Часть 2. Глава 2

Я осталась наедине со своими мыслями едва собралась, покинула особняк Королева и села за руль. Двигатель завела не сразу, как будто это промедление могло хоть что-то решить. В голове был целый хоровод мыслей, даже не хоровод – беспорядочный ворох, в котором мало что можно было разобрать. Возможно, внутренне я отреагировала на свою находку слишком эмоционально, что разумеется не укрылось от Романа. Порой мне вообще казалось, что он может читать меня как открытую книгу, и хоть некоторые страницы моей жизни ещё оставались для него тайной, я понимала, что может настать то время, когда мне придётся раскрыть их перед ним.

Теперь эта ситуация с фотографией моей бабушки уже не казалась мне настолько гипертрофированной. Возможно, это действительно было всего лишь совпадением, вот таким удивительным, почти необъяснимым, но всё-таки совпадением. Так странно… Бабушка Королева имела прямое ко мне отношение, и сейчас я уже даже начала усматривать во всём, что происходило между мной и Романом, что-то мистическое. Хотя раньше совершенно не была склонна к подобного рода мыслям.

Я все же завела двигатель и через мгновение сорвала машину с места, рассчитывая вернуться домой через пару часов. Домой… Какое странное слово, особенно если учесть, что сейчас я мысленно называла домом особняк Королева, ещё пару дней назад казавшийся мне мрачным и неприветливым. Заезжать на съёмную квартиру я не стала. По дороге набрала номер Артура, и условившись встретиться с ним через час в кафе, просто отправилась покататься по городу, чтобы хоть как-то привести голову в порядок. А мысли мои крутились в основном вокруг Романа, моих отношений с ним и тех чувств, которые проснулись во мне так неожиданно и были настолько глубокими, что бороться с ними у меня не было ни сил ни желания. Возможно – даже скорее всего – мне нужно было поставить Романа в известность обо всех своих планах, тем более что теперь, после того, какие признания мы произнесли по отношению друг к другу, эти планы касались напрямую и его. Но мне казалось, стоит только поведать ему о них, я сама, собственными руками разрушу то, что было настолько хрупким, что могло поломаться от простого прикосновения. Поэтому я молчала, понимая,  чем именно моё молчание могло обернуться против меня впоследствии.

Наконец немного придя в себя, я направилась на встречу с Артуром, надеясь, что разговор с ним принесёт мне хоть немного облегчения. Сейчас, когда я покинула дом Королева, та жизнь, которую я вела рядом с ним, показалась мне сном. Мне не хотелось просыпаться, но одновременно с этим я боялась, что всё действительно окажется лишь моей выдумкой. Мысленно подгоняя стрелки на часах, я ждала за столиком, пока Артур доберётся до кафе, глядя невидящим взглядом в меню, поданное мне официантом.

– Выглядишь сногсшибательно, – вместо приветствия проговорил Артур, садясь напротив меня. Окинув моё лицо цепким взглядом и, видимо удовлетворившись результатами, он достал телефон и начал что-то писать в нём.

– А ты как всегда вежлив и тебя хватает на всех, – намекая на то, что Артур делит моё время с кем-то ещё, ответила я, беззлобно поддевая друга.

– Да тут клиенты достают. Если следовать их желаниям, я буду работать круглыми сутками.

Он наконец отложил телефон, опёрся локтями на столик, чуть подаваясь ко мне, и сказал кратко:

– Рассказывай.

И в этот момент я поняла, что делить то, что принадлежит только мне, я не желаю даже с Артуром.  Впрочем, я знала – стоит мне начать рассказывать всё поверхностно, Артур поймёт по моему поведению, что я чего-то недоговариваю.

– Рассказывать особо нечего. Я работаю на Королева, скоро у меня будет нужная сумма денег, и я планирую слетать к родным.

– Как Кир?

– Не знаю. Не могу заставить себя поговорить с сыном по телефону, как будто если услышу его голос, сорвусь  с места, пошлю все к чертям собачьим и останусь с ним, – с улыбкой в голосе ответила я, впрочем понимала, что в ней больше горечи, чем попытки сделать вид, что эта тема не настолько меня волнует.

– А твой босс? Как у тебя с ним?

Нет, я знала, что тема обязательно коснётся Романа, но даже сейчас не была к ней готова. Обсудить поверхностно и скрыть всё от Артура, означало загнать эти чувства и эмоции ещё глубже, а я больше не могла поступать так по отношению к самой себе в первую очередь.

– У нас с ним все прекрасно, – стараясь сделать так, чтобы мой голос звучал относительно ровно и спокойно, произнесла я. Но напрасно рассчитывала так быстро закрыть эту тему. Артур вдруг прищурился, потом его губ коснулась лёгкая улыбка, и он произнёс:

– Понятно, влюбилась, – вынес он мне вердикт.

Я не стала протестовать и отнекиваться. Если Артуру было заметно то, что для самой меня являлось          очевидным, смысла врать другу я не видела.

– И что, ты мне даже не расскажешь, насколько он хорош в постели? – так и не дождавшись ответа, уточнил он.

– Артур!

– А что Артур? Мы не виделись с тобой чёрт-те сколько, а сейчас ты позвала меня на разговор, который у нас пойдёт о каком-нибудь тряпье, или, ещё хуже, о котировках на бирже?

– Ну, секс – это вроде бы то, что должно оставаться интимным.

– Раньше мы с тобой говорили на любые темы, – покачал головой Артур, но настаивать на том, чтобы я ответила, не стал, по-своему интерпретировав моё молчание.

– Значит, и в этом аспекте у тебя всё отлично, – озвучил он свои мысли.

Побарабанив пальцами по столу, он все же подозвал официанта, и подмигнув мне, сделал заказ:

– Нам по бокалу вина, хотя нет, лучше фруктового шампанского.

– Я за рулём, – попыталась возразить я, на что Артур лишь отмахнулся.

– И что-нибудь лёгкое к нему, фрукты или мороженое, на ваше усмотрение.

Продиктовав этот заказ, он вновь вернул мне все свое внимание и уточнил:

– Ведь у тебя не совсем всё хорошо, я прав?

– Не совсем, – покачал я головой, в этот момент решив, что если кому и рассказать о происходящем – только Артуру.

– Тогда делись, – просто предложил он, и я начала рассказывать ему обо всём, что тревожило меня в отношениях с Королёвым. Он был внимательным, ни разу не перебил, не притронулся к еде и напиткам, когда официант принёс наш заказ. Просто выслушивал меня, а я понимала что с каждым произнесённым словом мне становится будто бы легче дышать.

– Вот как-то так, – неловко закончила я, когда поведала Артуру всю невесёлую историю своей нынешней жизни.

– Да, довольно кисло, – кивнул он, озвучивая мои мысли на этот счёт.

– Ну с этим мне придётся что-то делать. Скорее всего, смириться.

– Рассказать всё Королеву – не вариант?

– Его не должно волновать наличие у меня ребёнка. И связанные с ним проблемы – в первую очередь.

– И меж тем, поверь мне, если он тебя любит, эти проблемы станут и его проблемами. И он бросится их решать с огромным удовольствием. Ну, если даже не с удовольствием, то бросится решать в любом случае.

– Да уж, удовольствия в них мало, – невесело хмыкнула я. – И возможно, тут ты был бы прав, если бы не одно «но»: Королёв меня не любит. Он меня хочет, ему приятно проводить со мной время в постели, ему нравится видеть меня рядом с собой вне её. Но это не значит, что он меня любит.

– Если он тебе не говорил этого, это не значит, что он тебя не любит, – пожал плечами Артур. – Впрочем, не мне об этом судить, я вас вдвоём даже близко не видел.

– Ну с этим проблем как раз быть не должно. Роман предпочитает жить полной жизнью, несмотря на то, что его возможности несколько ограничены.

– Намекаешь, что он не прогонит меня, если я заявлюсь к вам домой?

– Намекаю, что нам пора бы уже перевести разговор на что-то другое.

Я подняла бокал и Артур последовал моему примеру:

– За нас! – произнесла я незамысловатый тост.

– За нас! – поддержал Артур. – И пусть уже у тебя наконец всё будет хорошо.

Сразу после встречи я отправилась домой, чтобы захватить несколько вещей и вернуться обратно к Королёву. Беседа заметно успокоила меня, и я даже приняла решение при первом же удобном случае рассказать Роману обо всём. Если существовал риск, что после этого он отправит мне на все четыре стороны, даже в этом случае я должна была быть перед ним честной. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы он почувствовал себя использованным. Артур навряд ли понимал, что именно поставлено на кон, и хоть был в полном курсе относительно того, что происходило у меня в жизни, сейчас мне казалось, что его поверхностные суждения относительно Королева не имеют к действительности никакого отношения. Роман мог отреагировать на то, что я и собиралась ему сказать, как угодно, и сейчас я не имела ни малейшего представления о том, чего именно от него ожидать.

Оказавшись в своей квартире, в которой за время моего отсутствия воздух стал пыльным и спёртым, я прошла в небольшую кухню и присела на край стула. Возможно, уже на днях я вернусь сюда, чтобы после отправиться к сыну, где я буду предпринимать бесплодные попытки излечиться от зависимости под именем Роман Королёв, в которую я так быстро успела погрузиться. Впрочем, думать об этом было довольно болезненно, и я пыталась избавиться от этих мыслей. У меня не было повода считать, что в этот раз все будет хорошо. В моей жизни было слишком много дерьма, с последствиями которого я разбиралась до сих пор. И что ждало меня впереди – не знал, пожалуй, даже господь бог.

Вынув из комода несколько вещей, я положила их в сумку, раздумывая, стоит ли проветрить квартиру. Спёртый воздух уже затуманил мой разум. Мне казалось, что я сама нахожусь в точно таком же удушающем вакууме и выбраться из него пока не представлялось возможным. Быстро одевшись, я вышла из квартиры, испытывая в этот момент только одно желание – вернуться к Роману.

Сначала мой позвоночник прошило холодом. Он был таким острым и ледяным, впившимся в моё нутро иглами, от которых перехватило дыхание, что я не сразу поняла, что именно происходит. Виктор стоял, небрежно опершись бедром о капот моей машины. Руки заложены в карманы куртки, на лице – та самая гаденькая улыбочка, от которой у меня всегда вставали дыбом волосы на затылке. В голове стали проноситься вопросы: как он нашел меня? Знал, что сегодня я окажусь возле своего дома?

В голове стали проноситься вопросы: как он нашел меня? Знал, что сегодня я окажусь возле своего дома? Что ему от меня нужно?

Я понимала, что бежать бесполезно. Виктор постоянно играл со мной в такие игры. То пропадал из моей жизни, даря мне мнимое ощущение свободы, то вот так же внезапно появлялся, и тогда мне приходилось играть по его правилам. Порой эти правила были чересчур жестоки. Со временем пришло осознание, что ни я, ни Кирилл Виктору не нужны. Ему гораздо интереснее было играть в эту свою игру, словно он наблюдал со стороны на сколько меня хватит, ожидая когда наконец я сломаюсь. Но я не ломалась, по крайней мере, пока у меня оставался хотя бы призрачный шанс на то, чтобы спасти своего ребёнка от неизвестности, я планировала сражаться до конца.

– Садись в мою машину, – без приветствия приказал мне Виктор, и я помотала головой.

– Нет.

– Я сказал – села в мою машину. Быстро.

Его тихий угрожающий тон я знала слишком отчётливо. И знала, что могло за этим последовать. До сих пор  на теле имелись слишком явственные следы моего прошлого неповиновения – тонкие шрамы, сейчас едва заметные. Я буквально впилась в ремешок сумки пальцами, лихорадочно соображая, что мне делать или  чем может закончиться эта встреча. И понимала одно: мне придётся сделать то, что от меня требовал Виктор.

После непродолжительной паузы я все же подошла к машине бывшего мужа, открыла дверцу и устроилась внутри. Виктор обойдя автомобиль, сел за руль, на который положил ладони, как будто вот-вот собирался ехать куда-то. И я вновь почувствовала себя его пленницей.

Мне не хватало воздуха, страх перед тем, что должно было последовать, был таким огромным, что я не могла мыслить здраво.

– Я слышал, что моя жёнушка сейчас в фаворитках у Королева.

Он не спрашивал, утверждал. А я от этих слов буквально захлебнулась следующей порции кислорода, который жадно втянула в лёгкие.

– Я просто у него работаю. – Мой голос мне самой показался тихим и жалким. Впрочем, Виктору всегда нравилось, когда я терялась настолько, что не могла совладать ни с эмоциями, ни с чувствами.

– Мне плевать, как и каким местом ты у него работаешь, – проговорил Виктор, и совершенно неожиданно для меня спросил: – Как Кирилл?

– Что тебе нужно? – ответила я вопросом на вопрос.

– Мне нужно, чтобы теперь, работая на Королёва, ты поработала ещё и на меня. И возможно, мне даже не понадобятся те услуги, выполнения которых требует от тебя Королёв.

Он протянул руку и почти нежно провёл костяшками пальцев по моей щеке, заставляя меня из последних сил сидеть ровно и не отстраняться.

– Что ты подразумеваешь под словами поработать на тебя? – выдавила я из себя, прикрывая глаза от мерзости, которая расползалась по моему нутру.

– Мне нужна будет информация об одном рейсе, который запланирован Королёвым на ближайшее время. Ты выяснишь, как, куда и когда отправится некая Шахерезада. А после сольешь эту информацию мне.

– Зачем тебе это нужно?

– Будет лучше – для тебя разумеется – если ты перестанешь задавать глупые вопросы своим хорошеньким ротиком.

Я инстинктивно замолчала, хотя предположений, возникающих в моей голове, было столь много, что они превратились в нескончаемую карусель.

– И ещё одно условие, Арина.

Он чуть повернулся ко мне, и в цепком взгляде его глаз, я увидела ту степень безумия, которая охватывала его каждый раз, когда он наносил мне увечья.

– В случае, если Королев поймает тебя на месте преступления, ну, например, когда ты будешь добывать для меня информацию, тебе придётся сделать вид, что ты устроилась на работу к нему только для того, чтобы доставить удовольствие своему любимому мужу.

Эти слова – как удар под дых. Я даже физически почувствовала, как из меня разом выбили воздух. Самостоятельно пойти на предательство, в котором я признаюсь Королеву, если вдруг он что-то заподозрит, равносильно тому, что я потеряю Романа навсегда. Отказаться же сейчас от того, что требовал от меня Виктор, означает поставить под угрозу не только свои жизнь и здоровье, но и прежде всего – моего сына.

– Хорошо, – ровным, как мне самой показалось голосом, проговорила я, берясь за ручку дверцы. – Я могу идти?

– Можешь. И помни – обо всём, что происходит на улице Канонерской, я осведомлен гораздо больше, чем ты можешь себе представить.

Я практически выскочила из машины, чувствуя как по моим венам разливается жгучая ярость и такой сокрушающий страх, что от него меня замутило, а к горлу подступила тошнота. Виктор знал. Знал, где находится Кирилл. И все это время он мог просто приехать к моим родителям и забрать у меня сына. Но он этого не делал, потому что ему важна была его чёртова игра.

Я быстро села в машину, завела двигатель и сорвалась с места. Окружающее расплывалось перед глазами, я толком не видела, куда еду. Просто взяла направление в сторону дома Королева, желая сейчас оказаться под его крышей, чтобы почувствовать себя в выдуманной несуществующей безопасности. И я уже знала, что мне нельзя будет ничем показать, что я встревожена или взволнована. Сейчас меня снова ожидала роль бездушной куклы, и я была вынуждена играть эту роль беспрекословно.