28

Емельян. Он думал, что зол. Ошибся. Вот теперь он по-настоящему зол…

Положительный момент во всём этом был лишь один: Мракьян верил, что Артемий этого не делал.

Что же касалось остального…

Он был категорически против моих встреч с ним. Не желал рассказывать, где именно держит моего, как он выразился, подданого.

Больше скажу, даже в моей просьбе осмотреть ту самую комнату на постоялом дворе, где всё случилось, мне было отказано.

— Вы же понимаете, что оказавшись на месте, я смогу почувствовать в разы больше тех, кто уже там побывал? — холодно произнёс я, стараясь игнорировать неприятный холодок на коже, что появлялся каждый раз, когда на меня смотрела Кладенец.

К счастью, в беседу меч не вмешивался. Возможно, из-за уважительного отношения к власти. Или в её настройках был какой-то запрет на непослушание от тех, кто выше статусом.

Нужно будет уточнить этот момент. Осталось понять – у кого именно?..

— Ваш отец согласен со мной в выбранном плане действий, — в тон отозвался Мракьян на мои слова. — Вы пленник, Емельян. Вам нельзя появляться на людях.

— Вы говорили с моим отцом? — прищурив глаза, я продолжал смотреть на правителя Китежа.

Неуместный смешок от Кладенца я проигнорировал.

— Сразу же, как изолировал Артемия, — кивнул головой Мракьян. — К сожалению, версия с вампирами, что сумели пробраться сюда незаметно одновременно с вами, провалилась.

— Странно, что вы вообще допустили подобную мысль, — зло отозвался. — Мы не нападаем друг на друга. И не ставим под удар собратьев.

— Князь мне уже объяснил про особенности вашей иерархии, — Мракьян обвёл взглядом присутствующих, поясняя для них: — Вампиры делятся на своеобразные касты, выбирая для каждой своего предводителя. Ими всеми руководит князь. У них не бывает конфликтов за власть. Вампиры строго чтят свои законы. Нападение на себе подобного – для них невозможно физически.

Я слушал его слова спокойно, не оценивая реакцию собравшихся. Да и был ли в этом смысл? Отец никогда не был дураком. Он дал Мракьяну столько информации, сколько требовалось на тот момент. И это были лишь крохи правды.

— А здесь все про них и думать забыли, — отреагировала на его слова Кладенец. — Значит, ищем тех, кто пришёл следом за вампирами? Уверена, врагов у них достаточно.

— Если верить словам князя, — ответил ей Мракьян. — У них вообще нет врагов. С оборотнями и ведьмами – чуть ли не тысячу лет нейтралитет. Это так? — задал он вопрос, посмотрев на меня.

— Да, это так, — ответил, тщательно скрывая раздражение.

— Прискорбно, но это правда, — чуть поморщившись, Мракьян сложил руки в замок. — Как и прискорбно, что вслед за вампирами никто не смог просочиться. Я уже перепроверил. Границу никто не нарушал.

— А из тех, кто здесь находится законно? — вновь подала голос Кладенец.

— Я их проверяю, — кивнул Мракьян, соглашаясь с ходом мысли меча. — Но уже сейчас ясно, что не тот уровень. Тот, кто это сделал, в разы сильнее обычной ведьмы. Это должен быть кто-то уровня Бессмертных, — усмехнувшись, он добавил: — До того, как ты перестала снабжать их силой.

— Счастливые были времена, — в тон отозвалась Кладенец, посмотрев на Бессмертного. На её губах появилась искренняя улыбка, при виде которой я скрипнул зубами.

Ничего искреннего в ней нет и быть не может. Всего лишь заигравшийся в жизнь артефакт. Артефакт, умудрившийся обвести меня вокруг пальца.

— Значит, вы понятия не имеете, ни кто это сделал, ни как именно, — подытожил я услышанное, мельком обернувшись на замершего за моей спиной тенью Ника. — И предлагаете мне сидеть здесь в ожидании?.. — не закончил я вопрос, ожидая ответа от Мракьяна.

— Я предлагаю вам защиту и охрану, пока мы ищем виновных, — его спокойствие начинало меня раздражать. — Но, к сожалению, здесь вы оставаться не можете. Этот дом является собственностью Бессмертных. Да и с вашей защитой лучше справится Кладенец. Вы будете находиться под отводом глаз в замке рядом с ней. И я очень надеюсь на ваше благоразумие. Нам не нужно, чтобы виновные почуяли неладное и раскрыли вас раньше, чем мы найдём их.

— Простите, что? — переспросил я, ушам свои не веря. — Вы хотите, чтобы я отсиживался с… мечом в замке? Я?

— Ваш отец одобрил эти действия, — припечатал Мракьян, вставая с кресла и тем самым показывая мне, что разговор закончен.

— Послушайте…

— Емельян, этот вопрос решен, — произнёс он, едва заметно улыбнувшись Елене: — Благодарю за чай.

— К которому никто не прикоснулся, — усмехнулась она в ответ, после чего обратилась ко мне: — Нет ничего зазорного в том, чтобы находиться под охраной. Я понимаю, любой мужчина по своей природе защитник и сама мысль о том, что его какое-то время будет прятать и охранять женщина – выбивает из колеи. Просто помните, что только по-настоящему сильные люди способны признать свою слабость. И умные, — добавила она, с улыбкой посмотрев на Мракьяна. — Ведь чаще всего действовать в одиночку – глупо. Особенно, когда рядом есть семья. Верно?

— Для чего же ещё нужна семья? — усмехнулся он в ответ.

— Кстати об этом, — протянула Кладенец, обращаясь к Елене. — Что тебе рассказала Киштра? Она видела, кто её пленил? Смогла описать?

— Боюсь, что нет, — мотнула головой женщина. — Она не смогла ничего вспомнить. И это странно.

— Ещё одно воздействие? — нахмурилась Кладенец. — Мракьян, за этим же могут стоять одни и те же люди? Правда, не совсем понимаю, зачем им пауки? Подставлять клыкастых – это одно, но… что им было нужно в моём лесу? Зачем отлавливать пауков? Может их яд как-то действует на вампиров… — начала она рассуждать, оскалившись в улыбке и понизив голос. — Надо будет проверить.

— И предупредить пауков, чтобы были осторожнее, — закивала Елена в ответ на её слова.

— И закрыть границу Черного леса, — уверенно произнёс Мракьян. — Как можно быстрее. Кладенец?

— М? — вздрогнула она, как будто выныривая из собственных мыслей. Вероятно тех, в которых пыталась нас отравить. — Да. Считай, что уже сделано. Только детей предупреди. Леший видел их недавно.

— Хорошо, — кивнув, Мракьян обратился ко мне. — Далее вы под защитой Кладенца. Вам не о чем переживать.

Вот здесь он был прав. Я не переживал.

Я был как никогда зол.