Глава 14

Честно говоря, первым моим желанием было впасть в банальную панику и не совсем красивый обморок.

Но где традиционные девичьи реакции, и где я?

И вместо того, чтобы носиться кругами, трагично заламывая руки, и истерично голося, я для начала села, свесив ножки с алтаря, резко сплюнув прямо на пол, не боясь осквернить святилище, и крепко задумавшись.

Ситуация, на самом деле, выходила так себе.

Агилара рядом нет, где он неизвестно, и что с ним тоже. Добавим сюда «щедрое» разрешение Темнейшего на пытки, и исход получается вообще, мрачнее самой темной ночи! Да еще и бешеная фантазия иномирянки, насмотревшаяся, начитавшаяся и успевшая лично лицезреть всякую небывалую бабуйню, подкидывает вполне определенные картинки. Например, как мой ушастик прикован цепями к стене, а один нехороший и не в меру любопытный дракон тыкает в него различной ерундой типа раскаленной кочерги. А мои познания об инквизиции? У-у-у!

На Рантаре, конечно, о такой беде не слышали. Но местные палачи, как показывала практика в несколько сотен лет, на самом деле те еще затейники!

Прям таки рада осознать, что Гил у меня не рыжий, и интересных родинок в не менее интересных местах у него не имеется.

Радовало меня только одно. Агилар, как ни крути, эльф, а еще он — Отступник. Их пытать бесполезно, они выдержат всё и даже чуточку больше, чем позволяет их бессмертное, но все-таки уязвимое тело. В смысле, если эльфа не грохнуть принудительно, жить он будет ровно столько, сколько захочет, и все болезни ему нипочем. Наши СПИД и рак в расчет не берем, здесь такая смертельная ерунда еще ни разу не проявлялась, сифилиса, чумы, тифа и холеры хватало за глаза.

Естественно, под проклятием Гила, его жизненный путь всё равно чуть укорочен природой… но характер тысячекратно ужесточен упрямством и злобой.

Для светлой братии из вечных салатовых кустов отречение от семейного древа является самой жуткой, неприятной, болезненной и постыдной вещью. И потому те, кто встает на сторону Отступника, для самого Отступника становятся намного дороже золота и самой жизни.

Я — как раз такая. Агилар меня не сдаст, пусть его хоть на изнанку выворачивают. Другой вопрос, а кем буду я, если позволю с ним хоть что-то сделать? Ведь этот остроухий вредина давно уже стал лично для меня тем самым, единственным и неповторимым, которое мы, земляне, зовем своей семьей… В самом наилучшем смысле этого слова.

И я не могла так просто все это оставить.

Как и не могла забыть, что в нашей своеобразной, чокнутой семейке, затесался еще один скользкий персонаж, к которому за последнее время у меня накопилось лишком много вопросов.

И потому я, уже не слишком сотрясая мозги в поисках новых идей, моментально ломанулась прочь из святилища Великого Князя, не особо глядя по сторонам. Меня уже не волновали нагрянувшие изменения, шик, блеск и лоск, с недавних пор прочно обосновавшиеся в не так давно заброшенной академии. Меня даже не парило внезапно увеличившееся количество адептов и преподавателей, бодро сновавших по идеально чистым коридорам.

Остановилась я только раз. Да и то, только когда меня крепко ухватили под локоть, заставив описать полукруг на месте:

— Леся, стой. Надо поговорить.

— Дрогар, — я невольно поморщилась, пытаясь стряхнуть с себя огромную когтистую лапищу темного эльфа. — Мне некогда. Давай поговорим потом.

— Потом будет поздно, — как бы я не пыталась, но крылатый дроу не угомонился, пока не оттащил меня в безлюдный, неприметный уголок, подальше от основного потока бодро курсирующих людей и нелюдей. — Ты не знаешь, где Агилар? Я не могу найти его со вчерашнего дня. Как и тебя.

— Я только сегодня очнулась после визита Темнейшего, — с неудовольствием признала я, глядя снизу вверх на высоченного мужика с кучей афрокосичек. — Он что-нибудь говорил?

— Нет. Он просто пропал.

Да час от часу не легче!

Если б моего ушастика повязали, как говорится, при свидетелях, то темный эльф наверняка бы проследил за конечным пунктом назначения. Что ни говори, при всем моем отрицании, скепсисе и недоверии, ди Рейна с Агиларом всё же связывали крепкие дружественные узы. Он бы не дал ему так просто исчезнуть!

— Трэш, — машинально ругнулась я, пальцами сжимая переносицу. — Дело дрянь, Дрогар. Есть здравые опасения, что Гила упер наш новый лорд-директор. И надолго упер. Есть предложения, где его могут держать?

— Откуда…

— Не спрашивай, — устало вздохнула я. — Кое-что подслушала, кое о чем подумала… Короче, просто поверь мне на слово! А лучше прикинь, где он может держать Агилара. Ты знаешь академию лучше, чем я. Да и адепты тебе доверяют.

— С чего ты взяла? — вдруг усмехнулся дроу, складывая мускулистые руки, покрытые бронзовым загаром, на мощной груди.

Хвалите меня, хвалите меня полностью, да? Как кстати, что все мужики, с нашей планеты или нет, столь сильно нуждаются в столь банальной, но приятной и остро необходимой лести!

И я многозначительно хмыкнула:

— А кого у нас прозвали вождем старшекурсников? Не прикидывайтесь дураком, ваше высочество, вам не идет. Ты здесь долго, ты всё видишь, и всё знаешь. Или сможешь узнать. Так что давай не будем играть в непонимание, и просто займемся общим делом. Гила надо спасать и быстро. Ты в деле?

— Я только «за», Лесинья, — неожиданно поймав одну из моих рук, которыми я интенсивно жестикулировала в воздухе от переизбытка эмоций, темный эльф быстро приложился к тыльной стороне моей ладошки. — Люблю, когда женщины умеют думать. Я поспрашиваю. Но…

— Но? — удивилась я, выдергивая свою дань из вроде как приятной, но слишком цепкой хватки. Даже шаг назад сделала, на всякий случай!

— Но мое предложение все еще в силе, леди Сомелье, — мужчина отвесил мне церемониальный поклон… и нагло так, самоуверенно подмигнул.

Как я не закипела тут же, один Темнейший знает!

— Я подумаю, Дрогар, — через силу хмыкнула я, буквально заставляя себя положить свою ладошку на его плечо, почти не скрытое грубой кожей простой черной безрукавки. — Найди Агилара. Всё остальное — потом.

И, как ни странно, этого хватило, чтобы дроу, кивнув головой и взмахнув пестрыми мягкими крыльями, метнулся куда-то в сторону лестницы, в бреющем полете едва не задев потолок. Слава богу, он был слишком занят расчетом траектории полета, в котором он смог бы эффектно влететь в узкий проход, не снеся при этом статуи по бокам, и потому не заметил мою кривую ухмылку.

Стать кьянти принца Темного Леса? Мне?

А нафига?!

Нет, если подумать, Дрогар ди Рейн, в чем-то мне очень даже симпатичен. Внешне красив, характер шикарный, силен физически и морально, учтив, заботлив и умен. Почти мечта, а не мужик, и у меня, без лишней скромности, вполне даже хватит мозгов и терпения, дабы выстроить с ним и его устаканившимся представлением о смертных девочках подобие адекватных отношений. Но другой вопрос, зачем мне это?

Я давно уже распрощалась с мечтами о собственном счастье.

Да как вообще можно это представить, да без бутылки чего-нибудь крепкого и спиртного?

Дорогой, ты извини, я сегодня приду поздно, меня снова грохнули, я у черта на куличках. Жди, скорее всего, через пару-тройку недель, если, конечно, по дороге мое туловище снова не сожгут. Ужинай без меня и, пожалуйста, спали в камине прошлый комплект моих джинсов и свитера, все равно притащу новые. Кеды не забудь, как в прошлый раз! И нет, родной, секса не будет, мне дико не хочется, чтобы в самый интересный момент к нам в спальню снова заявился Великий Князь с обвинительным воплем, чего у меня тут такое слишком хорошее происходит! И да, ту черную птичку на подоконнике не жги, они магическая и очень невкусная.

Целую, твоя проблемная я.

Скажете, я утрирую? Ну, может быть. Однако я еще момент об отсутствии своего старения упустила, а это вообще трэшняк!

Дорогой, поздравляю тебя с тысячным днем рождения, в который ты, наконец-то, заполучил трон своего отца. Счастья тебе, остатков здоровья и всего хорошего. Да, я помню, что я старше тебя, но мне на вид все еще двадцать, как и моей душе. И потому, моему шилу в заднице нет места рядом с твоим зрелым седым величием… А еще я очень не хочу, чтобы наши дети выросли, а я оставалась младше их. Так что прости, прощай и всё такое!

Офигенная у меня жизнь, да. И Темнейший еще что-то там пыхтел о моем бессмертии, и что мне без него не жить? Пф-ф-ф. Пусть считает меня дурой, но лучше быстро и весело, чем долго, нудно и бессмысленно!

Я и так уже в этом мире три сотни лет напрасно сапоги стаптывала. Надоело!

Я всерьез готова обменять свою жизнь, свой дар (ну или проклятье) на сохранность Агилураушки и снятие с него проклятия. Я свое отжила, правда. А вот у него еще все впереди.

Но для начала его требовалось хотя бы найти. И начать поиски, по моим размышлениям, требовалось с собственной комнаты.

Точнее — с одной чешуйчатой задницы, которая, как водилась, всю мою иномирную жизнь успешно заменяла мне все разноцветные тома пресловутой энциклопедии «Всё обо всём». А еще — принимала самое непосредственное участие в деле с теми самими злополучными сережками.

Что и как происходило в воровской гильдии, я и правда, ни в зуб ногой, так же, как и Агилар. Гил общался только с одним человеком, посредником, передающим информацию, в то время как Саас знал чуть больше, исполняя роль почтового змея, забирая оплату и доставляя отчет о проделанной работе. Он многое видел, многое знал, но замечал всегда еще больше. И, я просто уверена, он не мог не подслушать что-то очень важное и дико полезное!

В общем, метаморф был именно тем, кто остро необходим сейчас черному дракону. Но могла ли я его сдать в обмен на Агилара? Нет, конечно. А вот выудить информацию и освободить нашего общего ушастого друга — вполне.

Только проблема заключалась в том… в том, что моей комнаты на прежнем месте вдруг не оказалось. То есть абсолютно!

Мне пришлось трижды обежать тотально изменившееся общежитие, потрясти некоторых адептов и сгонять в холл административной башни, чтобы найти объявления о текущей перепланировке зданий. Согласно новому плану и новым порядкам, толерантность, равноправие и старые порядки Темный Князь резко упразднил, и теперь общежития, по знакомому стандарту, снова разделялись на мужские и женские. От того, естественно, пошел перекос, и моя комната со второго этажа внезапно перепрыгнула на третий. И ладно бы, она только сдвинулась…

Она чудом стала одноместной!!

Я даже сначала не поверила. Но после длительно осмотра все же имела сомнительную честь убедиться, что в блоке общежития все так же проживали знакомые сестрички, занимая двуместную комнату с двумя обычными кроватями, а общая комната и душевая, хоть и претерпели неплохой ремонт, не слишком-то изменились. И лишь моя комнатка не только лишилась второго шкафа и кровати, но и обрела добротное, широкое ложе с новым матрасом, пушистыми подушками и хрустящим чернильно-черным постельным бельем!

Теперь это была вип-зона эпохи средневековья, не иначе. Нет, с одной стороны, как иначе? Еще немного, и я почти привыкну чилить в присутствии Темнейшего. И что, что это обычно происходит на его территории? Не ровен час, и вслед за соколом, острая нужда и его ко мне пообщаться приведет!

Нет, с одной стороны, я благодарна и все такое. Не слишком-то хочется, чтобы кто-то из обитателей академии видел, какие ко мне незваные гости захаживают — Мистер Вакса и так уже слишком много внимания ко мне привлек своим вниманием, дико извиняюсь за вынужденную тавтологию. Но на кой черт особые условия создавать?

В этой обновленной спальне, слишком отличающейся от других, я сразу начинаю чувствовать, что Князь собрался стать в ней очень, прям очень частым и долгим гостем!

А оно мне надо?

— Саас! — не выдержав, завопила я, захлопнув за собой дверь. — Саас, я знаю, что ты здесь, зараза чешуйчатая. Выходи! Я не кусаюсь. Наверно!

— Лес-с-сь! — как всегда, откуда-то сверху, мне прям на руки упал непривычно большой, увесистый белый питон. — Наконец-то! Я тебя ис-с-скал! Где ты была?

— Где я была — не важно, — отрицательно качнулась, с трудом удержав вес огромных теплых колец скользко-гладкого тела. — Важно, где был ты и чем занимался!

— Я был тут-с, прятался! Сложно было тормозить процес-с-сы организма, когда сторонние и неопознанные предметы на перес-с-становке выкидывает в общую кучу в коридор. Твоей комнате всего два дня, Лес-с-сь, — укоризненно глядя на меня, прошипел змей.

А что я сделала в ответ?

Не, в любой другой ситуации я бы непременно пожалела нашего несчастного товарища, который оказался почти в эпицентре событий. Но сейчас… сейчас я просто ухватила этого поганца за шкирку (да-да, если сильно постараться, при большом желании, с пресмыкающимся можно провернуть подобный фортель), подняла его голову на свой уровень и грозно сощурилась, шипя ничуть не хуже его:

— Да что ты? Перестановка в заброшенной академии — это всё, что тебя сейчас волнует? А, лорд-директор Сааразас?

В ответ на это метаморф красноречиво выпучил желтые глаза.

Подобной подставы от меня он явно не ожидал!

— Что? Как?

— Одним местом об косяк, — почти зло откликнулась я, мысленно уговаривая себя не выворачивать хвостатого товарища на изнанку. — Услышало одно, услышала другое. А сложить два и два оказалось совсем уж просто. Ничего не хочешь мне объяснить?

— Лесь, — заюлил лорд в змеиной шкуре, виновато шипя и обвивая мою руку кольцами. — Я не с-специально. Так вышло!

— Это я уже поняла, — несмотря на свою искреннюю любовь и крепкую привязанность к метаморфу, сейчас мне зверски хотелось поддаться примеру родимых китайцев, которые жрут всё подряд. — Мне пофиг, что у тебя там было, Саас. Не мне тебя осуждать. Но почему не сказал сразу?

— А ты б поверила? — иронично хмыкнул змей.

Я на мгновение задумалась. Черт. Если хорошенько подумать, отбросив желание завязать длинное туловище в морской узел, он-таки прав!

На своем веку я успела повидать немало странным существ, не говоря уже о том, что сама являюсь исключением из всех правил. И я вполне могла бы поверить в превращение некогда известного лорда-директора, уважаемого архимага и фактически воспитанника самого Князя в банальную рептилию… Но то, что он после этого свалил куда глаза глядят, и прибился к Отступнику с человеческой девчонкой, я бы приняла не сразу.

Хотя, что я знаю о мужской гордости?

Так что я, хмыкнув, разжала руку, позволяя метаморфу шлепнуться обратно на кровать. И сама уселась туда же, запуская руку в и без того растрепанные волосы. Ситуация выходила так себе.

— Прос-сти, Лесь, — заползая на мои колени без разрешения, питон смущенно ткнулся мордой в мою ладонь. — Это с-слишком неприятно вспоминать. Забыть было проще.

— Да ладно уж, — хмыкнула, машинально начиная поглаживать гладкую шкурку вредного, но все ж родного змея. — У каждого из нас есть прошлое, которое хочется закопать поглубже и отойти подальше. Но вот в чем беда, Саас. Гил попал в переплет. И помочь ему сможешь только ты.

— Я слушаю, — серьезно кивнул бывший директор академии имени Темнейшего. Кому рассказать, блин, не поверят!

Впрочем, мне на самом деле вовсе не требовалось, чтобы Саас лично явился к обладателю черных штанов и гадкого характера и выдал всю свою подноготную. Достаточно будет, чтобы он зарулил к дракону и рассказал всё, что видел и слышал, тем самым избавив Агилара от возможных пыток.

— Как-то так, — закончив короткий рассказ, я невольно дернула плечами. — Гил не знает практически ничего. Как и не знает о том, что мне ничего не грозит. Он будет молчать, а лорд Радахан попытается разговорить его всеми способами. Конечно, ди Рейн обещал что-то узнать… Но, даже если у него что-то получится, я сильно сомневаюсь, что мы сможем взломать новую защиту своими силами. Остается только одно. Добровольно поделиться информацией, которой обладаешь только ты.

— Непрос-стой выбор, — откровенно задумался змеёныш, и даже глаза его как-то померкли. — Но раз круг замкнулся на мне… Идем к дракону, Лес-с-сь. Вас в беде я не оставлю.

— Я в тебе никогда не сомневалась, — наплевав на то, что метаморф оказался на самом-то деле кем-то там непростым, великим и значимым, наклонившись, я по-простецки чмокнула его прямо в чешуйчатую морду. — Но знаешь, у меня возникла идея получше. Зачем нам куда-то топать? Организуем, так сказать, обслуживание на дому!

— В смысле? — ужаснулся бывший лорд, даже забыв привычно сшепелявить. — Лесь, ты меня пугаешь!

— А вы не бойтесь, товарищ директор, — парировала я, в головой забираясь в недра собственного шкафа, в котором, к счастью, обнаружилась моя же сумка. — Где-то у меня тут был… А, вот же он! Чудненько. Приступим!

— Леся! — ничуть не хуже лорда Радахана то ли прорычал, то ли прошипел испуганный Саас. — Положи кинжал немедленно!

— Ну, уж нет, — ухмыльнулась я. Уж не знаю, откуда во мне вдруг проснулся этот бунтарский дух, но укладывать его обратно спать я не собиралась от слова вовсе.

Просто… просто я вдруг слишком отчетливо поняла, что мне малость надоело чувствовать себя беспомощной. Нет, серьезно! То меня кто-то придушить пытается, то швырнуть, то к стенке с угрозами прижмет. И всё это в пределах одной академии, практически от высшего руководства, которому я, по ряду причин, не могу оказать достойное сопротивление. Где настоящий дракон и где я? Хотелось бы мне, конечно, побыть каноничной попаданкой, умеющей небрежно отшвыривать всех врагов направо и налево, вне зависимости от их габаритов. Но стоит отбросить иллюзии и побыть немного реалистами. Даже обладая неплохой магической силой и даром бессмертия, благодаря только одному огнедышещему я ухитрилась окочуриться дважды, не говоря о его остальных, менее успешных попытках. И что же в таком случае будет дальше?

Нет, понятно, что сейчас, после благословенного наставительного пинка свыше, лорд Радахан ненадолго от меня отстанет. Но где гарантии, что даже получив нужную информацию, черный дракон отстанет от Сааса и Агилара?

Гил спасает меня, метаморф спасает Гила, ну а бывшего директора, пожалуй, немножко подстрахую я. Как? Да с помощью всё того же наставительного пинка! Правда, пинок этот организовать несколько сложнее, чем подергать того же дракона за усы.

И хотя еще час назад я всерьез собиралась не ложиться спать, дабы трусливо избежать ультимативно назначенной встречи, сейчас я совершенно спокойно полоснула тонким серебряным кинжалом по раскрытой ладони. Так, с самого краешка. Но медленно и глубоко, что б наверняка!

— Лесь…

— Спокойствие, только спокойствие, — предупредила нервничающего змея. Подождала немного, оглядела комнату и, хмыкнув, добавила еще порез, рядышком первым. Опять же, педантично и неторопливо, чтобы одна надменная личность сумела всё как следует прочувствовать. — Сиди и не высовывайся, пока я обо всем не договорюсь.

— А ты уверена? — уменьшившись до размера небольшого ужика, метаморф резво скользнул на книжную полку над столом, наконец-то сообразив, что я пытаюсь сделать. — Что получитс-ся? Что он придет?

— Куда он денется? — прикусив кончик языка от усердия, я добавила еще одну, уже третью полосочку. На пол медленно закапала кровь, но больно не было — лишь эдакое предвкушение пополам с ослиным упрямством. — Он же не мазохист.

— Я б не был так уверен, — тяжелым вздохом отозвался Саас, явно чувствовавший себя неуютно, а еще больше — виновным в сложившейся ситуации.

Нет, понятно, что защищать меня — это скорее его обязанность, и вообще, не должна я так бить по мужскому самолюбию. Но опять же, предлагаю обратиться к банальному реализму и чуть-чуть пораскинуть мозгами. Я не собираюсь скрывать бывшего директора от его непосредственного начальника, хоть и бывшего. Сознается Саас, кто он такой, не сознается… это уже лично на его усмотрение!

Я просто чуть-чуть подправлю исходные данные для более благоприятного исхода дела.

К тому же, не стоит забывать, сколько лет лорд Сааразас провел в змеиной шкуре. Я ни капельки не сомневаюсь, что будь он в человеческом обличье, это именно он бы первым ринулся на нашу защиту. Но сейчас в нем играли животные инстинкты, первый и главный из которых всегда являлся инстинкт самосохранения. Плюс затесавшийся в глубине его души стыд перед наставником.

В общем, понять метаморфа я сейчас вполне могла. И добавила на ладошку уже четвертый надрез, испытывая при этом какое-то садистское удовлетворение. На пол около стола уже привычно накапало, в воздухе чуть ощутимо тянуло характерным металлическим запахом, и я снова занесла эльфийский кинжал с изящным узором на рукояти. Но еще разок по ладони полоснуть не успела: мою руку молниеносно перехватили, разъяренно шипя:

— Сомелье, какого упыря ты вытворяешь?!

Несмотря на веяние сырой силы, которая ощутимо пригибала к полу, я скрыла довольную ухмылочку, скосив глаза на полку. Я ж говорила, что объявится. «Сигнализация» хоть и сработала опять с приличным опозданием, но сработала же!

— Хотела поговорить, — криво улыбнувшись, твердо посмотрела прямо в глаза нависшего надо мной Темного Князя. — Всего лишь.

— Всего лишь? — опасно прищурился Темнейший. Перехватив мою ладонь, густо заляпанную кровью, он поднес ее поближе к моему лицу. — Это всего лишь?! Дождаться ночи не могла?

— А, то есть ваш новый директор там Агилара пытать будет, а я должна тихо и смиренно тут дожидаться, пока вы соблаговолите объявиться? — сощурилась в ответ и, резко освободив свою руку из хватки его пальцев, небрежно швырнула кинжал на стол.

Темнейший молча проследил, как эльфийское оружие сшибло со столешницу простенькую чернильницу с торчащим в ней гусиным пером. Скромное оловянное изделие прокатилось по дереву, оставляя некрасивые кляксы, после чего со звоном брякнулось на пол… и закончило свой недолгий путь, хрупнув под подошвой сапога Темного Князя.

— Именно!

Я почти даже не удивилась. Не, понятно, что сохранность конечностей и целостность туловища какого-то там Отступника его совершенно не бодает. Но мог хотя бы исключение сделать, для адепта собственной академии-то!

— Есть куда менее безболезненные способы выяснить всю правду, — упрямо посмотрела я на разозленного Князя. — И пытать для этого не обязательно!

— О, Морены ради! — закатил глаза Темнейший. А потом, склонившись к моему лицу, вдруг прошипел, явно сдерживаясь, чтобы не вцепиться мне в уши и как следует не надрать их. — Сомелье, ты понятия не имеешь, во что влезла ты и твой ушастый. Скажи спасибо, что по ряду причин, я не отдал для пыток тебя: поверь, даже те крупицы информации, которые ты могла нечаянно запомнить, сейчас на вес золота.

— Да хоть бриллиантов, — огрызнулась я, ни разу не польщенная оказанным мне послаблением. Хотела еще и руки возмущенно на груди сложить, но в последний момент передумала. Мне для полного счастья еще стирки не хватало. — Мне всё равно, что там и как, Ваше Темнейшество. Ни я, ни Гил, ничего скрывать не будем! Более того, охотно пойдем навстречу, расскажем и покажем всё, о чем знаем. И даже привлечем кое-кого еще, кто знает больше. Но только на добровольной основе!

— Я вот сейчас не понял, зараза моя обнаглевшая, — удивленно вскинув брови, воззрился на меня Князь. — Ты мне условия ставишь?

— Аха, — согласно кивнула я, сама косея от своей смелости. Если честно, этот разговор я представляла немного по-иному, но стоило ли удивляться, что всё опять пошло наперекосяк? — Между прочим, крайне выгодные условия.

— И почему я должен тебе верить? — на секунду вроде как заинтересовался кицунэ, изобразив тот жест, который не смогла я. И вроде даже немного успокоился! По крайней мере, Темнейший маг этого мира уже не выглядел таким раздраженным, и даже цепочками в волосах не звенел.

— А почему нет? — здраво парировала я. — Так быстрее и проще.

— Быстрее и проще, радость моя, — нехорошо усмехнулся Князь и выразительно постучал мне пальцем по лбу. — Это позвать тэнгу, чтобы он вскрыл твою черепную коробку. И ты спасаешься только потому, что в твоей сохранности я кровно заинтересован. Так что, Сомелье, завязывай с членовредительством, покуда я добрый, и сиди ровно, пока Радахан не вытрясет из твоего ушастого всё, что нужно. За сохранность его я не отвечаю… но жизнь гарантирую. Всё, я ушел.

— Ну уж нет!

— Нет? — удивился Темнейший, тормознув сразу же после того, как сделал единственный шаг, явно собираясь слинять, оставив последнее слово за собой. И тут же едва уловимо зашипел предупреждающим тоном. — А вот этого, зараза бессмертная моя, делать не надо!

— Вообще-то я сразу предлагала по-хорошему, — хмыкнула я, но сжатый кулак, в котором ногти впились в нарочно травмированную ладонь, все-таки расслабила. — Но вы сами напросились!

— Сомелье, я вообще-то ненавижу, когда мною пытаются манипулировать, — нехорошо хмыкнул Князь, снова разворачиваясь ко мне лицом. И… мне почудилось, или за его спиной мелькнул-таки одинокий пушистый хвостик?

Нет, я б не отказалась посмотреть на все девять сразу. Но помнится, чем больше их является на всеобщее обозрение, тем страшнее себя ведет сила!

А я всё еще надеюсь малой кровью обойтись.

— А я ненавижу, когда кто-то угрожает моим друзьям, — упрямо вскинула я подбородок, чувствуя, как дело начинает попахивать керосином. Но отступать было некуда, у меня там Саас между книжек уже три раза на нервной почве вспотел! — И что будем делать?

— Хм, — на миг задумался Темнейший. — А потом вдруг щелкнул пальцами, и лицо его озарила улыбка. — Пожалуй, знаю! Вариантов несколько, Сомелье. Я могу связать тебя, обезвредить или усыпить, пока из Агилара не вытрясут все нужные воспоминания. Какой вариант выберешь?

Вместо ответа я… хихикнула. Громко и отчетливо!

— Тебе смешно? — изумился Князь… и вдруг, пошатнувшись, был вынужден ухватиться за край письменного стола, чтобы не упасть! — Какого…

— Сюрприз, — снова хихикнула я, внезапно начиная ощущать себя такой пьяненькой-пьяненькой, что даже собственный язык слушался с трудом. — Нравится?

— Ты! — надо отдать должное этому Темному Властелину, но взял себя в руки он довольно быстро. Ну, и мои руки сграбастал заодно, дергая меня на себя. — Ты что учудила, засранка?!

Вместо ответа я опять хихикнула, а после наморщила нос, чувствуя, как меня слегка шатает, а перед глазами все плавает. Опьянение, которое не совсем опьянение, наступило внезапно, а не постепенно, как полагалось, и это слегка настораживало. Не меня, естественно!

Я если об этом и задумалась, то где-то там, в самом отдаленном уголке мозга, еще не ушедшем в отключку.

А вот Великий Князь, не добившись ответа, мертвой хваткой вцепился в мою ладонь, собственными пальцами стирая продолжавшую сочиться кровь. Внимательно и быстро осмотрел раны, попытался их вылечить… но не преуспел. А после, не обращая внимания на мое пакостливо хихиканье, огляделся, едва коснулся эльфийского кинжала и едко выругался!

— Яд метаморфа? Да я сам тебя сейчас придушу, Сомелье!

— Это будет быстрее, — согласилась я, отдаленно понимая, что если Темнейший сейчас меня отпустит, то я скорее всего некультурно шмякнусь на пол. — Но не… ик! Не так весело.

— Тебе весело? — едко переспросил Князь и вроде как уточнил самому себе. — Ей весело. Это сейчас тебе весело! А через три часа ты скончаешься в адских муках! Ты понимаешь это или нет?!

— Да-а-а, — довольно протянула я, с трудом пытаясь сфокусировать взгляд, чтобы рассмотреть поближе опешившую моську Великого Темного мага. — И не я одна. И делать я так могу… м-м-м… бе-ско-не-чно!

— Ах вот, что ты задумала, поганка бледная, — зло рыкнул Князюшка, но тут же сбавил обороты, когда я пыталась куда-то шагнуть. Куда? А фиг его знает, меня штырило, как после двух бутылок шампанского! — Стоять! Сомелье, стой на месте, кому говорю? Ты не забыла, что не одну тебя тут шатает, как во время шторма?!

— Не забыла, — радостно возвестила я, прижимаясь к мужской груди и продолжая гнусно хихикать. — А дальше будет хуже!

— Вот… угораздило же меня с тобой связаться! — возведя глаза к потолку, сквозь зубы выругался Теменейший. — Зараза!

— Сам… ик! Виноват, — укоризненно тыкнула я пальцем в его грудь, уляпывая атласный жилет своей кровушкой и даже этого не замечая. — Два раза! Третий н-н-нада? У меня есть еще я-я-яд…

— Убью, — мрачно и как-то уже безрадостно оповестил меня Князь. Естественно, в ответ на это я только расхохоталась. Не знаю, от чего, но мне было весело!

Во всяком случае, до того, как меня резко начало тошнить.

— Ой…

— Ой? — зачем-то уточнил Темнейший, пристально, и даже вроде как чуть окосевшими глазами всматриваясь в мое побледневшее лицо. — В смысле, уже «ой»? Мрак. Сомелье, только не говори, что на тебя яд метаморфа действует быстрее, чем на остальных!

— А промолчу-у-у!

— Мою ж маму, — оригинально выругался парень, со вздохом закидывая мои руки себе на плечи, и обнимая чуть крепче за талию. — Валим отсюда, пока ты совсем тапочки не откинула.

И вокруг нас расстелилась сырая сила!

Правда, если раньше перенос Теменейшего срабатывал с ювелирной точностью, то на этот что-то конкретно пошло не так. Не, даже на мой пьяный взгляд, вышвырнуло нас куда надо, причем обоих. Но именно что вышвырнуло, прямо на пол, и посреди знакомой черной комнаты!

Видимо, магия при переносе чуть подъела мои силы и ослабила общее отравление организма, потому что, перекатившись на спину, я расхохоталась снова, чувствуя себя куда лучше — снова просто очень пьяненькой. Конечности слушались вяло, настроение зашкаливало, перед глазами прыгал темный, бездонный потолок, а где-то рядом негромко матюгался Князь, пытающийся перевернуться на живот.

Похоже, как бы он не старался отрешиться от моего состояния, в момент перемещения оно его все-таки настигло.

— Точно прибью, — с трудом вставая на четвереньки, пробурчал сильнейший мира сего. — Нет, прикопаю где-нибудь. Нет, оставлю спать до скончания века!

— Я всё слышу, — ехидно пропела я отчаянно заплетающимся языком. — С-с-сам виноват!

— Щас я найду противоядие, Сомелье, — кое-как поднявшись, и отчаянно покачиваясь, сообщил мне Князь, недовольно оглядываясь по сторонам. — И тебе конец.

— Не, — протянула несогласная я, перекатываясь обратно на пузико. — Я не согласная!

Несмотря на угрозу, страшно мне не было. Было дико смешно! А еще, я совсем не понимала, чего в данный момент вытворяю. Сообразила только тогда, когда совсем радом раздались почти твердые шаги и знакомый, гораздо более протрезвевший голос поинтересовался:

— И куда ползем?

Я как бы хотела ответить на этот вопрос… но что на него ответить, не представляла совершенно! Только скорости прибавила, пакостливо улыбаясь, и то только до тех пор, пока меня не подхватили поперек живота, не совсем уверенно, но все же вздергивая на ноги.

— Эй!

— Я те дам «эй», — все еще косо щурясь, пригрозил мне Князь и попытался сунуть в руку какую-то крупную склянку с сомнительным мутным содержимым. — Пей давай!

— Не-не-не, — сразу возмутилась я, не желая принимать всякую бяку. Тем более из его рук! — Я с такими, как ты, не пью!

— Это с какими? — малость опешил Темнейший, но мое слабое тельце еще крепче себе прижал, не давая упасть. — С-сомелье, не беси меня. Пей!

— Не буду, — пошла я в категорический отказ, упорно пытаясь свести глаза на уровне его переносицы. Точнее, хотя бы переносицы. — Не хочу!

— Пей уже! — откровенно теряя терпение, рыкнул выведенный из себя Князь, даже встряхнул хорошенько. — Иначе я просто сверну тебе шею! Ну?

Вместо ответа я подняла на него сфокусировавшийся-таки взгляд… и громко шмыгнула носом. Ну вот, он опять за свое!

— Эй, — моментально насторожился Темнейший. Даже легонько тряхнул меня еще раз. — Сомелье, ты чего, реветь собралась? Не смей!

— Ты плохой, — выдала я самое свое искреннее мнение, чувствуя, как невольно дрожит подбородок. Вот честное слово, даже задумываться об этом не собиралась. Просто вдруг обидно стало до жути! — Ты — гадкий. Я к тебе с добром. А ты?

— Вот же ж! — тихо ругнулся окончательно растерявшийся Темный Властелин. Еще пару секунд он внимательно вглядывался в мое лицо, словно пытаясь что-то на нем прочесть… а потом просто меня отпустил.

И нет, я не брякнулась. Пошатнулась, конечно, но ухитрилась отпихнуть от себя Темнейшего и, покачиваясь, отойти от него подальше. После чего уселась посреди комнаты прямо на пол, некультурно вытирая сопливый нос рукавом.

Вот клянусь всем, чем можно и нельзя, никогда, даже будучи пьяной в стельку, такой ерунды себе не позволяла. А тут? Нет, я знала, что яд метаморфа та еще гадкая штука, что в начальной стадии отравления, что потом. Но что он мое настроение подобным образом вывернет, я даже не догадывалась! Хотя, раньше у меня и столь сильного раздражителя, как Великий Темный Князь, не было.

Кстати, о нем. Кричать, ругаться и угрожать он больше не стал. Но когда, спустя пару минут, молча подошел ко мне со спины, я не удержалась от кривой ухмылки:

— Что, решил-таки шею свернуть, да?

Тяжело вздохнув, Князюшка тяжело уселся позади меня, как говорится, спинка к спине. И спросил довольно спокойным тоном:

— Ты действительно думаешь, что я на это способен?

Я хмыкнула, с трудом удерживаясь от того, чтобы не расхохотаться:

— Ты Агилара разрешил пытать. Ты всю академию пытал. Ты б меня пытал, если б не связь! А так — нет. Ты хороший!

— Сомелье, ты же знаешь, что это вынужденная мера!

— Ой, всё! — гнусаво захихикала я, некультурно перебивая сиятельного Князя. — Вот только не надо мне тут про соп… сопутствующий ущерб, а?

— Сказала иномирянка, которая отравила себя только для того, чтобы я ее выслушал, — саркастично откликнулся Князь.

— Дурак, — не выдержав, моя пьяная нетерпимость пихнула его локтем в бок. — Это другое!

— Да ну? — фыркнул Княже за моей спиной. И заметил чуть нетрезво, но вроде как разумно. — Каждый добивается своего так, как умеет.

— Не, ну всегда есть другие варианты…

— А я тебе о чем толкую?

Я непонимающе тряхнула головой, окончательно теряя нить повествования. Не, трезвый пьяного явно не понимает. Вот только кто из нас кто?

— Глупый разговор, — насупилась я, складывая на груди руки. — Ни о чем.

— Согласен, — вздохнул Князь. — Что толку пытаться объяснить что-то твоей пьяной голове?

— Вот опять ты за свое. Давай уже к угрозам, а? Что б прям сразу!

— Сомелье, ты меня бесишь, — прошипел Темнейший, и моей спины вдруг коснулось что-то пушистенькое. Или мне по нетрезвой лавочке показалось?

— Ну, это не новость! — фыркнула я, пытаясь скосить глаза назад, при этом не оборачиваясь. Не, глаза и так сами по себе в разные стороны бегали, и даже не всегда синхронно. Но идти с этим вредным курильщиком на контакт я не собиралась тоже!

— Что ты вообще нашла в этом ушастом? Он же Отступник!

— Он — мой друг, — заупрямилась я. И неожиданно для себя очень тихо добавила. — И всё, что у меня есть.

— Вообще-то у тебя есть я, — мимоходом так, и тоже очень тихо, заметил Темнейший. Я расхохоталась!

— Это я у тебя есть, — ради такого дела, я даже обернулась, чтобы потыкать пальцем в мужское плечо. — Вынужденно! И недавно. И ненадолго! И ваще… Ты ж меня грохнешь, как только от связи избавишься. Не?

— Чой-то? — опешил Князь, тоже оборачиваясь. — С чего ты это взяла?

— А разве нет?

— А разве да?

Недоуменное молчание повисло снова. Нет, нам точно нельзя водить подобные разговоры на неясную голову. Только время теряем!

— Зараза моя упрямая, — опуская руки, тяжело вздохнул Темнейший. — Я всю твою боль три сотни лет на себе чувствовал. Неужели ты серьезно думаешь, что у меня на тебя поднимется рука?

— Ты ж Князь! — непонимающе мотнула я головой.

— И что?

— И-и-и… я не знаю, что сказать, — задумчиво почесала я затылок. Нет, список конкретных слов и подробных характеристик для этого гада у меня имелся давно. Но проблема заключалась в том, что сейчас их выговорить я была не в состоянии!

— Вот и молчи, — парень, полностью развернувшись, легонько щелкнул меня по кончику носа. Даже с первого раза попал! — Тем более, я ж сказал, что верну твоего ушастого живым. Или ты мне не веришь?

— Я? Тебе? — изумилась я. — Естественно!

— Когда я тебя обманывал, Сомелье? — вскинул брови Князюшка. — Так сложно мне доверять? Проклятому эльфу, которого изгнал собственный клан, проще?

— Пф-ф-ф, — я с трудом сдула прядь волос с носа. — С Агиларом мы знакомы давно, он мне даже клятву верности давал. А вас, Ваше Темнейшество, я вообще-то пятый раз вижу!

— Да блин, — со стоном выдал Темнейший. — Постоянно забываю, что связь односторонняя. Это ж ты для меня…

И замолчал. Не, ну я так не играю!

— Чего? — попыталась я подергать его за рукав рубашки. — Кто я для тебя?

— Того, — передразнил меня вредный Княже. — Наказание ты моё, Лесинья. Пока сойдемся на этом.

— Так нечестно!

— Нечестно — это манипулировать мной с помощью твоего здоровья. Больше так не делай.

— А волшебное слово?

— Хм, — на секундочку задумался темный маг. И, придвинувшись поближе, пристально всмотрелся в мои глаза… Чтобы потом насмешливо поинтересоваться. — Зараза?

— Бес-сишь! — зашипев, стукнула я этого шутника по плечу. Точнее попыталась. Но благополучно промазала, и от души хлопнулась в гостеприимно распахнутые объятия. — Уй. Этому столику больше не наливать…

— Не наливать? — иронично переспросил Темнейший, пока я с трудом заставила себя хотя бы поднять голову. — Да я тебя к алкоголю и на версту не подпущу. Тебя до сих пор не вывернуло наизнанку только потому, что мой замок ослабляет любое негативное воздействие. Кстати, ты обычно наутро помнишь всё, что накануне творила?

— Обычно — да, — хихикнула я, с удивлением понимая, что плечи Князя под моими ладошками на самом деле очень даже ничего… — Но после яда метаморфа — вряд ли!

— Где ты его вообще его взяла? — глядя на меня, задал Князюшка риторический вопрос. И вдруг усмехнулся. — Сомелье, а хочешь фокус покажу?

— М? — уставилась я на него совсем непонимающим взглядом. А он взял и меня поцеловал!

И вот тут-то я стремительно начала трезветь…

Ей-богу, меня как будто в разгар бурной пьянки вывели на свежий, прохладный воздух, а он за какие-то секунды выветрил все опьянение из моего организма. Сначала прошла вялость во всех конечностях, ощущения стали четче. Мысли перестали скакать, как блохи по дворняге, головокружение угомонилось, дышать стало легче…

И я начала получать странное, необъяснимое удовольствие. И только через пару минут, когда раненную ладошку интенсивно защипало, я, наконец, сообразила, что сижу и увлеченно целуюсь с Темным Князем!

— Эй, какого черта? — несмотря на все еще слабые ноги, я шуганулась назад, прокатившись на попе по гладкому полу, не сводя с обнаглевшего Темнейшего шокированного взгляда.

И, надо признать, в этой ситуации, похоже, стыдно было только мне — темный маг, как ни в чем не бывало, медленно покрутил головой, будто прислушиваясь к своим ощущениям, а потом, самодовольно хмыкнув, резко поднялся на ноги!

— Надо будет влепить Изольде выговор за плохое обучение адептов, — усмехнулся полностью протрезвевший гад, и невозмутимо так продемонстрировал мне пустую склянку. — Ты не знала, что достаточно одной капли для полной нейтрализации яда?

Вот же… гаденыш! И когда только весь флакон влить в себя успел?!