Глава 15

Яна

Соболев уходит спустя несколько секунд после того, как убедился, что я больше не стану перечить его словам. Остаюсь одна в квартире со своими мыслями, которые чуть ли не сводят меня с ума. Я и Соболев… Что в этом плохого?

У меня никогда не было отношений, никогда не было мужчины и того, кому бы я нравилась. Конечно, глупо думать, что нравлюсь Соболеву, но у него был ко мне интерес. А еще он был терпелив по отношению ко мне, ждал, выжидал, пытался приручить что ли…

Что насчет меня?.. Соболев мне нравился. Рядом с ним я чувствовала себя по-другому, полноценно. А еще я безумно сильно хотела узнать о том, что может быть дальше, во что могут перерасти ощущения внутри. Может ли вообще все стать сильнее, больше, ярче…

Последнее время все так изменилось в моей жизни. Стало как-то по-другому. Легче… Много всего нового. Папа, наконец-то, под наблюдением врачей. Будет операция, реабилитация – все то, о чем мы мечтали. Даже не представляю, как Соболев договорился с ним, уговорил, к тому же за один день…

Еще вчера они не нашли общий язык, а сегодня сплотились. Может, папа подумал насчет слов Соболева, принял помощь, ведь всегда очень сильно хотел вновь ощутить почву под ногами. Столько времени прошло… А у нас его уже не оставалось.

Я рада, что все решилось. Хотя в первые секунды, когда узнала о том, что Егор Максимович взял все под свой контроль, не спрашивая моего согласия, хотела воспротивиться его решению, отказать ему и потребовать вернуть папу обратно. Но потом подумала, что это шанс. Единственный шанс решить все как можно скорее и сэкономить такое драгоценное время. К тому же в моих планах было и дальше работать в ресторане, петь и возвращать долги коллекторам, соседям и теперь уже Соболеву. Верну все и освобожусь. А то, что может быть между мной и Егором… никак не повлияет на наши договоренности. Никак… По крайней мере, я так думала.

Эти мысли не покидали меня некоторое время. Эти и еще о папе, а также о предстоящей встрече. Ужин вместе с Соболевым! С ума сойти! Но что надеть? У меня в гардеробе нет ни единой стоящей вещи, ни единого платья, даже самого простого. Всеми нарядами во время выступлений меня обеспечивала Алина, а бежевое платье, в котором несколько дней назад я пришла домой с работы, мне пришлось вернуть, чтобы не возникло проблем.

Позориться не хотелось, поэтому у меня было всего два варианта: первый – отказаться от свидания, второй – рассказать все Соболеву. К сожалению, просить я не умела и не хотела, поскольку итак считала себя обязанной мужчине. Оставался отказ, но я переживала, что и он будет отклонен…

Спустя некоторое время моего безделья и нервного расхаживания по комнате раздался звонок на мой новый мобильный телефон, который заставил меня вздрогнуть и подпрыгнуть на месте от испуга. Приложив ладонь к груди, несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, а затем направилась к комоду и приняла вызов.

– Забыл… – услышала голос Соболева. – Через час тебе доставят все необходимое. Будь готова к восьми…

– А? – хотела уточнить, но вызов был прерван.

«Все необходимое?» Я так понимаю, что это одежда. Догадался. Что ж, он знал мое положение, поэтому моей вины в этом нет. Хочет проявлять инициативу, быть заботливым, помогать – его право. Я все равно не позволю переходить черту. По крайней мере, мне так казалось. К тому же, разве у меня был выбор?

Нужно еще не забывать обращаться к Соболеву на «ты» и носить с собой мобильный телефон, иначе меня ждет наказание, которое заставит меня вновь оказаться в неловкой ситуации.

Итак, времени – четыре часа дня. Решаю заранее принять душ, понадеявшись, что это поможет мне отвлечься. Трачу на купание полчаса. Впервые так много, поскольку давно привыкла собираться как опытный солдат. Работа, постоянные дела и активная, сумасшедшая жизнь научили меня этому очень быстро. Но сегодня я дольше понежилась в воде, больше внимания уделила своим волосам и телу.

У меня не было косметики, не было одежды и украшений, но хороший шампунь, маска для волос и лосьон для тела имелись, потому что недавно этот набор мне подарила на восемнадцатилетние Аня. Пригодилось. Признаюсь, полезные средства – и кожа после них была мягкой, а волосы послушными. Но я знала, что позволить себе еще один такой набор не смогу, поэтому пользовалась им в дни выступлений или встреч с Пашей. Теперь буду использовать и для Соболева.

Закончив с купанием, закутываюсь в полотенце и выхожу в комнату. Отыскиваю в ящике нижнее белье, и, как только надеваю его, в дверь раздается звонок. В моей голове сразу возникает мысль, что это прибыло платье, поэтому, набросив на плечи огромный махровый халат, который когда-то еще принадлежал маме, направляюсь к двери и открываю ее.

– Как вовремя, – начинаю и запинаюсь. Моя улыбка гаснет, сердце пропускает удар. За дверью находилось четверо мужчин: один из них в солидном костюме, остальные трое – громилы в футболках и джинсах.

– Малышкина Яна Викторовна, – звучит не вопрос, а будто приговор, – три года вы не выплачиваете кредит, который взяли шесть лет назад на покупку жилплощади. Были начислены пени и штраф. Поскольку ваша квартира была выставлена под залог, мы забираем ее за неуплату долга немедленно. Все права и ваш договор нам предоставил банк. Прошу добровольно покинуть квартиру прямо сейчас, иначе нам придется прибегнуть к более жестоким мерам!

– Что?.. Нет, вы не имеете права! – шепчу.

– Вот документы и наши права на квартиру, – говорит бессердечно, протягивая мне папку. – Ознакомьтесь и подпишите!

– Я ничего не буду подписывать! Убирайтесь вон! – говорю уверенно, хотя было страшно до жути.

– Ничего, ваша подпись не обязательна! – бросает мужчина, кивнув амбалам за спиной. – Парни, помогите выселиться девушке.

Мужчины двинулись на меня, намереваясь зайти в квартиру. Я закричала от испуга и неожиданности, попыталась закрыть дверь, но ее у меня грубо выдрали из рук, причиняя жуткую боль. Шансов на спасение не было. Оставалось только убежать в комнату и закрыться на замок там. Я знала, что это всего лишь отсрочка: четверых громадных мужиков старая дверь не удержит – но все рано бегу в спальню и закрываюсь изнутри.

Привалилась спиной к холодной поверхности стены и осела на пол. Что делать дальше? Я не могла лишиться квартиры! Не могла лишиться дома, единственной опоры в жизни. Что я скажу папе, когда он вернется? Как мне быть потом?

Решаю бороться до последнего и не сдаваться без боя, как бы глупо это ни звучало. Меланхолически пробежалась глазами вокруг по всем поверхностям, выискивая хоть что-то для защиты, и в мое поле зрения попадает новенький мобильный телефон с единственным номером, с единственным шансом на спасение, с единственным правильным и стоящим выходом.