Глава 15
— В следующий раз учту, — зло выплюнула, начиная понимать, что план по укрощению одной упрямой личности опять завернул куда-то не туда. Или пока еще не совсем? — Обязательно!
— Я тебе дам следующий раз, Сомелье. Только попробуй еще раз выкинуть что-то подобное.
Я только выдавила кривую ухмылку, пытаясь самостоятельно подняться на ноги. Попробуй? Да я вам, Ваше Темнейшество, такую сладкую жизнь устрою, что сами не рады будете!
— Не слышу ответа, Лесинья.
О, кто-то после совместной пьянки решился называть по имени? Чудесно.
Хотя бы потому, что я с ним, после этой же «пьянки», не собираюсь разговаривать вообще. Много чести!
— Я не понял, — не выдержав, мужчина шагнул вперед, и в один момент вздернул меня в вертикальное положение — мои собственные ноги все еще слушались меня с трудом. — Ты меня теперь игнорировать решила?
Я в очередной раз промолчала, пытаясь аккуратно отцепить его пальцы от своих рук. Да, может, это глупо. Да, вероятно, это наивно. Да, если подумать, это совсем по-бабски… Но как умеем, так и протестуем! Если уж пьяные задушевные разговоры, судя по всему, абсолютно ни к чему не привели.
Кстати, а о чем мы вообще всё это время трындели?
— Сомелье, посмотри на меня.
Ага, сейчас, переобуюсь только!
Вот уж не знаю, почему Великого Князя так зацепил мой игнор, но чувствовал себя мужик явно неудобно — это отчетливо прослушивалось в его голосе, ставшем на последней фразе слишком спокойным. И вроде стоило бы мне забеспокоиться, но только я окончательно вошла в режим «врагу не сдается наш гордый Варяг», и продолжила старательно приводить себя в порядок.
Штаны неспешно отряхнула, сапоги подтянула, мундир одернула, попыталась волосы пригладить… И все это время смотрела куда угодно, только не на стоящего в шаге от меня мужчину.
Правда, только до тех пор, пока он не прервал мое захватывающее занятие, ухватив меня за подбородок, заставляя-таки посмотреть в его лицо:
— Лесь, хватит. Если ты хочешь, чтобы я отпустил твоего ушастого, тебе достаточно просто попросить.
— Я уже просила, — не сдержавшись, хмыкнула я, медленно стряхивая его пальцы с моей упрямой, похмельной морды. — И чем все закончилось?
Князь красноречиво промолчал, опуская руку. Вот, собственно, и я о том же!
Не, умом-то я понимаю, что Темнейший мне вообще ничем не обязан и, стащив те сережки, мы с Агиларом нарушили закон. Но я ж не просила нас понять, простить и отпустить, я лишь предлагала добровольное сотрудничество за небольшие уступки! У нас, вон, на Земле, даже при куда более страшных преступлениях делают скидку за сотрудничество со следствием.
Хотя, по-моему, я опять слегка забыла, где нахожусь. А главное, с кем!
— Хорошо. Если тебе так дорог твой ушастый, я его отпущу.
Я недоверчиво вскинула голову. Чего-чего, простите?
— Не веришь? — иронично выгнул он бровь, складывая на груди руки… А затем просто исчез.
Правда, ненадолго. И минуты не прошло, я даже не успела как следует покрутить головой по сторонам, как Великий Князь вернулся, но весьма занятным, я б даже сказала оригинальным способом. Нереальным кувырком по полу!
— А-а-а, — удивленно протянула я, глядя на сей занимательный кульбит. Нет, серьезно — так красиво падать, и так изящно приземляться, да еще и с перекатом, чтобы ничего себе не отбить в процессе, надо уметь. — А где Агилар?
— Агилар? — резко вскинув голову, разъяренно блеснул хищными клыками Князь. — То бешеное чудовище с красными глазами — это Агилар?!
— А, — смущенно почесала я нос, начиная смутно догадываться, где сильнейший мира сего умудрился наткнуться на достойного противника. Точнее, кто этим противником стал! — Достали его всё-таки?
— Знаешь что, Сомелье, — рыкнул Темнейший, у которого, по ходу, разгон от милого зайки до жуткого лиса составлял меньше пяти минут. — Я тебя не за этим в Светлый Лес отправлял!
— В смысле?! — подвисла я. — Так это меня по ваше воле по всему миру кидало?!
— О, ты снова начала со мной разговаривать? — привычно избегая ответа на прямой вопрос, ядовито откликнулся Княже, крепко хватая меня за локоть. — Отлично, Сомелье!
И дернул меня в едва уловимую, полупрозрачную воронку сгустившейся рядом силы.
Как меня не стошнило при переходе, я не знаю. Меня и так знатно шатало, а тут еще сырая сила сомкнулась вокруг, обдувая лицо ледяным ветром. И стоило ли удивляться, что по прибытию я словила такую дезориентацию, что не сразу поняла, что в меня летит какое-то жуткое заклятье!
— Твою мать! — только успела услышать ругань неподалеку, а меня уже затащили за мрачного вида колонну. — Сомелье, я тебя сюда позвал не жизнь самоубийством покончить, а угомонить своего ушастого психа!
— Эм, — «многозначительно» выдавала из себя, глядя как то самое заклятье с треском врезалось в дальнюю стену, выбивая из нее куски каменной крошки. И только потом подняла взгляд на нависающего надо мной Темнейшего. — А вы не в курсе, что это одно и то же?
— Издеваешься? — коротко рыкнул Темнейший. И вот тут, впервые за все время, я его, наконец, почувствовала. Его хвост! — Сомелье… Сомелье, позволь спросить, а чем ты там сейчас занята, пока я пытаюсь скрыть наше присутствие от твоего неадекватного воздыхателя?
— Он не воздыхатель, — фыркнула я, но тянуть свои загребущие лапки к заманчивому хвостику, раздраженно дергающий кончик которого случайно задел мою ладонь, перестала. — Гил мне просто друг!
— Вот иди и напомни ему об этом, — продолжая прижимать меня к колонне своим телом, улыбаясь, предложил Князь. И где-то за ней снова что-то грохнуло! — Пока Радахан еще жив.
— Что-то мне подсказывает, это ненадолго, — прислушиваясь к рыку, ругани, тяжелым, чеканным шагам, и разбушевавшейся магии где-то там, в другом конце незнакомого зала с колоннами, отозвалась я. — Что? Думать надо, прежде чем начинать пытать Берсерка!
Кажется, Темнейший ненадолго окосел.
— Ты шутишь? А сказать раньше не могла?
Где-то за колонной что-то снова брякнулось, зло выругалось, пол тряхнуло, а с потолка посыпалась пыль с паутиной… Да уж. Похоже, черному дракону скоро придется совсем туго!
— А зачем? — недоуменно посмотрела я на мага. — Не имею привычки выдавать чужие тайны. Нет, я может, и поделилась подробностями в итоге. Но мне искренне хотелось верить, что Великий Темный Князь может согласиться на разумные предложения и без крайностей!
— Короче, сам дурак, да? — иронично вскинул брови Князь.
Колонна за моей спиной треснула!
— Ой, — я сама не заметила, как вцепилась пальцами в атласную жилетку мага на его груди, вжимая при этом голову в плечи. — А он точно нас не видит?
— Пока нет, — «утешил» меня Темнейший. Правда, ненадолго — камень затрещал снова! — Мрак. Теперь я начинаю понимать, почему Владыка вышвырнул его из своих земель. Откуда столько силы?
— Гил не виноват, что его прокляли, — невольно насупилась я. — Он себя не контролирует. И, боюсь, пока кого-нибудь шею не свернет, не успокоится.
— А, так это ему я должен спасибо сказать за твое явление на нужном мне алтаре? — как-то нехорошо прищурился Князюшка.
Вот… я отказываюсь понимать, какие мысли бродят в этой прокуренной головенке. Радоваться же ж по идее должен!
— Только троньте, — многозначительно прищурилась я. — И на один хвост у вас резко станет меньше!
— М-м-м, Сомеле, — прижимая меня к себе еще крепче, вдруг ухмыльнулся Темнейший. — Что я слышу? Ты снова перешла на «вы» и пытаешься ставить условия?
— Ваше Темнейшество, мы вместе не пили, чтобы на «ты» переходить!
— Да ну?! Зараза моя бессмертная, ты еще скажи, что мы не целовались!
А вот об этом напоминать было уже нечестно. Хорошо хоть отвечать на сей неловкий вопрос не пришлось — я б всё равно ничего цензурного бы не сказала. А так промолчала вообще, когда колонна не выдержала очередного отлетевшего в него заклинания, которое буквально разрезало твердый камень пополам, как острая самурайская катана нежный батистовый платочек. Верхняя часть показательно-медленно поползла на нас, но когда она рухнула на пол, Князь успел выдернуть нас в совершенно другое место.
На сей раз укрытием оказались массивные обломки какого-то странного строения, некогда похожим то ли на огромного каменного ложа, то ли на некое подобие длинного плоского трона. Теперь характерные звуки борьбы раздавались откуда-то слева, а над нами зиял высоченный темный потолок с закопченной до черноты лепниной.
Где мы вообще?
— В подземельях родового замка черных драконов, — судя по тому, как откликнулся Князь, сидящий на корточках и выплетающий какое-то замысловатое заклинание, последний вопрос я задала вслух. — Ты же не думала, что с твоими талантами к разрушению охранок, я твоего чокнутого оставлю в академии?
Я досадливо поморщилась, невольно вздрагивая, когда в наше убежище с силой врезался какой-то обломок. Вот всё-то он предусмотрел!
— Ладно, — коротко ругнувшись, я принялась закатывать рукава. — Надо утихомирить Гила, пока он сам себе не навредил.
— Ага, — серьезно покивал Темнейший… и ловко уцепил меня за шкирку до того, как я ломанулась из укрытия. — Стоять, Сомелье. Только не говори, что собралась мужественно броситься грудью на амбразуру!
— А есть другие варианты? — поинтересовалась я, плюхаясь обратно на попу, на грязный пол, усеянный камнями. — И вообще. Вы же Великий Князь. Неужели сами справиться не можете?
— Я-то могу, — многозначительно усмехнулся Княже. — Но тебе это не понравится. Ладно, ладно, не рычи, радость моя. Если б я хотел грохнуть твоего ушастого, я б тебя сюда не тащил. Я дал тебе слово, что его не трону и, как видишь, собираюсь его сдержать. Но благородно окочуриться в очередной раз я тебе не позволю, учти!
— Тогда, увы, я ничем не могу помочь, — невольно развела я руками, снова вздрагивая, чувствуя, как подо мной вздрогнул весь пол сразу. В воздухе появился какой-то неприятный запах, что-то шарахнуло по стене, послышался жуткий, скребущий звук… а затем что-то зарычало.
— А скажи-ка мне, моя смелая поганка, — неожиданно дергая меня к себе поближе, так, чтобы мое лицо оказалось со всем близко от его, негромко и очень проникновенно спросил Князь. — Сколько раз за все время в нашем мире ты умирала по своей воле?
Что-то мне подсказывает, что Темнейшему на самом деле не хочется узнать ответ на этот вопрос. Вот прям очень не хочется!
— Эм-м, — как можно невиннее попыталась улыбнуться я. — Немного?
— И почему я тебе не верю? — еще тише переспросил Князь. И, может, добавил бы что-то еще, но дальнейшие его слова потонули в грозном рыке, от которого содрогнулось всё подземелье сразу!
— Это что было? — выпучила я глаза, хотя в глубине души, да и трясущимися коленками тоже, уже понимала что это такое. — Он же не?
— Поверь, Сомелье, ты не хочешь это услышать, — отрицательно качнул головой маг. — Здравые идеи есть?
— Я с похмелья, какие могут быть идеи?! — справедливо возмутилась я, чувствуя, как от редких прыжков обернувшегося дракона ходуном ходит пол. — Мои мозги так быстро не работают!
— С похмелья… Ты гений, родная! — неожиданно выдал Великий Князь, щелкнул пальцами… и исчез, растворившись в воздухе, оставив меня одну.
Ну, что сказать? Никогда в этом недочеловеке не сомневалась!
— Ладно, — резко выдохнув, пытаясь привести шальные мысли в порядок. — Что нам, русским бабам, какие-то Князья? Берем коньяк и будем импровизировать!
Но в следующий момент произошло несколько вещей сразу. Цепляясь за груду камней, я осторожно встала, пытаясь рассмотреть окружающую обстановку, которая по эпичности разрушений больше напоминала поле боя. Где-то вдалеке раздался очередной, уже до отвращения знакомый рык злого черного дракона, а на остатки ложа передо мной в немыслимом прыжке приземлился… Агилар. Но мамочка моя, в каком он был виде!
Крупнее раза в два, намного выше, со вздувшимися, почерневшими венами. Одежда висела на нем лохмотьями, бледная до синевы кожа где-то была покрыта грязью и пылью, где-то царапинами и ссадинами, а где-то просто пятнами свежей крови. Кисть одной руки была неестественно вывернута, уши удлинились, а взгляд… он отсутствовал. Полностью!
— Гил, — не сдержавшись, болезненно охнула я. И зря. Эльф меня услышал!
Вот только, когда он обернулся в мою сторону, даже капли узнавания к нему не пришло. Более того, алое марево глаз, полностью затопившее белок, вспыхнуло с новой силой острой, ни с чем несравнимой ненавистью!
Кажется, я влипла.
— Спокойствие, только спокойствие, — выставив вперед руки, раскрыв ладони, я сделала медленный, аккуратный шажок назад. — Гил, это всего лишь я. Я тут просто мимо проходила, меня не надо убивать, ладно?
Ага. Так он взял и послушал!
Нет, сразу он на меня не накинулся, и то хлеб. Но как только его тело угрожающе качнулось в мою сторону, стало очень-очень страшно!
Не знаю, нотации, прочитанные Темнейшим, на меня повлияли или еще что — но умирать в очередной раз расхотелось совершенно!
— Агилар, я знаю, что ты где-то там, — осторожно отступая еще на шаг, попыталась я воззвать к разуму своего проклятого друга, который сейчас явно раздумывал, променять ли старую жертву на новую или оно того не стоит. — Я знаю, что ты меня слышишь. Давай разойдемся мирно, а?
Вместо ответа мой ушастый дружочек красноречиво оскалил клыки… А откуда-то сбоку ударила струя пламени!
— Гил, нет! — только и успела выкрикнуть, срываясь с места. Честное слово, не знаю, как мне это удалось — то ли адреналин, то ли что — но снесла я эльфа в самый последний момент, до того, как он покрылся ароматной, хрустящей корочкой.
Теперь же, когда огненная струя без труда плавила вековой камень, мы кувырком полетели на мраморный пол, сшибая своими телесами всё, что попадалось на пути. Приземляться, кстати, тоже было неприятно, хоть и разлетелись мы в разные стороны. Звучно ойкнув, выпуская воздух из легких, я села, машинально зажимая ноющее после всех приключений плечо. А Гил…
А Гил, попытавшись встать, рухнул обратно, как подкошенный, принимая обычную свою форму тела, и в спине его сверкал знакомый серебряный кинжал эльфийской работы.
В этот же момент перестало гудеть драконье пламя, и уставший, скорбный вздох огласил покореженное подземелье:
— Сомелье, скажи, тебя вообще можно оставить хоть на минуту?
Хм. Надеюсь, это был риторический вопрос?
* * *
— Ай-я-яй!
— Что «ай-я-яй»? — передразнил меня Темнейший. — Сорок пять секунд. Меня не было всего сорок пять секунд, Сомелье. А ты ухитрилась за это время вляпаться. И «ай-я-яй» — это всё, что ты можешь сказать?
— А я знала, куда и как надолго направился Великий Князь? — сердито пробухтела я, пытаясь отползти подальше от этого садиста. — Тем более, я ничего не делала. Это Агилар!
— Это Агилар, — снова передразнил меня темный маг, хватая за щиколотку и безапелляционно возвращая в прежнюю позу. — От тебя требовалось тоже, что и сейчас — посидеть спокойно. А главное — молча!
— А я откуда знала? — возмущенно фыркнула, хватаясь за простыню на груди, чтобы она не сползла еще ниже. — Хотя бы инструкцию оставили!
— Сомелье, — с тихим шипением разгневанный Властелин этого мира безапелляционно ткнул меня обратно в гору подушек. — Любой первокурсник может распознать заклятие невидимости. И уж тем более он знает, что для его сохранности нужно всего лишь молчать и не двигаться! А уж ты, со своими особенностями, должна была это сразу увидеть… Да ты угомонишься или нет?!
— Нет, — храбро вякнула я, пытаясь выбраться из нежного пухового плена и на диво крепких рук Князя. — Больно же!
— Ничего не больно, — не согласился Княже, красноречиво помахивая тряпицей, смоченной в специальном зелье, аналоге нашего антисептика. — Всего лишь щиплет!
— Фигассе щиплет, — праведно взбунтовалась я, уже ознакомленная с навыками Темнейшего по оказанию первой медицинской помощи. — Как будто кислоты налили!
— Поверь, радость моя, ожог от кислоты ощущается совсем иначе…
— Поверю на слово, — что-то в голосе темного мага было такое, от чего спорить расхотелось сразу. Но и откликаться на его целительские порывы я все еще была не согласная!
— Сомелье, а Сомелье… Вылезь из-под одеяла, а?
— Нет.
— Леший с тобой, сиди дальше. Но хоть руку дай!
— А что мне за это будет? — на секундочку заинтересовалась я. Не то, чтобы я хотела услышать выгодное для себя предложение… Но мне нужно было немного времени, чтобы плечо, обожженное драконьим пламенем чуть повыше локтя, перестало саднить после прикосновения к одеялу. И это я еще старалась запаковаться как можно аккуратнее!
— М-м-м… по лбу?
— Да хоть по затылку дубинкой!
— Ты не представляешь, насколько соблазнительно это предложение, Сомелье.
Вот же засранец, а? Чего его так приспичило в доктора-то проиграть? Не иначе как полное отсутствие детского сада сказалось!
— Ладно, не дуйся, — услышав мое сердитое пыхтение, неожиданно пошел на мировую Князь. — Посидишь спокойно, конфетку дам.
— Нет, спасибо. У меня аллергия на сладкое!
— Хм. Кальян?
— Спасибо, не курю!
— Артефакт? Редкий?
— Не интересует!
— А если хвост покажу?
И вот тут я резко выдохнула воздух, который набрала в грудь для очередного отрицательного ответа.
Хво-о-ост? Мне это послышалось или он правда готов мне отдать на растерзание свой хвост?
Господи, прости. Это даже в мыслях звучит пошло!
— А с чего вы взяли, что мне это интересно? — настороженно поинтересовалась я, но покидать надежное убежище пока не спешила.
И нет, напрасных иллюзий я не строила, прекрасно понимая, что если Князь захочет сеять добро в массы, черта с два я смогу его остановить. Чего только стоит его небрежный щелчок пальцев, благодаря которому моя грязная и подпаленная форма исчезла в момент, оставив после себя только тонкую черную простынку, кое-как на меня намотанную!
Но раз после моих страдальческих воплей Темнейший вдруг решил поиграть в доброго Айболита, кто я такая, чтобы с ним спорить?
— Да брось, Сомелье, — негромко фыркнул этот… лис-искуситель, блин! — Чтобы иномирянка, да не заинтересовалась особенностями физиологии кицунэ?
— Дико извиняюсь, Ваше Темнейшество, — ехидно пропела я, высовывая-таки голову из-под одеяла. — В моем мире демоны севера, может, и являются всего лишь красивой легендой. Но в этом мире вы не единственный!
— Да ну? — нагло улыбаясь, блеснул Князь хищными лисьими клыками, и на постель величественно лег он. Тот самый хвост!
Терзалась я не долго. Что ни говори, а этот жук был прав: за три сотни лет я, конечно, многое повидать успела, и кицунэ в том числе, самых разных цветов и оттенков. Но вот так, добровольно, пожамкать свой хвостик мне ни разу не дали!
— Соглашайся, радость моя, — фыркнул Князюшка, и черный как смоль, пушистый до безобразия, шикарный хвост заманчиво дернул острым кончиком.
Ну и как было удержаться?
Чертыхнувшись вслух, проклиная все на свете, из-под одеяла я все-таки вылезла, стараясь двигаться как можно аккуратнее. Маг уже без насмешки следил за моими передвижениями, и все-таки, когда я уселась к нему боком, прижимая ткань к груди и тяжело вздохнув, негромко усмехнулся:
— Смелее, Сомелье, я не кусаюсь.
— А мне это откуда знать?
Вместо ответа этот сатрап просто приложил тряпочку к ране. Я взвыла!
Но тут же замолкла, когда моей ладошки коснулся пушистый хвост, мягкий и нежный до нереальности. Густой, толстый, жесткий на вид волос, один к одному, невероятно черный и такой… да ми-ми-ми, блин, меня от умиления порвало напрочь!
— Ты как ребенок, Сомелье, — тихо посмеиваясь над моей умильной мордашкой, негромко фыркнул Князь, продолжая свою экзекуцию.
— Я ж не виновата, что застряла в одном состоянии тела, и в одном возрасте, — хмыкнула я, украдкой пытаясь рассмотреть те самые пресловутые физиологические особенности. То есть, как конкретно огромный хвост крепится к туловищу!
Но тут меня ждал облом — за самым пушистым и широким местом у основания просто начинались знакомые кожаные штанишки. Интересно, а насколько сильно мне надо покалечиться, что б мне все пикантное показали?
Тьфу. И о чем я только думаю!
— Кстати о теле, — маг явно не собирался отвечать на подколку и решил тактично съехать с темы. — Ожог первой-второй степени, три-четыре процента поверхности тела. Легко отделалась, Сомелье.
Не, то, что на Рантаре использовали знакомую классификацию, внеочередным открытием не стало. Но вот с постановкой диагноза я была не согласна!
Хотя я вообще не понимала, как умудрилась так вляпаться. Я честно думала, что просто ушибла плечо, когда брякнулась вместе с Гилом на пол, и острой боли не чувствовала ровно до тех пор, пока сердитый Темнейший не ткнул меня носом в дымящийся рукав! Перекинувшийся дракон, на его счастье, успел исчезнуть и утащить за собой медленно уменьшающегося в размерах Агилара, так что по ушам за плохое поведение получила только я.
Как и с трудом пережила дальнейшую немедленную транспортировку в знакомый замок для последующего обследования. Ну, а про неравную борьбу, простынку, и всё остальное я уже говорила.
— Второй? Да тут третья на лицо. Это же драконье пламя!
— И что? К твоему сведению, зараза моя необразованная, драконы способны выпускать до двадцати шести различных видов пламени, начиная от иллюзий, и заканчивая шквалом черных сгустков. И чему вас там в академии учат?
Я невольно насупилась, но мягкий хвостик дразняще скользнул по моему запястью, напрочь отбивая всякое желание дуться. Вот честное слово, или я перестану улыбаться, как дурак, при виде этой прелести, или кто-то с замашками Темного Властелина приобретет нешуточное средство влияния!
— Так я ж еще на первом курсе, — фыркнула я, старательно не обращая внимания на сильные теплые пальцы, легко порхающие по моему плечу. — У меня еще все впереди! И вообще. От того пламени, помнится, камушек тю-тю! Ну, расплавился.
— И что? — иронично вскинул брови Князь, приманивая со столика крошечный горшочек с густой белой мазью. — Реакция живого и неживого на драконий огонь всегда будет разной, запомни. Ушастого твоего, может быть, чуть подпалило бы, но вряд ли запекло до черной корочки.
— Оно и видно, — скосила я глаза на собственное плечо, не слишком привлекательное на мой скромный взгляд… И тут же про него забыла — перед моим носом снова мелькнул кончик хвоста, увлекая, как младенца новой погремушкой.
Да что ж такое!
— И вообще, — все-таки насупилась я, но няшный хвостик ухватила. Когда еще мне дадут вволю потискать самые интересные конечности самой великой личности? Тьфу. Опять одна пошлятина в голову лезет! — Вашему дракону я не доверяю. Спалил бы Алилара, а потом руками развел, мол, пал смертью храбрых, я сам видел!
— Моему, как ты говоришь, дракону, — хмыкнул Князюшка, который понятия не имел о наших супергеройских фильмах, а значит, иронию не оценил. — Твой, как ты не отрицаешь, ушастик, нужен живым и относительно здоровым. Этого бешеного нужно было отвлечь и всё.
— Хотелось бы верить, — буркнула я, пока мой личный мучитель закончил размазывать по моей руке мазь, вкусно пахнущую почему-то кокосиком, и взялся за лоскуты чистой ткани. Эх, сюда б стерильные бинты! — Как он там сейчас?
— А что с ним будет? — искренне удивился темный. — Пустяковое ранение эльфийским серебром переживет даже человек, не говоря уже о твоем мутанте, которому и яд метаморфа на пару минут, не более. Но пьяный берсерк — спокойный берсерк, ярость не успевает охватить задурманенный алкоголем мозг. Кто вообще додумался наслать на этого чудика подобное проклятье?
— Сие есть тайна великая и непознаваемая, — тяжко вздохнула я, не желая углубляться в дебри чужой тайны. И полюбопытствовала так осторожно-осторожно, ласково поглаживая хвостик, прикорнувший на моих коленках со спокойствием мехового воротника. — А его можно… ну, снять?
— Чтобы ушастый гаденыш прекратил стабильно портить тебе жизнь, я б с радостью снял с него проклятье, — помолчав немного, темный маг криво усмехнулся краем губ, начиная потихоньку превращать меня в египетскую мумию. — Но, увы, радость моя, это невозможно. Подобные проклятья со временем вгрызаются глубоко в нервную систему и растворяются в крови. И единственный способ — это буквально вывернуть твоего лопоухого наизнанку, слегка разобрать по частям, и на пару часов полностью обескровить. Что после этого останется и восстановится, не могу предсказать даже я. Такой вариант тебя устроит?
— Нет, спасибо, — поспешно открестилась я. И вздохнула, вроде как обескураженно. — А я думала, Великий Князь может всё.
— Не пойми меня неправильно, Сомелье, — насмешливо откликнулся маг. — Мне льстит твое высокое мнение обо мне. Даже жаль тебя разочаровывать, но я не всемогущ.
Понятно. Сей расчудесный мужичок в моем хозяйстве будет бесполезен!
— И раз уж ты сама об этом заговорила, — похоже, Темнейший поставил себе задачу стать мистером педантичность этого мира — бинты на мою руку продолжили наматываться с особым усердием и осторожностью. — Запомни сразу — лес темных эльфов, почти все домены ДарХанна, гномьи катакомбы и часть владений тэнгу для тебя под запретом.
— Это еще почему?
— Да потому, моя бесстрашная зараза, — ухмыльнулся Князь, завязывая симпатичный бантик на аккуратной до невозможности повязке. — Что туда мне прямого доступа нет.
— А, так вот почему меня на те алтари никогда не заносило! — спустя три сотни лет дошла до меня очевидная истина. — Их там просто нет!
— Именно, — просто кивнул Темнейший, небрежным взмахом руки растворяя в воздухи остатки лечебных средств и принадлежностей. — Кицунэ сдерживают завесу на севере, тэнгу — на востоке, на западе с этим вполне справляется темноэльфийские маги, а на юге — драконы. Все остальные территории, как ты знаешь, на мне. Исключая представителей моего народа, все остальные охотно согласились с этой обязанностью, при одном условии. Им нужна была независимость. От меня. И только шахты гномов просто блокируют любую магию.
— На лекциях по мировой истории это звучало несколько иначе, — задумчиво почесала я затылок, забыв даже на минутку про слишком спокойный хвост. А вот он про себя прекрасно помнил, и, стоило мне только отвлечься, просто исчез! — Эй!
— Потом отдам, — как ни в чем не бывало, фыркнул кицунэ, вольготно раскладываясь на кровати, на боку, подпирая щеку кулаком. И ведь самое интересное, я снова ухитрилась пропустить момент, когда с него исчезла и жилетка, и сапоги, а рубашка оказалась расстегнутой! — Устраивайся поудобнее, моя прелесть. Будем учить уроки!
— А может не надо? — жалобно протянула я, сцеживая зевок в кулак и машинально потирая глазки. И нет, я на самом деле даже не притворялась, я б никогда не упустила шанс узнать что-то полезное и интересное непосредственно от первоисточника. Просто за сегодня произошло достаточно, чтобы меня стало выключать, как подстанцию у пьяного электрика во время грозы!
— Ути, моя лапочка, — тут же умилился Темнейший, вскидывая брови. — Спать захотелось?
Я от такого выверта чуть челюсть не вывернула!
— Да ладно тебе, Сомелье, — глядя на мою реакцию, ухмыльнулся Темный Князь… и поверх его бедра пушистым покрывалом лег знакомый, до чертиков соблазнительный хвост. — Я ж не садист. Ложись давай, расскажу сказку на ночь.
Да в принципе… Да, собственно, фиг бы с ним, с принципом!
И я, не мудрствуя лукаво, небрежно плюхнулась на кровать, пристраивая свою глупую головушку на чьем-то рельефном пузе, естественно, сразу вцепившись в вожделенную няку. Вот честное слово, еще немного, и я эту прелесть заберу себе в качестве плюшевой игрушки. А что? У Князюшки их еще восемь штук останется, а мне нужна полноценная компенсация морального вреда — должна же я хоть что-то с нашей связи поиметь! Окромя бессмертия, конечно.
— Лучше поясните, наконец, что там за серьги такие, от которых всем разом голову снесло.
— Хм, — задумался Темнейший, в сторону которого я упорно пыталась не смотреть. Да-да, наше положение и позы совсем неприличны для этого мира. Но где мир, а где я? Тем более, стоит все-таки признать, что на самом деле мне начинает нравиться этот наглый чертяка. А посему, на некоторые поползновения с его стороны, я очень даже согласная! — Не думаю, что тебе нужна эта информация.
— Э, нет, — я с удовольствием фыркнула, не прекращая играть с хвостом, который, к слову, был мне куда симпатичен, чем его владелец. Да я ради этой пушистости с первых обнимашек уже была на всё согласная! — Ваше Темнейшество, так не пойдет. Раз уж я невольно оказалась втянута во все это, мне бы очень хотелось знать, ради чего страдаю я и мои друзья. Это будет честно.
— Радость моя, тебе никто не говорил, что жизнь вообще — нечестная штука?
Я только хмыкнула, раздумывая, а не дернуть ли мне Великую Вредность этого мира за самую выпирающую часть тела? Потом решила, что бедный пушистик все-таки не причем, и ограничилась только тем, что снова закусила нижнюю губу.
Это, как ни странно, подействовало.
Великий Князь только вздохнул, переворачиваясь на спину. Что ж, если ему для дальнейшего непростого разговора было жизненно важно рассмотреть потолок, я ничего не имела против. Мне так даже удобнее!
Правда, как только моя шея и голова приняли более горизонтальное положение, спать захотелось с новой силой.
— Эти серьги, как ты выразилась, на самом деле артефакты, значение которых тебе не понять. Не дуйся, Сомелье, это и правда за гранью твоего понимания, как и большинства из ныне живущих. Их нельзя уничтожить, они не дают никаких сил, но с их помощью можно вернуть ту, которой на нашей стороне делать нечего.
— Бабу бывшую, что ли?
Темнейший аж поперхнулся!
А после поинтересовался с некой долей опасения:
— В вашем мире все такие беспардонные?
— Не, — горячо заверила я, украдкой зевая. — Встречаются и хуже!
— Будем считать, что мне повезло, — саркастично откликнулся маг, закидывая руки за голову. — Но ты права, родная. И, думаю, большего тебе знать не стоит.
— Ну и ладушки, — тихонько пробубнела я, переворачиваясь на бок, лицом, так сказать, в сторону его лица. Правда, куда там смотрел сам Темнейший, мне было сугубо фиолетово — глазки уже закрывались капитально. — У каждого свои недостатки.
— Спи уже, — негромко фыркнул Князюшка, и его хвост роскошным манто лег на мои обнаженные плечи, согревая и убаюкивая. От мягкости и нежности сразу захотелось мурлыкать… Если бы не одно «но».
Я даже не успела толком задремать, как почувствовала медленные, ласковые поглаживания моей переносицы согнутым пальцем.
— Ваше Темнейшество, — шепотом пробухтела я, чувствуя себя маленькой рыжей принцессой из последнего в моей жизни мультика. Для полного счастья только колыбельной о древней реке не хватало! — А что вы, собственно, делаете?
— Понятия не имею, Сомелье, — так же сонно откликнулся темный маг. — Я сам всё ещё с похмелья.
Вот это я понимаю, мотивация от Великого Темного Князя. После такой даже не знаешь, что лучше: бросить пить совсем…
Или споить его еще раз.