48

— Неспроста птицы с утра притихли, лишая слух людской своего пения. Неспроста звери замолкли, на рык утробный перейдя. Предупреждало меня зверьё всякое, что с злом лютым биться придётся! — выпрямившись в полный рост, Иван не сводил с меня взгляда. — Жаль не успел надеть одежды богатырские! Не убило бы меня в них ни копьё, ни стрела, ни враг, напротив стоящий да глазами чернее ночи на меня взирающий…

Если честно, его речь меня не трогала. Банально. Даже слишком. Хотя, редко приходил кто-то с заготовленными новыми изречениями. Все рыцари света и добра чаще всего вещали примерно одно и то же.

Гораздо больше меня задели слова Вельки. Может зря я не переживаю. Русалка права – я смертная. Это раньше меня мог развеять лишь Мракьян. А теперь?

С другой же стороны, мне что теперь, дрожать и не покидать замок?

Так поздно!

Эти неизвестные умудрились что-то внушить Нику прямо здесь.

Сразу, как он вошёл в замок.

— Гадство, — выдохнула я, окутывая тьмой тронный зал.

— …не для корысти и злата, что в замке этом покоится, а ради благих помыслов и славы богатырской, сражусь я с тобой в честном бою! — вдовий сын самозабвенно продолжал свой монолог.

Не обращая совершенно никакого внимания ни на появившегося за его спиной вампира, с которого я сняла отвод глаз. Ни на русалку, что рассматривала прибывший объект для наших экспериментов. Присутствие здесь Велизары, Иван тоже почему-то игнорировал. А вот мне не понравилось, с каким вниманием она осматривала Емельяна.

Можно сказать, ведьма глаз с него не сводила!

— Ничего себе, на любителя… таких красавцев ещё поискать нужно! — немного хрипло произнесла Велька, встряхнув головой, словно отгоняя от себя лишние мысли. — Рада видеть, Емельян.

— Взаимно, — оскалился в улыбке вампир.

Да в такой широкой, что мне отчего-то захотелось выбить ему…

— Я… говорю, что… — повторил Иван, стараясь привлечь моё внимание к его персоне: — Сражусь я с тобой в честном бою!

— Я не дерусь с безоружными, — заявила, отворачиваясь от него.

Знала ли я, что он решит ударить меня? Да. По крайней мере, чего я точно не ожидала, так это злого окрика Емельяна:

— А здесь все мужчины настолько жалкие, что готовы ударить девушку в спину?

— Ваня, не шали, — тут же вклинилась между ними Велизара, почему-то бросив в мою сторону негодующий взгляд.

А я что? Я ничего. Села на свой трон. Сделала мысленную пометку, что вампиры умеют быстро и бесшумно передвигаться. Всё же, шагов Емельяна я не слышала. А он за доли секунды оказался перед Иваном.

В мотивах его внезапной защиты я решила не разбираться. Пусть радуется, что я не стала переспрашивать, а с каких пор он считает меня девушкой. Ещё недавно была ведь простой ветошью…

— Ну в чём-то ведьма права, — шепнула мне Алёна, с удобством присаживаясь на подлокотник. — Красивый ведь.

— На любителя, — сухо произнесла я в ответ, заставляя себя не смотреть в сторону вампира.

Проверила защиту зала. Усилила, зачем-то. Окна тьмой прикрыла. Заставила пламя свечей гореть ярче. Зажгла те, что не горели. Немного перестаралась с костровыми нишами по периметру. Полыхнули так, что вздрогнули все. Даже я.

Хорошо, что моего испуга никто не заметил. Алёна переключила на себя внимание, свалившись с подлокотника.

— Велизарушка! — взвизгнул Иван, первым отворачиваясь от поднимающейся с пола русалки. — Что ты делаешь в этом месте черном? Или пленила тебя злодейка? Не переживай, душа моя, спасу я тебя от участи ужасной! Вытащу на свет солнышка красного! Дам вдохнуть полной грудью воздух чистый и…

— А он кто вообще? — вновь забравшись на подлокотник, Алёна не только не понизила голос, мешая мужчине закончить речь, но даже рукой в сторону вдовьего сына указала.

— Новый избранник Велизары, кажется, — протянула я, едва заметно улыбнувшись.

Всё же, что-то мне подсказывало, что ничего у этих двоих не получится. Интуиция.

— Вот не умеет эта ведьма мужиков выбирать, — поморщилась Алёна, новым оценивающим взглядом окидывая Ивана. — Снова на мордашку повелась…

— Ты кого назвала ведьмой? — неожиданно взревел Иван, пытаясь испепелить взглядом русалку. Тем самым, в котором горел праведный огонь.

— Эм… меня, — пожала плечами Велька. — Ты чего?

— Но ты ведь не ведьма, Велизарушка, — бедный Иван даже головой покочал. — Это всё злые чары. Заколдовали тебя, голубка моя…

— Вань, — не дала ему договорить Велька. — Я – ведьма. Ты же в деревне живёшь. Там про это каждая собака знает!

— Наговаривают злые языки, позавидовав красоте девичьей! — сказал, как отрезал.

— Я в лесной чаще живу, — напомнила ему ведьмочка. — Костры жгу. Котлы на них ставлю. Травы бросаю.

— Одинокая ты да скромная, нелюдимая, — не согласился с ней Иван. — Да мерзлячка к тому же. А отвар с душицей я и сам люблю. Бросай на здоровье.

— Ванюш, у меня в мужьях леший был, — привела последний аргумент Велька.

— Сердце у тебя доброе, вот и тащишь в дом кого ни попадя, — улыбнулся он ей в ответ и даже лапищей по голове потрепал.

Говорю же – интуиция. Ничего у них не выйдет.

— Но…

— Но с меня хватит, — не дал Вельке договорить клыкастый, в одно неуловимое взгляду движение оказываясь перед Иваном. — Тебе скучно. Хочется побродить по залу. Сто раз обойти периметр.

Я внимательно наблюдала за тем, что он делает. Чувствовала, как он оказывает давление на Ивана. Совсем легкое. Едва улавливаемое… но я сумела его почувствовать.

— Мне скучно, хочу побродить, — повторил за ним Иван и отправился исполнять.

Движения его при этом были прежними. Не сонными и медлительными. Естественными.

— Алёна, — позвала я русалочку, напоминая: — Твоя очередь.

— Как скажешь, — медленно выдохнув, она посмотрела на идущего вдоль стены Ивана. — Ванюша, иди ко мне.

Секунда, вторая… реакции не было.

— Со всей силы, помнишь? — попросила я русалку. — как тогда с Ником.

— Поняла, — хмуро кивнув, Алёна спустилась на пол. Расправила плечи, сосредоточилась. — Ваня. Подойди ко мне… Подойди! Ва-а-аня…

В какой-то момент даже я вздрогнула от количества сил, что русалка вложила в свой дурман.

Только Иван на него не реагировал.