28

Глава 28

Савина

— Савин, пойдем чаю попьем? — в комнату заглянула Лерка.

— Да, давай, — согласилась я.

Девушка нахмурилась и внимательно осмотрела меня.

— Все нормально? Ты плакала?

— Да, нормально, если можно так сказать… Пойдем, расскажу все по порядку.

Мы с Савиной сделали чай и устроились на застекленной веранде. Я тихо пересказала подруге разговор в кабинете, она была в шоке. Я немного подумала и рассказала ей про флешку.

— Боже, — выдохнула Державина. — У тебя не жизнь, а какой-то блокбастер.

— Я сама в шоке. Мне каждый раз приходится щипать себя, чтобы проверить, нахожусь ли я в реале. Мне кажется, я могу сойти с ума.

— Сойдешь с ума, меня с собой бери. Я сама просто в прострации.

— Еще раз извини, что тебе приходится через все это проходить, — произнесла я в который раз.

— И еще раз: все нормально. Только мне нужно решить что-то с работой… Наверное, уволиться?

У меня сердце просто разрывалось от боли и несправедливости за Леру. Она вообще не должна была попасть в этот замес. Нужно поговорить с Заком насчет подруги. Она не должна пострадать.

— Может, я поговорю с Заком или Исой, и они помогут?..

— Чем помогут? Если безопасней быть здесь, то я не пойду на работу. Мне, конечно, нравится работать с детьми, но я не буду подставлять ни себя, ни их. Да и просить этого Исайю… У меня мурашки по коже от этого мужика. Надеюсь, мы больше не встретимся, — поежилась девушка. — Я думала, что я заработаю сердечный приступ от одного его присутствия. Как Рина могла связаться с ним?

— Любовь, — печально улыбаюсь. — Но ты права, аура у него мощнейшая.

— А что ты будешь делать? — спрашивает Лера. — Расскажешь Заку?

— Я не знаю, — честно признаюсь. — Я боюсь, что если скажу, то…

— Что? Думаешь, Заку тоже нужны твои деньги? Оглянись вокруг, — подруга разводит руками, показывает на окружающую нас роскошь. — Я скажу как есть. Я вижу, как он на тебя смотрит, Савина. И как ты на него смотришь. У вас растет маленький замечательный мальчик. Хватит страдать херней! Расскажи ему все, и живите счастливо. Да, в прошлом много плохого у вас, но это в прошлом. А здесь и сейчас — настоящее, которое вы можете заново строить и быть счастливыми в будущем.

Я слушала Лерку и понимала, что она права. Черт, как же было важно услышать такие слова от другого человека.

— Блин, ты подписалась на какого-то лайф-коуча в соцсетях? Такая речь, — пошутила я.

— Коза, — смеется подруга и щипает меня за бок.

Смех немного сбавляет нервное напряжение. Я, наверное, эгоистка, но я очень рада, что Лера рядом со мной.

Следующие четверть часа мы пьем чай и болтаем обо всем на свете. Шутим, смеемся и живем по совету подруги в настоящем. На веранду забегает Мишка. Весь в снегу, с красными щеками и счастливой улыбкой на лице.

— Мама, Лера! Мы с Заком построили во-о-от такого снеговика, — сын раскидывает руки в стороны и крутится вокруг своей оси, чтобы показать всю серьезность масштаба снеговика.

— Ничего себе! Такого огромного?

— Да! Он даже больше Зака, — говорит малой, а потом добавляет: — Папы!

В этот момент Зак заходит к нам, и наши глаза встречаются. Он назвал его папой. Мишка еще сам не понимает значение этого слова. Но я уверена, для Закарии это значит целый мир.

— Не, я не верю, что такой снеговик бывает, — говорит Лера, специально Мишку дразнит. — Такой большой? Таких не бывает.

— А вот и бывает!

— Да!

— Нет!

Вижу, что сын начинает злиться и топать ногами. Я прыскаю со смеха. Валерия постоянно его доводит. Как говорит сама: закаляет характер.

— Не покажешь, не докажешь, — говорит весомый аргумент Державина и показывает сыну язык.

— А вот и покажу! Пошли быстрее!

Лера смеется и берет сына за руку.

— Мне сначала нужно одеться.

— Ну ты можешь быстрее…

Эти двое ушли, и дальнейший разговор мы уже не слышали.

— Миша сказал, что когда вырастет, то женится на тебе и на Лере, — говорит Зак.

Я хохочу от души. Такое заявление сын говорил уже ни раз. Он совсем не понимает зачем ему жениться на ком-то другом, если у него есть я и Лера.

— Он назвал тебя папа, — говорю я.

— Да. Никогда не думал, что гордое звание “папа” сделает меня таким счастливым.

— Я помню, когда Мишка осознанно сказал “мама”, я была на седьмом небе от счастья.

— Я примерно там же.

Мы улыбаемся друг другу.

Сердце ускоряет свой ритм.

Господи, этот мужчина сводит меня с ума.

Спустя столько лет и столько событий!

— Ты… Наверное, присмотри за теми двумя, а то они могут и подраться, — говорю я.

Мне нужно было время, чтобы подумать и остаться с собой наедине. Предстоит серьезная работа со своими эмоциями…

Вскоре все вернулись с прогулки, а Людмила как раз накрыла стол. Мы сели обедать. У Мишки, как и всегда, рот не закрывался. Сын может заговорить любого. После обеда я пошла укладывать его спать.

В голове было столько мыслей. Я решила все рассказать Заку, и будь что будет. Я устала воевать. После всех этих событий я стала задумываться, что никто из нас не знает, сколько проживет, никто не знает планов Всевышнего. Я хочу прожить счастливую жизнь, без обид и сожалений. Хочу снова любить. Хочу чувствовать все на максимум. И я хочу все это с Заком.

Мишка уснул, и я пошла искать Иманова. Он сказал, что будет в кабинете. Я сжала флешку в ладони и толкнула дверь. Я не готовила никакую речь, думала, что слова сами придут.

— Зак, я… — начала говорить, но тут же замолчала.

В кабинете Закария был не один.

Услышав мой голос, обернулся взрослый мужчина. Ему было пятьдесят пять, может, больше, я не уверена. Сердце перестало биться, мне показался он смутно знакомым. Внутри все начало вопить от страха. Я еще не видела его, но чувствовала присутствие…

Увидела движение сбоку от себя и попятилась назад. Ноги стали ватными, а нутро похолодело от ужаса. Я помню его лицо и эти глаза… Они до сих пор преследуют меня в кошмарах.

Передо мной стоял мой палач. Человек, для которого моя жизнь ничего не значит.

Миран Иманов.