60

Едва слышный шелест листвы в кронах деревьев, лёгкий ветерок – всё это давило на меня. В руках продолжал остывать пирожок, приготовленный Велизарой. Аппетита не было. Емельян сидел рядом и думал о чём-то своём, безразлично скользя взглядом по стволам деревьев.

— Послушай… — хотела я что-то у него спросить, но не смогла произнести ни звука.

Веки мгновенно потяжелели, становясь неподъемными. Желание прикрыть глаза и провалиться в нахлынувшую на меня дремоту с каждой секундой ощущалось всё сильнее. Так, что практически не оставалось сил ему сопротивляться.

Страх? Он был. Я не имела привычки засыпать в самых непредсказуемых местах. Вот только почувствовав источник магии, что влиял на меня в эти секунды, я перестала бороться.

Лес.

Я чувствовала легкую вибрацию земли, на которой сидела. Влажность пропитанного сосновым ароматом воздуха. И силу, что пульсировала по корням, призывая меня поддаться наваждению.

Лешие рождаются с даром понимать деревья. Слышать тех, у кого нет голоса. Принимать лишённые эмоций образы, которые им передают.

У меня таких способностей не было. Я не ожидала, что пойму то, о чем мне решили поведать, но…

Нескольких секунд хватило, чтобы захлебнуться в отчаянном крике.

Видение оборвалось так же внезапно, как появилось.

Я не сразу сумела вскочить, скидывая с себя что-то…

— Знаешь, ты первая, у кого почти получилось вырвать мне крыло! — голос Емельяна звучал инородно.

Я стояла, шумно дыша и осматривая деревья. Притаившуюся неподалёку шишигу, что с интересом подглядывала за нами. Поваленное дерево, покрытое мхом…

Перед мысленным взором стояла совершенно другая картина.

Выжженный, полностью уничтоженный лес, на фоне которого виднеются руины замка из черного камня.

Но самым страшным было прожигающее душу чувство пустоты, смешенное с холодом и болью, страдающей от потери всего живого земли.

Черный лес может погибнуть только в одном случае. Если лишится своего защитника.

И сейчас мне показали именно это.

— Всё в порядке? — Емельян поднялся на ноги, убирая свои крылья так, словно их никогда и не было.

— В полном, — кивнула я.

Пришлось прочистить горло, чтобы избавиться от появившейся в голосе хрипотцы.

— Кошмар? — поинтересовался вампир, смотря на меня как-то странно.

С сочувствием? Состраданием? С… заботой?

От последнего предположения к щекам прилила кровь.

— Кошмар, — подтвердила я, стараясь как можно скорее закрыть эту тему. — Приснилось, что меня заставили за тебя выйти. Ужас.

— Теперь мне ясно, почему ты так кричала, — протянул Емельян, криво усмехнувшись. — Понимаю тебя. Приснись мне подобное – тоже бы орал.

— Как хорошо, что мы друг друга понимаем, — чуть не споткнувшись об блюдо с пирожками, я сделала вид, что остановилась специально и достала один. — Пойду посмотрю, как дела у Велизары.

Сердце стучало в груди с такой силой, что я почти ничего не слышала.

Шагая в сторону дома ведьмы я снова и снова прокручивала в голове те несколько секунд из увиденного… будущего?

Что это было? Приговор? Или предупреждение об одном из вариантов развития событий?

Ответа у меня не было.

И не будет. Даже если я соберу вместе всех леших и потребую поболтать с каждым лесом, то…

Это видение было создано специально для меня. И ответ я смогу узнать только… когда придёт время.

Главное… не ошибиться.

Или подготовиться. Если лес решил меня предупредить о неизбежном.

Я же знаю, что может подписать мне смертный приговор. Больше скажу – даже Емельян об этом осведомлён. И виной всему моя излишняя болтливость.

Но…

— Как раз собиралась вас звать, — Велизара вышла из дома, когда мне до двери оставалось не больше пяти шагов. — Емельян, подкинешь дров?

Обернувшись, я заметила, что вампир неотрывно шёл за мной следом всё это время.

— Да, — ответил он ведьме, но взгляд клыкастого был прикован ко мне.

— Так напитаешь, или лучше через огонь? — задала мне вопрос Велизара, бережно сжимая в ладонях небольшой глиняный горшочек.

Выглядела ведьма измотанной. Волосы растрепались, лоб был покрыт бисеринками пота. Я понимала, что создавая сосуд для Нечистого, она выложилась полностью.

— Давай через огонь, — посмотрев в сторону костра, что набирал силу благодаря подкинутым Емельяном поленьям, я постаралась сосредоточиться и выкинуть из головы все лишние образы.

Это было сложно.

Грудь продолжало сдавливать холодом, а картинка мертвого леса не желала исчезать из мыслей.

— Когда начинать? — мне пришлось снова прочистить горло, избавляясь от вставшего кома.

— Сейчас, — приказала Велизара, устанавливая горшочек в самом сердце костра.

Огонь не обжигал её руки, ластился языками пламени к коже, приветствуя и признавая ведьминскую силу.

— Сейчас так сейчас, — прошептала я, призывая свой огонь и заполнив им живое пламя, начала наполнять сосуд для духа.

Велизара читала свои заклинания, каждое новое слово произнося громче предыдущего. Воздух вокруг нас сгустился, став вязким. Звуки исчезли, а время стало настолько тягучим, что казалось, пройдёт ещё секунда, и оно просто остановится.

Это было подобно затишью перед бурей.

— Готово, — выдохнула Велизара в тот момент, когда я уже готова была взвыть от напряжения.

— Осторожно, — Емельян обнял меня со спины, не давая обессиленно упасть на колени.

— Всё в порядке, — выдохнула я, пытаясь отдышаться.

Давно со мной такого не было.

Скорее всего сказались последние дни, в течении которых мне приходилось постоянно поддерживать отвод глаз на вампирах.

Я устала. А учитывая мои возможности, это…

Может в этом и заключался план? Может поэтому Мракьян, находясь под влиянием чужой воли, приказал мне охранять клыкастых?

Меня решили вымотать?

— Это хорошо, — прошептала я, настолько погрузившись в свои мысли, что не только не убрала от себя руки продолжающего обнимать меня Емельяна, но и навалилась спиной на его грудь, устраиваясь поудобнее.

— Это? — переспросила Велизара, бережно доставая сосуд для Нечистого из костра. — Да, вышло очень хорошо, — протянув руки с горшочком в мою сторону, она выдохнула: — Можете идти и…

— Нет, — удивительно, но ответили мы с Емельяном хором.

Обернувшись на него через плечо, я молча потребовала пояснений.

Он же не умеет читать мысли.

Но вполне мог догадаться о ходе моих.

Или…

— Отправимся утром, — заявил Емельян Велизаре. — Если ты не против оставить нас на ночлег.

— Ты тоже понял, что они меня специально выматывают? — спросила я у клыкастого. — Они чувствуют во мне угрозу. Больше никаких отводов глаз и прочего.

— Что? — переспросил Емельян, чуть нахмурившись. — Да. Именно так.

— Да? — протянула я, чувствуя, что он врёт. Ничего он не понял.

Но тогда зачем…

— Утром, так утром, — кивнула Велизара, зябко поежившись. — Только имейте в виду, что кровать у меня одна. Так что…

— Её займём мы, — улыбнулась я ведьме, пытаясь убрать от себя руки Емельяна.

Вампир же решил побыть пиявкой и просто так отлипать от меня не собирался. Вместо этого он просто зашагал к дому, придерживая меня одной рукой и направляя вперед.

Как будто без его помощи я бы не смогла справиться!