Глава 21
— Ну, как бы, — почесала я нос в ответ на радостные пляски эльфиек. — Ну, сработал. Ну, и ладушки…
Меня за это таким взглядом одарили, что будь я на три сотни лет моложе и на целый мир менее опытней, сгорела бы на месте от стыда!
Да и сами ушастые девчушки, если честно, не столько исполняли тумбу-юмбу, сколько лучились такой светлой радостью, что стебаться над ними казалось просто кощунством.
Так что я просто неловко хрустнула затекшей спиной и смущенно улыбнулась.
Судя по насупленным ушкам, девчата меня если и простили, то не совсем…
А потом вообще, переглянулись, засуетились и начали верещать «опаздываем»!
Я только глазами хлопала, совершенно не понимая, сколько, собственно, прошло времени, и как они в принципе сориентировались, ни разу не взглянув на часы. И как умудрялись зигзагами носиться по спальне Темнейшего, ни разу не столкнувшись!
Да лан, я даже толком проснуться не успела. Чем ушастая братия и воспользовалась, лихо натянув на меня пару подъюбников! Очнулась только, когда на талии бульдожьей хваткой затянулся кринолин, а сверху коварно напрыгнула Ролли с верхней юбкой в руках.
И не успела я отплеваться от пены шелкового кружева, как близняшки торжественно внесли его. Платье!
О, божечки мой, какое это было платье. Мама мия, прям!
— Бельё не любит, а глазки-то смотри, как загорелись, — хихикнула одна из них.
Я как открыла рот, так и закрыла его обратно. Интонации, конечно, те еще, но в целом замечание-то верное!
Ладно, сойдемся на том, что во мне есть светская львица в глубокой спячке, заткнем дикобраза с ехидной, да напросимся на примерку. Тем более Агиларовская родственница, неплохо вошедшая в рол командира, как раз грозно топнула ножкой:
— Поговорите у меня еще. Одеваемся и быстро!
И, знаете, они подчинились!
Я даже дышать забыла, пока на меня торжественно водружали очередную шикарнейшую эльфийскую работу. Гладкий дорогущий атлас цвета слоновой кости приятно холодил кожу, оставляя минимальное количество открытой кожи. Стоячий воротничок, три четверти рукава с тонким кружевом по низу, полностью закрытые спина и плечи — я прям даже подивилась такому целомудрию.
Но, черт возьми, как же круто оно смотрелось!
Основного цвета почти не было видно из-за серебряной нити ажурной вышивки, невесомой блестящей паутинкой охватывающей всё платье. На груди, на темном фоне, в еще более темной, округлой окантовке с вязью изящных рун, расцвел потрясающей красоты цветок, похожий на наш пион. Его копии расположились и на юбке по кругу, от колена до подола. По низу же, едва касаясь острых носков атласных сапожек, игриво танцевала тонкая лента кружева.
Довершали образ полупрозрачные митенки — такие перчаточки совсем без пальцев, и длинные серьги, состоящие из связок тонких цепочек и гроздей круглых камушков, от серебряного, до темно-коричневого цветов. А уж прическа, это вообще шедевр!
Штук десять тонких, ажурных «дракончиков» украшали теперь мою черепушку, и в каждом из них, строго по центру, тянулись знакомые белые цепочки. Все косички были собраны на затылке и стянуты атласной лентой в тон платья. После нее плетение кос продолжалось еще немного, закреплялось костяными бусинами, а затем переходило в свободные прядки — эдакий хвост из полу косичек.
И все это роскошество едва уловимо звенело и чуть уловимо перестукивало при резких движениях головой.
А еще эти эльфийские стилистки ухитрились, пока я давила морду подушкой, привести эту самую морду в приличный вид. Кожа теперь словно сияла, бровки нарисовали как с картинки, идеальные короткие стрелочки вызывали дикую зависть, скулы непонятно как подчеркнули, а губки соблазнительно поблескивали.
Как я ухитрилась пропустить все эти манипуляции, и не почувствовать их, оставалось только догадываться!
— Вау, — удивленно моргнула я пушистыми черными ресницами, потратив, наверное, минут пятнадцать на шокированное разглядывание своего отражения в зеркале. — Да ладно. Это точно я?
— Точно, — звонко рассмеялась довольная, как маленький слоник, Ролли. И, не удержавшись, еще разок расправила мне складки на юбке. — Идеально! Теперь ты достойна Великого Князя.
— А, то есть раньше была так, третий сорт не брак? — насупившись, грозно уперла руки в бока, стиснутые корсетом до талии в узкую рюмочку. И, хотя я прекрасно поняла, о чем вела речь эта поганка, желание пошутить над ней было непреодолимым!
Ну, и напроситься на комплимент хотелось тоже.
— Леся! — укоризненно выпалила мастерица. — Ты же знаешь, что это не так! Ты прекрасна всегда, ты идеальна! Но на таком балу ты должна стать идеальнее любого идеала! Ты ведь…
— Да поняла я, — рассмеялась я, перебив эльфийку, пускающую молнии глазами. Ее товарки и то, сразу уловив мое пакостливое настроение, тихонько хихикали, собирая свое барахлишко. — Я же шучу!
— Смотри у меня, — грозно прищурилась Ролли. — Чтобы я больше такого не слышала! И вообще. Тебе пора!
И от всей души щелкнула меня по лбу!
Я даже икнуть не успела, как вокруг колыхнулась знакомая сила. Точнее сказать, ни боли, ни даже никакого прикосновения я не почувствовала совсем, но из-под пальцев ушастенькой почему-то посыпались искры. Вместе с этим воздух сгустился, пространство искривилось, а когда все вернулось на свои места…
Я уже стояла перед закрытыми дверьми бального зала академии, а напротив меня, хлопая абсолютно круглыми глазами, бетонным монументом застыл сам Князь.
Если честно, при виде него, я тоже ненадолго выпала в осадок. Ибо эта ехидная зараза, эта говорливая вредина и пакость разгильдяйская, никогда не признающая пуговицы и даже обычную обувь, сегодня официально вырядиться изволил!
И, будь я проклята, но Дариан в таком виде смотрелся просто невероятно.
Начищенные до блеска высокие сапоги на шнуровке, узкие кожаные брюки, черная шелковая рубашка, длинные серый замшевый жилет, расшитый атласной нитью, великолепный сюртук, знакомые хвост темных волос с косичками и цепочками… Блин.
Да он просто идеален!
А Ролли так вообще, плюсик в карму за умение шедеврально подобрать парные наряды.
Короче, я заблудилась, потерялась, залипла… И поняла, что пропала окончательно!
И, чтобы отвести взгляд от мужчины моей мечты, пришлось как следует постараться. Но он так на меня смотрел! На щеках невольно играл румянец, а сердце непроизвольно начинало биться чаще. Я даже, наверное, не солгу, если скажу, что раньше никогда ничего подобного не испытывала.
Что-то? Жених мой? Ну, тот, земной, бывший? Да в его глазах не было никогда и сотой доли того восхищения, которое светилось сейчас в темных, бездонных глазах Великого Князя…
— Ваше Темнейшество, — чтобы скрыть смущение, я припомнила всё, чему когда-то научилась, и, придержав юбку, присела в максимально изящном реверансе.
И тут же мысленно поблагодарила Гиловскую родню за отсутствующее декольте. По-моему, шокировать кицунэ еще больше не стоило: он и так промолчал в ответ на мое приветствие. И всё, на что его хватило, это ухватить мою ладошку, да, склонившись, поцеловать дрожащие пальчики.
В принципе, меня и от этой простой вежливости тряхнуло так, будто я по глупости сунулась с ведром воды в трансформаторную будку!
А нам ведь еще вместе танцевать. Ой-ой!
— Да, к демонам все приличия, — выдав неожиданно осипшим голосом, Дариан резко привлек меня к себе, и даже пышное платье не стало помехой. — Сомелье, ты бесподобна, ты знаешь?
— Ну, — неуверенно откликнулась я, машинально облизывая пересохшие губы. — Иногда бывает. Редко, но метко.
— Вот уж действительно, — еще тише согласился Князь, медленно положив свою горячую ладонь на мою щеку. — Очень и очень метко…
И поцеловал меня.
Чего там нас ждало-то? Бал, праздник, обязательства и ожидание сильнейшего мира сего огромным количеством народа?
Пф-ф. Мы были заняты!
Причем настолько заняты и увлечены, что лично мне сильно захотелось уйти немного в другую сторону от бального зала…
И, естественно, лучшего времени, чтобы торжественно объявить о явлении Великого Князя, и распахнуть огромные двустворчатые двери, не нашлось!
Громоподобные аплодисменты, шокированный охи и ахи, вопли и даже горестные стоны… А мы чего? Стоим, целуемся.
И неизвестно, сколько бы простояли еще, но пауза неприлично затянулась. Очень неприлично затянулась!
— Сомелье, ну имей совесть! — послышался гогот двух знакомых двоечников. Не сдержавшись, я прыснула!
— Эффектно, базара нет, — негромко хохотнула я, уткнувшись носом в мужское плечо. — Наше появление запомнят надолго.
— Попробуем реабилитироваться? — кицунэ мягко рассмеялся мне на ухо, естественно, абсолютно не страдая угрызениями совести.
А после, шагнув назад, уверенно расправил плечи, и отвесил галантный донельзя поклон, протягивая руку:
— Вы позволите, леди?
Вот очень хотелось в этот момент фыркнуть, отказаться, отвернуться и пойти одной, гордо вздернув носик. Так требовала моя коварная душонка и гадкое самолюбие, да! Еще и злопамятность шевелилась в душе, тактично намекая о прекрасной возможности красиво отомстить за прежнее отношение Темнейшего Князя к одной маленькой адептке…
Но мужики такого позора не прощают. Да и я, на самом деле, не такая уж зараза, как бы Дариан не утверждал обратное!
И потом, гулять, как говорится, так гулять. Зря, что ли, меня весь день ушастые косметологи пытали?
— С превеликим удовольствием, — изобразив еще один реверанс, я вложила в его ладонь свою ладошку, показавшуюся самой себе очень маленькой и хрупкой. И, гордо расправив плечи, вскинула подбородок, открыто улыбаясь и позволяя увести себя в зал.
Честное слово, еще недавно я думала, что пройтись вот так, под локоток с Темнейшим, да через коридор, образованный не просто людьми, а моими сокурсниками, будет смерти подобно! Я в принципе никогда не любила повышенное внимание, и всегда старалась если не полностью его избегать, то придерживаться второго-третьего плана. И это вполне обоснованно — одиночки всегда выделяются, а в толпе затеряться проще всего.
Да у меня это вообще стало рефлексом, вбитым в подкорку!
А тут такой недопустимый мезальянс, как Великий Князь и его адептка, да еще и представленная обществу фактически официальным заявлением. Пока не прозвучавшим вслух, да. Но после сцены в дверях разве нужны еще какие-то расшаркивания?
И это еще неизвестно, что Дариан может ляпнуть во время своей приветственной речи!
В общем и целом, по логике вещей мне должно быть страшно и неловко так, как никогда в жизни.
Но не было! Не смущало уже ни шикарное платье и неудобные каблуки; ни пристальное внимание; ни сотни самых разнообразных взглядов. Спину колола чья-то лютая ненависть, от зависти чесалась шея, а любопытство щекотало виски. От чужой, острой злости и ревности буквально холодели руки…
Но согревающая ладонь Князя будто бы отгоняла подальше не только все неприятные ощущения, но и мысли.
И я улыбалась, чувствуя себя настоящей сказочной принцессой, грациозно стуча серебряными набойками по натертому паркету, оглядывая богато, со вкусом украшенный зал. Когда только им заниматься успели! И кто, учитывая тотальную занятость всех и сразу на контрольном срезе?
Взгляд машинально прошелся по стройному ряду преподавателей, сменивших, для разнообразия, темные скромные одежды на что-то боле привлекательное. А уж как выделялась среди всех магистр Тиас, м-м-м! Прям неудивительно, что мужская часть населения не речь Темнейшего слушала, а нервно дышала, не сводя голодного взгляда с ее умопомрачительного декольте.
Я, кстати, тоже благополучно пропустила всё мимо ушей, пытаясь отыскать в толпе знакомые лица. Как могла, сдержала улыбку при знаках приветствия от знакомых, честно постаралась не рассмеяться над презрительно-зеленым лицом Лютеции, украдкой кивнула куратору, но ушастую братию так и не обнаружила. Эльфы, что темный, что светлый, как сквозь землю провалились!
— Да начнется бал! — завершая свою речь, громогласно хлопнул в ладоши Темнейший.
В этот же миг, запущенное ранее заклинание заставило распуститься на колоннах последние летние цветы, из которых вспорхнули к сияющему миллиардами свечей потолку большие разноцветные бабочки. С их тонких крылышек посыпалась перламутровая мерцающая пыльца, послышались выстрелы пробок из бутылок шампанского и бодрые аплодисменты.
А откуда-то издалека, достаточно громко, но ненавязчиво, разлились чарующие звуки вполне узнаваемого вальса.
— Потанцуем? — улыбнулся мне Дариан.
И вот тут-то я запаниковала. В смысле, потанцуем? Уже?!
— Не-не, зараза бессмертная моя, — правильно оценив легкую панику в глазах, Темнейший ловко притянул меня к себе, не давая подобрать юбки и дернуть куда-нибудь подальше отсюда. — Отступать поздно!
— А можно не надо? — попыталась дрожащими губами улыбнуться я.
— Не можно! — расхохотался Темнейший. И, неспешно поднеся мою ладонь к своим губам, дразняще заявил, не отрывая взгляда. — Просто доверься мне, родная. Всё будет хорошо.
Ясное дело, я не устояла.
Как можно отказать, когда так просят?
Это потом я поняла, что могла вытворить, отказавшись. Кицунэ не просто пригласил меня танцевать, о нет. Своим танцем, первым танцем, мы открывали бал, вроде как давая остальным разрешение веселиться. До нашего эпичного появления адепты и гости просто… пили. И ели! Естественно, общались и шушукались, но становиться по парам не спешили.
Этикет, матушку его итить, да среди магов, обычно свободных от всяких рамок и условностей!
Чего ж сегодня Темнейшего так на официоз потянуло?
— Не нервничай, Сомелье, — странно было идти в центр залы, когда перед нами почтительно расступались гости. — Ты же мне доверяешь?
— Слишком много сегодня вопросов о доверии, — так же негромко шепнула я, пытаясь при том сохранить счастливо-придурковатое выражение лица. — Ты ведешь себя странно.
— Лесь, у нас с самого начала все было наперекосяк, — остановившись ровно в центре, едва заметно улыбаясь, довольно серьезно произнес Дариан. — Позволь мне хоть раз всё сделать правильно.
Моё сердце дрогнуло.
Такого… откровенного признания от Великого Князя я не ожидала.
И, пожалуй, для меня оно стало куда дороже любых других нежных слов и громких заявлений.
И танцевать после этого было уже не страшно — я просто не видела и не слышала никого вокруг.
Ноги сами несли меня по паркету, будто бы совсем не касаясь его. Мужские, самые надежные на свете руки держали, вели и направляли, и я чувствовала — они никогда не дадут мне оступиться и упасть. Я не заметила, когда в круг танцующих вступили другие пары, и кто именно это был — просто не могла отвести взгляд от колдовских черных глаз, в глубине которых иногда проскальзывала такая гордость и нежность, что порой становилось даже страшно.
А еще, кажется, я даже не слышала толком музыки — пульс выдавал такой щемящий душу ритм, что обращать внимание на сторонние звуки было просто нереально.
И, нет. Сколько танцев подряд мы не расходились, я тоже не помню!
Наверное, пока не стерлись бы ноги в кровь, я бы не отказалась покидать центр залы. Да и Дариан не спешил меня отпускать, привычно наплевав на свои обязанности хозяина вечера и почетного гостя. Но, как назло, чутко угадав первые признаки усталости и очередную смену мелодии, в поле зрения нарисовалось руководство академии собственной невыносимой персоной.
Да так нарисовалось, что не пройти, не проехать!
— Надеюсь, ты позволишь? — почтительно склонив голову перед Князем, с ухмылкой поинтересовался черный дракон. — Леди Сомелье?
— Как я могу отказать своему лорду-директору? — всё еще находясь в каком-то романтическом тумане, присела в реверансе я. — Дариан?
Хм. Мне показалось, или чешуйчатый едва уловимо вздрогнул?
— Развлекайся, родная, — коснувшись губами моих пальцев, нахально подмигнул мне Темнейший. А следом, изменившись в лице, холодно предупредил в своем привычном тоне. — Ляпнешь хоть что-нибудь, Радахан, и я тебе ноги вырву.
— Как я могу? — иронично вскинул брови тот, протягивая мне свою лапищу. — Сомелье?
Пришлось и перед ним расшаркиваться в рамках этикета. Хотя с куда большим удовольствием я бы ненадолго упала вон на ту кованую беленькую кованую кушеточку у дальней стены, да охладилась шампусиком. А после, дождавшись своего хвостатого, снова пошла танцевать!
Хотя… когда еще выпадет официальная, оправданная возможность безнаказанно потоптаться каблуками по дракону?
Танцевал, кстати, он великолепно. Но в его руках я резко почувствовала себя скованным, неповоротливым, пучеглазым бревном в кринолине!
— Ты высоко поднялась, Сомелье, — не успели мы пройти один положенный танцем круг, как дракоша заговорил. — Падать будет больно.
— Это угроза? — мимоходом пройдясь ему по большому пальцу, сразу оскалилась я. — Или обещание?
— Трогать тебя лично — много чести, — мужчина невозмутимо сделал вид, что ничего не почувствовал. — Но я тебе не верю, Сомелье. Ни тебе, ни Агилару, ни в ваши благие намерения.
— Ваши проблемы, — пожала я плечами. — Мне скрывать нечего.
— Однако о своем иномирном происхождении ты промолчала.
И вот тут я запнулась, сбившись с ритма и чуть не запоров очередную фигуру танца. Благо лорд-директор сориентировался вовремя, успел меня поддержать, да только обнял чуть сильнее, чем того требовали приличия. Короче, мужик меня неоднозначно лапал!
И однозначно пытался вывести из себя.
Но только зачем ему это?
— Неожиданно, правда? — снисходительно посмотрел на меня дракон. — Мне даже не пришлось расспрашивать Князя, твое поведение и без того слишком очевидно.
У меня прям отлегло. Как-то не хотелось мылить шею Дариану за его болтливость! Точнее, жутко не хотелось разочаровываться в нем. У нас только всё наладилось!
— Неожиданно, — предельно спокойно согласилась я. Правда, не могла не паясничать. — И что дальше? Велите казнить?
— К моему глубокому разочарованию, Сомелье, трогать тебя Лис запретил.
Я иронично вскинула бровушку:
— Что ж так?
А мысленно кляла всех и вся, и себя в том числе. Ведь откуда и почему пришел запрет на существование выходцев из иных миров, я так и не соблаговолила узнать! Точнее, сколько бы я не пыталась, точного ответа не было. Закон — да, был, а веской, объективной причины, откуда он взялся — нет!
— Пока он тобой очарован, — с некой долей пренебрежения выдал Радахан. — Но вряд ли это продлится долго.
Вот тут я внутренне захихикала, улыбаясь так ехидно-приторно, что у самой свело скулы.
Немного же ты знаешь, чешуйчатый!
— Поживем-увидим, лорд-директор.
— Поверь, Сомелье, — хмыкнул мужчина, до сих пор явно не собирающийся держать дистанцию между нашими телами. — Лис — мой друг, и я знаю всего его вкусы и предпочтения. Пока ты для него интересна, как интересен охотнику необычный зверек. И сейчас ты — лишь дорогая зверюшка с золотым ошейником на шее. Как только совершишь ошибку и покажешь зубы, будь уверена, твое чучело моментально займет место среди остальных в охотничьей галерее. А я, со своей стороны, обязательно сделаю так, чтобы он эту ошибку заметил.
А вот это уже меня задело. И задело так крепко, что я ответила, сохраняя при этом безупречно-вежливую улыбку, но ударяя по самому больному:
— Настолько друг, что позволил называть себя лишь по прозвищу?
Глаза черного дракона заледенели, а на висках на долю секунды мелькнула матовая чешуя. В следующее мгновение она исчезла, но мужские пальцы сжали мои почти до боли, и крутанул он меня куда резче, чем следовало.
Чудом удержавшись на ногах, я отшатнулась, сразу приседая в глубоком поклоне, не опуская при этом ехидного взгляда:
— Думаю, на этом остановимся, лорд-директор Радахан. Благодарю за танец.
И гордо удалилась, придерживая тяжелую юбку за кольцо кринолина, старательно лавируя между остальных.
Правда, добраться до желанных сидячих мест не сумела, сходу на кого-то наткнувшись. Даже извиниться толком не успела, глубоко вдохнула знакомый цветочный одеколон…
И для надежности обхватила за талию этого сногсшибательного во всех смыслах мужчинку.
— Устала? — знакомо фыркнули мне в макушку, дружески, даже по-братски обнимая.
— Скорее нет, чем да, — вспомнив о манерах, я все-таки отстранилась, глядя на эльфийскую морду снизу вверх. — Где ты был?
— Здесь, — хмыкнул празднично одетый Агилар. — Просто не хотел тебя отвлекать. Вы с Темнейшим прекрасно смотритесь вместе. Но по коридорам академии в одиночестве тебе теперь лучше не ходить.
— Да мне и в людном месте лучше не появляться, — с отвращением признала я, пока мой ушастенький, мельком оглянувшись, уверенно потянул меня куда-то в сторону. Всего каких-то пять-десять метров, и моя попа наконец-то почувствовала что мягкое, а пятки перестали ощущать давление каблуков.
Еще бы ленте на корсете ослабить, и жизнь заиграет новыми красками!
— Опять Радахан? — как и всегда, прекрасно понимая намеки, Гил сел рядом, впихнув мне в ладонь бокал с чем-то искрящимся, алкогольным, но ярко-розовым. — Что на этот раз?
— Мы ему не нравимся, — сделав первый глоток напитка, имеющего насыщенный вкус земляники, поморщилась я. — Я ему не нравлюсь. Разрушаю их мужскую дружбу, понимаешь?
— Расскажешь Князю?
Я чуть не подавилась!
— Ну точно, — скривилась я, передергивая плечами, и радуясь, что друг затащил нас в ту часть зала, где по большей части обитали приглашенные гости, а не адепты. Сиятельные лорды и леди Брига косились на меня с интересом, но близко подходить не рискнули, в то время как родимые сокурсники уже бы всю плешь проели. Ну, или волосы повыдергали!
— Почему нет? Защищать тебя — его обязанность.
Я только нос сморщила, стремясь как можно скорее утопить неприятный осадок в алкоголе:
— Оно мне надо, настраивать их друг против друга? Пускай Радахан хоть что говорит, сделать он ничего не сможет. Ролли справилась с задачей. Оберег сработал.
— Я рад, — улыбнулся Агилар чуть грустно, наклоняясь вперед и пристраивая локти на коленях. — Как она?
— Растет, поганка, — невольно растеклась я зефирной лужицей родительского умиления. — Такой красавицей стала. Уверенности набралась.
— Это хорошо, — одобрительно усмехнулся Отступник. И хотел спросить что-то еще, но его перебила возникшая за его спиной крылатая тень:
— Леся?
Я чуть не застонала вслух. Час от часу не легче!
Вот недаром Темнейший говорил, что меня нельзя оставлять одну, сразу в какую-нибудь неприятность влипну. И я, конечно, злилась, но только сейчас поняла, насколько он прав. Кицунэ не было от силы пятнадцать минут, да и вряд ли он вообще покинул пределы бальной залы…
А я уже не знала, куда бежать от неприятностей!
— Дрогар, — пришлось изображать пингвинов из Мадагаскара, улыбаться и махать кружевными перчатками. — Рада тебя видеть.
Ага. Так рада, шо пипец!
— Ты великолепно выглядишь, — пока темноэльфийский принц бил челом в церемониальных поклонах, а я кокетливо подавала лапку для очередного лобызания, меня не покидал один вопрос…
Сюртук у него, конечно, шикарный, дорогой, расшитый золотой нитью, бархатный. Но как он в него крылья просунул?!
— Благодарю.
— Ты позволишь тебя пригласить?
Я чуть крепче сжала ножку бокала, отчаянно пытаясь удержать эмоции. Не хочу с ним танцевать. Правда, не хочу!
— Нет, не позволит, — неожиданно послышалось позади, и на мои плечи заботливым жестом легли знакомые руки. — Ди Рейн, кажется, я тебя предупреждал.
— Мой Князь, — темный эльф в момент согнулся в поклоне, выражая искреннее почтение. — Прошу прощения. Но…
— Никаких «но» быть не может, — оскалился Темнейший, терпения у которого всегда было фиг, да маленько. — Ушастый, не беси меня. Агилар?
— Идем, — украдкой мне подмигнув, Гил поднялся, чтобы увести своего друга и моего настырного воздыхателя. — Я должен тебя кое с кем познакомить.
Хм…
В голову пришла неожиданная идея.
— Дариан, — как только ушастия братия скрылась в толпе, задрала я голову. — А можешь перенести сюда Ролли?
— А с чего ты взяла, что я этого еще не сделал? — насмешливо откликнулся Темнейший. — Или ты думаешь. Отступник темного с кем-то другим знакомить повел? Он ее через весь зал увидел.
— Умно! — цокнула языком восхищенная я.
Нет, а чего? Если постоянные отказы и угрозы не действуют, можно попробовать внимание переключить!
— Устала? — опираясь локтями на спинку кушетки, негромко, согревая мое ухо своим дыханием, спросил заботливый Князь.
— Немного, — усилием воли давя в зародыше желание пожаловаться на черного дракона, испортившего мне вечер, признала я.
Ну, честно, с начала нашего появления на балу, вряд ли прошел час, может, чуть больше. А все самые сильные эмоции, от радости до злости и усталости, уже имели место быть…
— Потерпи еще немного, Лесинья, — утешил меня Княже, тряхнув хвостом так, что едва уловимо звякнули цепочки. — Осталось еще одно дело, и мы уйдем.
— Да-а? — прищурилась я с подозрением. — И что же за дела могу заставить задержаться самого Великого Князя?
— М-м-м, — якобы задумался этот паяц. — Первый листопад, например?
Я чуть не стукнула себя по лбу.
Ну, конечно же! Одно из самых невероятных событий, ночь, когда лето резко сменяется осенью — зрелище, в которое не поверишь, пока не лицезреешь сам. Если у нас времена года заявляют о себе постепенно, то здесь…
Впрочем, действительно, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Да и ждать оставалось недолго. Я успела опустошить еще бокальчик, как наш уполномоченный зас… дражайшее и многоуважаемое руководство, конечно же, объявило о начале и попросило занять удобные места.
— Идем, — тут же подскочил релаксирующий Темнейший, подавая мне руку.
И снова, как в начале вечера, народ расступался, освобождая нам дорогу… к стене?
Честное слово, когда мы оказались у сплошной стенки, ничем даже не украшенной, я ненадолго впала в ступор. Но виду не подала, старательно пялясь на белые кирпичики, украдкой надеясь на чудо. И я это чудо дождалась!
Сначала объявилось мое личное, персональное чудушко, не столь грандиозное, но до дрожи приятное — мою талию обвил игривый пушистый хвостик. Настроение радостно скакнула вверх, Дариан, добродушно усмехаясь, обнял меня одной рукой, а второй махнул, легко и небрежно.
И стена исчезла, открывая огромный проход в сад!
Обновленный, постриженный и ухоженный, с новыми цветниками, тропинками и лавочками, он смотрелся потрясающе в мягком свете высоких магических фонарей. Теплый ветерок доносил запах свежей скошенной травы и цветущих яблонь…
— Но он еще зеленый, — чуть разочарованно выдохнула я.
— Это ненадолго, — вставая позади меня, тихо рассмеялся кицунэ, и рядом с хвостиком на моей талии заняли свое законное место его руки.
И в этот же момент, с главной башни, послышались удары гулкие часов.
И тут началось!
Сначала, почти незаметно, чуть пожелтела трава. Запах как-то неуловимо изменился, а лица коснулся первый зябкий ветерок. Он закружился в воздухе, скрывая редкие скукожившиеся лепестки, и всколыхнул первые побледневшие листья. Честное слово, они выцветали на глазах, и, будто в ускоренной съемке, желтели, краснели, окрашивались во все оттенки золотого и багряного.
За каких-то пару минут на обширной территории зеленого сада уже буйствовала осень, осыпая землю покровом ярких листьев. На небо набежали хмурые, тяжелые и пока еще редкие облака, а вздох восхищения вырвался наружу белым паром на холодный воздух…
На небе, сияя слишком ярко взошло целых три полных луны.
— Невероятно, — тихо выдохнула очарованная я.
Да, это ежегодное событие, я помню. Но честно, сколько бы ни прошло лет, восхищаться волшебством местной природы я не устану никогда!
— Согласен, — негромко, ласково фыркнул Дариан мне в волосы. А потом предложил напомнил. — Ну что, роскошная моя, сбежим отсюда?
— С вами хоть на край света, Ваше Темнейшество, — ну удержалась от флирта я. И с огромным удовольствием подставила лицо под знакомое веяние силы.
Многолюдное пространство колыхнулась, и на смену ярким платьям, вычурным драгоценностям и затейливым прическам, пришла моя тихая, уютная, пустующая комната в общежитии.
Хватило одного щелчка пальцев, чтобы свечи в простом канделябре на столе зажглись и осветили пространство мягким светом.
— Переоденься, радость моя, — кицунэ аккуратно подтолкнул меня в сторону шкафа. — Ты, конечно, выглядишь превосходно. Но в этом наряде далеко не уйдешь.
— А куда мы? — полюбопытствовала я, взявшись за бронзовые ручки. Нет, ни о каком недоверии речь не шла, да и запас формы у меня был приличный. Но я пока еще не могла понять, как мне самостоятельно избавиться от платья, кринолина и корсета!
Да Темнейший еще, решивший сегодня следовать всем правилам цивилизованных отношений, отошел к входной двери, предусмотрительно повернувшись ко мне спиной:
— Далеко и надолго. Не заставляй меня раскрывать все секреты, Сомелье. Сама всё увидишь.
— Ладно, — фыркнула я, распахивая дверцы. — Далеко, так далеко, я…
И замолкла на полуслове, подавившись на вдохе, забыв, как дышать.
И нет, на меня из глубины скромного гардероба не смотрел укоризненно забытый скелет, и под одеждой даже не прятался случайный любовник.
Всё было гораздо, гораздо хуже.
— Леся? Всё в порядке? — моментально насторожился Князь, но пока не рискнул повернуться, явно опасаясь снова застать меня в неприличном виде.
И зря. Потому что панталончики и прадедушка современного бюстика были бы куда лучше, чем странного вида серьги, лежащие на одной из моих полок.
Те самые, когда-то украденные мною серьги. А к ним еще и колечко!!