Глава 56. Даник. Я кремень

И вот она там с ним. С мужем, пусть и бывшим, который смотрит на нее, как удав на кролика. У которого голос меняется, когда она рядом.

Он бывший, они в разводе. Она ушла от него — я не знаю наверняка, но это очевидно. Все нормально.

Но, бля, это же ненормально приезжать без предупреждения в три часа ночи, когда знаешь, что тебе не рады?!

Тру затылок, кручусь на крыльце.

Я теперь вроде как лишний — Катя захлопнула дверь перед моим носом. Но я не лишний, я свой!

Кое-как убеждаю себя, что их отношения — не моего ума дела, едва ли не силой, вбиваю себе в голову. Возвращаюсь в гостевой домик. Раздеваюсь, валюсь на кровать.

Ну и качели… Еще час назад мы делали все это на пристани, а теперь она закрылась в доме с бывшим мужем. А если все эти ее странности — из-за него? Если что-то к нему чувствует? Да ну нафиг. Она же здесь не была четырнадцать лет — значит, и его не было. Ни к кафе, ни к пляжу он отношения не имеет.

И все так логично звучит… но не могу себя убедить, не могу объяснить, что все ок, расслабься и спи. Натягиваю джинсы и футболку и иду жечь костер. Гитару тоже беру.

Может, увидит костер и выйдет? Или останется там, с ним?..

Я жду, жду, жду. Не могу сидеть, стоять, лежать — никак не найду себе места. Беру гитару и пою NЮ “Больше не полетаем”. От души пою, чтоб поняла, каково мне. Как сильно ее жду.

Заканчиваю песню, и дверь в сад открывается. Вот, думаю, получилось! Но с крыльца спускается не Катя, а ее бывший. Идет прямо ко мне. Не спеша так, вразвалочку. Подходит к костру — и вижу: его чуть заметно покачивает. Потом замечаю в руке флягу. Ну все ясно.

Тяжело садится рядом со мной на стул, протягивает флягу. Мотаю головой.

— Сыграй, — говорит, — что-нибудь из “Любэ”.

Я провожу пальцами по струнам, беру несколько аккордов. И играю “Романс” Сплина.

— “И лампа не горит и врут календари

И если ты давно хотела, что-то мне сказать, то говори”...

После первого куплета он меня затыкает:

— Ну что за унылое говно?! Сыграй что-нибудь повеселее!

Я молчу, хотя уже закипаю внутри. Подкручиваю колки плоскогубцами, а этот едва не давится со смеху, глядя как я это делаю. Отвык я общаться с такими людьми.

Ничего ему не говорю. Играю Юту “Падать”. При первых аккордах Кирилл успокаивается — все же повеселее. Но потом снова мрачнеет. Мне пофиг, это не для него песня.

— Слушай! — перекрикивает он меня. — Эту же песню баба поет.

Похрен. Я кремень. Играю дальше.

Он пододвигается ближе и доверительным тоном спрашивает:

— Ты трахаешь Катю?