Глава 25

Егор

– Ещё раз приношу извинения за поведение воспитателя, я сегодня же решу этот вопрос, – лебезит заведующая детского сада, который посещает Богдан.

Посещал. Я намерен уговорить Ксению перевести ребёнка в более приличное заведение.

– Очень на это надеюсь, – говорю ледяным тоном, демонстрирующим моё отношение к данному учреждению во всей красе.

Даже не верится, что эта же женщина всего пять минут назад грозилась позвать охрану и выставить меня за дверь. Хватило одного звонка бывшему однокурснику, который параллельно с факультетом управления, окончил ещё юридический, и теперь работает в прокуратуре.

Мне даже угрожать как следует не пришлось. Лёгкий намёк на возможную проверку – и дело сделано. Видимо, руководству сада есть что скрывать.

Выхожу из кабинета в сопровождении заведующей, которая спешит поговорить с Ксюшей. Извиняется, пытается заигрывать с Богданом, но ребёнок лучше взрослых чувствует фальш. Прижимается к матери, которая зачем-то схватила мальца на руки.

Для меня-то он лёгкий, но для миниатюрной Ксении пятилетний пацан, должно быть, неподъёмный.

Без особого желания девушка выслушивает бормотания заведующей, с царственным видом кивает и идёт в сторону выхода.

– Что ты ей сказал? – спрашивает у меня возле машины.

Богдан тем временем хлопает в ладоши и резво запрыгивает внутрь спорткара, на водительское сиденье. Я ещё в прошлую поездку заметил, что ему моя тачка приглянулась. Парень есть парень.

Пока ребёнок увлечённо пытается рулить, у нас есть немного времени, чтобы поговорить.

– Богдан, ничего там не трогай, – бросает Ксения обеспокоенно, заглядывая в салон автомобиля.

– Пусть играет, – одёргиваю девушку.

– Так о чём вы говорили с заведующей, Егор? – повторяет взволнованно.

– Ничего особенного, просто указал на её место, – отвечаю размыто. – И да, в этот сад Богдан больше ходить не будет.

– В смысле? – округляет и без того большие глаза. Смотрит на меня, как на умалишённого.

Рядом с ней я и сам себя иногда таковым ощущаю. Мозг превращается в вату, мысли путаются.

И ей о своих чувствах рассказать не решаюсь, потому что не знаю, как отреагирует. Не уверен, что Ксения испытывает в отношении меня то же самое.

Я привык взвешивать свои поступки и решения, а мои чувства к Ксюше не поддаются никакому рациональному объяснению. Что я в ней нашёл?

Если смотреть на внешность, то Ксения – полная противоположность тому типажу, который я обычно предпочитаю. И, тем не менее, она кажется мне невероятно красивой, такой нежной, трепетной. Необычной, неповторимой.

Характер? Мы не так много общаемся, и понять, что в голове у этой тихони сложно. Она то молчит там, где нужно что-то сказать, то наоборот вскипает на ровном месте.

Сложно, и в то же время дико любопытно.

Жутко завидую брату, которого никогда не видел, что он встретил эту девушку первым.

Хотел бы я повернуть время вспять и опередить Евгения. Был бы у меня шанс покорить её сердце?

Не знаю, но я бы приложил максимум усилий.

– Егор? – вырывает меня из глубины размышлений. – Что значит, Богдан больше не будет ходить в этот сад? Меня попросят забрать документы?

В глазах мелькает страх, а я мысленно даю себе затрещину. Не думал, что напугаю девушку, ведь совершенно другое имел ввиду.

– Ксюш, как ты смотришь на то, чтобы вместо ресторана отправиться в детское кафе? – широко улыбаюсь, наблюдая за реакцией девушки. – Там и поговорим заодно.

– Егор, почему ты переводишь тему? Ответь, пожалуйста, – возмущённо вскидывает тонкие брови.

Пытаюсь коснуться её пальцев, но Ксения демонстративно складывает руки на груди. И даже легонько качает головой в знак протеста.

Ныряет в свою изящную броню и ждёт моего ответа.

Резкий сигнал авто заставляет нас вздрогнуть, Ксюша меняется в лице.

– Богдан… – растерянно опускает руки.

В её глазах мелькает и страх, словно я что-то сделаю ребёнку за безобидную шалость, и смелость, с которой она готова постоять за своё дитя, если хоть кто-нибудь посмеет причинить её сыну вред.

Чувствую, что сейчас, когда мысли девушки заняты ребёнком, самое время сообщить о своём решении.

– Я считаю, что Богдана нужно перевести в другое учреждение. Возможно, частное. Завтра же готов заняться этим вопросом, – произношу таким тоном, словно веду сложные переговоры.

– Ты считаешь? – выстреливает в меня яростным взглядом.

– Я считаю, – отвечаю спокойно.

Держать себя в руках непросто. Хочется встряхнуть упрямицу и сказать: «Не спорь со мной!» Прижать к себе, вдохнуть аромат её ненавязчивых духов и увезти их с сыном в свою квартиру. Чтобы рядом со мной были и больше никуда не вляпывались.

Но боюсь, позволь я себе подобную вольность, и этот разговор станет последним у нас с Ксенией.

– Егор, серьёзно? – выдыхает с усмешкой.

Смотрит на меня, как на идиота. Зря она так.

Держу пари, что она сама всё прекрасно понимает, но спорит со мной из принципа. Не хочет, чтобы вместо неё принимал решение.

– Ксюш, я вполне серьёзен. Давай мы завтра спокойно обсудим этот вопрос. Ты ведь тоже понимаешь, что ребёнку возвращаться в место, где его травит другой ребёнок, а воспитатели настолько некомпетентны, что даже не могут разрешить простой конфликт между детьми, не стоит.

Мне не нравится это напряжение между нами, и необходимость доказывать элементарные вещи. Ксения мне не доверяет, и это вполне закономерно, мы ведь, по сути, посторонние.

Но я не хочу оставаться посторонним, хочу стать ближе для них.

– Отвези нас домой, пожалуйста, – просит так, словно делает мне одолжение.

Вижу, что за этот короткий вечер она устала. Последние полчаса выкачали из Ксении остатки сил, поэтому не настаиваю на продолжении. По пути только раз напоминаю о своём предложении, но заметив красноречивый взгляд, брошенный в мою сторону, словно разряд молнии, замолкаю.

И ресторан, и кафе подождут. Спокойствие Ксении для меня сейчас куда важнее, чем собственное желание провести с ней вечер. Поэтому везу племянника и его мать домой.

Однако оставаться равнодушным непросто, поэтому пользуясь небольшой пробкой на светофоре, набираю сообщение Селиванову. Он настоящий специалист в деле воспитания детей, и знает все агентства города, в которых работают лучшие няни.

Возле дома родителей Ксении напоминаю о своём предложении.

Хочу напомнить, но не успеваю, Богдан перебивает мою речь, которую я так тщательно репетировал в своей голове последние десять минут.

– Мам, а папа разве не зайдёт? – не сводит с меня детского чистого взгляда.

Полного доверия и надежды.

Смотрю на Ксюшу. Если пригласит, я не буду против познакомиться с её родителями. Понимаю, что всё слишком стремительно и спонтанно, но и отказывать ребёнку сам не стану.

Да-да, вот такой я нехороший, с лёгкостью готов переложить ответственность на хрупкие плечи девушки. Так хочется к ней прикоснуться, обнять…

Прогоняю наваждение и вновь концентрирую свой взгляд на Ксении, потом опускаюсь перед племянником на корточки.

Богдан мне напоминает меня в детстве: тот же взгляд, что и у меня на фото, и такой же характер тихушный. Я был молчаливым ребёнком, но если кто-то лез на мою территорию, бил, не раздумывая.

Наверное, он просто похож на своего отца, ведь мы с Евгением близнецы.

– Богдаш, ну я же говорила тебе, что это дядя Егор! Дядя… – Ксюша отвлекает мальца, а я тем временем пользуюсь заминкой. Поднимаюсь и в несколько тыков оформляю быструю доставку в интернет-магазине.

Как это я заявлюсь в гости с пустыми руками?

А не пригласят – и ладно. Богдан без меня порадуется подаркам.

Торопливо выбираю какие-то игрушки, сладости, закидываю в корзину, оплачиваю.

– Ну, мама, – грустно выдыхает парень, возвращая меня в реальность.

– Богдан, дядя Егор очень занят, – пытается переложить ответственность.

Вот так значит? Бумеранг, мною запущенный, не заставляет себя долго ждать.

Но и я буду не я, если останусь в долгу.

– Сегодня вечером я полностью свободен, – широко улыбаюсь, наблюдая за замешательством, которое мелькает в красивых карих глаза.