42

Емельян. Делает вид, что слушает ведьму…

— А потом, вообще кошмар! — местная ведьма настолько увлеклась рассказом про своё непростое замужество, что, кажется, совершенно забыла о том, что на этом девичнике находятся мужчины. — Эта трусливая деревяшка заметил, что мне оказывает знаки внимания Ванька!

— Какой из них? — Кладенец не проявляла внешне никаких признаков интереса к этой беседе.

Больше скажу, чем дольше я наблюдал за ней, тем отчетливее понимал, что она сама не знала, зачем привела нас сюда.

Точнее, для меня причины были очевидны. Те выводы, к которым она пришла и озвучила мне – для правителя Китежа оказались не новыми. Мракьян действовал, решив не ставить меня в известность. Это наводило меня на определённые мысли…

Что же касалось Кладенца – поддавшись минутному порыву и пооткровенничав, она очень быстро сменила своё мнение. Выбрала сторону, уводя нас как можно дальше от дворца и того, что мы можем там узнать.

Что ж.

В эту игру можно играть вдвоём. Ведь мне тоже есть, что скрывать.

Смущало меня лишь то, что, неотрывно находясь рядом с Кладенцом, многое позволить с Ником мы себе не могли.

А хотелось.

Начиная с возможности связаться с отцом и переговорить с Артемием. Мне было крайне любопытно лично оценить то самое воздействие, на которое ссылался Мракьян. А точнее – посмотреть, было ли оно на самом деле или это всего лишь уловка.

Чем больше я размышлял над подобной возможностью, тем больше находил аргументов. Единственное, чего я никак не мог понять – это… зачем?

Для чего такие сложности? Зачем подставлять нас? К чему устраивать Советы, делать вид, что они на нашей стороне, если цель, которую тут все преследуют, так схожа с моей. Покинуть этот мир и как можно скорее оказаться дома.

Нужно было связаться с отцом. Кто знает, что на самом деле ему наговорили. Да и состоялся ли этот самый разговор? Мракьян являлся определенно не тем человеком, которому я готов был верить просто на слово.

Да, он представитель местной власти. Соглашусь, что по силе мы с ним не просто не равны, а… даже мысленно я не мог подобрать определение той магической пропасти, что нас разделяла.

И тем не менее, кое на что я был способен и здесь.

Но оставалась загвоздка в лице рыжей девушки, что даже на ночь не смогла оставить нас одних.

Стыдно признаться, но я даже на кровать к ней перебрался, чтобы проверить, а действительно ли она спит. Требуется ли вообще подобным созданиям сон? Да, я видел, что она живая. Чувствовал, как в груди стучится сердце, разгоняя по венам кровь.

Но…

Учитывая её поступки и мотивы, верилось в честность порывов Кладенца мне с трудом.

Больше скажу. Проще было ей не верить.

В разы проще.

— Иван, вдовий сын, — ответила ведьма на вопрос Кладенца, пробормотав что-то про небольшую деревню. То ли Лопушки, то ли Шишки. Я не вслушивался. — Так вот. Эта коряга, мужиком себя возомнившая, решил Ваню изжить! То лес перед ним закроет, то шишиг натравит. А вчера, ты только представь! Всё ночь его блуждать заставил! И это хорошо, что Ванька не из робких! Так и сказал, представляешь, говорит, люба ты мне Велизара. Люба, — мечтательно повторила ведьма, чуть прикрывая глаза. — Он мне и дров нарубил, и воды натаскал.

— И в баньке попарился, — продолжила за неё Кладенец.

— А вот и не угадала, — гордо заявила ей ведьма. — Сказал, что смущать меня не хочет и отправился домой. Тут его Макар… чтоб его подбросило и не сразу опустило! — от того, как она ударила кулаком по столу, чашки действительно подбросило. — Всю ночь Ваньку плутать заставил! И кто его знает, когда бы вообще выпустил, если бы мне шишиги всё не рассказали.

— Понятно, — кивнула ей Кладенец, задумчиво поднимая свою чашку и осматривая лужицу, что под ней образовалась. Подпрыгивание посуды не прошло бесследно.

— Вы тоже угощайтесь, — заявила ведьма, указав на чашки, демонстративно обращаясь к потолку.

— Они сыты, — усмехнулась Кладенец, потянувшись за пирожком, но почему-то останавливаясь. Словно в последний момент передумала. — Велька, скажи, а твоя прабабка случайно не оставила тебе никакой фолиант про кровососов? Ну, на подобии того, с помощью которого мы с Кирой Мракьяна выпустили.

Истории о том, что негласную роль правителя этого мира на себя взял князь Китежа – я слышал. Как и о том, что много веков он провёл в заключении, дожидаясь часа, когда его освободят.

Но вот про то, что в этом участвовал меч, я слышал впервые.

— Не пойми меня неправильно, — указав руками в разные стороны, ведьма пожала плечами: — Что ты там хочешь узнать такого, что тебе не могут рассказать… первоисточники?

Я не сдержал появившуюся на губах усмешку.

Несмотря на юную внешность, в этой ведьме чувствовался опыт. Не жизненный, конечно, учитывая её брак с лешим, что само по себе было очень странным. Магический. От Велизары веяло силой, отточенной годами практики.

Пристально окинув ведьму взглядом, я с легкостью мог дать ей лет двадцать. На вид.

Впрочем, в этом мире все наделенные даром создания жили в разы дольше простых людей. Ей могло оказаться и за пятьдесят.

К счастью, после изгнания, мы эту способность не потеряли.

— Они немые, — хмуро ответила ведьме Кладенец, бросив в мою сторону убийственный взгляд.

Впрочем, не в первый раз.

И получила равнозначный в ответ.