47

— Итак, — протянула я, удерживая взгляд на Алёне.

— Может… не надо? — тихо попросила русалка, заставив Велизару подавиться смешком.

— Надо, Алёнушка. Надо, — повторила я, поднимаясь и направляясь в её сторону.

И с каждым моим шагом вперёд, русалка отступала назад, пока не уперлась спиной в одну из колон.

— Мне рано замуж, — произнесла она, суетливо бегая взглядом по тронному залу, в поисках путей отступления.

Их не было.

— Если мне не изменяет память, тебе уже за триста, — напомнила я Алёне. — Самое время скинуть хвост и остепениться.

— Ага, — скривила она пухлые губы. — Делать мне больше нечего, чем променять заводь на какого-то Ивана и остаток жизни стирать ему исподнее!

— Тебя в заводи днём с огнём не сыщешь, — мотнула я головой.

— А ещё она забыла, что стирать придётся не только супругу, — подала голос Велизара, поясняя: — Дети.

— За что? — пискнула Алёна, подняв на меня полные немого ужаса глаза. — Что я тебе сделала?

— В рыжий покрасила, — не удержалась я от напоминания. Но продолжила говорить до того, как русалка придумает достойный ответ: — Емельян сейчас здесь. Под отводом. И ситуация следующая…

Верила ли я в то, что Алёна сумеет не вынести услышанное за пределы моих стен? Разумеется, нет. И приказ Привратнику не выпускать её из замка, я отдала более чем серьёзно.

Русалки всегда отличались некоторым легкомыслием. Мягко говоря. Раньше меня это никогда не беспокоило. Подумаешь, смешливые. Болтливые. Не всегда понятливые, но…

Если честно, Алёна всегда отличалась от основной массы своих сестриц. Была более сдержанной, что ли. А может просто повод не подворачивался проявить её русалочью сущность. До последних событий.

— То есть… — нахмурилась Алёна, выслушав меня. — Замуж выходить мне не нужно?

— Это всё, что тебя интересует? — вскинула я брови. — Ни находящийся сейчас рядом Емельян, ни те, кто проснулись и топчут нашу землю, внушая что-то?

— Я решила задавать вопросы по… важности, — подобрала слово Алёна. — До озвученного тобой не добралась ещё просто. Так…

— Принуждать тебя к замужеству я не собираюсь, — хмуро ответила я, раздражённо постукивая кончиками пальцев по бедру.

— Особенно за Ивана, — поддакнула Велизара. — Его можешь даже не рассматривать.

Обернувшись на ведьму, я шумно вздохнула.

Велька шустро приводила в порядок волосы, заплетая косу вместо на скорую руку собранного хвоста.

— Я так понимаю, теперь запрет на молчание не действует? — спросил Емельян, заставляя меня резко обернуться в его сторону.

Мне не послышались рычащие нотки в его голосе. На этот раз вампир даже не пытался скрыть своё раздражение. Им было пропитано всё. Начиная от лица и позы, в которой стоял Емельян, чуть сжав кулаки на руках, и до воздуха вокруг, пропитанного его злостью.

— Я даже отвод глаз с тебя сниму, — обрадовала я вампира. — Как только здесь появится Иван.

О том, что после этого я усилю защиту тронного зала, я озвучивать не стала.

— Я не совсем поняла, что от меня требуется, — робко произнесла Алёна, вынуждая меня разорвать зрительный контакт с вампиром.

Мне очень хотелось, чтобы он первым отвёл взгляд в сторону.

— Будем проверять одну теорию, — пояснила ей Велизара. — Способен ли дурман русалок избавить человека от чар вампира.

— Для чистоты эксперимента было бы лучше, если тут присутствовал Ник, — отчеканил Емельян. — Или Артемий.

— Не боишься, что им внушили убить тебя? — парировала я, боясь, что ведьма может согласиться с его доводом. — Кто знает, что за команду дали твоим сопровождающим. Вдруг, прихлопнуть наследничка.

— Я бы на твоём месте за себе переживала, — Велизара опередила вампира с ответом.

— За себя? — переспросила я, усмехнувшись.

— За себя, — уверенно заявила мне ведьма. — Сама подумай. Вот проснулись древние… назовём их – маги. Мы же не знаем точно, кто это. Лишь строим предположения, исходя из их действий, — пожав плечами, она продолжила: — Вот они проснулись, помня какую-нибудь свою клятву победить зло. На момент их жизни – это были вампиры. А сейчас? Раз они сумели по слухам и сплетням найти их, неужели ты думаешь, что блуждая здесь, они ничего не слышали про Её Темнейшество и ужасные дела, что она творит в своём Черном лесу?

— А может клыкастый прав и стоит вернуть Ника? — протянула я, понимая, что в словах Вельки есть смысл.

— Может перестанешь называть меня клыкастым? — в тон отозвался Емельян, шагнув в мою сторону.

— Это вряд ли, — окинув его взглядом, я взвесила все плюсы и минусы. — Если всё так, то… что они мне сделают?

Кем бы они ни были, подобраться ко мне на расстояние для действительно опасного удара невозможно. Наверное… всё же, следов они не оставляют. Но…

Может Нечистого выпустить? Пусть посмотрит, может он сможет что-то почувствовать? Дух не раз нас выручал.

— Кладенец, ты иногда излишне самоуверенная, — покачала головой Велизара.

— И часто забывает, что смертная, — поддакнула ей Алёна.

— А… — начала я говорить, но замолчала, почувствовав приближение прислужниц. — А вот и Иван.

Скрестив на груди руки, я наблюдала, как через распахнутое окно в тронный зал влетают вороны, практически к моим ногам сбрасывая молодого мужчину.

Первое впечатление было… довольно приятным.

Высокий, широкоплечий блондин с правильными чертами лица и невероятно голубыми глазами, с которыми он без страха смотрел прямо на меня, медленно поднимаясь с пола и демонстрируя впечатляющий своими рельефными мышцами торс.

Только правильно люди говорят, что первое впечатление обманчиво.

Стоило Ивану, вдовьему сыну, открыть рот, как интерес рассматривать его у меня пропал.