Глава 15. Леся

«Привет, малых! Как дела? Может хоть сегодня встретимся? Мы встречаемся уже почти месяц, а ты все никак не найдёшь времени увидеться», — доброе утро от Славы.

«Слав, мы не встречаемся, а просто общаемся, — закатываю глаза, раздражаясь от его настойчивости. — Я уже сто раз сказала: я дала тебе зелёный свет только чтобы мы узнали друг друга получше. Ещё никаких решений на твой счёт не принимала».

«Это все потому что ты держишь меня на расстоянии. Позволь мне подойти поближе, и я помогу тебе быстрее принять решение…» — намекает он в стиле своего братца.

«Пошляк!» — убираю телефон в карман, и сажусь в машину, заметив, что Маша уже выходит из подъезда.

Сегодня мне предстоит снова вернуться в ту злополучную квартиру. Но я искренне надеюсь, что хотя бы теперь Ярый оставил меня в покое. А даже если нет, теперь у меня есть оружие против него — его брат.

Ярый слишком любит Славу, чтобы отбивать у него девушку.

Я помню, как однажды в детстве подслушала разговор родителей о том, почему Ярый свернул на криминальную дорожку. Папа тогда походу дословно передал фразу Ярого: «чтобы брат ни в чем не нуждался».

Признаться, эти слова так засели у меня в душе, что со временем, когда я в полной мере осознала, чем занимаются дорогие мне люди, почувствовала злость. Причём злилась я вовсе не на Ярого. А на Славу. Что брату пришлось из-за него рисковать собственной жизнью…

Звук входящего сообщения отвлекает от тяжелых мыслей. Пока Маша упаковывает свою кушетку, достаю телефон и читаю:

«Я просто приеду к тебе, и ты не сможешь отвертеться. Буду делать с тобой разные вещи, о которых ты потом будешь просить снова и снова».

Только не это… Волковых на пушечный выстрел нельзя подпускать к моей квартире. Хоть место жительства меняй, ей богу!

Быстро набираю ответ:

«Я знаю, что это за вещи: ты поцелуешь мою входную дверь и я буду просить тебя повторить это снова и снова», — отправляю.

«Ты издеваешься!» — в ответ.

«Нет, я работаю!»

«У меня есть гениальный план: просто выйди за меня замуж и тебе не придётся больше так много работать, да и мне не придётся тебя где-то ждать, потому что ты всегда будешь со мной в одном доме».

Меня передёргивает, как представлю себя проживающей на одной территории с Волковыми. Ещё и с Данькой…

Кажется, пришла пора потихоньку сводить наши «отношения» со Славой на нет, пока он без моего на то согласия не завел все это слишком далеко:

«Что за бред? Правда считаешь, что люди могут пожениться после пары месяцев переписки? Не думаю. А на большее у меня нет времени. Так что поищи себе другую невесту. А я пасс!» — может и грубо, зато наверняка.

Так мне казалось, пока я отъезжала от своего дома. Однако уже подъезжая к дому Ольги, и услышав звук смс, ставший последние недели навязчивым, я поняла, что только мне показалось, что я достаточно ясно дала понять, что между нами не может быть ничего серьезного.

Паркуюсь и заглядываю в экран:

«Ладно, зай, не злись. Мне просто очень не терпится тебя увидеть».

Как же меня раздражает этот его зверинец: «зай», «коть», а особенно это его коронное «малых»! Будто мы подростки, серьезно!

В бешенстве прячу телефон.

У меня ощущение, что я реально состою в отношениях, сама того не подразумевая. Потому что Слава настолько активно мне себя навязывает, что я не удивлюсь если однажды окажется, будто мы и вовсе уже женаты.

Хотя нужно отдать ему должное. В отличие от своей старшей копии, Славик явно настроен куда серьезнее. Тогда как Ярому от меня нужен только секс, то Слава через день шутит о том, что мы поженимся до конца года.

— Уже починил, — выдёргивает меня из раздумий голос Маси.

Пытаюсь понять, о чем она, и проследив за ее взглядом замечаю чертов чёрный гелик, рядом с которым отирается бугай — водитель Ярого.

Я даже не сомневалась. Этот ублюдок не сделает мою жизнь проще. Готов добиться своего даже ценой своих отношений с братом. Кажется, я погорячилась, когда решила, что Яр любит Славу.

— Мне прям на душе спокойней стало, что ты этому типу деньги вернула, — шепчет Маша перед тем, как вылезти из машины.

Водитель Волкова подскакивает к нам и, выхватив кушетки, направляется к подъездной двери.

Даже не пытаюсь спорить в этот раз. Ведь «приказы Ярого не обсуждаются»…

Клянусь. Самой себе клянусь, если сегодня он снова посмеет ко мне прикоснуться я расскажу все Славе!

А что?! Раз они оба считают меня своей собственностью, вот пусть между собой и разбираются! Других вариантов у меня все равно нет.

Ярый явно дал понять, что полиции не боится. А сбежать я не могу. Я только начала чего-то в жизни добиваться.

В квартиру поднимаюсь как на плаху. Сердце замирает, когда представляю, что сейчас снова увижу его.

Хочу. И не хочу одновременно…

Вот дура! Мне бы его ненавидеть в чистом виде. А я… хочу-не хочу… Тьфу!

Первым делом пройдя по просторному коридору входим в двусветный зал и даём распоряжения бугаю где и как установить кушетки и раскладную ширму.

Странно, Ярого не видно. Думала он первым делом появится со своей самодовольной ухмылочкой…

Вопрос отпадает сам собой, когда я вхожу в комнатку, где мы обычно переодеваемся, и меня словно стрелами пронзает взгляд чёрных глаз исподлобья. Вынуждает замереть. Парализует.

— Ой, Лесь, ты чего? — врезается мне в спину Маша.

— Машенька, оставьте нас, пожалуйста, — твёрдо велит Яр.

Наверно она бы не была моей подругой, если бы безоговорочно подчинялась подобным приказам. Поэтому прежде чем выйти она заглядывает мне в лицо:

— Лесь, ты же все вернула? — шепчет она.

Смотря, о чем речь?..

— Деньги, — выдавливаю я, не отводя взгляда от мужчины передо мной. — Да.

— А рассказать ничего не забыла? — не выдерживает Ярый.

Боже, только бы не о сыне…

— Оставь нас, Маш, — прошу я. — У меня все в порядке.

Маша нехотя подчиняется. А меня начинает потряхивать. Только бы он ничего на меня не накопал… Умоляю, хоть бы не узнал про Даню!

— Я пообщался с одним своим знакомым гинекологом…

Нет-нет… прошу только не это!

Голова начинает кружиться. Меня мутит от нервов. Я понимаю, что могу в любой момент отключиться. Благо тут Маша. Но сможет ли она спасти мою тайну?

Будто заметив, как я пошатнулась Яр подступает ближе.

Поднимает руки, явно желая собственнически прикоснуться ко мне как обычно. Но вместо этого его большие ладони замирают над моими плечами.

— Это звездец, малыш, — в его голосе мерещится раскаяние. — Я так виноват перед тобой…

— Что? — непонимающе хлопаю глазами.

— Почему же ты сразу мне не рассказала, что с тобой произошло? — делает паузу, будто ожидая, что я сама пойму, о чем он.

А я может и понимаю, да только вариантов того, что со мной за последний год произошло, слишком много.

Он продолжает:

— В ту ночь после моего ухода…

Задыхаюсь от неожиданности:

— В смысле… не рассказала? Это же все вы…

— Ты действительно обо мне настолько плохого мнения? — неприязненно морщится он. — Правда так просто поверила, что я мог допустить, чтобы с тобой обошлись подобным образом?

Не ведись, Леся. Только не ведись…

Он прижимается к моему лбу своим:

— Нужно было сразу позвонить, — шепчет горячо. — Сказать, что эти ублюдки натворили. Я бы их…

— Кому звонить?! — не выдерживаю я эмоционального напряжения. — Мертвецу?! Тому, кто сам же этих ублюдков и послал?!

Слёзы брызгают из глаз, и я невольно пошатываюсь от навалившейся на меня слабости. Большие ладони все же накрывают мои плечи. Скользят по спине. Сгребают в охапку.

— Тише, маленькая, — Ярый целует меня в макушку. — Как ты могла обо мне так подумать? Разве я хоть раз позволял кому бы то ни было обидеть мою маленькую соседку, м?

— Вы же сами обидели, — бормочу я в его грудь, чувствуя, что у меня просто нет сил сегодня ему противиться. — Денег швырнули как шлюхе, и… — невольно всхлипываю.

Дверь в комнату вдруг с грохотом распахивается и резкий женский голос раздражает слух:

— Волков, какого черта здесь происходит?!

— Волков? — ахает за моей спиной Маша. — Так вы и есть папа Д…

Успеваю вздрогнуть. Но имя моего сына тонет в пронзительном вопле дверного звонка. Боже, спасибо!

Отшатываюсь от Ярого. Заглядываю ему в глаза, оценивая, мог ли он понять, о чем сказала Маша. Вроде нет. Никакого молчаливого шока. Все то же покаяние на суровом мужском лице.

— Отпустите меня? — шепчу я.

— А можно — нет? — отзывается он, не отрывая от меня взгляда.

И что мне теперь делать? Взять и простить все разом? Так, во-первых, непонятно, правду ли он говорит сейчас. А во-вторых, он и кроме действий своей бравой команды достаточно мне гадостей наделал.

Одно то, что вечно вот сталкивает меня со своими бабами! Пытается купить, и иногда это у него даже выходит! Да и в целом обращается со мной, как с вещью!

Однако мой взгляд упрямо не хочет отрываться от его проклятых губ, обрамлённых темной щетиной.

— Простишь меня, малыш?

Я так хочу. Но ведь я все равно не могу быть с ним. Просто потому что ему этого не нужно. Он поиграет и забудет…

Но его губы оказываются уже слишком близко.

— Ярый, ты совсем охамел?! — голос Ольги снова требует очнуться, но я уже не могу. — Эй, уважаемые! Я вам не мешаю?!

— Мешаешь, — хрипит Ярый и подавшись вместе со мной вперёд, захлопывает дверь, и, подхватив меня под бёдра припирает к прохладному полотну. — Будь моей, ладно?

— А как же Славик?

— С ним я сам разберусь. Я слишком долго над этим думал. Одно точно понял: я тебя хочу так, что готов убивать за тебя.

Вот и сказочке конец, бестолковая. Всего-навсего «хочу». А ты уже успела размечтаться… Мол любовь. Что о сыне расскажешь. Что будете вместе «долго и счастливо»…

— Простите, Ярослав Сергеевич, — отвечаю не в силах скрыть горечь в голосе. — Я благодарна вам за раскаяние. Но как я и сказала… я хочу быть со Славиком…

— Пожалуйста, нет. Олеся… подумай ещё раз. Ты уже достаточно меня наказала.

— Я не пытаюсь вас наказать, — норовлю увернуться из его объятий. — Я люблю вашего брата.

— Врешь! — он порывисто прихватывает мои волосы, пресекая мне пути к отступлению, и врезается требовательным поцелуем в мой рот.

Горячие ладони жадно шарят по моему телу, будто он физически не может меня отпустить.

— Ярый! — слышится голос из-за двери. — Тут тебе посылку принесли. Забирай своё барахло и шлюх и проваливай! Наш договор расторгнут!

Он резко отстраняется от моих губ. Хмурясь заглядывает в мои глаза:

— Посылка?

Киваю в растерянности.

— Но никто не знает, что я здесь… — это сомнение в его глазах мне совсем не нравится.

Ярый вдруг опускает меня на ноги и отодвинув от двери, дергает ручку:

— Не открывай!

В следующую секунду приходит сразу несколько вещей…

Я вновь оказываюсь в тесном плену мужских объятий. Раздаётся грохот, от которого кажется лопаются барабанные перепонки. И нас бросает в стену…