Глава 46

София

— Ты у меня самая красивая принцесса.

Эмиль. Он погладил меня по щеке и собственнически поцеловал в губы. Я увернулась, вцепившись в его плечи.

— Что ты делаешь?! Здесь гости, и у меня помада!

Сказал, что красивая.

Я для него другой и не могла быть.

Раньше не так сильно, но сейчас у меня сомнений не оставалось: Эмиль Романо был мной одурманен.

Я не знала этому причину. И мама рассказать не успела, что на самом деле вызывает такой дурман. Красота или что-то большее…

— Спасибо, — прошелестела губами запоздало.

Эмиль был первым из мужчин, кто осыпал меня комплиментами. Другим папа не позволял.

Как я и думала, отец не приехал в ресторан, где проходило торжество. И маму не пустил. Никого не пустил, только Эльман один приехал. Брат вел себя сдержанно, но больше отрицательно. Причину его настроя я понять не могла — он же видел, как я цепляюсь за Эмиля. Почему не смирится? Почему не примет наш брак?

Мне было тяжело.

Но приехала моя подруга Света, и стало чуточку легче. С Ясмин было бы еще лучше, но Эмиль не разрешил ей прилетать.

Нет, и все.

Еще Эмиль угрюмо смотрел на моего брата. Сам пригласил, а теперь смотрел исподлобья. Мой муж был самым упрямым человеком на свете. Вероятно, после моего отца…

— Здесь немного людей, — заметила Света, выглядывая в основной зал.

— Да, только дальние родственники со стороны Давида Романо и несколько гостей со стороны мамы Эмиля. Ее звали Жасмин. Эмиль с ними не знаком, но как-то нашел. И привез в дань памяти.

В сумме набралось чуть меньше сотни человек вместе с журналистами и людьми Романо. Охрана была в костюме и при параде, но при близком рассмотрении можно было понять, для чего они здесь на самом деле.

Устроить этот фарс захотелось моему мужу. Чтобы все знали, что свадьба настоящая. И мое согласие настоящее.

Он ведь забрал меня со скандалом. Сегодня точка будет поставлена.

— Как я выгляжу? — спросила тихо у подруги.

— Просто прекрасно. Платье идеально пошито! И туфли такие стильные, — замечталась Светка.

Я придирчиво осмотрела себя. Волосы были аккуратно собраны в низкий пучок, а макияжем на лице не приходилось скрывать синяки на губах. Их просто не было. Жизнь с Эмилем была другой… я перестала бояться.

На мне было платье-миди молочного цвета в европейском стиле, чего-то пышного — не хотелось. Не знаю, как Эмиль это сделал, но платье пошили для меня очень быстро. Я фасон и образ составляла дольше, чем швея создала это платье для меня вживую.

— Ну что, пора идти за стол, — решительно сказала я и только затем увидела в зеркале мужчину, надвигающегося на меня.

— София, здравствуйте.

Я обернулась и взглянула на незнакомого мужчину. Ровесник Эмиля, может, чуть старше. В меру красивое лицо, в меру жесткое. Под стать Эмилю.

Светка рядом двусмысленно вздохнула.

— Здравствуйте, — ответила я.

— Меня зовут Ринат. Мы с Эмилем работаем вместе. Рад познакомиться, — улыбка мужчины была прохладной и вежливой.

Ринат протянул руку, и я пожала ее. Отец не разрешал никому. Даже руку протягивать. Но теперь нужно было приспосабливаться к новым условиям.

Наверное, в мире моего мужа это было в порядке вещей.

— Я тоже рада познакомиться, — я дернула уголками губ.

Следом пришел Эмиль. Сказал, что пора садиться за стол, и увел меня. Я обернулась к Светке, чтобы напомнить ей сесть рядом со мной, но ее уже вовсю отвлек Ринат.

Все ждали нас. К счастью, за столом я не испытывала напряжения — все гости были увлечены друг другом, а когда все же доходило дело до поздравлений, то ведущий быстро уводил с нас все внимание гостей.

Вероятно, Эмилю тоже было не в сладость это все. Когда рядом с нами сел Давид, я почувствовала, как напряжение сходит с Эмиля. Из моих родных здесь был лишь один Эльман.

Постепенно вечерело. Я успела познакомиться с тетей Жасмин — это была улыбчивая женщина в возрасте. На предыдущей неделе Эмиль показывал мне семейный альбом, и я засмотрелась на фото со дня бракосочетания Давида и Жасмин. На том семейном фото был даже Эльдар — оказалось, что он имел большое влияние в прошлой жизни Давида, когда тот еще не мигрировал в Италию.

Жасмин была красивой женщиной. Эмиль сказал, что отец не хотел третьего ребенка — он даже был против. Но Жасмин все равно забеременела, несмотря на свой порок сердца и тяжелые первые роды.

— Ты как? — прошептал Эмиль мне на ухо.

— В порядке. А ты? — я повернулась к мужу, уловив хищный блеск в его глазах.

— Жду ночь. Я голоден.

— Необязательно ждать ночь, чтобы поесть, — шутливо подразнила я.

Эмиль улыбнулся мне. Такие моменты, когда он был мягок, казались самыми сладкими.

Несмотря на то, что все было мирно и в европейском стиле, торжество длилось будто вечность. Я хотела снять платье и распустить волосы… и немного объятий Эмиля хотела. И его самого…

Но, когда гости разъехались, нас с Эмилем ждал сюрприз.

Позже я буду называть это отцовским свадебным подарком.

— Устала, принцесса? — Эмиль обнял меня за талию и притянул к себе.

От него пахло парфюмом и теперь уже — чем-то родным. Завтра будет ровно месяц, как мы знакомы. Всего месяц, но за него мы прожили столько, что на вечность хватит.

Или еще не совсем на вечность.

Это я пойму немного позже…

— Отец приехал, — сообщил Эльман, когда подошел к нам.

Рука на моей талии сжалась крепче. Я взволнованно посмотрела на Эмиля, потом на брата.

— Эльман, ты что-то знаешь? — спросила я.

Эльман не ответил.

Посмотрел на моего мужа и сказал:

— Думаю, отца лучше пустить. Не будет войны. Даю слово.

— Эмиль? — повторила я и с тревогой посмотрела на мужа.

Эмиль отвел меня в сторону и усадил за праздничный стол, за которым мы сидели счастливо еще двадцать минут назад. Всюду сновали официанты, из остальных людей остались мы втроем, Света с Ринатом, Давид и море охраны.

Эмиля не за что сажать.

Его больше не посмеют забрать.

Но зачем приехал отец?

Оставалось только ждать.

— Сын, это плохая идея, — заметил Давид.

— Спокойно, — уверенно ответил Эмиль. — У него ничего на меня нет.

Когда внедорожник отца заехал на территорию ресторана, сердце забилось с удвоенной силой. Следом за отцом из машины вышел Коля и вся свита отца. Он шел спокойным, размеренным шагом.

Как будто исход этого дня для него был предрешен. И для меня тоже.

В голове даже промелькнула отчаянная мысль — зачем он приехал? Испортить важный день в моей жизни? Не благословения же ради он здесь…

Я тревожно потрогала камни, висящие на шее. Перед свадебным ужином брат отдал мне подарок Эмиля, и оно невероятным образом сочеталось с моим свадебным платьем. Не сочетались лишь дрожь в теле и нарастающая паника.

Хорошо, что все папарацци и фотографы уехали до этого момента. Я с теплом вспоминала, как нас с Эмилем фотографировали: я в белом платье на фоне множества цветов, он — в костюме и такой высокий рядом со мной…

Эмиль обещал, что у нас будет семейный фотоальбом…

Когда отец оказался внутри ресторана, я привстала. Эмиль был рядом со мной, я растерянным взглядом обвела его ладонь, покоящуюся на спинке соседнего стула. На его безымянном пальце было кольцо. Эмиль тоже принадлежал мне — надолго ли?..

Отчаянная мысль.

Она захлестнула мое сознание, и я исподлобья посмотрела на отца.

Брат пожал ему руку и повернулся к нам. Несмотря на то, что Эмиль был против, я тоже встала поприветствовать отца. Иначе быть не могло.

— Поздравляю, — первым делом сказал отец.

— Спасибо, — я склонила голову, не сводя пристального взгляда с отца.

В его же взгляде все было иначе.

В этот раз.

Нет, благословения он нам не дал. Там было что-то горечнее.

— У меня для вас подарок, — заявил отец, и на его лице не дернулся ни один мускул.

Он дал знак, что можно приносить.

Но приносить не пришлось.

Она пришла сама.

Женщина. Молодая, чуть старше меня. Она не говорила, потому что не знала русского языка. Итальянка, я сразу поняла.

Красивая, в меру полная, фигуристая. С выразительными чертами лица. А волосы ее были как у Ясмин — густые, с редкой волной.

Я обернулась к Эмилю, ничего не понимая. Они знакомы?

Я подошла к мужу и к Давиду. Тут спокойнее. Пока — спокойнее.

— Кто это? — спросила я.

Эмиль напряженно молчал.

Первым ответил отец:

— Я долго ждал этого вопроса, София. Переадресую его к твоему мужу. Романо, кто это?

При упоминании фамилии Романо отец ухмыльнулся.

Как будто уже выиграл эту войну.

И поделил приз — меня. Разделил, разорвал, выгрыз зубами.

Я крепче стиснула руки в кулаки, уверенная в том, что не позволю отцу испортить этот день.

Наивная.

— Между нами давно покончено, — отрезал Эмиль, и взглядом не удостоив женщину перед ним. Он посмотрел на нее только однажды, все остальное время буравил тяжелым взглядом моего брата.

Как будто Эльман был виновен в самых страшных грехах.

Я не знала, но подозревала, что мой брат — сын своего отца. Отец и сын действовали вместе. Они оба не смирились с моим выбором.

— Давно — это сколько? — уточнил отец тоном победителя.

— Полгода. Даже больше, — уверенно заявил Эмиль, стискивая челюсти.

— Давай я скажу точнее, — усмехнулся отец. — Семь месяцев, Эмиль. Примерно столько времени прошло после того, как вы расстались с Камиллой.

Камилла?

Ее звали Камилла.

— Что это значит, Эмиль? — спросила я у мужа. — Почему она здесь?

Я обращалась к Эмилю.

Но отец вмешался:

— Я объясню тебе, дочь. Примерно на таком сроке находится эта женщина.

Я резко обернулась в ее сторону.

И отец дал женщине знак.

Она расстегнула свое пальто и раскрыла его полы.

Я побледнела.

И ухватилась пальцами за края стола, за которым проходил наш свадебный ужин. У нее был большой живот. Женщина была беременна.

Я бросила взгляд на Давида. Он не сводил с Камиллы внимательного взгляда. Они были знакомы, поняла я. Все в одном месте жили.

Эмиль перешел на итальянский и стал говорить с ней.

Не зная языка, сложно понять — ласково мой муж говорит с ней или жестко. Я скривилась от боли. Они понимали друг друга. Я была лишней.

Эльман подошел ко мне и перевел их разговор:

— Эмиль спрашивает у нее, почему она не сказала о своей беременности. Он ей не верит.

Я покачала головой.

В глазах защипало.

До невозможности.

— Она ответила, что он не стал ее слушать и уехал в Россию, — закончил Эльман.

Я очнулась, когда Эмиль взял меня за руку.

Я от него отшатнулась. Вырвала ладонь.

И встретила его разгневанный взгляд.

— София, это не может быть мой ребенок. Я уверен в этом.

Он хотел сказать, что предохранялся с ней. Тогда, больше семи месяцев назад. Но вслух не стал.

— Ты был с ней? — горько спросила я. — Это же правда?

— Да, я был с ней. Это были мои последние отношения до тебя. Но я почти уверен, что ребенок не мой. Я знаю, о чем говорю.

— Почти уверен? — мой голос дрогнул, когда я посмотрела на беременную Камиллу. — Увы, доказательств нет. Ты был с этой женщиной. И сроки, судя по всему, вполне совпадают.

— София, ты пожалеешь, что не поверила мне, — Эмиль стиснул челюсти, разозлился, разошелся…

Но меня не тронул — между нами встал мой брат.

— Пока у тебя не будет доказательств, нам лучше… быть порознь, — решила я, отворачиваясь.

«А тебе лучше быть с женщиной, которая, возможно, вынашивает твоего ребенка», — подумалось сквозь ком в горле.

Рядом стоял брат.

— Сестра, идем. Никто тебя не тронет. Ты можешь остаться у меня.

Он взял меня за руку, и я не сопротивлялась. Отец не подходил. Я только сейчас поняла, какой идеальный у отца план. К нему я не вернусь, но к брату — поеду.

Главное, что я с Эмилем не останусь, потому что ему надо позаботиться о женщине, которая может носить его ребенка. Настоящие мужчины поступают так.

— Я вернусь за тобой, — бросил Эмиль мне в спину. Тихо, свирепо — так, как обещают расплату за побег.

Я прошла мимо отца. Мимо всех.

И на Эмиля больше не смотрела. Когда проходила мимо Камиллы, встретилась с ней взглядом и так тошно стало. Она, возможно, подарит моему мужу ребенка. Первенца. А я не подарю ни одного.

Если Камилла действительно беременна от Эмиля, то уже не подарю.

Я миновала машину отца. Эльман помог мне сесть в свой автомобиль и увез меня. Прямо так увез — в свадебном платье, с обручальным кольцом на безымянном пальце и с выжженой от горечи душой.