Глава 9

Вздрагиваю от прикосновения мужских пальцев с грубоватой кожей на подушечках. Ринат гладит кожу где-то рядом с пупком, поднимается к ребрам, добирается до груди.

Стараюсь сохранять равнодушный вид, но частое прерывистое дыхание мне никак не унять. Во рту сухо, сердце стучит так отчетливо, что я ощущаю каждый новый удар.

Ринат принимается успокаивающе гладить тонкую кожу на запястьях, все еще удерживая их в капкане. Наклоняется еще ниже, вдавливает меня в постель своими массивными мышцами. Мне так жарко от его близости, так невыносимо горячо…

— Тихо, мышка. Это неизбежно для тебя.

Дыхание выжигает на моей шее невидимое клеймо. Кончиком языка он обводит выпирающую ключицу, прикусывает ее ощутимо. Чувствую себя так, будто большой опасный хищник хочет сделать меня своим обедом.

Ринат ведет ладонью по моим бедрам, обхватывает ягодицы. Боже, он способен сделать это одной рукой.

— Не сопротивляйся, Ина, — хрипло произносит мне в губы и целует так жестко, глубоко погружая язык в мой рот, что голова кружится сильнее.

— Хватит, пожалуйста…

— Тш-ш, расслабься, малыш. Ты все равно не сможешь мне противостоять.

Его каменная эрекция упирается между ног. Ринат специально иногда толкается вперед, когда я в очередной раз уворачиваюсь от его настойчивых губ. Предупреждает, что он уже готов, а вся эта ласка направлена лишь на то, чтобы я успокоилась и подчинилась его желаниям.

— Вы…ты ведь не такой. Разве мало женщин, которые мечтают оказаться на моем месте? — сбивчиво тараторю, когда пуговица на его джинсах вылетает из петли.

— Не хочу никого другого, — он улыбается. — Проникла ко мне в голову, маленькая неугомонная ведьма. Дерешься, огрызаешься, а сама течешь, стоит мне дотронуться до тебя.

Разговор отвлекает, поэтому я не замечаю, как пальцы Рината уже уверенно пробираются в мои штаны. Он надавливает на чувствительную плоть, скользит по тонкой полоске трусиков, которые я все же отыскала в квартире перед побегом.

Бессовестные прикосновения между ног заставляют щеки пылать. Я хватаю воздух губами между жаркими, на грани грубости поцелуями.

— Затрахаю тебя так, что стоять не сможешь, — пальцы сдвигают белье и резко надавливают на пульсирующий клитор.

Меня выгибает дугой под ним. Подбрасываю бедра вверх, потому что все касания Рината слишком хорошо ощущаются.

— Не так быстро, маленькая.

Он издевается надо мной. Откатывается в сторону, все еще удерживая мои руки, сдергивает штаны до самых щиколоток, приказывает по очереди приподнять ноги, чтобы окончательно снять их.

Трусики летят следом.

Вдохнуть не успеваю, как Ринат снова оказывается сверху. Раздвигает нежные складочки пальцами, обводит тугую горошину по кругу, не дотрагиваясь.

— Никогда не любил безынициативных баб в постели, но твоя податливость вставляет так, что я готов в штаны кончить. Открой ротик, малыш.

— Что?..

Пользуется моей заминкой. Вталкивает пальцы между моих раскрытых губ, я чувствую на языке собственный вкус.

— Соси. Чуть позже я поставлю тебя на колени и поимею этот миленький маленький рот, а пока потренируйся, — произносит низким голосом, ухмыляясь по-звериному.

Я не так представляла себе свой первый секс. То, что делает со мной Ринат… Это же ни в какие рамки не укладывается.

Тело перестает слушаться. Язык сам скользит по его коже, я прикрываю веки, чтобы не видеть хлесткого прищуренного взгляда напротив, но в этот момент Ринат вталкивает пальцы глубже до самого горла, и я вынужденно распахиваю глаза.

— На меня смотри.

Влажные от моей слюны пальцы дотрагиваются до ноющих сосков. Разряды двести двадцать по всему телу, мои стоны вперемешку с жалобными всхлипами.

— Руки держи над головой.

Теряюсь, когда поцелуи опускаются все ниже. Чувствую их везде. На ключицах, на груди, на животе. А потом…

Из груди рвется вскрик, пальцами до боли стискиваю подушки. Ринат проводит языком по моей промежности. Размашисто. Медленно. Он принимается вылизывать меня между ног, а я не могу перестать метаться по кровати из-за переполняющего фейерверка ощущений.

Он ласкает влажные невероятно чувствительные складочки, щелкает по клитору кончиком языка. Его пальцы врезаются в бедра, ладонями Ринат настойчиво раскрывает меня сильнее, до такой степени, что неподготовленные мышцы в паху сразу начинают ныть.

У меня даже стоны больше не получается контролировать. Я кричу, срываю горло до хрипоты, пока мужской язык творит что-то невообразимое у меня между ног.

Не понимаю, в какой момент мое тело будто тонет в лаве. Мне жарко, душно, невозможно горячо в каждой клеточке. Внизу живота лопается жестко натянутый узел.

— Хорошая девочка… Вот так, разведи для меня ножки…

Снова накрывает тяжестью чужого тела. Царапаю плечи Рината, что-то пищу и хнычу, но связная речь вышла из-под моего контроля. Он снова шепчет что-то грязное мне на ухо, держит вес своего тела на одной руке, а другой возится между нами.

Вздрагиваю, когда ко все еще набухшим складочкам прижимается его член.

Нет, нет, нет!

Я не могу. Не готова.

— Стой, пожалуйста. Не надо!.. — упираюсь ладонями в грудь, проезжаю ногтями по коже с жесткими темными волосками.

— Да твою мать, Ина, что не так? — рычит, пытается поймать мои руки, которыми я молочу по его спине.

— Не сейчас! Можно не сейчас, пожалуйста?.. — практически умоляю Рината об отсрочке. — Я не…не готова.

— У тебя водопад между ног, блядь.

Продолжаю отталкивать Рината ровно до того момента, как его ладонь ложится на горло.

— Не знаю, что за игру ты затеяла, но хрен с ним. Я приду к тебе ночью. Сегодня ночью. И лучше бы тебе в это момент послушно ждать меня с раздвинутыми ногами, потому что больше церемониться я с тобой не буду. Поняла меня?

— Д-да…

После моего ответа Ринат стремительно откатывается вбок, застегивает ремень, чертыхнувшись несколько раз. Он выходит из комнаты, а я так и остаюсь лежать в позе жертвенной овечки какое-то время, не в силах совладать с внутренним страхом.

Мне требуется время, чтобы перевести дыхание.

Много времени.

Я даже одеться не могу, потому что руки не слушаются. Просто натягиваю одеяло на свои голые ноги и переворачиваюсь набок, обнимая подушку и думая, что это может как-то меня спасти.

Ринат обещал прийти ко мне ночью. Сегодняшней ночью.

Часов в комнате нет, поэтому у меня не получается отследить количество времени в запасе. Но в любом случае будет слишком мало.

Дом находится за городом, средств связи у меня нет, денег тоже. До ноутбука вряд ли получится добраться без потерь. Я бы могла попробовать написать Лие, все-таки ситуация у меня хуже некуда, но ее муж явно в сговоре с моим похитителем, и ничем хорошим отправка этого сообщения для меня не закончится.

Спустя какое-то время я выбираюсь из постели, возвращаю на место белье вместе со штанами. Хочется в душ, но не с голым же задом мне до него добираться.

Да и вообще идея полностью раздеться в доме с разозленным мужчиной кажется мне ужасно отталкивающей. Замки на межкомнатных дверях не отличаются особой прочностью, Ринату потребуется секунды три, чтобы войти в ванную.

В животе урчит, и я машинально прижимаю ладонь к нему. Интересно, а заложниц вообще кормят? Ну, не знаю, хотя бы хлебом с водой…

Набираюсь храбрости и спускаюсь на первый этаж. Лежащий на столе ноутбук манит своей доступностью, я делаю шаг по направлению к нему, но тут же вздрагиваю из-за доносящихся со стороны покашливаний.

Просто форменная идиотка. Неужели нельзя было сразу оглядеться по сторонам?

— Ключи от машины и забора я на всякий случай спрятал. Дом на сигнализации, калитку открыть ты тоже не сможешь. По всему периметру висят камеры, изображение транслируется на мой телефон, и мне сразу приходит оповещение, если датчики фиксируют постороннее движение.

Клетка захлопнулась.

Без шансов.

— Можно мне взглянуть на ноутбук…ноутбук Максима? И у него никого нет, поэтому похороны… — голос срывается, перед глазами снова встает залитый кровью пол.

— Не думай об этом, девочка. Это не твои заботы.

— Спасибо…

— Ноутбук можешь взять, но только так, чтобы я все видел. И без фокусов, Ина, иначе я всерьез задумаюсь над своим обещанием про батареи.

Приходится устроиться рядом с Ринатом на диване, развернув экран так, чтобы он все видел. Сделать это, с учетом двух устройств, моего и Макса, невероятно сложно.

Пароль с помощью специальной программы я подбираю быстро. А дальше меня ждет сюрприз в виде полностью отсутствующих полезных файлов. Поразмыслив и поняв, что Максим просто скрыл все нужное, я начинаю копаться глубже, привычно отбивая пальцами по пластику свой собственный ритм.

— Где ты всему этому научилась? — с какой-то даже заинтересованностью в голосе спрашивает Ринат, убавив звук телевизора.

— Сначала сама разбиралась по ночам, потом на одном форуме наткнулась на девушку, которая научила меня азам.

— По доброте душевной?

— Иногда люди помогают друг другу просто так, — отрываю взгляд от экрана, чтобы посмотреть на Рината.

— А потом оказываются в глубокой жопе, потому что все вокруг вдруг почему-то отворачиваются. Много тебе родители добра сделали в ответ на то, что ты себя похоронила под домашними делами из-за их прихоти?

— Что?.. Откуда…

— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. Знаю, что ты сбежала из дома, потому что все время там на тебе тупо ездили.

— Не надо приплетать сюда моих родителей, — нахмуриваюсь. — Семью не выбирают. Уж вам об этом известно.

Я опять перепрыгиваю на «вы», потому что мне сложно тыкать Ринату, когда он испепеляет меня жестким и властным взглядом.

— Подружка проболталась? — совсем не весело хмыкает он.

— Извините. Мне не стоило говорить такое.

Лия рассказывала мне о сыне Рината. Парня зовут, кажется, Руслан, и после одного инцидента из прошлого они не общаются.

Ринат планировал передать своему отпрыску бизнес, подарить ему какую-то часть, чтобы тот смог сам встать на ноги. Но забыл спросить самого парня, нужно ли ему это все. В итоге из-за того, что два человека не смогли сесть и просто нормально поговорить, случилось кое-что практически непоправимое.

Руслан спутался с врагами отца, и история могла бы закончиться куда печальнее, если бы все подробности не вскрылись вовремя.

— Ты совсем не умеешь фильтровать свои провокации, да, малышка? — Ринат произносит это глухо, в его глазах на короткий миг отражается неимоверная тоска по сыну, и я жалею, что не смогла вовремя прикусить язык.

Для любого человека близкие — невероятно больная тема. Я знаю это по своему опыту. Меня саму трясет от любого упоминания родителей, но я хотя бы могу в любой момент вернуться к ним.

Другой вопрос, что я этого не хочу. Мама меня не принимает, отец слишком занят собой. Родители считают, что я их предала, но еще могу искупить свою вину, если посвящу свою жизнь им с братьями.

Отдельная квартира? Блажь, лучше сэкономить и потратиться на облагораживание их дачи. Красивая одежда и вкусная еда? Зачем, когда одной пары штанов вполне хватает, а торт можно испечь самостоятельно.

После «побега» я пыталась несколько раз наладить наше общение, но все всегда сводилось к одному. Мои деньги должны идти только в семью. А остальное ерунда, которую я зачем-то себе придумала.

Самое ужасное, что братья тоже переняли эту модель поведения. Вадим как-то позвонил мне и попросил купить ему какой-то крутой велосипед за огромную сумму. Просто сразу без приветствий заявил, что хочет именно такой.

В конце я оказалась облита помоями, и больше никто из братьев никогда не набирал мой номер.

— Еще раз извините, — повторяю.

Ринат забавно закатывает глаза и качает головой.

— Я тебе отлизал, но ты все равно упорно продолжаешь в своей голове ассоциировать меня с каким-то стариком.

Кончики ушей вспыхивают от смущения.