Глава 21 Ловец снов

Брайан Измотанная Кэсси отрубилась, а у меня сна не было ни в одном глазу от беспокойных мыслей. Спустившись вниз к холодильнику, обнаружил брата за тем же занятием: бодрствованием. Полуночничать вдвоем веселее, так что мы решили устроить ночные посиделки в моем тренажерном мини-зале, оборудованном в гараже. Я отгородил его стеклянной перегородкой, превратив все помещение в мужскую обитель. Здесь и бар есть, правда, он под завязку забит минералкой. – Дай мне три дня, – обращаюсь я к брату, не прекращая колотить по боксерской груше. – В чем смысл оттягивать неизбежное? Макс усердно перебирает ногами по беговой дорожке. Он переоделся в свои вещи, которые я храню у себя на случай его приезда. – Ты не поймешь. Останавливаю раскачивающийся мешок и зубами подцепляю бинт на запястье, чтобы размотать его. – Куда уж мне! Вижу все, не имбецил. – Он нажимает на «Стоп» и, вытирая лицо полотенцем, подходит ко мне. – Занозу лучше вынимать сразу, а не ходить с ней несколько дней, доводя до нарыва. – Неудачное сравнение. Она, скорее, мой пластырь на кровоточащей ране. – Да ты романтик, оказывается! – Макс шутливо пихает меня в плечо и, протянув бутылку, чокается с ней своей. – Все будет нормально, Брайан. Я помогу тебе. Кривлюсь в болезненной полуулыбке: – В чем? Будешь моим шафером? Я поведал брату о своем плане по отвлечению внимания Дона, чтобы подобраться к сейфу. С высокой вероятностью там находится то, что поможет операции в Майами. Мне нужно вооружиться, в первую очередь, информацией. Я должен отснять все имеющиеся в сейфе материалы, и на все про все у меня будет максимум десять минут. – Знаю, я не вправе вмешиваться в дела АНБ, хоть оно и подчиняется нам, но то, куда ты собираешься сунуться, мне очень не нравится. – А, так ты про Аль-Джафара… – Про него. Извини, но я влез в вашу базу. – И? – фыркаю, отпивая из своей бутылки. Злости на Макса нет. Я бы сделал то же самое, если бы он попал в какие-нибудь передряги. – Я поеду с тобой. – А вот это чуток задевает. Ты совсем в меня не веришь? – Брайан. Я сейчас говорю как твой брат, а не как сотрудник спецслужб. То, во что ты вляпался… – АНБ даст мне людей, – перебиваю его. – Я не выйду один на один с террористом. Может, я и произвожу впечатление отмороженного психа, но мозгами не обделен. – Рядом с тобой должен быть тот, кто заинтересован в твоей жизни. Для АНБ – ты такой же расходный материал, как любой другой агент, понимаешь? И в операциях, подобных этой, вторых попыток не бывает. Смотрю в серые глаза старшего брата, а ощущение, что на меня смотрит отец. В детстве Макс любил раздавать мне люлей, а еще больше любил засыпать нравоучениями (если честно, это его самая противная черта характера), но сейчас я завидую самому себе. В такие моменты, как этот, приходит осознание, что я не одинок. Что за моими плечами всегда есть тот, кто в критичный момент выскочит вперед, чтобы закрыть собой. То же относится и ко мне. Это называется семьей. – Помощь мне не повредит, но как к этому отнесутся в нацразведке, ты подумал? – А мы сделаем так, что они не узнают. Я, вообще, в отпуске. – Макс подмигивает, присаживаясь на капот своего автомобиля. – Буду твоей тенью. Черт, ему явно наскучила офисная жизнь в пиджачке. Я ведь вижу, как у него глаза горят в предвкушении. – А Лили? – Она думает, что я уехал решать вопросы с депортацией Кассандры, —отвечает он нейтральным тоном, потирая переносицу. – Воу-воу, начались первые секретики от жены? – Не хотел подливать масла в огонь. Оно как-то само. – У меня нет от нее секретов. А то, что по службе, семьи не касается. – И как ты объяснишь ей отъезд в Майами? Она же увяжется за тобой. По местным подружкам соскучилась, наверное. – Я решу этот вопрос, не переживай. – Только не делай меня козлом отпущения. Я Лилипуту врать не люблю, знаешь же. – Разберусь. – Ну, так что с отсрочкой? – возвращаюсь к наболевшему, так как хочу сгонять с Кэсси кое-куда. – Бери свою отсрочку, – ухмыляется братец. – Я отсижусь в твоей квартире. *** Кассандра Мой взгляд с восхищением скользит по белоснежному платью, и сердечко трепещет от волнения. До сих пор не верю в то, что вижу. Корсет приподнял грудь, визуально увеличив ее, и я улыбаюсь, представляя, как этот штрих понравится Брайану. Наверняка он начнет подгонять священника, чтобы поскорее уединиться со мной в одном из церковных туалетов. Так и вижу, как мы несемся по затемненному коридору, хохоча, точно подростки. Я укоряю Брайана за святотатство, а он уверяет меня в том, что мы и так уже грешники. Одним грехом больше, одним меньше… Мои выпрямленные волосы собраны в невысокий пучок, к которому прикреплена полупрозрачная фата, расшитая объемными цветами. Длинный шлейф платья стелется по полу мягкими волнами, и в уме возникает запоздалая мысль о том, как бы не споткнуться, когда я буду идти к будущему мужу по проходу. Не могу поверить, что скоро мы будем вместе во всех смыслах этого слова. Внезапное движение позади заставляет обернуться в испуге. Вижу перед собой того парня, что направлял на меня пистолет в автобусе. Мэддок, кажется. Он злорадно улыбается, и только сейчас замечаю в его опущенной руке револьвер. В тот же миг в животе простреливает адская боль, привлекая все мое внимание к этой части тела. На белом корсете расплывается ярко-алое пятно, поверх которого уже лежат мои ладони. Что происходит? Я хочу закричать, позвать Брайана на помощь, но глупо открываю рот, из которого не вылетает ни единого звука, будто кто-то стиснул мою шею стальными прутьями. Покрываюсь испариной от удушья и от собственного бессилия. Ноги словно приросли к полу. Мне становится так страшно. Надо обязательно позвать Брайана. Он спасет меня. Всегда спасал. – Брайан! – кричу что есть мочи, но из горла вырываются лишь свистящие звуки. – Брайан! – Я плачу, потому что Мэддок вновь поднимает пистолет. Это конец. – Брайан! Брайан! – пискляво передразнивает парень, коверкая мой голос. – В этот раз он не поможет, сучка. Меня начинает потряхивать, как в лихорадке. Я закрываю глаза, отказываясь смотреть в лицо своей смерти, и, наконец, слышу голос того, кого хочу всегда видеть рядом. – Кэсси, посмотри на меня! Ты слышишь? Кэсси! Открываю глаза и инстинктивно хватаюсь за живот. Надо мной склонилось обеспокоенное лицо Брайана. Фантомная боль исчезает, и до меня доходит, что это был сон. Облегченно выдыхаю и обнимаю Кроу, притягивая к себе. Он подтягивается спиной к изголовью и ловким движением усаживает меня на бедра боком. Одной рукой любимый крепко прижимает к своей груди, а другой – ласково перебирает пряди волос. Такого трогательного Брайана я еще, пожалуй, не видела. – Кошмар приснился? – Что-то вроде того. – Утыкаюсь носом в ямочку между ключицами, вдыхая родной запах. – Расскажешь? – Ты будешь смеяться. – Не буду, – уверяет он серьезным тоном. – Мне снилась наша свадьба. Я ожидала, что Брайан напряжется подо мной, даже вжалась сильнее, чтобы не пропустить этот момент и остановить свой нелепый рассказ, который никогда не станет явью. Но вместо этого он целует меня в макушку и продолжает поглаживать. – Она была такой ужасной? – без тени шутки интересуется Кроу. – До нее так и не дошло. Меня в этом сне убили. Его рука замирает на моем плече: – Кто посмел? – Мэддок. Я его видела таким же, как в тот вечер в автобусе. Только на этот раз он выстрелил. – Это всего лишь сон, Колючка. Я никому не позволю тебя обидеть. – Брайан… – глубоко вздыхаю я. – Если я уеду, ты не сможешь отвечать за мою безопасность. Вполне возможно, меня собьет грузовик в первый же день на новом месте, и все твои усилия будут напрасными. Он замолкает, а потом резко наваливается на меня, и мы оба оказываемся в лежачем положении. Подмяв меня под себя, Брайан начинает перебирать пальцами по чувствительным точкам между ребрами, вызывая нестерпимый приступ щекотки. Непроизвольно смеюсь, но не могу скинуть с себя тяжелое мужское тело, поскольку Кроу зажал своими бедрами мои ноги и руки. Сквозь собственный хохот я выхватываю до боли приятный звук: смех Брайана. Искренний, настоящий. Окрашенный счастьем, беззаботностью и весельем, а не злорадством или насмешкой. – Хватит! Пожалуйста, перестань! – мой вопль расходится, наверное, по всей вилле. – У меня сейчас сердце разорвется! – Где? Тут? Кроу ослабляет хватку и, сдвинувшись вниз, принимается покрывать хаотичными поцелуями кожу сначала под ключицами, а затем все ниже и ниже, по-видимому, в поисках того места, где бьется сердце. – Или тут? – Не успеваю отдышаться, как моя левая грудь оказывается во власти рта Брайана. Он сильно втягивает сосок и с аппетитным причмокиванием выпускает на свободу, забавляясь тем, что превратил его в мелкий камешек. Наблюдаю, с какой любовью Кроу разглядывает мое тело, и сердце обливается нестерпимой горечью от предстоящего расставания. Мне известно о выборе Брайана. Вчера вечером я совершила гадкую вещь: подслушала их разговор с Максом, и поняла, что все куда хуже, чем рисовало мое воображение. Что ж… Видимо, у Вселенной на нас свои планы. Мы оба обнажены, но в действиях Кроу нет никакого сексуального подтекста. Теперь его крепкие руки обнимают меня, забравшись под спину, а голова покоится на животе. Мягкие губы выписывают те признания, которые он не может произнести вслух, но очень хочет. Я это знаю. Я все чувствую. Несколько раз поцеловав меня в живот, Брайан поднимает свое лицо к моему и как-то задумчиво оповещает: – Нам нужно срочно вставать, иначе так и проваляемся друг в друге несколько дней. – Друг в друге? – хихикаю я, пропуская пальцы сквозь черные волосы. – Или друг на друге, или друг под другом. Любой вариант будет верным. – Сейчас только начало светать, – бросаю взгляд на светлеющее небо, на котором еще можно рассмотреть парочку звезд. – Я хочу отвезти тебя в одно место. На сборы полчаса. Пока ты умываешься, приготовлю нам завтрак. – Есть, мой генерал! – немедля отвечаю, приставив ребро ладони к голове. У меня нет догадок, о каком сюрпризе речь, но, судя по тому, что ради него Брайан отказался от секса, мне он определенно понравится.