Глава 25

Глава 25

- Ты знал? - тихо спросила Эвелина, тоскливо глядя в окно.

- О чём именно? - отозвался Талрек. С тревогой посмотрел на супругу.

Когда Айгвард ушёл, он, вернувшись в палату жены, застал её в таком подавленном состоянии, что готов был прибить мерзавца, за то, что довёл Эвелину.

Костеря на все лады Айгварда, напоил супругу успокаивающим настоем и только через час она потихоньку начала приходить в себя.

- О том, что Кристэн остался в мире Бездны? - спросил, но так как Эвелина не ответила, продолжил: - Да, его друг сказал мне. До этого даже не догадывался о таких тонкостях с кровью. И я кстати не знал, что в банке нет крови Линара и ты записала его как пасынка.

- Я о его дочери, - Эвелина апатично посмотрела на супруга.

- Хм, об этом, да, конечно знал. Я же постоянно читаю вестники. Кристэн немалая фигура в вашем королевстве и занимал высокий пост. Писали о каком-то заговоре, но кто именно виновен – я так и не понял.

- Любовник Вигдис.

- Хм… Вигдис – это глава конкурирующего рода? - уточнил Талрек и Эвелина кивнула:

- Когда Вигдис судили, Кристэн выступал в роли обвинителя и настаивал на смертной казни. Её любовник затаился на некоторое время и после нанёс удар, отомстил. Благостные… бедный ребёнок, - Эвелина всхлипнув, вытерла со щёк слезинки. - Она ведь была совсем малышкой!

Некоторое время помолчав, продолжила:

- Знаешь, мне страшно подумать – что было бы, если кто-то знал о Линаре. Какой опасности мы бы подвергались. Я даже не могу представить, что было бы со мной, если бы Линар…

- Тише, ну что ты? - Талрек обнял заплакавшую супругу. - Всё хорошо, твой сын в безопасности и о нём никто не знает.

Эвелина, всхлипнув, вскинула на мужа заплаканные глаза и не успела ничего сказать, как Талрек грустно усмехнулся:

- Ты ведь расскажешь Айгварду?

- Кристэна не спасут без крови Линара. Что бы Крис не сделал, как бы я не ненавидела его, но промолчать… Я не могу, понимаешь?

Талрек с грустью смотрел на жену и, убрав от её лица выбившийся локон, спросил:

- Ненавидишь? Это вряд ли, Лина. Не отрицай, - он поднялся на ноги и бросил ещё один пронзительный взгляд на жену: - Я приглашу к тебе Айгварда.

«А ненавижу ли?» - спросила сама у себя Эвелина, когда дверь за супругом закрылась и, прикусив губу, горько заплакала.

Когда явился Айгвард, она успела успокоиться и кое-как осмыслить то, что он рассказал. Но Эвелине было страшно, до жути, до трясущихся рук – открывать ему тайну.

- Вы должны мне поклясться, трэл, в том, что услышанную от меня тайну, вы никогда не расскажете ни единой душе. Ни словом, ни делом, ни намёками. Принесите мне клятву, трэл!

Потребовала решительно и молча наблюдала за тем, как Айгвард, чуть прищурившись, достал клинок, рассёк им ладонь и когда вниз, на пол закапала кровь, начал говорить:

- Я клянусь, что никому, ни единой душе не расскажу о том, что у трэи Эвелины есть сын и зачат он был он трэла Кристэна. Хансей, клянусь эфиром!

Бело-серые искорки сорвались с ладони мужчины и устремились к каплям крови, пронзили их, иссушая, отчего те, зашипев, превратились в крохотные облачка пара.

- Вы знали? - ошарашено выдохнула Эвелина.

- Скажем так – был не до конца уверен, - усмехнувшись, Айгвард прикрыл на миг глаза, залечивая себе порез.

- Так значит, поэтому и рассказали мне о том, что случилось с Крисом? Вы… да вы манипулировали мною, моими чувствами! - задохнулась от ярости Эвелина. - Он скучал, он бедный не жил…

- Вы ошибаетесь! - зло сверкнув глазами, прервал Эвелину Айгвард. - Я не мог знать точно. И не забывайте – неизвестно, получится ли вытащить Кристэна. Сегодня – шестой день, как Крис находится в мире Бездны и кровь вашего сына нужно ещё привезти. Вы ведь уже успели его спрятать, разве не так?

Открыв рот, чтобы обличить Айгварда во всех грехах, чтобы излить на него свою ярость и гнев, Эвелина, не проронив ни слова, отвернулась, продышалась и после попросила:

- Позовите моего супруга, он сопроводит вас к Линару.

Остаток дня Эвелина провела, сходя с ума от тревоги и неведения, но к вечеру её отвлёк внезапный посетитель.

- Вас пришёл навестить трэл Микард, говорит, что он ваш коллега, - оповестила медсестра. - Просить?

Вот о ком Эвелина не вспоминала, так о своём новом ухажёре. Отогнав мимолётную вспышку стыда, быстро привела себя в порядок и когда Микард вошёл, встретила его улыбкой.

- Благостные, - мужчина, присев на край постели, держал её ладони в своих и взволнованно вглядывался в лицо Эвелины. А она… она почему-то отводила взгляд: - я так волновался за тебя. Узнавал – как твоё самочувствие, но увы, навестить не мог. Ты же не попрекнёшь меня?

- О чём ты? - удивилась Эвелина. - Конечно нет.

- Я пытался к тебе пробиться, но твой супруг постоянно был здесь. Помню твои слова о ваших непростых отношениях, но…

- Не надо, - прервала его Эвелина: - не оправдывайся. Тем более я была не в том состоянии, чтобы принимать посетителей, - проговорила и, заметив, как помрачнел взгляд Микарда, торопливо добавила: - Мне как женщине важно выглядеть хорошо, а как очнулась, была в таком состоянии, что пугала саму себя в зеркале.

- Лина, - укоризненно протянул Микард: - ты для меня всегда прекрасна.

Мужчина, поцеловав ладонь Эвелины, взглянул на неё таким взглядом, что у неё сердце защемило. Тревога, волнение, нежность сквозили в его глазах. И Эвелине показалось, что где-то глубоко кроется искорка любви. Ей вдруг стало стыдно, что она за эти дни не вспомнила о нём, да и не хотела встречи. Стыдно, что сердце и душа не откликаются на его взгляды, его присутствие.

- Мик, - сглотнув, она отвела взгляд: - прости, но нам надо расстаться.

- Почему? - тихо и обречённо спросил Микард, на что Эвелина тяжко вздохнула:

- Если ты спрашивал о моём состоянии, наверняка знаешь, что мой дар… что он едва не выгорел, и я не смогу более работать у перворазлома. Да и вообще не представляю – чем я буду заниматься.

- Разве это важно?

Эвелина посмотрела на Микарда, сталкиваясь с его удивлённым взглядом, и попыталась улыбнуться в ответ на его мягкую улыбку.

- Лина, понимаю – не время и не место, но я предлагаю связать наши жизни браком. Конечно после того как ты разведёшься. Ты стала мне очень дорога, очень, - произнёс Микард проникновенно, сжимая её ладони и прикладывая к своей груди. - Я клянусь, что буду обеспечивать тебя и сына и тебе не нужно будет работать. Я приму твоего сына и клятвенно заверяю, что всегда буду заботиться о нём. Только прошу тебя – дай мне шанс.

У Эвелины промелькнула мысль, что она могла бы дать ему надежду, но сразу же отмела её. Она не любила его и не пылала, не тянулась к нему.

- Мик, я не могу, - прошептала и попыталась вытянуть свои ладони из нежного захвата, но Микард удержал. - Сейчас у меня очень сложная ситуация и я… мне нужна реабилитация, мне нужно позаботиться о сыне и решить, чем заниматься дальше, как жить. Мне нужна передышка, чтобы переосмыслить случившееся, понимаешь? - она отважилась поднять на мужчину взгляд и тотчас прикусила губу. В глазах Микарда сквозила такая тоска, что у неё сердце сбилось с ритма. - Прости меня, - прошептала, вновь опуская взгляд.

- Не отказывай, прошу тебя, - попросил Микард. - Просто подумай и…

- Мне нужно уехать, - покачав головой, Эвелина всё же высвободила свои ладони.

- Куда?

- Не знаю. К морю или в отдалённую деревушку, поближе к лесу. Но уж точно подальше от гор, - усмехнулась Эвелина. - Я просто хочу отдохнуть и набраться сил.

- Я буду ждать, - Микард встал и уже подошёл к двери, как Эвелина его позвала:

- Мик, не надо. Я не люблю тебя, - всё же решилась на признание.

- Тебе нужно время, - подавлено ответил Микард. - Я подожду. Напиши мне через месяц.

Эвелина в ту ночь так и не уснула.

Было сильнейшее желание согласиться на предложение Микарда, но увы – понимала, что не чувствует к нему ничего кроме благодарности. Она хотела почувствовать себя желанной, хотела страсти, но не думала, что у него вспыхнут к ней такие глубокие чувства. Размышляла – а что, если дать ему шанс и тотчас качала головой. Она не сможет до конца открыться ему. Знала – он не сможет защитить Линара и ей придётся самой искать выход из этой ситуации.

«И что изменится? Всего лишь поменяю мужей – проверенного, надёжного Талрека, на Микарда, о котором практически ничего не знаю. А если пройдут его чувства или он мне в отместку расскажет кому-нибудь о даре Линара?», - задавалась вопросом Эвелина и вновь вспоминала рассказ Айгварда о жизни Криса. Вот при этом её сердце сбивалось с ритма, а душа начинала плакать.

Она в который раз спрашивала Благостных – за что ей выпали такие испытания. Задыхалась от гнева на Кристэна и понимания, что он такой же заложник мерзостных интриг его матери и Вигдис. Спрашивала саму себя – смогла бы она простить его и тотчас гневно сжимала кулаки, еле слышно шипя сквозь зубы: «Ни за что! Он мог мне рассказать! Мог просто поговорить!».

В памяти всплывали слова Айгварда о том, что у неё не было шансов оправдаться и понимала, что он прав и это удручало, рвало душу.

В итоге, когда на утро в палату вошёл Талрек, ему вновь пришлось идти за успокоительным настоем.

Выслушав рассказ мужа о том, что кровь у Линара Айгвард взял и сейчас Кристэна ищут, используя кровь сына как маяк, Эвелина и вовсе впала в нервное состояние, не в силах усидеть на месте.

- Сколько могут искать? А если не найдут? Что Айгвард скажет про кровь, откуда взял?

- Айгвард всем сообщил, что отправлялся перерыть запасники в Канцелярии королевства. Сказал, что обнаружил чудом сохранившуюся ампулу с кровью его матери. Ну а так как он его друг, соратник, кровь конечно никто проверять не стал и тайна – чья она, не откроется. Ну а на остальные вопросы могу только сказать, что надо ждать, - развел он руками.

Переживая и нервничая, Эвелина попросила Талрека рассказать о сыне, а когда узнала, что у Линара, как, впрочем, и у нянечки, и Ринольда всё хорошо, взволновано спросила:

- И что же теперь? Айгвард знает про убежище и где находится домик. Опять заново искать?

- Он не расскажет. Ведь поклялся скрыть тайну о Линаре. Да и если бы хотел, давно рассказал о своей догадке Кристэну. Но не сделал этого.

- Вот и меня терзает этот вопрос, - нахмурилась Эвелина. - Почему? Ты как думаешь?

- Даже предположить не могу, - покачал головой Талрек.

- Я хотела спросить – ты планируешь остаться здесь или поедешь со мной в деревушку?

- Ну куда я без вас? - улыбнувшись, Талрек приобнял Эвелину за плечи и отстранился: - Сейчас придёт целитель, ещё раз тебя осмотрит и, если всё будет хорошо – завтра мы можем отправляться.

Время за разговорами пусть и тянулось медленно, но Эвелина хоть немного отвлекалась от тревоги и переживаний. Ближе к вечеру Талрек уехал, чтобы подготовить всё к отъезду. А ночью к ней с посланием пришла одна из медсестёр.

Едва ли не вырвав записку из рук женщины, Эвелина бегло прочитала послание и со слезами облегчения выдохнула:

- Нашли. Слава Благостным, он жив!

Как бы Эвелине не хотелось, как бы не трепетало мотыльком сердце, но она решительно отказалась навестить Кристэна, которого разместили в этом же центре, но в другом крыле. Айгвард сообщил ей о его тяжелом состоянии и что Крис не приходит в себя. Душа рвалась, тянулась и молила навестить его, увидеть хоть на секунду, а может быть позвать, чтобы он, услышав – очнулся. Но сжав в стальном капкане свои чувства, она рано утром выписалась из центра и уже в полдень они с Талреком покинули город.

Эфиркат, мягко покачиваясь, увозил супружескую пару всё дальше и дальше, но как бы Эвелина не хорохорилась и как бы не выдавливала из себя бодрые улыбки, чувство вины разъедало душу.