнее, и даже спокойнее. Чем дольше мы так сидели, тем приглушённее становилась боль в груди.

А потом Анаэль совсем тихо сказал:

– После этого ты перестала доверять людям, – наверно, это был вопрос, но прозвучал он утвердительно.

Кивнула и тут же шмыгнула носом.

Мужчина пошевелился, убрал одну ладонь с моей спины и через мгновение уже протягивал мне белоснежный платок.

Приняла его с благодарностью и попыталась вытереть лицо от слёз, продолжая, впрочем, фактически лежать на нём и обнимать одной рукой.

Не знаю, сколько мы так просидели. Мне было просто хорошо, тепло, уютно, комфортно в мужских объятьях, ощущая молчаливую, но такую сильную поддержку Анаэля. Сам некромант не торопил и не выказывал никаких неудобств, так что мне оставалось лишь приглушённо надеяться, что и он чувствует себя хорошо.

Минута текла за минутой, по ощущениям сменяясь на часы, а мы всё сидели и обнимались, пока я вдруг запоздало не ощутила, что засыпаю. Но указать на это не успела – сознание уплыло раньше.

* * *

Я проснулась в момент, когда меня бережно укладывали на мягкую постель. Сонно возмутилась этому факту и услышала негромкое:

– Ты была права, полено пригодилась.

Издав что-то, похожее на превосходящий хмык, я перевернулась на бок, свернулась клубком и попыталась уснуть вновь, когда ощутила, что матрац прогибается, принимая тяжесть мужского тела, и Анаэль устраивается рядом, совсем близко.

Со мной в одной постели.

– Нет уж, – не размыкая глаз и едва шевеля губами, всё же возмутилась я, – сходи за ещё одним поленом и ложись на другую кровать.

Раздражённо вздохнув, мужчина вдруг сгрёб меня в охапку, притянул к себе, прижал и хмуро велел куда-то мне в волосы:

– Просто спи, невыносимая моя.

Чисто ради порядка попыталась спихнуть его с кровати, но куда уж там. Анаэль даже не покачнулся, продолжая обнимать крепко, но невероятно нежно.

А я была слишком уставшей и нетрезвой, чтобы и дальше сопротивляться.

Повторно я засыпала почему-то с улыбкой.

* * *

И проснулась на рассвете из-за того, что лежащий впритык, продолжающий меня обнимать некромант вдруг взялся светиться.

– Анаэль, – я на локте приподнялась, в его хмурое лицо заглянула и осторожно груди коснулась, – Анаэль, ты светишься.

– Как? – Продолжая практически спать, всё же вопросил он сонно.

– З-зелёным, – голос обеспокоенно дрогнул.

– А-а-а, – незаинтересованно протянул маг, – тогда ладно.

И продолжил спать.

А пустую комнату, в которой даже занавесок не имелось, поэтому можно было рассмотреть светлеющую в предрассветный час зимнюю улицу, наполнял тусклый, но хорошо видимый в темноте зеленоватый свет, окружающий мага со всех сторон.

Причём самого мага это не волновало ни мгновения… ровно до той секунды, пока свечение, мигнув, не сменилось с дружелюбно зелёного на агрессивно тёмно-красный.

И вот тогда Анаэль глаза открыл, недовольно глянул в потолок, перевёл взгляд на меня… улыбнулся так невероятно нежно, и спокойно, невозмутимо, да и вообще безразлично фактически сообщил:

– Король вызывает.

Я ойкнула, испуганно распахнув глаза.

– Да уж, – скорбно подтвердил лорд Редман.

И остался лежать, продолжая смотреть мне в глаза задумчиво, но всё ещё с той же невероятной, необъятной нежностью и капелькой восхищения. Интересно, с чем бы это могло быть связано?

– Нужно идти, – через минутку молчания и бездействия осторожно указала я на очевидное.

– Нужно, – некромант даже спорить не стал, – но я не хочу.

Такой ответ меня едва ли вдохновил – король не тот человек, которого можно безнаказанно игнорировать. И Анаэль понимал это лучше меня, поэтому тяжело вздохнул и всё же нехотя поднялся.

Помятый, сонный, продолжающий светиться, он натолкнул меня на безрадостные мысли о том, что этой ночью мы нарушили все мыслимые и немыслимые правила, заночевав в одной постели.

Но такие мелочи волновали, как оказалось, только лишь меня одну.

– Ложись спать, – велел мужчина.

Если честно, спать всё ещё хотелось до ужаса, но последние события не терпели ожидания, ровно как и король, и…

– Мне использовать усыпляющее заклинание? – Повернувшись ко мне всем телом, почти угрожающе вопросил некромант.

– Только попробуй, – отозвалась, впрочем, беззаботно, пряча широкий зевок за ладонью и совершенно без своего на то желания опускаясь обратно в тёпленькую, уютную постель.

– Дождись меня, – велел Анаэль, – Кейт, не покидай дом.

Покинуть лишённый населения дом в таком виде и обнародовать в городе факт того, что эту ночь я провела в доме неженатого лорда? Да и ладно, с репутацией этой, не будем забывать о том, что где-то в городе затаилась кучка желающих моей смерти фанатиков.

– Я не настолько идиотка, – пробормотала неразборчиво, прикрыла глаза и попыталась снова уснуть.

– Знаю, – в голосе Редмана столько тепла появилось, – знаю, Кейт.

И меня легко, невесомо почти поцеловали в лоб, после чего прозвучали удаляющиеся шаги и тихонько закрылась дверь, которая всю ночь оставалась открытой.

* * *

В следующий раз я проснулась от душащей тревоги. Распахнула глаза, тяжело дыша, и уставилась в потолок, пытаясь понять причины этой тревоги.

И услышала шаги!

Тихие, крадущиеся, осторожные шаги в коридоре!

Это точно не был Анаэль – смысл ему красться в собственном доме?!

В висках застучала паника, глаза ослепило от страха, сердце застучало в груди с таким грохотом, что я была уверена: незваный визитёр тоже его слышал.

Возможно, он и слышал, потому что на несколько мгновений в коридоре воцарилась тишина, а затем прозвучали резкие, быстрые, уже не скрывающиеся шаги.

Дверь распахнулась!

Времени на раздумья попросту не осталось!

– Толимэйн! – Выкрикнула я раньше, чем осознала, что делаю.

Мне на руку сыграл лишь факт того, что взломщик не имел никакого представления о том, в каком углу комнаты меня искать. Взгляд скрытого чёрной одеждой мужчины метнулся к окну, лишив тем самым негодяя крохи секунды, которая понадобилась мне для удара.

Мага вышвырнуло прочь из комнаты!

Но на этом приятные события закончились, и следом в попытавшуюся выбраться из постели меня прилетело заклинание явно смертоубийственного характера. Сгусток магии переливался с красного на чёрный, шевелился, словно был живым, и целенаправленно летел в меня от двери со скоростью молнии, но…

Не долетел, натолкнувшись на невидимую преграду в десяти сантиметрах от моей груди. Не знаю, кого больше удивило вдруг охватившее меня слегка вибрирующее тёмно-зелёное свечение – меня саму, смертельное заклинание или мага, в дверях застывшего.

– Да е-е… – начал вдруг тот явно ругаться, но договорить мужчина попросту не успел.

Вспышка, оглушительный хлопок! И в собственной спальне оказался лорд Анаэль Редман собственной персоной!

В успевшего только лишь дёрнуться мага полетело сковывающее заклинание, в чёрно-красный сгусток у моей груди – заклинание уже уничтожающее, а в меня саму крайне укоризненный взгляд.

– Ты даже в пустом доме умудрилась кого-то вывести из себя, – некромант скорбно неодобрительно головой покачал и губы поджал.

Нормально?!

– Да я вообще спала! – Воскликнула обиженно, беспомощно рукой на застывшего взломщика указывая.

Анаэля мои слова не смутили.

– Ты даже во сне умудряешься выводить людей из себя, – невозмутимо исправился он и снова головой покачал, едва ли языком при этом не цокая.

А мне так обидно стало, а ещё всё ещё страшно было, и… и…

– Да ты издеваешься! – Поняла я вдруг.

– Ни в коем случае, – Редман даже не дрогнул, – я предотвращаю твою истерику.

Подумала: какую истерику?! Потом постояла, прислушиваясь к своему крайне взвинченному состоянию, отголоскам подрагивающего ужаса в груди, шуму в ушах, слабости в ногах… И поняла, что предосторожность некоторых не была лишней. Мы действительно имели все шансы угодить в мою истерику.

– Так, – я решила, что поплачу как-нибудь потом, сейчас головой решительно тряхнула, прогоняя ненужные эмоции, и перешла к действительно важным вещам: – Во-первых, как он сюда попал?

Кивнула на мага, всё ещё без движения стоящего.

– Я спрошу у него, дорогая, – Анаэль очень серьёзно склонил голову, мне в глаза глядя.

Не скажу, что это был тот ответ, что устроил бы меня… но ладно, спросила следом:

– Во-вторых, что за свечение вокруг меня, остановившее заклинание?

Анаэль невозмутимо ответил и на это:

– Я спрошу у него, дорогая.

Гад!

– У себя спроси, – просто не выдержала, руки на груди воинственно складывая.

– Как тебе будет угодно, – продолжил с покорным видом издеваться некромант.

Бесит! Как же бесит, гад бессовестный!

Одним словом – некромант!

– Анаэль, – попыталась я воззвать к порядочности.

– Кейтлин, – маг очаровательно мне улыбнулся.

У меня верно начало покалывать кончики пальцев от желания зашвырнуть в наглеца каким-нибудь жутким заклинанием. Облысения там или заикания…

– Это свечение твоих рук дело, – у меня даже сомнений не был.

Улыбка мага из очаровательной стала какой-то малость издевательской.

Я же воссоздала в голове только что случившееся… а затем мысли сами улетели в ту злополучную ночь прошлого нападения, когда Анаэль меня усыпил, а на утро мне всё зелёные черепушки мерещились.

И слова Аббель о том, что она видела Редмана у моей спальни.

И тот факт, что я его присутствия не заметила… или заметила?!

– Ты чего такой довольный? – Понять не могла. – Признавайся, что на мне? Следящее?

Некромант сверкнул глазами, улыбнулся шире и… сделал неожиданное признание:

– И следящее тоже. И да, в том поле насмерть ты бы не замёрзла.

В этот момент я решила, что надо посидеть. Хорошо, что за спиной всё ещё постель находилась, иначе сидеть бы мне на полу, напрочь отбив сидельное место.

– Завтрак? – Внёс лорд Редман предложение потрясённой, а потому несколько недееспособной сейчас мне.

– У тебя тут меня убить пытались, – только проговорив это, я поняла, как странно фраза прозвучала, но Анаэль не смутился.

– У меня тут тебя убить больше не попытаются, – заверил он до крайности серьёзно. – Подожди, я сейчас вернусь.

Мой растерянный кивок, вспышка и хлопок.

И в спальне, как и во всём доме, я осталась одна.

* * *

Но он не возвращался. Прошла минута, пять, двадцать – Анаэль не появился.

Я к тому времени успела расчесать волосы пальцами и скрутить узлом на затылке, мятое платье, в котором провела всю ночь, тщетно попыталась разгладить ладонями, покинула комнату и спустилась на первый этаж абсолютно, совершенно пустого и холодного дома.

А через полчаса после ухода Анаэля в дверь его дома постучали.

Я как раз была рядом, поэтому испуганно замерла, не дойдя десяти шагов, и принялась напряжённо прислушиваться.

Услышала громкое:

– Леди Авель, лорд Редман распорядился отвезти вас домой.

Вот честно, на какую-то секунду я поверила. Его не было достаточно давно, и срочные неотложные дела вполне могли заставить Анаэля послать за мной экипаж…

И я бы радостно вышла, не случись сегодняшней попытки нападения. А она, между прочим, даже не первая была.

Так что я осталась молча стоять, напряжённо глядя на закрытую дверь.

– Леди Авель, – снова громкий стук.

Молчу. Стою, втянув губы в рот, и просто молча жду.

Дождалась. Гоблины!

Для начала, по выкрашенному в белый дереву прошла едва заметная глазу мерцающая рябь… ну как прошла, так и исчезла бесследно, и несколько последующих секунд ничего не происходило.

А затем по всё той же двери прошла рябь уже насыщенно красная, подрагивающая и тихо шипящая.

Я уже решила: вот сейчас случится взлом! Но ошиблась.

Ещё какое-то время ничего решительно не происходило.

И вот только лишь после под дверью проскользнуло что-то тонкое и сверкающее. Увы, из-за расстояния сложно было понять, что это за предмет такой диковинный.

Ну а потом это наконец случилось.

Тихий, показавшийся оглушительным в тишине пустого дома щелчок, ещё секундное колебание и дверь ме-е-едленно открыли ровно настолько, чтобы внутрь смогла беспрепятственно прошмыгнуть скрытая чёрной и крайне странной одеждой тень.

В этот раз я была готова к проникновению, а потому с неприкрытым чувством превосходства чётко и громко проговорила:

– Фонд даинг ориэй.

И тот, кто пытался выманить меня за порог, но в итоге сам пробрался в дом, застыл без движения. И только лишь его показавшаяся мне странной одежда продолжила шевелиться. Сначала я даже решила, что заклинание не сработало, но, присмотревшись, поняла, что это какое-то уже его заклинание, действующее так, словно мужчину окутывал чёрный живой туман.

– Знаете, я была уверена, что вы пользуетесь скрытыми ходами, – призналась я, подходя к мужчине ближе.

Сам взломщик мало меня волновал, я едва ли уделила ему взгляд. Куда больше интересовал сверкающий предмет, который был под дверью просунут и который, нужно полагать, дверь и открыл.

Предмет оказался… капелькой ртути. Раскатанной в тонкий диск размером с крупную монету капелькой ртути.

И кто-то, ладонью закрыв дверь, уселся прямо на пол, глядя на чудной диск и пытаясь вспомнить хоть что-то о свойствах ртути.

Ртуть.

Подвижная и контактная, в алхимии она часто используется для скрепления, фиксации и усиления компонентов. Но сейчас передо мной был лишь диск без посторонних примесей, только с магией, нужной для того, чтобы своевольная ртуть удерживала форму.

С точки зрения магии ртуть уникальное вещество. Закрепляется магией Земли, перемещается магией Воздуха, ядовита настолько, что является смертоноснее магии Огня.

Но та ли это информация, которую я искала?

Ртутный диск. Его использовали для того, чтобы проникнуть сквозь запечатанную магией дверь.

Почему?

Потому что ртуть зеркальна. То самое свойство, позволяющее ей преломлять магические потоки.

И просто чтобы убедиться, я вытащила из волос заколку, просто больше ничего под рукой не было, положила её на пол рядом с собой и, игнорируя рассыпавшиеся по плечам волосы, окружила её защитным заклинанием.

Ртутный диск подхватила магией. Я не являлась магом Воздуха, но используемый для взлома предмет подчинился, скользнул по полу и медленно просочился сквозь только что созданный мною защитный барьер.

Нити бело-голубой магии при этом задрожали, зарябили, но послушно изогнулись, не нарушая целостности заклинания, никак не оповещая меня о попытке взлома и позволяя диску беспрепятственно проникнуть внутрь!

Поразительно. От слова «паразиты». В смысле, те, кто до этого додумался, гении, конечно, но паразиты ещё те!

Я посидела ещё, напряжённо раздумывая и выстраивая в голове примерную возможную защиту, которую мог использовать Анаэль на своём доме. Пришлось вспоминать все известные мне виды защиты, а потом с недовольством признавать, что в большинстве своём они выстраиваются по единому принципу.

И находящийся внутри искажающий магию ртутный диск нарушает не только защиту контура, а и всего дома.

Осознавать необходимость избавиться от него было неприятно и даже почти больно, всё же такая вещь интересная, а я так и не поняла, каким образом её создали… Эх!

Со вздохом поднявшись, глянула на застывшего взломщика, открыла дверь… в лицо ударил ледяной морозный воздух, заставляя поёжиться. И я впервые увидела простирающийся за дверью дома пейзаж: снег. Тут, там, и даже за две сотни шагов отсюда – снег. Ни домов, ни города, ни даже леса какого-нибудь. Одно сплошное чистое пространство, заметённое снегом.

Удивившись данному факту, последний раз с сожалением посмотрела на ртуть на полу, а затем подняла диск магией и зашвырнула как можно дальше от дома.

И вот он летел, летел, сверкая, и всё отдалялся до тех пор, пока не перестал быть видимым…

В следующее мгновение с хлопком открылся портал, а в холле собственного дома оказался лорд Анаэль Редман. И я так понимаю, он на открытую дверь среагировал, ртуть же больше защитные заклинания не искажала.

Некромант глянул на эту самую дверь, на стоящую на пороге меня, на застывшего взломщика, после на всё ещё окружённую моим защитным коконом заколку на полу. Причём на последнюю он смотрел куда дольше и внимательнее, чем на того, кто успешно проник в его дом.

– Кейт, тебя и на минуту оставить нельзя, – решил в итоге маг, подошёл, меня в дом затащил и дверь закрыл, оставляя зимний холод там, – уже в дом мужика притащила.

– Дом-то твой, – не смутилась я, магией заколку с пола поднимая, – мужик к тебе пришёл.

– Язвишь? – Анаэль с улыбкой прищурился.

– Негодую, – заверила горячо, – ты где ходишь? Давай уже возвращай меня домой.

И улыбавшийся до этого маг виновато взгляд отвёл. Лишь на мгновение, уже в следующее он снова мне в глаза смотрел, но отвёл!

Не смотря на свой молодой возраст, я отчётливо ощутила, как сердце закололо.

– Что? – Выдохнула, холодея и точно зная, что ничего хорошего не услышу.

Редман виновато промолчал!

– Анаэль, – я кулаки сжала, напряжённо на него снизу вверх глядя, – ты или сам скажешь, или я прямо так домой пойду. А я в домашних туфельках и без верхней одежды, и когда я умру, это останется на твоей совести.

Сомневаюсь, что угроза подействовала, но маг скривился и очень-очень нехотя осторожно сказал:

– Кейт, твой дом… его больше нет.

И всяческий интерес к разговору я утратила. И даже больше не боялась, только скривилась немного, а затем вздёрнула бровь и холодно уточнила:

– И куда же он делся?

Мне даже правда интересно стало, что он там ответить собирался.

Анаэль и ответил, как-то странно на меня посмотрев, но решив, видимо, списать всё на шок от его известия.

– Этой ночью на ваше имение было совершено нападение… дом не уцелел, члены твоей семьи в данный момент находятся в полицейском участке Мауборна.

Маразм крепчал, как говорится.

Я скептически уставилась на некроманта – он продолжил крайне виновато на меня смотреть.

«Что за бред?» так и рвалось с губ, но я сдержалась, покосилась на обездвиженного и внешне в разговоре не участвующего мага… и решила, что надо бы как-нибудь без лишних ушей поговорить, а потому театрально прижала руку ко лбу и вскричала насквозь фальшивое:

– Боже, за что?!

После чего, извергая громкие неправдоподобные рыдания, унеслась прочь.

За ближайший поворот, если быть совсем уж точной. Вот там остановилась, обернулась, дождалась пришедшего следом заметно удивлённого моим поведением некроманта и просто не сдержалась:

– Какого гоблина ты мне на уши вешаешь?!

Сказать, что Редман удивился, это ничего не сказать. Он находился в изумлении, если ещё не в шоке, и из всех имеющихся в его лексиконе слов выдал одно-единственное хриплое:

– Как?!

– Носом об косяк, – да, кто-то злится, – это мой дом, я одной из первых узнаю, если вдруг он «не уцелеет». Больше того, я тебе со всей уверенностью заявляю, что прямо сейчас мои отец и сестра находятся в этом самом абсолютно целом доме, а ни в каком не полицейском участке.

В ответ на это лорд Редман молча, но выразительно сложил на груди руки. Жест вышел весьма внушительным, вот только меня таким не впечатлить.

– К чему спектакль? – Тоже руки сложила, враждебно на некроманта глядя. И догадалась сама: – За тобой следят?

И по одной только реакции мага, точнее по её отсутствию, поняла, что ошиблась.

– За мной следят, – исправилась понимающе, губы поджав и медленно кивнув.

– Тебя нашли в моём доме через несколько часов после твоего здесь появления. – Подтвердил Анаэль негромко и скованно. Помолчал и добавил: – Но напасть попытались лишь после того, как меня вызвал король.

Вздрогнув от поразившей догадки, я вскинула голову, испуганно посмотрела на мага и… поняла, что ничего не понимаю. Ужаснувшая мысль сверкнула и затерялась среди мыслей других, незначительных, неважных.

– За тобой тоже следят, – проговорила я медленно, не отрывая взгляда от его тёмных, кажущихся почти чёрными глаз. – Король… король может быть замешан?

– Нет, – лорд Редман ни мгновения не раздумывал. – Король не замешан. Но вот его свита…

Выразительное молчание и внимательный взгляд мне в глаза.

А я внезапно поняла, что ноги дрожат и очень хочется посидеть, а лучше полежать, потому что мысль о том, что среди приближенных короля затесался предатель… она пугала. Она до ужаса пугала.

– Не бледней, – хмуро велел Анаэль и… принялся сосредоточенно размышлять: – Домой тебе нельзя, весь город уверен, что и дома твоего не осталось.

– Как так вообще получилось? – Перебила я, ничего не понимая.

Анаэль моргнул, словно вырываясь из размышлений, сфокусировал на мне взгляд и буквально в двух словах бегло рассказал:

– На ваш дом напали, мы с твоим отцом обставили всё так, словно имение не устояло. Тебе было решено не говорить правды, чтобы у наших недругов не возникло сомнений, но… честно говоря, я рад, что тебе всё известно.

Да, я тоже была очень этому рада.

Дальше не понял уже сам Редман:

– Как они в дом незамеченными проникают? Я лично обновил и усилил защиту дома, запитка на мне, сигнал о проникновении должен приходить сразу, но, очевидно, я опоздал оба раза.

Я понимала, что мне нужно рассказать и про ртутный диск, и желательно своими наблюдениями и догадками поделиться и ещё кучу вопросов задать. А ещё понимала, что разговор будет долгим, не на минуту точно, а потому вместо всего этого сказала:

– Есть хочу.

Лицо некроманта на миг приобрело растерянное выражение, но уже в следующий он серьёзно кивнул и пообещал:

– Сейчас разберёмся.

И исчез в портале. Оставшись в коридоре в одиночестве, я осторожно выглянула за угол, посмотрела в сторону входной двери… обездвиженного мною мага тоже больше не было.

Анаэль вернулся меньше, чем через минуту, торжественно вручил мне стопку тёмно-зелёной ткани и не очень уверенно сказал:

– Можешь переодеться… да где угодно в принципе.

И снова порталом ушёл. Я, не став спорить и терять время, поднялась обратно в спальню, где мы… где мы провели целую ночь. Стараясь не думать об этом, стянула своё мятое платье, а взамен надела то, что принёс Анаэль.

Это тоже оказалось платьем, только каким-то очень странным. Широкие рукава заканчивались резинкой, прикрывающей половину моей ладони, высокий ворот, плавные линии спадающей до пола юбки, а сама ткань казалась тонкой на первый взгляд, но на деле являлась очень мягкой и невероятно тёплой.

В комплект к платью шли чёрные… колготки. Удивительно. Нет, правда удивительно, потому что в нашем городе такого не найти, колготок здесь не шьют, не привозят и, соответственно, не продают. Только чулки. Зимой – тёплые чулки.

А Анаэль колготки раздобыл. И где только нашёл?

Ну, и вместо того, чтобы продолжить одеваться, я как не совсем нормальная несколько минут стояла, держа эту прелесть дефицитную в руках, и с глупой улыбкой на них смотрела.

Ровно до того момента, как раздался деликатный стук в дверь.

– Кейт, ты всё?

Всё. Да, определённо, этот мужчина нравится мне всё больше и больше.

– Секундочку, – попросила хрипло, на кровать опустилась и принялась дальше одеваться, но смолчать не смогла: – Анаэль…

Вот только позвать позвала, а вопрос в голове не сформулировала.

Небольшая пауза и настороженное из-за двери:

– Что случилось, Кейт?

Ничего страшного, к счастью.

– Анаэль, а… почему колготки?

В этот раз пауза была подольше, а голос ответившего некроманта звучал прохладно, но очень твёрдо:

– Не в чулках же тебе в мороз ходить.

Казалось бы, просто колготки… а у меня почему-то слёзы на глаза навернулись. Как, оказывается, мало для счастья нужно.

Закончив с переодеванием, я поднялась, всё везде поправила, чувствуя себя весьма утеплённой, но при этом в движениях не скованной. Сунула ноги в свои домашние туфельки и вот так вышла из чужой спальни.

Анаэль ждал в шаге от двери, при моём появлении поднял взгляд, критически оглядел и увиденным явно остался доволен. Об этом свидетельствовала лёгкая улыбка, появившаяся на губах, и неосознанный едва заметный кивок.

Я же, находясь на эмоциях от только что случившегося, совершенно себя не контролируя, взяла и выдала:

– Ещё одни колготки, и я влюблюсь.

Это у меня такое своеобразное «спасибо» было, но Анаэль слова воспринял всерьёз. Подобрался весь тут же, встал ровнее, заинтересованно голову к плечу склонил и…

И сказал:

– Завтрак, Кейтлин. Нас ждут.

* * *

– Ртуть? – Анаэль после моего рассказа выглядел очень удивлённым и мало что понимающим.

Этим утром мы сидели в чайной под названием «На чашечку к Рози», занимали столик у окна, укрывшись от всех посторонних пологом, и возбуждённо обсуждали происходящее.

Я в перерывах успевала есть медовые вафли с клубникой, лорд Редман ограничился чашечкой крепкого чая, хотя, на мой скромный взгляд, ему тоже было необходимо поесть.

– Что нужно, чтобы наделить ртуть подобными свойствами? – Напряжённо спросил он.

– Ничего, – я от вафельки кусочек сосредоточенно отрезала. – Ртуть сама по себе искажающее вещество. Но вот чтобы сделать из неё зафиксированный диск, это постараться надо, при условии, что практически всю магию она отражает и не воспринимает.

И я жевать принялась, пока Анаэль водил подушечкой большого пальца по краю белоснежной чашечки и обдумывал мои слова.

Обдумал.

– И какую магию она не отражает и воспринимает?

Это был очень хороший вопрос. К счастью, у меня даже имелся ответ:

– Стихийную.

Редман не удивился, но медленно повернул голову, устремил ничего не видящий взгляд на заснеженную улицу за окном и, помолчав, выдал такое, из-за чего я едва не подавилась:

– У меня есть все основания полагать, что большая часть участвующих в охоте на духа – маги Воздуха.

Подавиться не подавилась, но жевать перестала, напряжённо глядя на некроманта.

– С чего такие предположения? – Спросила в итоге негромко, так и не дождавшись от него продолжения.

Анаэль вздохнул и, всё ещё глядя в окно, задумчиво проговорил:

– Лорд Фильджеральд Уэйн, с которым мы повстречались у госпиталя, является наполовину магом Воздуха.

С содроганием вспоминая жуткого мужчину в чёрном, я менее всего заподозрила бы в нём мага Воздуха.

– А на вторую половину? – Спросила тихонько.

Небольшая пауза и деланно безразличное:

– Тёмный некромант.

И у меня в голове что-то щёлкнуло!

– Он же не случайно тебя нашёл? – Догадалась я.

И Анаэль на меня всё же посмотрел. Молча, но крайне внимательно, пристально даже. Не знаю, что он пытался отыскать в моих глазах, но, похоже, не нашёл, потому что по итогу поисков немного, незаметно практически, расслабился и подтвердил догадку спокойным:

– Я прибегнул к Тёмной некромантии. Уэйн отследил.

Покивала, говоря, что всё услышала и даже поняла, и уточнила с подозрением:

– А когда ты к ней прибегнул?

Ответа не последовало. Анаэль даже не попытался ответить, даже рот не открыл.

А в моей голове сама собой всплыла картинка: мы с ним, рядом в госпитале стоящие, и лекарь, Редмана лечивший. Лорд Гершер, так, кажется, его звали.

«Сканируй», – дозволил тогда ему Анаэль, уверенный в собственном отменном самочувствии.

Убеждённый в обратном лекарь действительно его просканировал, а по итогу остался разгневанным и осуждающим. И его это, сказанное с нажимом: «Ты бы завязывал».

До крайности интересный вопрос: завязывал с чем?!

И я, уже практически уверенная в верности сделанного вывода, протянула:

– М-м, Тёмные некроманты обладают склонностью к самоизлечению?

К слову, таким даже лекари похвастаться не могут. Лечить всех вокруг – это они пожалуйста, а чтобы на себе царапина залечить, таким похвастаться не могут.

У лорда Редмана была не царапина.

У него была настолько «не царапина», что даже после работы сразу трёх лекарей его оставили перебинтованным и без сознания. Значит, рана была настолько серьёзной, что даже трое лекарей не смогли излечить её бесследно.

А он смог. Взял и смог.

– Ты меня пугаешь, – призналась, сглотнув и не в силах перестать смотреть в его тёмные, сейчас практически абсолютно чёрные глаза.

– Мы поговорим об этом позже, – решил некромант.

Спорить я не стала. Побоялась, если честно.

Остаток завтрака прошёл в молчании, а едва я завершила с вафлями, Анаэль поднялся, отошёл к стойке и самолично расплатился, чтобы вернуться меньше чем через минуту и протянуть мне шубу, помогая одеться.

Чайную мы покидали в весьма напряжённой обстановке.

Но всё стало значительно хуже, стоило нам оказаться на улице.

– Ого! – Не сдержалась я от восклицания, прикипев взглядом к чему-то странному, неестественному, вырисовывающемуся на горизонте.

В первое мгновение мне показалось, что это стая громадных чёрных птиц, но… то не было птицами.

Медленно, но неумолимо по небу плыли, настигая Мауборн, громадные воздушные шары. Пять, десять, двадцать… и не сосчитать!

Неторопливо они выбирались из снежной дымки, появлялись из-за леса и всё увеличивали, увеличивали, увеличивали свою численность до тех пор, пока это не стало до ужаса пугать.

– Анаэль, – я обеспокоенно вцепилась в мужскую ладонь, не имея сил оторвать взгляд от завораживающе-устрашающей картины. – Они все… сюда летят?

Ответил мне, к сожалению, не лорд Редман.

– Круче, малыш, они все к тебе летят, – раздалось сзади и сверху.

Я вздрогнула не то от неожиданности, не то от страха, и лихо обернулась, чувствуя, как Анаэль рядом со мной напряжённо каменеет.

– Выше, – любезно подсказал мужской голос.

Закинув голову, я со смесью невольного страха и удивления посмотрела на… того самого лорда Фильджеральда Уэйна! Наполовину мага Воздуха, наполовину Тёмного некроманта, о котором буквально только что рассказывал мне Анаэль и с которым нам уже не посчастливилось встретиться у госпиталя!

Жуткий во всех смыслах мужчина спокойно стоял на косой крыше чайной, прямо над входом, в этот раз позволял ветру героически развевать чёрный плащ за спиной и с насмешкой взирал на нас сверху вниз.

– Почему вы сказали, что они летят ко мне? – Не могла не спросить, с закинутой головой сильно снизу глядя на того, кто определённо знал в разы больше нашего.

– Пораскинь мозгами, малышка, – мне развязно подмигнули, – нам нужен дух, дух привязался к тебе, следовательно, нам нужна ты, чтобы заполучить духа.

– Губу закатай, – убийственно спокойно попросил Анаэль.

Он уже не просто позволял мне его за руку держать – некромант крепко меня к себе прижимал, словно до ужаса боялся отпустить и потерять, словно был уверен: стоит ему лишь немного ослабить хватку, как я тут же исчезну в неизвестном направлении.

– Да знаю я, что ты на неё свою защиту повесил, – хмыкнул Уэйн и вдруг как минимум к моей неожиданности взял и сел прямо на край крыши, свесив вниз одну ногу, а на колено второй положив локоть, – не боись, пытаться убить больше не будем.

Наверно, я должна была обрадоваться, но мне вдруг стало в разы страшнее. Если убить меня – верный способ уничтожить кота приблудного, в смысле, духа беглого, потому что эти вот уверены, что именно ко мне он привязался, то почему передумали? Неужели решили, что убивать духа – не самый разумный вариант?

Устрашающий вопрос: что тогда они решили делать?! Что такое они все задумали, раз согнали к Мауборну такое невообразимое число воздушных шаров? А ведь те явно не пустые, в них наверняка как минимум наёмники, как максимум – магическое войско!

– И что же вы задумали? – Анаэля этот вопрос тоже интересовал и страшил в той же степени, что и меня.

Мы с ним невольно замерли в ожидании самого страшного…

И услышали:

– Наш генерал намерен сделать леди Кейтлин Авель своей женой.