ГЛАВА 29
ГЛАВА 29
Я потеряла сознание? От оргазма? От шикарного, между прочим, оргазма — такого яркого, что реальность просто растворилась, поглощенная взрывом упоительных эмоций. Это было на грани, это подтолкнуло меня в пропасть — чувственную, сладострастную пропасть моих потаенных желаний. Никто еще не одаривал меня столь феерическим удовольствием — ни разу за все время
Медленно вынырнув из омута телесных наслаждений, я опять погрузилась в болото мысленных терзаний. Почему? Зачем? Мое тело опять меня предало, оно опять запоем ловило все, что предлагал незнакомец. Каждая его ласка, каждое мимолетное прикосновение откликались во мне медовым потоком восторженного желания получить от него все и даже больше.
Я, словно похотливая мартовская кошка, выгибалась, просила, жадно ловила все, что он давал, забавляясь мною.
Тьма все скрыла. Тьма все раскрасила в яркие краски, а мои щеки опалила румянцем стыда.
Я на ощупь поправила на себе блузу и задранную на талию юбку. Трусики сейчас искать не было смысла.
Меня прошиб озноб одиночества и обиды. Он ушел, я чувствовала это. Его здесь уже не было. Холод окружал меня и затягивал в силки чувственного голода.
Почему я опять это сделала?! Зачем отдалась ему?! Мысли роились в голове, стыд растекался по телу, затягивая душу морозным инеем. От чувства собственного бессилия по щекам потекли слёзы.
Я не могла ему сопротивляться. Он порабощал меня одним своим доминантным звучанием, нескромными ласками уводя за горизонт обыденности и упиваясь моей слабостью.
Злость разгоралась во мне. Стиснув зубу, пообещала себе больше не поддаваться на его уловки.
Неуверенно сделала шаг в сторону, где, как мне казалось, должна была находиться дверь. И в ту же секунду свет молнией прошил глаза, щурившиеся от острого потока электрической искусственной природы. Дверь с грохотом распахнулась, от мощного толчка чьих-то рук.
— София! — Встревоженный голос ворвался в мое сознание, все еще затянутое дымкой удовлетворения. — С тобой все в порядке?
Ко мне подлетел… Давид? Давид! Точно, Давид.
Он вцепился мертвой хваткой в мои предплечье и тряс меня, как грушевое дерево в порыве заполучить сочный фрукт с самой верхней ветки.
— Соня! — Второй голос, более мягкий, но тоже взволнованный. — Ты как?
Из-за спины Давида выглянул Павел, обескураженно заглядывая в мои глаза. Я в растерянности взирала то на одного, то на другого мужчину, а они внимательно всматривались в меня. В душе, закручивая опустошительную воронку, вихрились горечь и постыдное разочарование.
Мои надежды разбиты вдребезги. Острыми осколками хрупких мечтаний они впились в мое сердце. Почему?! Ну почему мой незнакомец — это не один из них?!
— А я давно говорил специалистам технического отдела, что на эту дверь нужен аварийный аккумулятор! — возмутился Павел.
— Да-да… — кивнув, ответил ему Давид, продолжая держать меня мертвой хваткой и сканирующим взглядом изучать мое лицо, — Софи… — обратился он ко мне вновь. — Софи, ну, ответь уже, хоть что-нибудь…
Я чувствовала себя размазанной по асфальту диковинной букашкой, над которой нависли двое шикарных энтомологов, пристально изучающих ее изуродованное тельце. Душа вывернута наизнанку, сердце уже не трепыхалось.
«Почему?» — напалмом выжигал все внутри меня этот простой и в то же время сложный вопрос.
— Да пошли вы! — собрав остатки самообладания в нервно-подрагивавший кулак, выкрикнула я, маскируя за вспышкой гнева боль разодранных в клочья иллюзий. — Ненавижу! — слетело с моих губ, и я с силой отпихнула от себя Давида.
— Соня, — попытался перехватить меня Павел, но звук пощечины раскатом грома пронесся по помещению, а мою ладонь обдало жаром.
Мужчина опешил, а я, набрав крейсерскую скорость, поспешила прочь из архива. Подальше от этих двоих!
— У нее шок…
— Стой! — летел мне в спину почти приказ, почти мольба.
А мне было плевать на их оклики, плевать на то, что рабочий день еще не закончился и мое жалкое состояние увидит половина любопытного офиса.
Гневно вколачивая тонкие каблуки в кафельный пол, я, преодолев расстояние до двери, вырвалась наружу, как из удушливого подземелья, и стремглав помчалась в свой кабинет. Мне необходимо было побыть одной. Но не в стенах офиса.
Слезы так и струились по щекам жгучими дорожками, застилая взор и омывая израненную душу. Выпотрошенное состояние моего тала, бесстыдно сдающегося на волю похоти, снедало меня и нагоняло гнетущие мысли. Мне было так обидно осознавать, что я ошибалась в своих мечтах, примеряя роль незнакомца на двух не безразличных мне мужчин, но вдвойне тяжелее воспринимать тот факт, что мои желания все же реальны, а мужчины — хорошие актеры.
Я тряхнула головой, отгоняя прочь все мысли, глуша все эмоции и чувства. В кабинете поспешно сняла с вешалки плащ, захватила сумочку, скинув в нее телефон. Не задерживаясь более ни минуты, хлопнула дверью и, закрыв ее на ключ, направилась к лестнице. Что-то за последнее время я слишком часто стала пользоваться именно этим средством спуска.
На улице вовсю шумел многоголосием привычной жизни послеполуденный город. Я шла по тротуарам в потоке безликих пешеходов, гонимая общим потоком, не останавливаясь, не разбирая пути — просто шла.
Оказавшись в небольшом парке, спрятанном красивой кованой оградой от оживленных трасс и меркантильной суеты, я замерла на миг у входа в гавань тишины и покоя. Вдохнула полной грудью теплый майский воздух, пропитанный не сочетающимися запахами давящего урбанизма и окрыляющего весеннего цветения, и шагнула в мир безмятежности. Нежная зелень, тихий шелест, мелодичное журчание и птичий щебет… умиротворение в каждом вздохе.
Я присела на лавочку, подняла лицо к небу, подставив его под солнечные лучи, пробивающиеся сквозь ажур весенней листвы. Прикрыла опухшие от слез веки.
Желания думать, анализировать, что-то решать не было. Мне просто хотелось тишины и покоя. Покоя в душе, покоя в отношениях. Почему у меня все не как у людей? Почему я безумно любила одного, на свидания ходила со вторым, а страсти предавалась с третьим? И если до сегодняшнего момента я еще на задворках своего сознания надеялась, что этот третий — один из двух, то теперь…
— Ты где? — встревоженно спросила Ира, когда я нехотя ответила на телефонный звонок. — Я заехала в тебе на работу, встретила в холле трех твоих мужиков и Давид сказал, что тебе стало нехорошо и ты ушла домой.
— Каких трех мужиков? — сквозь пелену безразличия, что затянула мое сознание после прохождения всех жизненных стадий принятия ситуации, уточнила я.
— Давид, Павел и Кирилл…
— Кирилл не мой мужик, — категорично вычеркнула я бывшего, — да и оставшиеся два — тоже.
— Да? А мне вот так не показалось, — хмыкнула подруга. — Короче, где ты?
— Не знаю, — спокойно пожала плечами я, не открывая глаз и не желая возвращаться в реальность.
— Включи геолокацию на телефоне и сбрось мне координаты, — скомандовала она.
— Хорошо, — монотонно согласилась я и, проделав несложные манипуляции, выслала ей адрес моего укромного уголка.
«Жди», — гласило сообщение от нее. «Я скоро буду», — прилетело следующее.
Да я пока и не планировала куда-либо двигаться. Мною овладела какая-то апатия. В отпуск, что ли, уйти, чтобы не видеть никого?