Глава 29

Женя просится остаться на ночь, но я отказываю.

– Извини, ты же жил где-то всё это время, – отвечаю полушёпотом.

На часах половина первого, и я очень не хочу разбудить кого-либо из домашних.

Хотя мужчину мои проблемы явно не волнуют, он за всё время нашего разговора ни разу не спросил, как дела у Богдана.

Хотела сказать ему об этом, но передумала. Зачем?

Он и раньше сыном не слишком интересовался, даже на руки брать не особо стремился. Всё говорил, что до трёх лет ребёнком должна заниматься мать, а я, глупая, слушала и во всём соглашалась.

Надо же быть такой слепой…

– М-да, Ксюх, думал, ты обрадуешься, – оттопыривает нижнюю губу и протяжно выдыхает. – Нашла себе, что ли, кого?

Вспыхиваю от смеси гнева, обиды и негодования. Столько вопросов, что просто голова кругом. Где был? Почему из больницы мне не сообщили, что муж жив? Кто ещё знал, что Женя не погиб? Может быть свекровь, которая не была на похоронах и больше так и не появилась после?

Мозг закипит сейчас, а Женю волнует только, появился ли у меня кто-нибудь.

– То есть ты считаешь, что можешь вот так просто вернуться с того света и упрекать меня? Ты хоть представляешь, как я сейчас себя чувствую? – выдыхаю возмущённо.

– Ооо, а ты изменилась, – укоризненно качает головой. – Ладно, завтра я жду тебя в ЗАГСе, там и поговорим.

– В смысле, какой ЗАГС? – часто-часто моргаю от удивления и непонимания происходящего.

– Центральный, – спокойно пожимает плечами. – Я заберу свой восстановленный паспорт, и мы заодно распишемся, – поднимается и идёт в сторону двери.

– Распишемся? – с трудом сдерживаю голос. Приходится говорить тихо, а так хочется закричать, чтобы достучаться до человека. – А ты уже документы оформить успел…

Многозначительно качаю головой. Давно он воскрес, выходит, раз обегал все инстанции, собрал справки и даже паспорт восстановил.

И только потом решил мне показаться.

Неужели решил, что я его с распростёртыми объятиями приму?

А ведь он прав. Всё могло быть так, если бы не одно но… Егор.

Евгений пытается чмокнуть меня в щёку на прощание, но я уворачиваюсь. Хмыкнув, мужчина уходит.

До самого утра я не могу уснуть. Проваливаюсь изредка и опять просыпаюсь в холодном поту. Мне снятся похороны, и в затуманенной сном голове только один вопрос: кого я похоронила?

Как экспертиза ДНК показала, что в машине был Женя?

Страшно даже подумать, что там был другой человек, которого, например, родственники по сей день считают пропавшим без вести. Это же ужасно просто, жить в неведении и тоске. Тешить себя надеждой, что близкий человек может вернуться, ждать. А он лежит где-то, под чужим именем…

Не в силах справиться с бесконечным потоком разрушительных мыслей плетусь на кухню. Широко открываю окно и выветриваю запах Жениного одеколона. Не знаю, что на меня нашло, но мне трудно вот так сразу принять, что он жив.

Ну, почему, почему с Егором было иначе? Я млела и таяла от его присутствия, думая, что это мой любимый муж.

С трудом нахожу в себе силы приготовить завтрак. Собираюсь на работу, не слишком заботясь о внешнем виде.

Волосы собираю в хвост, надеваю простую одежду.

Из зеркала на меня смотрит бледная, затравленная, потрёпанная жизнью женщина.

А ведь сейчас приедет Егор, чтобы вместе поехать на работу. По пути мы должны заехать в садик, который Романовский подобрал для Богдана. Он так заботится о нём, как родной отец.

А родной отец даже не поинтересовался ребёнком.

Переступив через своё поганое самочувствие, наношу лёгкий макияж. Не хочу, чтобы Егор с первого взгляда понял, что со мной что-то не так.

Богдан остаётся с моей мамой, а я дожидаюсь звонка от босса и выхожу к нему навстречу.

Егор ждёт меня возле спорткара, с широко распахнутой дверью и улыбкой от уха до уха.

– Доброе утро, Ксюш, – одной фразой исцеляет разболевшееся сердце.

Ласкает, дарит тепло, обнимает взглядом. А потом и руками.

Находит мои губы и целует. Коротко, только в знак приветствия, но так сладко, что та горечь, что всю ночь отравляла душу, медленно растворяется в его родных и желанных объятиях.

Морщусь, когда щетина забавно щекочет кожу.

– Мне побриться? – предлагает Егор.

– Ни в коем случае! – отвечаю торопливо.

Боюсь себе представить, насколько гладковыбритый Егор будет похож на своего брата. Понимаю что это глупо и по-детски, но пусть уж лучше вообще никогда не бреется.

Смотрю на мужчину, изучаю каждую чёрточку, каждую деталь. За столь короткое время он стал таким родным, но сейчас я будто вижу Егора впервые. Не похожи, совсем не похожи. Взгляд, улыбка… У Егора она открытая и искренняя.

Возможно, они и родились полностью идентичными внешне, но с возрастом жизнь внесла свои коррективы. И теперь, увидев нынешнего Женю, я понимаю, как ошибалась.

– Как скажешь, – ещё раз легонько целует меня, на этот раз в нос, и ждёт, когда я скроюсь в салоне его автомобиля.

Всю дорогу Егор воодушевлённо рассказывает о том, что хочет сменить квартиру.

– Думаю, в частном доме нам будет удобнее. И места больше, и ребёнку простор, – подмигивает, не забывая следить за дорогой.

Он так радуется тому, что я согласилась переехать вместе с Богданом. А я просто попалась на его уловку и даже не успела осмыслить свой обещание. Довольно легкомысленное, если быть справедливой.

Но думать мне было некогда, потому что после отъезда Егора на пороге сразу же появился Женя.

А что, если он следил за нами? Ждал, когда помеха в лице его брата уедет, и только тогда проявил себя.

Мысленно ругаю себя за то, что плохо думаю о Евгении. Да, он ведёт себя странно, но и я… Муж будто помешал моим планам, и за это я теперь готова приписать ему все смертные грехи. Бывший муж. По документам мы теперь никто.

Нет, так нельзя, я не права.

– Ксюш, с тобой всё в порядке? – интересуется взволнованно Романовский.

А я, словно робот с поломанным механизмом, медленно поворачиваюсь к нему. Никак не могу взять в толк, о чём он спрашивает.

– Ксюш, ты меня пугаешь, – накрывает мою руку своей большой ладонью и сжимает в знак поддержки.

Чувствует? Или просто я слишком откровенно демонстрирую своё состояние?

– Всё хорошо, – усилием приподнимаю уголки губ, – задумалась просто.

– О чём? – мурчит, словно голодный мартовский кот и слегка наклоняется в мою сторону.

– Ой, Егор, аккуратней, – напоминаю мужчине о том, что он всё ещё находится за рулём.

Всё никак не могу отделать от мысли, что должна Егору рассказать о возвращении Жени. Конечно, должна, только как?

Мы подъезжаем к частному детскому саду, и следующие полчаса проводим в кабинете директора. Отдаём документы Богдана, подписываем договор, осматриваем территорию и помещения.

Шикарное учреждение, надо признать. И стоит посещение такого садика явно недёшево, но сейчас у меня совершенно нет ресурсов спорить с Егором и находить аргументы, чтобы отказаться от его помощи.

На обратном пути принимаю твёрдое решение напроситься к Егору в кабинет под каким-нибудь предлогом и рассказать ему про брата. Пока мужчина находится за рулём, этого делать не стоит. Дорога – не самое безопасное место для таких шокирующих известий.