Глава 57. Вместе

Где-то в конце июля…

Какое ваше идеальное субботнее утро?

Любите ли вы просыпаться под чириканье воробьёв или под бодрые песни соседа сверху? Мне нравится встречать утро в объятиях любимого. Обожаю, когда он просыпается раньше и наблюдает за мной, перебирая волосы. Или путешествует пальцами по разгорячённому ото сна телу. Ещё я кайфую от аромата кофе, которое Рома варит на двоих. С ним любое утро становится идеальным.

Так я думала ровно до первого осторожного звонка в дверь. Ромка лишь приподнялся на локте, глянул на экран телефона.

— Сколько?

— Восемь. Спи. Кто бы ни был — уйдут.

Он вернул мою голову на законное место у себя на груди, и я снова провалилась в сон, когда второй звонок уже более настойчивый врезался в тишину квартиры. Мы переглянулись.

Третий. Четвёртый. Пятый протяжный, будто кнопку зажали. А потом в дверь начали пинать. Вполне целенаправленно, словно гость решил: или вы меня впустите, или я войду сам. И это было странно.

Вера села на кровати, прикрывая голую грудь простынёй. Слегка растрёпанная и ещё сонная. Потянулась и с улыбкой проводила взглядом руку, поглаживающую её бедро.

— Давай не будем открывать. — Шепнула.

— Я не жду гостей. Тебе никто не писал? — Рома вопросительно посмотрел на Веру. Та лишь удивлённо округлила глаза в ответ. — А, ну тогда понятно.

Парень неторопливо поднялся, покрутил в пальцах мёртвый мобильник и воткнул в него шнур.

— Вер, ну что как маленькая. Сказал же ещё вчера поставить на зарядку.

Она лишь виновато дёрнула плечом.

В контексте последних событий нетрудно было догадаться, кто сейчас так яростно ломился в дверь. Ситуация разворачивалась не самым благоприятным образом. И вроде в отношениях всё наладилось, но оставалась червоточина, которая не давала полного единения. Словно было что-то, что стояло между ними ширмой. Вера не спешила выводить отношения в открытую плоскость, предпочитая сохранять перед коллегами видимость дружбы. Романа ситуация задевала. Невозможность заявить открыто права на свою женщину, бесила.

Резкий стук в окно кухни прервал размышления. Заставил обоих вздрогнуть.

— Вера! Я знаю, что ты дома. Я не уйду, открой дверь.

Мать просила «аудиенции» ещё неделю назад. Вера оттягивала. Видимо, поняв, что встреча не состоится, родительница решила брать нахрапом.

Рома перевёл вопросительный взгляд на Веру. Ждал решения. Только под слоем спокойствия чувствовалось напряжение.

— Мы открываем? — Тихо спросил. — Или будем прятаться дальше?

— Чего вы долбитесь как ненормальная, вы же им окна разобьёте? — Не выдержала соседка со второго этажа. — Суббота, дайте людям отдохнуть. Если не открывают, значит, нет их.

— Я дочь свою ищу.

— Так позвоните! Телефоны для кого придуманы? Нормально всё с ней, вчера после работы в магазине виделись. Не долбитесь. Нет их, скорее всего. Ребята часто уезжают на выходные.

Вера прикрыла глаза руками. Слушать враньё соседки без улыбки было невозможно.

— Надо шоколадку ей купить, что ли! — Хохотнул Рома, но тут же стал серьёзнее. Сел рядом на диван и взял лицо девушки в ладони. — Вер! Посмотри на меня.

В её глазах было столько всего, что он на секунду растерялся. Страх. Вина. Усталость. И где-то там на дне — любовь.

— Рано или поздно это должно случиться. — Он водил большими пальцами по её скулам, успокаивая и лаская одновременно. — Так почему не сейчас?

— Я не готова. Она снова будет скандалить. Я устала. Целый месяц одно и то же.

— А когда ты будешь готова? Когда она в окно полезет или наряд вызовет?

Вера казалась спокойной, но он знал, что буря внутри нарастает. Мышцы на её лице непроизвольно подрагивали то тут, то там.

— Или ты мне чего-то не договариваешь? Дело не только во мне?

Вера отвела взгляд, продолжая нервно покусывать губы. В этом движении было больше смысла, чем во всех словах.

— Ну что там ещё? — Сердце пропустило удар. Каждая мелочь накидывала камней в лодку.

— Она настаивает, чтобы я съехала отсюда.

Рома замер. Рука, которая только что гладила, безвольно опустилась на диван.

— Куда?

— Уговаривает на ипотеку, даже квартиру уже нашла.

— На первоначалку сейчас денег нет. Придётся подождать.

Рома не сразу понял весь расклад ситуации.

— У неё есть. Она даст. — Слова давались сквозь силу. Слишком тихо, приходилось прислушиваться. — Квартира не плохая, однушка на набережной.

Рома резко поднялся. Встал у окна, заслонив солнечный свет. Вера смотрела на его силуэт и не могла понять — злится или просто собирается с мыслями.

— Ты же понимаешь, что за этим стоит? — Спросил он не оборачиваясь. — Она хочет, чтобы мы разъехались. Думает, если ты будешь жить отдельно — всё само рассосётся.

— Я понимаю.

— А я, уж прости, но шага не сделаю на её территорию. — Роман повернулся. В глазах сверкала сталь. — Это будет твой выбор.

— Ром, она давит на меня. Посмотри, нас уже выкинули из всех семейных мероприятий. Даже на день рождения Данила не пригласили. Аня общается сквозь зубы, словно я её чем-то обидела. Костя делает вид, что у него нет сестры. Думаю, что и свой день рождения отметит без нас. Мне тяжело. Они моя семья.

Роман подошёл ближе, опустился перед Верой на корточки, взял за руки.

— Нашли же способ, поздравили племяшку. — Он сжал её пальцы. — Помнишь, о чём говорили? Всё решим вместе. Я с тобой. Ну что она может сделать? Не запрёт же тебя. Ну не нравятся ей наши отношения, переживёт. Рано или поздно успокоится.

Вера кивнула. Но глаза по-прежнему оставались пустыми. Безжизненными. И этот взгляд пугал его сильнее любых ссор.

— Предложу ещё раз, давай уедем. Нас ничего не держит. Всё равно это дело времени. Там есть ресурсы, там будет хорошо.

— Там все чужие.

— Ну а хули толку от родни, которая знать тебя не хочет?

Вспылил.

— Просто дай мне время. — Выдохнула спустя несколько минут.

Рома кивнул. Поднялся. Протянул руку, помогая встать. Притянул к себе и обнял. Простыня упала под ноги. Вера уткнулась в него холодным носом, родной запах успокаивал. Он поглаживал по спине, только напряжение не уходило. Она была натянута, как струна.

— Ладно. Время есть, — прошептал он в макушку. — Решим.

Роман

Июль плавно истекал. Два месяца с момента воссоединения пронеслись как одни сутки. День уходил в закат, размазывая по небосклону малиновые мазки. Мы вышли прогуляться на пирс — просто так, дышать вечером, чувствовать, что мы ещё есть друг у друга.

— Помнишь? — спросила Вера, останавливаясь у самого края.

Я помнил. Как такое забыть? Год назад всё и началось. На том самом острове.

— Повторим? — шагнул ближе, касаясь её талии. Придержал, заглянув в тёмную воду. Оттянул от края, чтобы не оступилась.

Запрокинув голову, Вера смотрела снизу вверх. Солнце било в глаза, делая радужки почти прозрачными. Красиво. Опасно красиво.

— Я без купальника.

— Ммм, — я провёл пальцами по вырезу её сарафана — так даже лучше.

— Поехали.

Мы сгоняли домой за тёплыми вещами. Вернуться планировали только к утру. Через час уже отвязывали лодку от пирса. Вода была тёплой, почти парной. От берега тянуло дымом. Рыбаки жгли костры, народ отдыхал, пока позволяла погода. Наш остров был занят. Поняли это ещё издали. Поэтому пошли сразу в заводь.

Вера наслаждалась поездкой, опустив руку в воду. Шли на малом ходу. Вода бурлила вокруг пальцев. Я любовался сзади на изгиб её спины, на то, как ветер треплет волосы. Ещё год назад не мог и представить, что всё сложится именно так. Сопротивлялся. Собирался бросить её на острове и уехать в город, списав всё на ночной морок — наваждение.

Но не сделал. И благодарен себе за слабость.

* * *

Наше место нашли не сразу. Пришлось покружить вспоминая. Подходили к каждой склонённой в воду берёзе, проверяя и наконец-то, нашли.

Вошли в заводь на вёслах, когда солнце уже почти село. В узком проходе между брёвнами было темно. За год река внесла свои коррективы, перестроила, завалив вход топляком. Растолкав их вёслами, попали в наше прошлое.

Озерцо отливало красным, закат отражался в воде.

— Ничего себе, — выдохнула Вера.

Я смотрел не на воду. На неё. Только сейчас открыто, не пряча взгляда и намерений.

Она медленно спускала по плечам тонкие бретели сарафана. Ткань струилась по округлым бёдрам, чтобы через секунду скользнуть по ногам на пол лодки.

— Ты идёшь? — Вера обернулась ко мне, провокационно улыбнувшись.

Пожалел в моменте, что она всё-таки одела купальник.

Переступив через сарафан, ловко подцепила его пальчиками и подбросила в воздух. Фокусница. Забралась на нос, повернулась ко мне лицом и, раскинув руки в стороны, словно крылья, упала в воду навзничь. Я дёрнулся. Адреналин ошпарил затылок.

— Дурочка, а если коряги? — Но меня уже никто не слышал.

Быстро разделся и сиганул в воду рядом. Вера вынырнула, отплёвываясь, хохоча и откидывая с лица налипшие волосы.

— Ты с ума сошла? — Хотелось выпороть.

— Ну красиво же получилось!

Я притянул её к себе. Она обхватила мои бёдра ногами и повисла на шее.

— Катай меня, большая черепаха.

Доверчиво откинулась спиной на воду, закрыла глаза и подставила лицо последним солнечным лучам. Я придерживал за лопатки, медленно кружа в бесшумном танце, рассекая зеркальную гладь. От движений по воде расходились лёгкие круги, прибивая листья к берегу.

Перенеся вес на одну руку, второй провёл от шеи вниз, по пути щёлкнув застёжкой лифа. Купальник легко поддался, и чашечки спружинили в сторону. Паника отразилась в её распахнутых глазах. Не ожидала. Пришлось прижать обратно к себе, чтобы не нахлебалась. Грудь, покрытая мурашками, соблазнительно упиралась в мою. Я стащил с её рук лиф и забросил в лодку.

— Так лучше. Оставь.

Вера расслабилась, прикрыла глаза и поцеловала меня в шею. Её губы — горячие, несмотря на холодную воду, медленно продвигались выше. К подбородку. К уголку рта. Чувствовал, как дрожит тело в моих руках — то ли от холода, то ли от того же, отчего и моё.

— Люблю тебя, — выдохнул ей в губы.

Она проложила дорожку из поцелуев к уху, слегка прикусила мочку и выдохнула ответное признание. До одури хотелось взять её здесь, но ласки на грани были куда острее и слаще.

— Вер…

— Т-с-с.

Терпения не хватало. Подтолкнул её к лодке. Быстро темнело. Вытолкнул за бёдра из воды и подтянулся сам. Накинул ей на плечи огромное махровое полотенце. Она стояла рядом, отжимая волосы, рыжая вода стекала по телу ручейками.

— Я всё-таки настаиваю. Давай уедем. — Зачем-то снова решил поднять эту тему. — Помнишь, я говорил тебе про дом?

— Ром — Вера подняла голову и закинула мокрую копну за спину. — Ты обещал мне время.