Глава 27.1

Ангар трещал от шума двигателей и гула людских голосов, воздух был плотный, пропитанный гарью и химией. Дерек шёл быстро, уверенно, будто по собственному дому, а Эол следовал чуть позади молчаливый тенью, но взгляд его скользил по каждому углу.

— Ты уверен, что он всё ещё тут? — буркнул Эол, скосив глаза.

— У таких, как он, ноги короткие, но язык длинный, — ответил Дерек, обогнув группу погрузчиков. — Если только не продался кому-то жирнее.

Они свернули в боковой сектор, спустились вниз по гулкой лестнице. Там было темнее, плотнее, тяжелее дышать. Сплошные отсеки, переоборудованные под частные «офисы», а по сути, свалка бывших корабельных кают, сваренных в один узкий коридор.

— Не уж-то сам Дерек Ланс? — донёсся голос откуда-то из-за покорёженной двери.

— Знаешь, что хуже слухов на Авроре? — Дерек ухмыльнулся, не сбавляя шаг. — Их точность.

Из-за двери вышел человек, седой, с механическим глазом, в мятых штанах и жилете, который, похоже, держался на соплях и удаче.

— Думал, подох ты, — хмыкнул старик, и механический глаз с шипением задвигался.

— Почти, — Дерек хлопнул его по плечу. — Всё ещё торгуешь глазами?

— Глазами, ушами, задницами. Всё, что видит, слышит или даёт. Что ищешь?

Цепкий взгляд прошелся по обоим мужчинам, по темному коридору, проверяя нет ли лишних ушей.

— Дроны на шестом уровне, — сказал Дерек. — Я знаю, что часть потоков сливается в теневую сеть.

— Сливается, да. Но не ко мне, — развел невинно руками.

— Сливается к тебе, иначе я бы не пришёл. — с нажимом сказал Дерек. — Мне нужны записи за последние двое суток. Площадка стыковки, сектора 14–18.

— Жёсткий запрос, — пробормотал тот, прислонившись плечом к косяку. — Я за такое обычно беру не кредиты, а души.

Эол молча встал в шаге от него, и старик быстро добавил:

— Но сегодня скидка. Передам архив через буфер. Десять минут ждёт?

— Ждёт, — сказал Дерек. — И если найдём, что ты срезал что-то, я пришлю тебе его, — кивок в сторону Эола. — А он не даёт вторых шансов.

— Понял, принял. Только не двигайтесь сильно, тут сеть чувствительная, может принять вас за дроны с оружием.

Через пять минут им передали доступ к буферу с планшета на планшет.

— Гони по временной метке, — коротко бросил Дерек.

— И где тут прелестные беглянки? — пробормотал Эол, сдвинул фильтры, вытягивая нужный временной отрезок.

На экране один из потоков резко дернулся и выдал ускоренное движение, силуэты, бегущий ритм шагов.

— Вот, — встрепенулся Дерек и ткнул в экран.

Две фигуры в капюшонах, с перегруженными рюкзаками, прорывались сквозь толпу, пока камера плавно следила сверху. И бежали они так, будто впереди их ждёт не спасение, а скидки на нижнее бельё и последний автобус на Землю. Вот одну из них потянули за шкирку, как пойманного щенка, а она замахала руками в воздухе, как испуганная курица на ветру, которая решила взлететь, но забыла, что не умеет. Пока дергалась и орала что-то невнятное, кто-то ловко выудил из рюкзака комм-пакет. Вторую кто-то из толпы цапнул за задницу, и пока она в панике пыталась понять, чей это был палец, другая рука уже сдавила грудь.

— Ну охуеть теперь, — выдал Эол.

— Не говори, — буркнул Дерек, хватаясь за лоб, готовый выстрелить себе в колено от зрелища.

— Вот только бабы могут так светиться, когда надо быть тенью, — проворчал Эол, тыкая пальцем в экран. — Рюкзак на башке, шаг как у спринтера, и паника такая, что аж дроны вспотели.

— Говорил же, Аврора их удивит.

— Да уж удивила, надеюсь. Да так, что больше сюда не сунутся.

— От этих не знаешь, чего ждать, — вздохнул Дерек. — И куда они ушли?

Эол провёл пальцем по диагонали экрана, вызывая карту движения дрона. На дисплее выстроилась траектория, потом резко выскочил обрыв сигнала с красным значком: «Доступ ограничен. Сектор вне охвата».

— Дальше слепая зона, — буркнул Эол. — Камеры туда почти никогда не доходят. Эти секторы выкупают торговцы, сутенёры, вся шваль, кто не хочет светиться.

— Мы не можем поднять другие потоки?

— Только через платные каналы. Или если по-чёрному отсканим архив. Но времени уйдёт больше, чем у нас есть.

Эол замер, постукивая пальцем по раме панели.

— Они исчезли ровно там, где исчезают все, кто или дохнет, или больше никогда не находится.

— А нам надо найти, — выделил Дерек. — Думай, Эол, думай. Ты тут каждый угол знаешь, наверняка залежались старые связи.

— Связи-то есть, — пробормотал Эол, чуть поморщился: — Вот только такого себе качества.

— Нам выбирать не приходится, — Дерек встал. — Пошли, надо найти транспорт. Аврору пока обойдешь, полжизни уйдет.

Эол ехал впереди, Дерек за ним. Они проехали несколько извилистых кварталов, по которым Эол, кажется, ориентировался без навигатора. Заехали в самые трущобы и вышли из машины. Эол свистом подозвал какого-то мальчишку, перекинул ему пару койнов и пообещал:

— Будут целые, получишь еще пять.

Улицы в этой части Авроры были узкие, вонючие, с вентиляцией, которая дышала жаром, и кабелями, свисающими прямо на головы. Свет мигал, словно в предсмертной судороге, со всех сторон пахло гарью, мазутом и перегретым металлом.

Они свернул за заброшенные ангары, прошли мимо киоска, где продавали кислородные жвачки и заменители кожи, спустились ниже, где не было указателей вообще. Только запахи, следы старых боёв и обугленные стены.

— Это он что ли твой контакт? — прищурился Дерек, глядя на непонятное нечто, сидящее на ящике у испарителя, весь перекрученный в себя, как слипшийся моток проводов.

— Ты сам говорил, выбирать не приходится. Но к нему стекается вся инфа о чужих, — бросил Эол и пошел вперед.

Кожа у парня была угольная, с серым подтоном, дреды слиплись в снежные жгуты, как будто голову окунули в горсть пепельного инея. Он вскинул тяжелую голову и сверкнул глазами, в которых не было фокуса. Вдруг дернулся всем телом и начал чесать виски, как будто там была кнопка подачи. И правда, пальцы прижались к клеммам, и через пару секунд по шее пробежала конвульсивная дрожь.

— Эй, — сказал Эол, как будто просто констатировал факт существования этого куска плоти.

— Ммм… — торчок втянул в себя воздух, сглотнул. — Кто?

— Ослеп? — сухо спросил Эол и торчок сфокусировался, насколько смог, прищурился изо всех сил. Тяжелая голова упала вперед, и парень щёлкнул языком.

— А, вибрация старая, знакомая… Прах даёт хлас… Эол, ска. Мгм… Белый Пёс.

Он протянул ладонь, но Эол не шевельнулся.

— Ты всегда был минус-драйв, — торчок ухмыльнулся. — Рекай. Или плотью светишь?

— Девки, — коротко ответил Эол, нависая над ним тенью. — Две. Латка с темной копной и светлая, тонкая как проводка. Гружённые. Видел, нет?

Торчок грохнул головой об колено, то ли чтобы вспомнить, то ли чтобы заткнуться, потом вздохнул и буркнул:

— Мгм… видел… или чувствовал… или во сне.

— Тело вспоминай, не сон.

— Да… были, были, с обсосником. Трикс. Срань каналочная, толкает интры в Эфи, хитит гниль. Завёл туда, ага. Рюкзаками пульсили, на марафон тип или чё.

Дерек слушал, пытаясь уловить хоть одну внятную мысль, но Эол, кажется, все понимал и без словаря.

— А выход?

— Не, — тяжело мотнул головой, которая казалось висела на ниточках. — Я не спектродрон. Эфи сейчас молчит. Или всё, или почти всё.

— Кто ещё?

— Я не подписчик трансляции… — он снова почесал виски, нажал на импульс, шея запульсировала и он вздохнул сладко. — Эол… кинь пропуск.

— Куда?

— На Вязь. В зал. Где кровь на стеклах. Сетка дешёвка, Вязь мрак с музыкой. Ну, ты в теме.

— Это инфа или просьба?

— И то, и то, — торчок расплылся в улыбке. — Дам координатку. Но взамен взгляд на бой. Нужен скулёж.

Эол молча передал контакт и торчок тут же передал адрес EFY, точки обхода, списанные маршруты.

— Тут, — ткнул пальцем. — Через блок, мож ещё дышит.

— Благодари судьбу, что ты гниль, а не кровь, — бросил Эол, разворачиваясь, и они с Дереком пошли прочь.

— Эй! — крикнул торчок вдогон. — А пропуск?

Эол даже не обернулся.

— Если Мокрая даст, смерть вживую. Если нет, в трансляции будет пусто.

Торчок засмеялся сквозь зубы, находясь одной ногой в реальности, второй в слепой зоне.

Они подъехали к отелю, когда день уже стекал в дрожащий неон, а улицы казались гудящими органами, дышащими техновонью и усталостью.

EFY был закрыт. Попытка заглянуть в окна провалились, те были наглухо забиты изнутри. Ни света, ни движения.

— Да твою ж, — процедил Дерек, тукнув кулаком по дверной панели. — Может напиздел твой контакт? — раздражённо спросил Эола, но тот лишь пожал плечами.

— С такими уродами не подгадаешь, то ли правду говорит, то ли мечты описывает.

Попытка получить доступ к камерам провалилась, когда запрос завис в буфере.

— Это тебе не Люмен, — заметил Эол. — Тут каждый запрос тянут через три прокладки.

Дерек прислонился спиной к двери, прикрыл глаза, но свет от вывесок пробивался даже через прикрытые веки, добираясь до самого мозга.

Где же ты, Тейя? Знаешь ли, чувствуешь, что я рядом? Что ты делаешь в этом неоновом дне? Как вообще вас угораздило ввязаться во всё это?

Его бы воля, привязал бы к себе намертво, чтобы знать каждую минуту, каждую секунду, где она и чем дышит. А не так, слоняться по чужим планетам, с каждым новым поворотом ожидая то ли нападения, то ли информации, что с ней что-то случилось.

А винить-то кого? Эола, который здесь как рыба в воде? Но и он не волшебник. Как в многомиллионном улье, среди роя потерянных душ, прогнивших переулков, сотен уровней найти ту самую белобрысую, сероглазую занозу, что засела так глубоко?

— Эй, глянь, — шепнул Эол и Дерек распахнул глаза. Помощник кивком указал на пацана в лоскутном худи, который сидел на ступеньках за мусорным контейнером. Мальчишка лет семи, босой, с браслетом на щиколотке и мешком с импульсными лолипопами.

— Туристов ловит, — шепнул Эол и шагнул к пацану. — Эй, дыхни сюда.

Тот замер, настороженно вытянувшись. Глаза острые, взрослые, забегали по улице, словно ища пути отхода.

— Вопрос есть, — голос Эола был обманчиво спокоен, пока он медленно, шаг за шагом, приближался к мальчику. — Всё видишь, слышишь.

— Прост поток дропаю, — буркнул тот, шмыгнув носом.

— Не пизди, — отрезал Эол. — Живёшь на щелчках, значит видел.

Вытащил браслет, помахал перед парнем и десять койнов прыгнули тому на браслет.

— Сегодня свободен. Две латки заходили сюда? — Эол кивнул на отель. — Беглые. Разношёрстный скин, груз за спиной.

Пацан отрывисто кивнул.

— Шибанутые банди, — ответил рублено. — С обсосником из каналки, Трикс. Он на входе джуг мутит, повёл внутрь.

— А обратно? — Эол прищурился.

— Не-а. Тихо было. Ни щёлка, ни рыпа.

Дерек напрягся и Эол, словно почувствовав, остановил его жестом.

— Вход другой?

Пацан замер, вновь оглядел периметр острыми глазками и вернулся к Эолу.

— Венти-дверь. Выбросной, старый. Не все знают. Пять койнов, бхай.

Эол не ответил, просто скинул ещё пять.

— Веди.

Пацан рванул вбок, сквозь переулки, облитые ржавым светом, и показывал маршрут, с ходу роняя сленг, объясняя коротко и рвано, как дыхание самой улицы.

— Тут, — пацан ткнул в дверь. — Джам вход, прям к нутру. Тока шмыгнуть тонко, не дрочить на щёлки.

— Кто тебя туда пускал? — хмуро спросил Дерек.

— Я ж не плоть, я ток, — отрывисто бросил пацан и шмыгнул носом. — Не надо, никто не засветит.

Дерек дернул дверь, но та была словно наглухо спаяна.

— И куда их понесло потом? — спросил он и Эол ответил тихо:

— Если они вообще здесь были.

Они оглянулись и одновременно уставились в одну точку. Над улицей, чуть дальше, возвышался треугольный фасад, со сквозным окном над потухшими неонами. «Last Light Shelter».

— Вот бля-ядь, — выдохнул Эол.

— Единственное место, куда могли податься только идиотки, — пробормотал Дерек. — Если бегут, то туда, где кажется, что спасают. Пошли, — бросил Эолу и первым шагнул в сторону шелтера.