Глава 32. ЯР

В ярости врываюсь в свою комнату. От одолевающего меня бешенства бью кулаком в стену. Ещё раз. И ещё. Оставляя кровавый отпечаток на светлой поверхности.

Клянусь… Я только что был готов убить собственного брата за то, что он посмел к ней прикоснуться! Это же вообще клиника!!!

Мечусь по комнате, как загнанный зверь. Запускаю пятерню в волосы, взлохмачивая шевелюру. Что со мной творится?!

Вернее, что она со мной творит?!

Воздуху! Выскакиваю на балкон. Замираю, втягивая носом ночную свежесть. Прикрываю глаза и, пытаясь успокоиться, неспешно бреду к перилам по памяти. Спотыкаюсь о шезлонг. Открываю глаза.

Нихрена мне не помогает! Устало валюсь на шезлонг, и, в попытке привести себя в чувства, растираю лицо ладонями.

— Слав? — кажется, что послышалось.

Оборачиваюсь. Мля… Нет, не послышалось! Только ее мне сейчас не хватало до полного разрыва фляги. Я же рядом с ней ни дышать, ни думать здраво не способен!

Стоит такая, как невинный ангел в полоске тусклого света, льющегося из ее спальни, где спит наш сынок. Вроде и не при делах она. Вроде не из-за неё мне башню срывает! Идиотка эта! Которая из-за своей дранной гордости чуть не позволила моему придурашному братцу себя изнасиловать!

— Зачем пришла?! — выдавливаю, в надежде, что ей все же не чуждо чувство самосохранения и она почувствует угрозу в моем голосе и уйдёт.

Но нет. Конечно же! Моя глупая принцесса закрывает дверь вовсе не с той стороны, и неторопливо бредёт ко мне:

— Хотела извиниться, — бормочет.

Гашу нестерпимый порыв вскочить на ноги и помочь ей идти в темноте. Я как заведённый рядом с ней! Даже на месте усидеть не способен!

— Слав, — напрягаюсь, слыша имя брата, и уже было хочу развеять недоразумение, но она вдруг продолжает, — мне так жаль…

Закатываю глаза. И почему меня так таращит от этой глупой девчонки? Она ведь совсем бестолковая! За что извиняется? За то, что он ее едва силой не взял?!

Чувствую, что снова взрываюсь. Но Леся вдруг опускается рядом со мной на корточки и тушит мой приступ гнева одним лишь прикосновением своих нежных пальчиков к моей щеке.

Душа болит от мысли, что она считает, что прикасается к моему брату. А меня кажется опять ненавидит. Нужно было объясниться. Но ее обвинение застало меня врасплох, будто удар под дых…

— Очень больно? — шепчет.

Киваю, ощущая, что вся эта неразбериха расковыряла болезненную рану в моей груди.

Затягиваюсь ее исцеляющим запахом. Как же повезло нашему сыну. Он весь им пропитался. И я хочу.

— Прости, пожалуйста, — продолжает Леся, раздражая меня своими извинениями. — И на брата не злись. Он точно не хотел сделать тебе больно, просто вспылил…

Перехватываю ее руки, и притягиваю к себе, с трудом сдерживаясь, чтобы не заткнуть ее чертов рот своим языком:

— О, уж поверь мне, ещё как хотел! — рычу сдавленно. — И этому нет никакого разумного оправдания! Просто неистово захотел сделать брату больно из-за… тебя! Понимаешь?! Это же безумие какое-то! Почему? Почему так, Лесь? М? Может ты объяснишь, что это за форма привязанности?

Я кажется и сам начинаю понимать, только не хочу признавать, что бабушка права оказалась…

— Глупости, — выдавливает. — Ты просто некрасиво поступил, вот он и разозлился. Я уверена, будь на моем месте любая другая девушка, он бы сделал так же.

Усмехаюсь. Какая же она все же ещё малышка наивная.

Конечно, я бы никогда не одобрил насилия. Но, по большей части, мне нет дела до сексуальных предпочтений моего брата. Скажем так, я и сам далеко не святоша. И наверняка знаю, как тёлочки любят молить о пощаде в постели, а потом просят добавки. И снова. И снова…

Да я бы даже глазом не повёл, будь на ее месте другая. Она ведь даже не додумалась на помощь позвать!

— Глупая девочка, — шепчу в ее губы: — Это ведь не сейчас началось.

— А когда? — кажется и правда заинтересовалась.

— В тот день, когда ты впервые приехала в наш дом.

— Он и тогда тебя побил?! — испуганно вздыхает.

Похоже она меня действительно считает каким-то монстром:

— Нет, конечно, — цежу. — Но ооочень хотел! Разорвать мечтал! За то, что к тебе прикоснулся! Любого бы разорвал! Представь, даже собственного брата! Все ещё считаешь, что так было бы из-за любой?

Даже в темноте замечаю, как округляются ее глаза. Дышит шумно.

— Все потому что он меня хочет, — покаянно выдавливает.

Хотел бы я, чтобы все дело было всего лишь в сексе. Так ведь было бы намного проще. Привычней.

— Считаешь все дело в какой-то похоти?

— Мгм, — кивает не задумываясь.

Она назло бесит меня?!

— Неужели дырок мало? — рычу. — А брат-то один!

— Прости, я не хотела, чтобы вы из-за меня скандалили! — щебечет она, в очередной раз раздражая мой слух своими извинениями.

Подаюсь к ней навстречу, и закрываю непослушный рот поцелуем. Чувствую, как по телу прокатывается волна облегчения. Как же долго я хотел это сделать.

Слегка отстраняюсь:

— Умоляю… Перестань ты извиняться, маленькая моя. Ты меня с ума сведёшь, — хриплю в ее удивленно приоткрытый ротик. — Это ведь я должен…

Скольжу большим пальцем по ее влажным губам. Прикрываю глаза от удовольствия вдыхать ее запах. Коротко целую ее в кончик носа. Утыкаюсь в ее лоб своим.

И до меня наконец доходит, что я сейчас наделал…

Она ведь считает, что говорит со Славой? А разоблачить себя теперь, значит вызвать ещё новую порцию ее ненависти. А я-то пока предыдущие не разгреб.

Да и сам себе ведь клялся, что не стану набрасываться на неё больше! Что-то не выходит совсем! Дьявол! Что эта ведьма со мной делает?!

Резко отстраняюсь от Леси. Пытаюсь вглядеться в ее лицо, чтобы понять, что с ней сейчас происходит. Ничего не понимаю.

Бесконечная пауза. Леся будто зависла.

— Маленькая, — шепчу, — ты в порядке?

— Ты… — выдыхает она.

Дыхание ее становится глубоким. И в следующий момент, она вдруг подаётся мне навстречу, вынуждая меня отстранится. Но она продолжает напирать. Как кошка неторопливо влезает на меня верхом:

— Слав? — окликает она.

— М?

Понимаю, что наша ролевая игра зашла слишком далеко, но прямо сейчас на автопилоте отзываюсь.

— Хочешь меня? — ещё спрашивает.

Но в сложившейся ситуации я реально не знаю, какой ответ правильный.

— Н-нет, — нагло вру, чтобы остановить это безумие. — Не сейчас, малышка.

Замирает. Будто пробует на вкус мой отказ.

Пожимает плечами. Разворачивается и удобно укладывается в моих объятиях: затылок на моем плече, стройные ножки вытянуты на моих ногах, а упругий зад безошибочно придавил мою ложь…

— Ммм, — тихо стону, пытаясь усадить девочку более безопасным образом.

— Прости, — бормочет. — Тебе неудобно, да?

Делая вид, что пытается помочь мне, Леся ещё больше усугубляет ситуацию, начиная ерзать на мне. Все, что мне остаётся, это стиснуть ее в объятиях, чтобы пресечь дальнейшее издевательство над собой.

— Посиди спокойно, — шиплю я, обвивая ее одной рукой под грудью, а второй осторожно прихватив за горло, прижимаю мучительницу к себе.

Чувствую ее сумасшедшее дыхание и это нисколько не помогает мне справиться с ситуацией.

Хочет значит? Меня или моего брата? Может я реально зря влез? Что если она сама хотела?! Как же меня бесит одна только мысль о подобном раскладе. Нужно немедленно прояснить ситуацию!

— Леся, — хриплю в ее ушко.

Будто в ответ на мой голос, она едва заметно выгибается в спине. Однако для меня это ее движение оказывается слишком чувственным.

— Леся… — тут же повторяю опыт, напрочь позабыв, о чем собирался ей сказать.

И снова она придавливает меня своей попкой:

— М? — отзывается на этот раз вроде вопросительно, но отчаянно похоже на нетерпеливый стон.

Поглаживаю ее животик через тонкую ткань халата. Понимаю, что мои бёдра начали непроизвольно сокращаться, навстречу манкому телу.

Мля… как это остановить?

Леся переплетает наши пальцы на своём животе, и скользит нашими руками вниз, ныряет под полы халатика, и оставляет мою ладонь на мягком хлопке. На влажном хлопке…

Да она издевается! Я тут пытаюсь вспомнить, где включается мой самоконтроль, а она…

В приступе остервенения, впиваюсь зубами в тонкую кожу ее плечика. Поднимаюсь вверх. Осторожно прикусывая шейку, вызывая у Леси нетерпеливые стоны. Или не из-за этого? А потому что мои пальцы уже пробрались под резинку ее трусиков и терзают влажный бархат ее плоти.

— О, прошу, возьми меня, — шепчет прерывисто. — Я больше не могу это терпеть!

Ого, вот это напор. Мне крышу сносит!

— Потом ведь опять возненавидишь меня, — пытаюсь сопротивляться, но осознаю, что самому остановиться уже вряд ли получится. Только если она велит. Ей подчинюсь.

Но она нисколько не пытается облегчить задачу моей совести:

— Плевать, что будет потом, — стонет. — Тебе ведь не привыкать к моей ненависти… А я больше так не могу…

— Как? — с сомнением, в ожидании подвоха. — Так?

— У меня там все болит, — хнычет, пытаясь поймать мои губы, — тянет от желания…

— Как давно у тебя не было секса, принцесса?

Замираю в ожидании ответа. Почему-то этот вопрос оказывается для меня чересчур важным.

— Уже… — стонет, и делает паузу, будто задумываясь.

А меня кроет от этой ее паузы. Неужели кто-то ещё успел побывать на моем месте?! Именно так! Мое место! Здесь. Рядом с ней. В ней. Все мое!

Какой же я идиот! Зачем только оставил на целый год. Больше! Мог бы все это время наслаждаться своей девочкой. А если это был кто-то другой? Я же самому себе никогда не прощу. Она ведь у меня такая красивая. Ещё и с ее работой. Интимная обстановочка. Физический контакт. Ее нежные пальчики…

Дьявол! Самого себя выбесил! За ней должно быть кобели в очередь выстраиваются. И я точно последний в ее списке после всего что натворил.

— Ну же, малыш, — хриплю, прихватывая губами ее мочку, — не томи. Скажи честно.

— …примерно четырнадцать месяцев назад, — наконец отвечает.

Проглатываю сердце, колотящееся в горле. Четырнадцать? Четырнадцать месяцев. Это же вроде больше года. Выходит, прошлым летом? Как раз когда я…

Значит никого не было? У неё больше никого кроме меня не было?

Охренеть, как меня размазываете от этого открытия. Никогда бы не подумал, что это может стать таким важным для меня.

Целую ее шейку. Сжимаю ее бёдра, до боли втискиваясь в них своим желанием.

Моя принцесса… Моя! Вся.

Никого к себе не подпустила. Носила моего ребёнка. Будто ждала меня. Больше ни за что не оставлю…

— Ну же, — хнычет снова. — Я больше не могу.

— Хочешь меня, маленькая? — у меня осталось последнее уточнение.

— Мгм.

— Кого, радость моя? — шепчу, покрывая поцелуями ее плечо, спинку. — Кого ты хочешь, Лесенька?

— Тебя же…

Порывисто разворачиваю ее к себе лицом. На короткое мгновение впиваюсь в ее губы. Просто не могу удержаться. Всем своим нутром желая подсказать правильный ответ:

— Конкретней, малыш, — требую я, жадно шаря ладонями по стройному телу под растрепанным халатиком. — Кто сейчас перед тобой?