41

— Дай угадаю, — шепнул мне Емельян, сократив расстояние между нами до минимума. — Сейчас мы снова переместимся к коту.

— А вот и не угадал, — хмуро отреагировала я, в последний момент меняя ориентиры для черного огня.

Да, я хотела к Баюну.

До зуда в пальцах хотела услышать, что он продолжает рассказывать про меня всем подряд.

Не зря же там Елена с Кирьяной меня караулят! Я была уверена – они там лишь по одной причине. Той самой, которую озвучила Велла. Хотят спасти кота от смерти. Медленной и мучительной.

— Любопытно, — протянул Емельян, осматриваясь. — И зачем мы здесь?

— Затем, — недовольно отозвалась я, пытаясь понять, в какой части леса мы оказались.

Правда, я даже тьму выпустить не успела, как резко обернулась на раздавшиеся рядом вопли. Вопросы о нашем местонахождении сразу отпали.

— Собака сутулая! — кричала Велька. — Я тебе сейчас устрою…

— Ведьма! — рычал в ответ леший.

Судя по звуку ломающейся древесины, убегал он от разъярённой женщины прямо через заросли.

— Нам туда, — уверено произнесла я, начиная шагать на звук ругани.

Велька уже перешла на громкий шепот, пытаясь проклясть лешего. Он же, судя по выкрикам, состоящим из отборных ругательств, застрял.

Леший.

Застрял.

Всё же, не права я была когда-то, считая Велизару ведьмой средней руки. Сильная она. По крайней мере, когда в гневе.

— Может пояснишь, что мы здесь забыли? — Емельян шёл рядом, с интересом пытаясь разглядеть тех, кто продолжал словесную борьбу.

К сожалению, видно их не было. Слишком густой лес был в этом участке. Мне даже пришлось немного прорубить нам путь, срезая тьмой мешающие движению ветви кустарников.

— А мне здесь нравится, — подал голос Ник.

Стоит отметить, что выглядел он действительно крайне довольным. Наверное, ему было плевать на то, что мы идём к ведьме, которая в последнее время не очень жаловала мужское население. Возможно, блондин был так доволен лишь потому, что в радиусе нескольких километров вокруг нас не было ни единой русалки.

Зато была Велизара. Но пока Ник находился в счастливом неведении.

— Кого там ещё принесло?! Сейчас всех на похлёбку пущу! — яростный окрик я проигнорировала, убирая последние ветви и выходя к жилищу ведьмы.

— Как грубо, — цыкнув, я демонстративно отряхнула рукав рубашки, скидывая с него прилипший листик. — А где вопрос про тех, кто смеет тревожить покой юной и невинной девы? Где предположения на тему, кто это может быть? Где угадайка про чудище окаянное, про молодца доброго?

— Чудища ко мне не суются. Знают, что себе дороже, — потеряв концентрацию, Велька отпустила творившееся заклинание и шумно вздохнула, глядя в спину улепетывающего лешего. — Про добрых молодцев и говорить нечего. Этот гад всех распугивает.

— Макар? — уточнила, вставая рядом с Велькой.

— А кто ещё? — шумно задышав, Велизара зло притопнула. — Чем я думала, когда согласилась выйти за него? Почему меня никто не остановил? Почему? — повернув на меня голову, она неожиданно выдала: — Кладенец. Я как подруга тебе говорю: никогда не выходи замуж. Слышишь? Ни-ког-да!

— Торжественно клянусь, — заверила я её, мотнув головой в сторону дома. — Поговорим?

— Поговорим, — кивнув, Велька развернулась, понуро идя в сторону двери.

Вампиры шли рядом. И если Ник смотрел больше по сторонам, то вот Емельян слишком долго рассматривал Велизару. Не знаю, почему я испытала от этого раздражение, но факт оставался фактом. Мне категорически не нравилось то, как кровосос скользил взглядом по разъяренной и немного лохматой ведьме. Оценивал простую рубашку и босые ноги.

— Дай мне минуту. В порядок себя приведу…

— Только не здесь! — выкрикнула я, сама не ожидая, что так испугаюсь. — Потом объясню.

— Ладно, — шокировано протянула Велизара, пристально осмотрев пространство вокруг нас.

Разумеется, мой отвод глаз и двух клыкастых под ним, она разглядеть не смогла. Мракьян не смог, так что говорить о почти успокоившейся ведьмочке?

— Мне… отойти за печку или лучше в комнату? — уточнила Велька, стоило нам войти в дом. — Поняла. Пойду в комнату, — добавила она, заметив, как дверь закрылась намного позже того, как я прошла.

Сама закрылась. Для взгляда ведьмочки – без посторонней помощи.

— Мудрое решение, — улыбнулась я, почти по-хозяйски ступая на кухню и осматривая блюдо с прикрытыми полотенцем пирожками.

— Угощайся! — крикнула Велизара, словно почувствовав, как у меня во рту скопилась слюна от умопомрачительного аромата. — То есть – угощайтесь! Кем бы вы ни были… — последнее было на грани слышимости, но клыкастые разобрали каждое слово.

Как я это поняла? По двум рукам, что прямо перед моим носом схватили румяное угощение. Хорошо, что Велька всегда много готовила. Голодной в этом доме я точно не останусь.

— Итак, — расправившись с пирожком, Емельян присел на стул, сосредоточив внимание на мне. — Мы пришли к ведьме.

— Именно так, — кивнула я, надкусывая свой пирожок.

— К незамужней ведьме! — донёсся до нас выкрик Вельки.

— И ушастой, — прошептала я, жуя угощение.

— А разве лешие могут… вступать в брак с людьми? — тихо поинтересовался Ник.

— Спросил тот, что участвовал в отборе женихов для русалки, — не сдержалась я, напоминая ему про Алёну.

Его вытянувшееся и побледневшее лицо вызвало у меня довольную улыбку. Правда, спустя секунду она исчезла с моего лица, после слов Емельяна:

— Сказала меч, решившая выйти за вампира.

— Знаешь, что…

— Я знаю, — вбежала к нам запыхавшаяся Велька, одной рукой поправляя юбку, а второй пыталась завязать непослушную копну волос в хвост. — Вампиры не в темнице, а у тебя. Любопытно. Отвод глаз потрясающий, Кладенец! — закончив с волосами, ведьма расторопно достала пять чашек и начала суетиться, выискивая среди баночек с сушенными травами те, которые не стыдно заварить для гостей. — А я всё голову ломала – почему их не казнили? Или домой не отправили, на худой конец. А тут… а что тут?

— Ну… — протянула я, беря в руки кружку. — А что у тебя с Макаром опять случилось? За что гоняла?

— Даже имя его не произноси! Представляешь, он…

Слушая Вельку, я в который раз убедилась в правоте Мракьяна. Эта история любви разворачивалась прямо у нас на глазах. Больше скажу – мы даже стали случайными свидетелями момента, когда Макар позвал ведьмочку замуж.

Только сделал леший это лишь после того, как заручился поддержкой Кирьяны. Мол, семья Макара не одобряет выбор. Боится он… но любит её – жуть как! И вот, если Бессмертные поддержат этот союз…

Кирьяна добрая, ей было не сложно. А ещё романтичная – надеялась, что у этих двоих всё сложится. Но…

Прав оказался Мракьян. Не сложилось. И не потому, что семья Макара так и не приняла Вельку. И даже не потому, что у леших в семьях договариваются о браке задолго до рождения детей, которых в будущем и собираются женить.

Как наяву вспомнились те слова, что Мракьян тогда произнёс:

«Если мужчина решал связать свою жизнь с определённой женщиной, то он делал это. Своими силами доказывая нерушимость своего решения и отстаивал право выбирать супругу самому. Не прибегая к помощи сильнейших мира. А то, что делает Макар, это… жалко. Жалко использовать других людей, чтобы они преподнесли тебе на блюдечке это самое счастье, за которое ты сам просто не хочешь бороться!».