30 глава. Сюрприз

Никогда так не заморачивался ни с одним свиданием, но я облажался с первым общим уик-эндом и не хочу повторения, поэтому выбираю классический головокружительный и проверенный вариант. Нужно покорить девчонку сразу всем: признанной красотой места, несравненной романтической атмосферой, безусловной окружающей роскошью, запоминающимися незабываемыми словами и, конечно, моим невероятным обаянием.

В общем, наступать буду сразу по всем фронтам, чтобы она не устояла и наконец перестала себя удерживать. Мы бы провели намеченную ночь вместе — и не просто в постели рядом.

Уверен: Ясмина была в Париже и городом влюбленных принцессу не удивить, но я покажу ей необычный туристический маршрут, хотя и известные места посещения исключать не стану.

Отвечаю на звонок блондинки, решившей взять меня измором, и слушаю ее «умираю без тебя, когда уладишь свои проблемы».

— Милая, все очень серьезно. Приходится опять лететь, чтобы попробовать закрыть гештальт.

Молчание по ту сторону напоминает мне: в общении с ней надо выбирать более простые слова, и я добавляю:

— Я вернусь, как только смогу.

Она вздыхает и начинает ныть так, что ее сопли стекают сквозь трубку, и я обрубаю:

— Все, мне некогда. Пожалуйста, не звони в ближайшие два дня, если хочешь, чтобы я скорее все решил.

— Мне так плохо, — снова вздыхает, а после вымучивает из себя: — Я постараюсь.

Это уже много для особы, способной насиловать мой мозг звонками нон-стоп по часу.

Ясмина открывает дверь, и я, обезоруживающе улыбаясь ей, произношу:

— Привет.

Бросает «привет» и отводит глаза.

Сразу беру быка за рога:

— Возьми с собой загранпаспорт.

Хлопает ресницами:

— Ты не говорил, что мы куда-то полетим.

— А ты не спрашивала, — парирую я.

Частный самолет — это начало сказки, что я придумал для своей недотроги, но та мрачнее тучи и смотрит на меня с недовольством.

— И сегодня домой не вернемся?

Мотаю головой. Это часть моего страшного плана. Отсутствие простого решения, куда от меня сбежать в случае паники.

— Но…

— Разве мы обговаривали, сколько времени займет свидание?

Теряется. Не ожидала подобного.

— Я ничего не собрала с собой, — выкладывает козырь.

— И не надо. Моя карта и все магазины Елисейских Полей в твоем распоряжении.

Другая бы просияла от заманчивой перспективы, но эта особа лишь хмурится.

— Но у тебя кошечка, — цепляется за новый, только что придуманный аргумент.

— Не беспокойся. Все продумано. За время нашего отсутствия за ней присмотрят, — крою все ее карты.

Таращится на меня препарирующим взглядом, а я улыбаюсь:

— Давай, Ясмина, ты обещала.

— Там, куда ты меня везешь, будет отдельная кровать?

Киваю. Только я сделаю все, что ты даже не вспомнишь о ней.

— Хорошо, — соглашается и послушно выходит со мной из квартиры.

Первый этап пройден. Погнали.

— Шампанского? — протягиваю бокал, принесенный стюардессой.

Мотает головой, а я едва сдерживаю улыбку. Это тебя не спасет.

Скоро ты будешь пьяна от романтического воздуха, от будоражащих воображение мест и от волнующей близости мужчины, к которому тебя тянет. Этот город на каждом шагу источает любовь. Не просто же так повсюду влюбленные парочки. Держатся за руки, прогуливаются, куда ни глянешь.

— Ты напряжена, но как хочешь, — констатирую очевидное и возвращаю бокал на место.

Отворачивается к иллюминатору, пытаясь избежать дальнейшего общения, и я не давлю на нее.

Сюрприз с поездкой тоже входил в мои планы. Я хотел, чтобы у Ясмины не было времени морально подготовиться или вообще придумать предлог все отменить.

Город встречает нас мрачным небом, намекая: есть еще высшие силы, способные внести коррективы в мои планы и помешать осуществить задуманное, но я упрямо не желаю обращать на них внимание и портить свой настрой.

Сегодня она будет моей.

Малышка приросла к сиденью машины и выглядит так, словно отбывает наказание, но я говорю себе — видимо, не отошла от стресса. В самолете девушка выдала, что боится летать. Ей нужно время прийти в себя.

Отель «Шангри-Ла Париж», куда привез нас молчаливый шофер, занимает здание бывшего дворца принца Роланда Бонапарта, внесенного в список исторических памятников Франции. Но выбрал я его не из-за этого, а потому, что он входит в число лучших отелей Парижа и у него один из сногшибательнейших видов из номеров во всем городе на «очаровательную», по словам моей вредины, Эйфелеву башню (она как раз напротив, на другом берегу Сены). А еще потому, что, побывав здесь однажды, я оценил азиатское гостеприимство и французский стиль жизни.

Ясмине нравится номер, а особенно картинка, что предстает перед нами. Конечно, терраса с охренительным видом — моя сообщница на сегодняшний вечер, отвечающая за создание неповторимой декорации и волнующей атмосферы в нужный момент.

Убедившись, что в номере действительно две спальни и даже на разных этажах, девчонка немного отходит и перестает так зажиматься и хмуриться.

Наивная. Она сама не захочет проверять мягкость кровати в своей комнате и предпочтет остаться со мной.

Открываю бутылку с французским красным вином «Шато Маскар О-Медок», комплемент от отеля, и предлагаю недотроге. Она категорично мотает головой и, подходя, берет только маленькое миндальное печенье.

Делаю глоток и ставлю бокал на стол. Не люблю алкоголь. Даже такой отменный. Сегодня мы будем пьяны не от вина, а от этого города и близости друг друга.

— Отдыхай, собирайся и пойдем поедим.

— И куда пойдем?

— В отеле работают два ресторана, тот, в который мы направимся, отмечен звездой Мишлен.

— Хорошо подготовился, — хмыкает язва, указывая глазами на террасу с видом и намекая на мою только что произнесенную фразу.

— Я старался. Я же очень хочу, чтобы ты дала мне шанс.

Сразу прерывает разговор и решительно направляется к лестнице.

— Через сколько мне надо быть готовой? — спрашивает, даже не обернувшись.

— Часа хватит?

— Да.

— В этих ресторанах готовят блюда французской и азиатской кухни, а управляет ими шеф-повар Кристоф Море, — произношу, чтобы Ясмина поняла, насколько хорошо я подготовился. — «Дворец Шан» — единственный китайский ресторан во Франции, удостоенный звезды Мишлен.

Кивает.

— У них абсолютно лучшая утка по-пекински, которую я когда-либо пробовал.

— Советуешь?

— Да.

Входим в зал со стеклянной крышей и следуем за официантом к свободному столику.

Девчонка прячется от меня за буклетом меню, и я тоже разглядываю названия гастрономических изысков.

Выбираем блюда, отпускаем официанта и остаемся напротив друг друга — глаза в глаза.

Она чувствует себя неловко, и я иду напролом:

— Чего ты боишься?

Ясмина выдавливает нервное: «Ничего» — и прячет от меня глаза.

Не отпускаю тему:

— Я не сделаю тебе ничего плохого. Ничего, что ты не захочешь сама.

Она понимает: я намекаю на то утро в бабушкином домике.

— У нас даже кровати на разных этажах.

Чувствую: очередной прилив паники у девушки отступает, и, чтобы закрепить эффект и ее окончательно отпустило, пытаюсь утянуть в ничего не значащий разговор.

Подумав, что везти Ясмину на запланированную романтическую прогулку сегодня нецелесообразно, ведь девчонка вымоталась после перенесенного стресса от перелета и оттого, что считает: с ней злой и коварный Серый Волк, позарившийся на Красную Шапочку, я предлагаю просто прогуляться по магазинам. Та соглашается, и такси отвозит нас по ее желанию вместо запланированных престижных Елисейских Полей по набережной через Площадь Согласия на более демократичную улицу Риволи.

Вытаскиваю из бумажника и протягиваю обещанную карточку.

Она окидывает пренебрежительным взглядом:

— У меня достаточно денег, чтобы купить все, что нужно, самой.

Да, девчонка, прямо сказать, нетипичная.

Я всегда играл только с состоятельными цыпочками, и ни одна при виде многообещающего пластика не отказывалась его взять.

Новое открытие: долго ждать Ясмину не приходится. Скрывшись за дверями «Зары», она уже через полчаса выходит обратно всего с одним пакетом.

Что это? Вредина не любит шопинг или демонстрирует мне, что надолго не собирается здесь оставаться?

— Давай до Лувра дойдем, — предлагает она примирительно.

Бросаю взгляд на бляшку часов — почти восемнадцать.

— Он сейчас закроется. Мы в магазины еле успели.

— Просто погуляем вокруг него.

Киваю. Как ей можно отказать?

Приходим на огромную площадь Лувра и направляемся к стеклянной пирамиде.

Разоткровенничавшись, Ясмина делится, как побывала здесь в первый раз еще ребенком и территория возле дворца ей показалась гигантской.

— Да, Лувр третий в мире по занимаемой площади.

— Ты ходячая энциклопедия, — улыбаясь, заявляет она. — Есть что-то, чего ты не знаешь?

— Конечно, — отвечаю, чувствуя, как уголки губ ползут вверх.

— Не верю.

Мы гуляем около часа, мило болтая и поражая друг друга своей эрудицией, а потом я вызываю такси до гостиницы.

Девчонка сбрасывает балетки и выдыхает:

— Все ноги стоптала. Хорошо хоть каблуки не нацепила.

— А почему не нацепила? Ты ведь на свидание шла, — уточняю, поскольку удивился, увидев ее в брюках и скромной блузке.

— Чтобы не провоцировать тебя, — бросает, меняясь в лице.

— Это тебя не спасет. Меня тянет к тебе, что бы на тебе ни было надето.

Смущается и тут же сбегает на террасу.

Даю ей время перевести дух и вхожу следом, прихватив оставшиеся печеньки и свежезаваренный ароматный жасминовый чай.

— Предлагаю устроить чаепитие с видом на самую уродливую достопримечательность в этом сногсшибательном городе, — произношу, специально задевая Ясмину за живое.

Оборачивается и перечисляет нескончаемые доводы, убеждая меня в обратном.

Сажусь в кресло и, не сводя глаз с эмоциональной малышки, улыбаюсь своим мыслям. Так бы и смотрел на нее. Даже идея фикс заняться с девчонкой сексом уходит на второй план, и я делаю поправку в своем проекте — переношу намеченное мероприятие на сутки. Пусть успокоится, привыкнет, да и, говорят, отложенное удовольствие всегда слаще.

Кривлюсь. В моем случае оно уже вообще засахарилось.

Ладно, впереди у нас не только эта ночь.