Глава 19

«Дезерт. Тейя в изоляторе.»

Мая смотрела на эти слова, словно могла силой мысли протолкнуть их дальше. Как будто, если сосредоточиться сильнее, сигнал пробьёт расстояние, и Дезерт получит сообщение.

Час назад всё было иначе. Они с Тейей уже готовились ко сну. Они ещё не успели привычно устроиться на нижней койке, чтобы полушёпотом обсудить прожитый день в своем тихом, коротком ритуале перед сном.

А потом в каюту вошла Луция.

— Тейя Кин, прошу следовать за мной.

Мужеподобный голос прозвучал, как приказ, но без намёка на угрозу, сухо, бесстрастно, почти механически. Луция не изменилась с первой встречи, всё те же глаза-лазеры, лицо-маска, костюм-футляр.

Тейя резко вскочила, а Мая замерла на месте.

— Почему? Что случилось? — в голосе Тейи мелькнуло испуганное недоумение.

Луция не ответила, просто открыла дверь и встала у порога, всем видом показывая, что разговор окончен. Тейя и Мая встретились взглядами. Тревожный вопрос повис между ними, но ни одна не знала, как на него ответить.

— Мне взять что-то с собой? — Тейи потянулась к шкафу, но Луция тут же оборвала её:

— Вам будет предоставлено всё необходимое.

Ровно, чётко, будто её слова были заранее записаны и просто проигрывались нужный момент. Острый взгляд скользнул по Тейе, затем Луция добавила, не меняя интонации:

— Прошу не задерживать процесс.

— Куда процесс?! — Мая вскочила, вставая рядом с Тейей. Теперь лазеры Луции устремились на неё оценивающе, холодно, будто пытаясь прожечь дырку. Она молчала и этим было сказано всё.

— Увидимся, — успела шепнуть Тейя перед уходом.

Дверь закрылась, оставив Маю одну.

Вопросы громоздились в голове, не давая отдышаться. За что? Почему? Куда забрали Тейю?

Мая мерила шагами каюту, ходила из угла в угол, пытаясь выудить хоть какую-то догадку из пустого пространства. Может, её тоже заперли? Но нет, дверь плавно сдвинулась в сторону, стоило подойти ближе и Мая выглянула в коридор.

Неужели это из-за разговоров о тестах? Но даже в самые тихие моменты они держались настороже, старались не углубляться в детали. Не обязательно видеть глаз камеры или ухо прослушки, чтобы чувствовать его. Они делились эмоциями, обсуждали, насколько странными были вопросы, как ощущалась эта грёбаная башня, но не больше.

«Обсуждение в личных переговорах, записях или через посредников приведёт к немедленному изолированию рекрута», вспомнила Мая слова Луций в «тёплой» приветственной речи.

Так что теперь? Что делают с рекрутами в изоляции? Не станут же Тейю пытать! Несмотря на всю странность тестов, опасности Мая ни разу не ощущала, только давящее, липкое присутствие чего-то, чего она не понимала. Лишь вопросы и стерильная, пугающая вежливость экзаменаторов.

Мая успела намотать десятки кругов по узкой каюте, а Тейи всё не было. Сектор погрузился в глухую, удушливую тишину. Никто не ходил по коридорам, не раздавались голоса, не слышно было даже шума систем жизнеобеспечения. Всё спало. Всё, кроме неё.

Мая нервно прикусила губу. Капитан Ланс. Он пришёл именно в такое время, когда мир спит, а тревога в крови достигает пика. «Мне можно доверять», сказал он, но Мая ему, конечно, не поверила. Но вот что было странно, Тейя, казалось, верила, или хотела верить. И то, как они смотрели друг на друга…

Мая резко мотнула головой, отгоняя лишние мысли. Сейчас не об этом и это, кстати, не её дело. Важно то, что Тейя заперта в изоляторе, а Мая заперта в сером, узком боксе без связи, без единого способа передать весточку за стены этой чёртовой Академии. Как же отправить хоть пару слов?

Думай, Мая, думай! Не в силах сидеть в каюте, Мая вышла в тёмный коридор и тут…

Тонкий механический звук прорезал тишину. Ж-ж-ж. Мая вскинула голову и увидела дрон. Он висел под потолком, ленивый, как шершень, наблюдая за ней немигающим глазом камеры. Мониторинг, сканирование, передача данных. Точно такой же дрон был в станции техобслуживании на Глизе, где работала Мая. Дрон проверял исправность оборудования, делал фото, и передавал данные в систему.

В голове Маи вспыхнула фраза, будто её только что произнесли вслух: «Если что-то выйдет наружу, я это увижу. Если твоя отчаянная душа решит пробить стену, у меня есть привычка замечать такие вещи». Это сказал Дэн, патчер с Дезерта. Парень, который выглядел ребёнком, но видел мир, как поток кода. Он бы не стал болтать просто так. А ещё, он не был дураком, ведь вряд ли его держали на военном крейсере за красивую бороду.

Есть ли шанс?

Мая замахнулась и со всей дури ударила по скан-системе автомата с батончиками и напитками. Раздался тонкий, протестующий писк. Дрон среагировал и чуть изменил траекторию. Мая замерла, оценивая. Куда он передаёт данные? Можно ли вмешаться? Подкинуть файл? Как заставить его улететь на Дезерт? На корпусе дрона была тонкая сенсорная панель, этакий экран диагностики. Если повезёт…

Мая медленно двинулась вперёд, едва касаясь пола носками ботинок, наблюдая за дроном, что висел у автомата. Глубоко вдохнула, вскинула руку и резким движением сорвала с панели декоративный фиксатор. Дрон тут же отреагировал, подлетел ближе, анализируя «неполадку». На сенсоре мигнул экран диагностики «Проверка среды», «Ошибка стабилизации», «Запрос на запись». Вот он, момент!

Мая наклонилась. Пальцы легли на экран и быстро, как только могла, она ввела символы: «Дезерт. Тейя в изоляторе.» Сработает, не сработает? Как быстро дойдёт сообщение и дойдёт ли вообще? И что сделает Ланс и сделает что-либо? Мая не знала. Но был хотя бы малый шанс, а это лучше, чем ничего.

«Давай же, Дэн…» Мая молила про себя, словно могла отправить за своим сообщением невидимую волну желания. Но может, его увидит не Дэн? Может, его сразу покажут… Эолу?

Мая вздрогнула. Тревоги и так хватало, но стоило лишь подумать об этом человеке и внутри всё изменилось. Где-то в глубине живота сладко потянуло, горячей волной пробежав по телу, оставляя дрожь. Что за бред?! Мая никогда не ощущала мир так, как Тейя, не видела реальность «иначе». Всё, на что Мая привыкла полагаться, была интуиция. Но была ли это интуиция? Или нечто другое? Что-то, заложенное в ней с рождения?

«Как вы думаете, можете ли вы интуитивно определить, какой из мужчин вам подходит?», вспомнила она бесстрастный голос экзаменатора. И сразу, как только Мая услышала вопрос, в тот же миг, без раздумий, вспышкой возникло имя «Эол».

Святые угодники, ну не дура ли ты, Мая?! Ты видела его всего пару раз! Даже не знаешь, сколько ему лет! И вот уже теряешься в своих ощущениях, стоит только подумать…

А вдруг у него есть жена?!

Мая судорожно прижала пальцы к лицу и подышала на них, пытаясь согреть. Нет, нет, нет. Даже думать о таком уже равносильно тому, как если бы её усадили на стул, стянули руки ремнями, и вот они провода с болью на концах, словно тело уже пронзает агония, и она не может ничего сделать.

Стоп. Нельзя об этом думать. Мая сжала зубы до скрипа, вновь и вновь возвращая себя обратно. К той Мае, что знала, зачем она здесь, какие у неё цели. Остаться в Первом или Втором кругах, вытащить Хлою из Глизе. Их отец был исследователем, поэтому в сравнении с Тейей семья Андел считалась чуть выше среднего. Но это не меняло сути того, что там, на краю Третьего круга, их не ждёт ничего хорошего. И Мая знала это лучше, чем кто-либо.

Вот она, твоя цель, Мая. Забрать Хлою и начать новую, лучшую жизнь. А всё остальное — блажь.

Резкий луч света ударил в лицо. Мая зажмурилась, моргнула, пытаясь сфокусироваться. На пороге стоял… как там его?

— Мая Андел? — спросил он резко и отрывисто, глядя хмурым взглядом.

— Да.

— Лок Фарбау.

Он шагнул внутрь, протягивая руку. Мая зависла. Рукопожатие? Это был первый телесный контакт с кем-то из Люмена. Даже экзаменатор, надевая коннекторы, избегал касаний. А тут широкая, ухоженная ладонь, вроде простая, естественная вещь. Но почему она кажется такой странной?

— Ясно, — пробормотала Мая, пожав руку. Рукопожатие было крепкое и отрывистое. Фарбау смотрел прямо на неё. Чёрные глаза, сведённые брови, поджатые губы.

— Вы здесь одна? — вопрос прозвучал чуть резковато. Мая на мгновение растерялась, но тут же собралась и скрестила руки.

— Как видите. Вы же сами забрали Тейю.

Магистр завис. Не просто замолчал, а именно подвис, его лицо застыло, как будто процессор ушёл в ступор от перегрузки данных. Затем он моргнул и спросил хрипловатым голосом:

— Тейя Кин… не здесь?

— Нет, — отрезала Мая и сузила взгляд. — Если не верите, загляните в шкаф. Хотя даже Тейя бы не поместилась в этот пенал.

Фарбау чуть повёл шеей, словно слишком тугой галстук мешал дышать. Чуть ослабил его и глубоко вдохнул. Его взгляд метался по каюте, пытаясь убедиться, что Тейи здесь правда нет. Лицо мужчины побледнело, глаза стали стеклянными и раздался тихий, вырвавшийся сам собой шёпот:

— Чёрт… неужели забрал…

— Кто забрал Тейю?! — рявкнула Мая, резко подаваясь вперёд. Фарбау поднял ладонь, словно усмиряя её.

— Мая, прошу, дайте мне секунду…

Он вытащил портативный терминал, быстро напечатал что-то и глаза метались по экрану. Затем резко поднял голову:

— Прошу, пройдите за мной.

— Зачем? — нахмурилась Мая, не двигаясь с места.

— Надо разобраться, какого чёрта здесь творится! — выпалил магистр резко, а потом, словно спохватившись, шумно выдохнул и добавил уже спокойнее: — Тут не самое подходящее место. Прошу, следуйте за мной.

Вскинул руку, пропуская вперёд. Мая спрятала удивление от этого почти джентльменского жест и вышла из каюты. Настороженная, собранная и готовая к атаке.

Фарбау больше не смотрел на неё. Он летел по коридорам так, словно таймер отсчитывал последние секунды до взрыва. На ходу раздавал приказы в наушник, и Мая едва успевала уловить обрывки фраз:

— Приоритетные запросы протокола запущены. Доступ временно ограничен…

— Риск-аналитика, уровень неопределённости высокий… Расширьте область проверки!

— Кто на контроле? Полный список доступа за последние сутки… Мне плевать! Дельта Эхо Сиера Эхо Ромео Танго.

Мая чуть не споткнулась на ходу. Она знала этот фонетический алфавит. Они с Хлоей учили его, когда придумывали свой тайный язык.

Дельта Эхо Сиера Эхо Ромео Танго. ДЕЗЕРТ.

Сердце застучало так сильно, что Мая едва успевала переставлять ноги. Страх липкими щупальцами забрался под кофту, скользнул по позвоночнику и сжал горло. Что, чёрт возьми, с ней сделают, если узнают, что она отправила сообщение на Дезерт?

И где, мать его, Тейя?!

Магистр влетел в кабинет и тяжело опустился в кресло. Пальцы запорхали над тачпадом, хмурый, сосредоточенный взгляд вгрызся в экран. Он словно забыл про её существование.

Мая стояла у стола, пристально наблюдая за ним. Фарбау вдруг встрепенулся, как будто только что осознал, что она всё ещё здесь.

— Ах да… Мая, — пробормотал он, взмахнул рукой: — Присаживайтесь. Прошу меня извинить, мне нужно кое-что…

И снова уткнулся в монитор, будто её не существовало.

Мая села в кресло и огляделась. Она ожидала чего-то другого от кабинета магистра. Гладких стен из жидкого титана, ультрасовременных консолей, дорогого монохромного пола.

Но кабинет Фарбау был удивительно простым. Прямоугольный стол, удобные, но лаконичные кресла, уголок с мини-баром. Серые, бежевые, белые тона. Ни одной лишней детали, ни одной личной вещи, только холодная функциональность.

Фарбау… Мая прищурилась. Всего лишь магистр? Не архимагистр или хотя бы первый декан. Просто магистр. В первую их встречу он выглядел так, словно перед ними выступал декан целого сектора Люмена. Но, возможно, работа с крайними просто не считалась важной. Может, магистра Фарбау и поставили сюда потому, что никто другой не захотел этим заниматься?

Но если это так, зачем Ланс рисковал, проникая на борт Академии? Зачем он допрашивал их о деталях аварии? Для чего? Дерек сказал, что это касается корабля и команды. «Команда». В голове Маи вспыхнул чёткий образ — серебристые волосы, непробиваемый взгляд, ровный, выверенный голос.

Эол.

Это их команда, напомнила она себе жёстко. И ни Тейя, ни Мая к ней не принадлежали. Стоит вспомнить того идиота Стива, что полез на неё в пищеблоке Дезерта, как за спиной раздавались смешки и подначки, воздух задохнулся от тестостерона и вокруг возникло понимание, что ты — жертва, а вокруг тебя — стая.

И как… как Эол остановил это за секунду. Но зачем? Ради неё? Мая бы рассмеялась, если бы не чувствовала, как внутри всё похолодело. Не будь дурой, Мая. Эол такой же, как Ланс. Заботится только о своих людях. И Мая в этот список точно не входила.

— Прошу простить за задержку.

Голос Фарбау выдернул из мрачных мыслей. Мая вскинула голову и встретилась с его взглядом. Он всё ещё хмурился, возле губ пролегли складки, а идеально зачёсанные волосы чуть растрепались, будто он прошёлся по ним пятернёй в нервном жесте.

Мая вздёрнула бровь, закинула ногу на ногу и скрестила руки. Кто-то должен сделать первый ход и это точно будет не она.

Фарбау, похоже, это понял. Он медленно положил руки на стол, сцепил пальцы. Секунду смотрел на них, словно обдумывая что-то важное, а потом поднял прямой, чуть хмурый взгляд, и произнёс:

— Ланс.

Одно-единственное слово.

Мая напряглась, спина чуть выпрямилась. Она заставила себя дышать ровно, чтобы не выдать ни капли волнения.

— Вы доверяете капитану? — тон Фарбау был серьёзным.

— Почему вы спрашиваете? — Мая вскинула подбородок.

Магистр отвёл глаза, словно раздумывая, поджал губы, а затем снова посмотрел на неё.

— Я не буду играть с вами в игры, Мая, — выдохнул, покачал головой. — Мы сейчас не в том положении, чтобы… — сжал пальцы сильнее, будто пытаясь удержать контроль над эмоциями. — Ситуация довольно серьёзная. Поэтому я буду открыт… настолько, насколько мне позволяет моё положение и протокол безопасности Академии.

Тишина повисла между ними, тяжёлая, липкая, словно густой туман.

Мая прикусила губу. Чёрт возьми, во что их втянул этот Ланс? Где Тейя? Он ли её забрал? И если да, то зачем?!

— Где Тейя? — голос Маи прозвучал глухо.

Фарбау сильнее сжал губы и посмотрел на неё долгим, напряжённым взглядом.

— На данный момент… — он сделал паузу, подчёркивая вес сказанных слов. — Я могу сказать только одно. Местоположение Тейи Кин неизвестно.

Сердце Маи ухнуло, ударившись о рёбра, а пульс вдруг оказался где-то в горле, мешая говорить.

— Мы делаем всё возможное, — продолжил Фарбау. Его голос был чётким и медленным, словно он убеждал не только её, но и самого себя. — Рекрут Кин может находиться на территории Академии. Или…

Фарбау замолчал, глаза метнулись в сторону, будто он обдумывал, стоит ли говорить дальше.

— Или уже за её пределами, — теперь он смотрел прямо на неё. — И сейчас дело не только в том, что рекрут, возможно, был вывезен из Академии. Нам главное убедиться, что ей не причинили вреда.

Мая машинально покачала головой.

— Он бы не стал.

Слова вырвались сами собой, но что Мая вообще знала? Только то, что капитан был готов выбросить её в шлюз при первой встрече. Только то, что он не терпел неповиновения. И то, что он, возможно, делал это не в первый раз.

Взгляд магистра словно потух, усталые тени легли на лицо, прорисовывая морщины между бровей, усиливая бороздки у носа.

— Вы думаете, капитан Ланс не стал бы идти на крайние меры, Мая? — голос его был задумчивым, а затем он едва заметно усмехнулся. — Мы в Академии привыкли иметь дело с вольными наёмниками. Но поверьте, среди них вряд ли встретишь благородного рыцаря. Для таких людей, как Дерек Ланс, существует только одно правило — сделать всё, чтобы выжить.

Мая сидела абсолютно неподвижно, не давая никаких ответов.

Фарбау опустил взгляд на тачпад, провёл пальцем по экрану. Листнул что-то, вчитываясь, а потом снова поднял на неё глаза. Теперь взгляд был острее, будто он пытался выудить из её лица скрытые мысли. Мая не отвела глаз и не дрогнула ни единым мускулом.

— Мая, — произнёс он медленно. — Я знаю, что Дерек Ланс был на борту Академии.

Лицо Маи осталось неподвижным, но дыхание сбилось, хотя она заставила себя дышать ровно.

— Раз вы всё знаете и контролируете, что тут делаю я? — ровным голосом спросила она, чуть наклонив голову, наблюдая за ним, оценивая.

Фарбау снова что-то пролистнул, глаза пробежались по данным.

— Мы зафиксировали движение в техническом отсеке, — наконец произнёс он. Глаза всё ещё были на экране, когда он покачал головой и пробормотал с тихой досадой: — Конечно же… полностью невидимый транспорт. Пираты и не такое могут достать.

Пираты?! Мая встрепенулась. Насколько сильно Ланс с ними связан?! Она всегда думала, что Дезерт — это что-то вроде полувоенного крейсера, работающего на Корум. Но пираты?

Мая слышала только краем уха про беспредел, который творили вольные торговцы, как они себя называли. Они оккупировали астероиды Третьего круга, превратив их в теневой рынок. Именно из-за них каждый гражданин Глизе проходил контроль под лупой, потому что под их лицами могли скрываться убийцы, мошенники и воры. Шахтёры, задолбанные жизнью рабочие колоний, были бессильны что-либо сделать против этого рынка. А что они могли, если даже ООН пригрела руки на нелегальных сделках?!

Фарбау вновь посмотрел на Маю тяжелыми, серьезными, чуть уставшими глазами.

— Мая, я не хочу… — неловко отвёл глаза, будто даже покраснел. Затем, собравшись, всё же посмотрел на неё. — Я не пытаюсь влезть в… личные дела Кин и Ланса.

Мая прищурилась, пока он продолжил, стараясь говорить ровно:

— Я понимаю. Капитан вас спас, доставил в Академию. Изоляция, опасная ситуация… — развёл руками. — В таких условиях… вполне объяснимо возникновение…привязанностей между… двумя людьми.

— Так не лезьте, — чуть издевательский протянула Мая и Фарбау кивнул.

— Да, вы правы. Оставим эту сторону, — его взгляд снова стал острым. — Цель визита Ланса. Мне нужно знать, зачем он приходил.

Мая даже не моргнула и легко пожала плечом, сказав холодным голосом:

— Я понятия не имею, о чём вы.

— Мая. Вряд ли такой человек, как Ланс, стал бы рисковать ради одной встречи с рекрутом Кин. У него была другая цель. Я прав?

Мая наклонилась вперёд и сказала уверенным голосом, выделяя слова по слогам:

— Магистр. Вы сидите в этом высоком кресле. У вас в руках вся грёбаная система Академии, — она усмехнулась, вскинув бровь. — И вы правда думаете, что я знаю что-то, чего не знаете вы?

Фарбау даже не вздрогнул.

— Да. Потому что даже со всей этой системой… — махнул рукой на экран, — мы прямо сейчас не можем отследить собственного рекрута. За которого несем полную ответственность. За безопасность которого отвечаем. Единственное, что меня сейчас волнует, лично меня, Лока Фарбау, это состояние Тейи Кин. И я смогу понять, как ей помочь, только если разберусь в мотивах капитана Ланса. Возможно, мы даже сможем предложить ему что-то взамен. Понимаете?

— Типа выкуп пленного? — фыркнула Мая.

— Я не знаю, — развел руками Фарбау. — Любые методы полезны. Главное, чтобы они были действенными.

Мая покачала головой.

— Дерек Ланс не похож на человека, которого можно купить, магистр.

И хотя её голос звучал почти насмешливо, внутри нарастала тревога. Тишина нависла между ними плотная, как свинец. Мая не знала, что сказать. Потому что сама почти ничего не знала. Зачем приходил Ланс? Почему он так интересовался тем, как Тейя видит реальность? Что он собирается с этим делать?

Фарбау чуть прищурился. В его глазах мелькнуло нечто острое, словно лезвие, сверкнувшее в темноте. Он быстро набрал что-то на тачпаде, пробежался глазами по экрану. Потом повернулся к Мае.

— То, что я собираюсь вам показать, Мая, относится к информации под грифом «секретно», — он замялся, будто пытался решить, стоит ли ей это видеть. — Я просто… думаю, вам нужно лучше узнать, кто такой Дерек Ланс.

Он повернул экран и на дисплее вспыхнули таблицы, схемы, списки.

— Взгляните.

— Что это? — отрывисто спросила Мая и нахмурилась. Её взгляд зацепился за заголовок документа: «Список перемещённых лиц». Интуиция настороженно встала в стойку. Мая видела подобные отчёты в репортажах ООН, где во всё горло кричали о нелегальном вывозе людей из колоний Третьего круга.

— Это отчёты о перемещении гражданских, — тихо сказал Фарбау, и указал пальцем в графу: — Вот здесь, откуда.

Мая вцепилась взглядом в слово.

— Глизе… — она прошептала это, не веря своим глазам. Из её планеты, их люди. Мая металась взглядом по строкам, по цифрам, пытаясь выхватить хоть какую-то информацию. Столбец «Количество». Тысячи? Нет… Десятки тысяч. Десятки. Чёртовых. Тысяч.

— Что… что это? — едва слышно прошептала Мая, не отрывая взгляда от экрана.

Фарбау прикусил губу, а потом очень тихо сказал:

— Это люди, Мая. Те, кого вывезли. Забрали из дома, из семьи.

Мая сглотнула.

— Зачем? — её голос сорвался на выдохе. Она продолжала скользить глазами по маршрутам перевозок. Запутанная сеть, остановки, транзиты. Второй круг, Венера, Аврора, Титан. Первый круг — Земля.

— Официально? Для трудовых работ.

— А неофициально? — машинально спросила Мая, хотя ответ был и так ясен. Каждый подозревал, куда отправляют этих людей. Рабские лагеря, испытания, исследования в секретных комплексах, где один чёрт знает, что творится. Но никто не знал наверняка. Потому что никто не возвращался.

Фарбау ткнул пальцем в графу «Подписант».

— А тут вся цепочка участников.

Мая проследила за его рукой. Перевозчик — «ДезертИгл-50». Командир борта — «Дерек Ланс».

Фарбау закрыл вкладку, начал искать что-то ещё. Но глаза Маи всё ещё видели цифры. Бесконечные ряды нулей, где каждая цифра — живая душа. Эти люди ходили с ней по одной улице, жили в соседних блоках, работали бок о бок. Сотни и тысячи потерянных семей… Родные, кому оставалось только молиться несуществующему Богу и ждать, что дверь вот-вот откроется и…

— И вот. Может, это вас убедит, — Фарбау почти прошептал эти слова.

На экране снова вспыхнули графики, схемы, таблицы. Невероятно сложная сеть. Точки передачи, маршруты, коды бортов, обменные пункты. Система, созданная для того, чтобы никто не смог отследить, кто, что и куда перевозит.

Мая пробежалась взглядом, пытаясь понять. Но имён не было, только цифры, кодовые обозначения. Не люди. Груз. Товар. Мусор. И тут… Её взгляд зацепился за одну из граф.

— Но… это… что? — ткнула пальцем в экран непонимающе. — Вот эта графа. Даты слишком… поздние?

Мая сама не знала, как сформулировать вопрос, но внутри уже всё похолодело.

Лицо Фарбау потемнело, руки, лежащие на столе, едва заметно дрогнули, и тишину разорвал едва слышный голос:

— Это дети.

Мая замерла. А потом лихорадочно перебегала глазами по таблице. Даты. Даты. Даты. Возраст от пятнадцати… до… Мая остановилась. До нуля лет.

Глаза метались по строкам, боясь увидеть ту самую дату. Тот самый день, когда в её жизни появилась Хлоя.

— Это… — её голос сорвался на полуслове. Она подалась вперёд, почти вдавливаясь носом в экран. — Это уже… исполненный… заказ?

Слово вырвалось само, продираясь через пересохшее горло и осев на дрожащих губах горьким пеплом.

Фарбау тяжело вздохнул.

— Да.

Щелчок и экран погас. Но картинка всё ещё горела перед глазами.

В густой, тёмной, ядовитой тишине прозвучал голос магистра:

— Поэтому у меня есть к ним доступ. Это старые записи. Но… — замолчал и его лицо исказилось. — Вы же понимаете, Мая, что система уже полна новых… заказов, — он почти выплюнул слово, словно ему самому было противно его произносить.

Экран выключен, но Мая продолжала смотреть в пустоту. Она всё ещё видела цифры. Все эти судьбы, закованные в статистику, лишённые даже имён.

Мая не знала, сколько прошло времени. Откинулась на спинку кресла, глядя в темный дисплей. Мышцы окаменели, двигаясь со скрипом, будто её заперли в глухом контейнере и залили сверху цементом так, что она даже дышать не могла.

Фарбау сидел, уставившись в стол невидящим взглядом, как и Мая.

Мая не была наивной. Она знала, что каждый выживает как может. Жизнь на Третьем круге, среди ожесточённых, закалённых людей, выбила из неё розовые очки ещё в детстве. Но Хлоя… Сестра жила иначе. Мая делала всё, чтобы она не знала этого мира, чтобы видела его так, как должен видеть ребёнок — с надеждой, с воодушевлением, с трепетным ожиданием чуда. Хлоя верила в сказки, которые Мая читала ей в тёмной комнате. Она рисовала красивое будущее и верила в него. Каждое утро встречала с улыбкой и ясными глазами.

Хлоя сейчас дома, с родителями, в безопасности. Но это сейчас. Точно так же считали тысячи других родителей. Точно так же они верили, что смогут защитить своих детей. Но стоило одному приказу уйти в систему… Стоило одной сделке закрыться… И чьё-то любимое имя превращалось в бездушный номер в базе. В цифру. В товар.

Дерек Ланс. Его корабль. Весь его грёбаный экипаж. Каждый, кто работал в этой системе, приложил руку к этому. К слезам, к горю, к разрушенным жизням. Каждый. Даже… Мая не смогла даже додумать, хотя имя гулким эхом отзывалось внутри.

Фарбау шумно и глубоко вдохнул, словно набирался сил, чтобы сказать следующее. Его голос был тихим и глубоким:

— Мая. Я не требую от вас личной информации, которую вы не хотите давать. Но, может, Ланс что-то упомянул… Я, право, даже не знаю, — покачал головой, глядя в сторону. — Координаты? Цели? Планы? Может, что-то техническое? — провёл рукой по лицу, словно стараясь стряхнуть усталость. — Даже мелочь может быть важна, понимаете? — в его голосе почти отчаяние. — Сейчас вполне возможно, что Тейя у него в руках. А кто знает, что такой человек может сделать ради своей выгоды?

Мая не сразу ответила. И когда заговорила, её голос был глухим и безжизненным:

— Он ничего особенного не говорил.

Она не смотрела на магистра, только вперёд, куда-то в никуда. Фарбау молчал и она продолжила:

— Только то, что у него после аварии что-то не так с кораблём, — чуть нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Какие-то изменения в кодовой системе борта. Что-то с технической стороны, — покачала головой и её голос сорвался на шёпот. — Я… я правда не знаю ничего.

В этот момент Фарбау едва заметно выпрямился.

И тишина сменилась. Она больше не была наполнена тревогой, но и пустой её не назовёшь. Что-то изменилось незаметно, но ощутимо. Воздух стал холоднее, но не резко, а так, будто по коже медленно скользнуло что-то липкое и незримое. Как если бы комната, в которой ты находился, вдруг изменила форму, но ты ещё не понял, как именно.

Мая вскинула голову.

Фарбау смотрел прямо на неё. Но теперь он был другим. Как будто его тут и не было ранее, и вот теперь он включился. Спина ровная, подбородок чуть приподнят, а глаза… Глаза чёрные, пустые. Как в первый день. Но теперь Мая поняла, что именно в них не так. Они не просто смотрели, они всасывали. Эмоции, мысли, время. Затягивали и поглощали энергию беззвучно, безмолвно и без следа.

— Вы мне очень помогли.

Магистр произнёс это сухо, как человек, ставящий галочку в отчёте, или техник, выключающий прибор.

— Вы свободны.

И всё. Он не улыбнулся, не откинулся в кресле, просто выключил Маю.

Мая не сразу поняла, что именно её так тревожит. Ощущение было странным, неправильным. Как если бы ты вышел из комнаты, но понял, что забыл там что-то важное, и теперь не можешь вспомнить, что именно. Что-то еле заметное, но гадкое, скользнуло внутри.

Ей стало неуютно в своей коже, будто её уже использовали. Не явно, не грубо, а так, что Мая даже не успела понять, где именно закрылась ловушка. Но она закрылась. И именно в этот момент, в глубине этой застывшей, чернильной, густой пустоты, Мая увидела.

Вот он, настоящий Лок Фарбау. Вот она, ловушка, в которую она сама себя загнала. Мая погналась за наживкой. И сама же за собой захлопнула капкан.