Глава 25 Марина

— Ещё немножко! — голос Дани был хриплым и умоляющим. Он поймал мою руку, когда я пыталась выскользнуть из его объятий в укромном уголке под университетской лестницей. Весь гудящий улей университета проносился мимо нашей ниши, но для нас двоих существовал только этот маленький островок тишины.

— Дань, нам на пары пора, — запротестовала я, хотя каждая клеточка моего тела хотела остаться здесь. — Я сегодня читаю доклад по философии, к которому толком не подготовилась. Из-за кого-то, интересно?

Он усмехнулся, игнорируя мою слабую попытку возмутиться. Прядку волос, выбившуюся из моего хвоста, он аккуратно заправил мне за ухо, отчего по коже пробежали мурашки. Одним плавным движением он притянул меня к себе, прижимая к холодной стене.

— Все у тебя получится, ты же у меня умница, — прошептал он и, зафиксировав руками мое лицо, не давая отвернуться, накрыл мои губы своими.

Этот поцелуй был не похож на те, что были ночью или даже несколько минут назад в машине. Он был жадным, глубоким, отчаянным, словно Даня пытался доказать что-то и мне, и самому себе. Словно боялся, что если отпустит меня, я растворюсь, как прекрасный сон. Мир сузился до этого поцелуя, до вкуса кофе на его губах и до стука его сердца, который я чувствовала своей грудью.

Собрав остатки воли, я все же вырвалась из его плена.

— Опаздываю! — бросила я, не оборачиваясь, и почти бегом устремилась по коридору.

Сердце колотилось где-то в горле, на губах еще горел его поцелуй, и я чувствовала себя самой счастливой на свете. Это счастливое смятение не покидало меня, пока я не толкнула дверь аудитории.

Но стоило мне это сделать, как эйфория испарилась, оставив после себя ледяной укол тревоги.

За партой у окна сидела Аня.

Ее взгляд встретился с моим всего на секунду, но этой секунды хватило, чтобы по моей спине пробежал холод. В нем не было слез или явной ненависти. Только холод. Пустой, выжигающий, как арктический лед. И в этом спокойствии было что-то по-настоящему пугающее.

Я, конечно, ее понимаю. Ей больно и обидно, ведь я, по сути, отбила у нее парня. Она вправе меня ненавидеть. Мне было стыдно, но... у любви свои, порой жестокие, планы. Я не могла просто сесть на свое место и сделать вид, что ничего не происходит. Нельзя было так.

Сделав глубокий вдох, я подошла к ее парте.

— Аня, — тихо позвала я. — Можем мы поговорить?

Она медленно подняла голову. Воздух вокруг нее казался плотным и наэлектризованным.

— Я... мне жаль. Я не хотела, чтобы так получилось, — пролепетала я, чувствуя, как краснеют щеки.

И тут произошло то, чего я ожидала меньше всего. Уголки ее губ дрогнули и поползли вверх, складываясь в холодную, вежливую улыбку. Я физически чувствовала волны ее злости, они буквально исходили от нее, но лицо оставалось маской безмятежности.

— Все понятно, Марина. Не переживай, — сказала она тихим, ровным голосом, в котором не было ни капли эмоций. — Мне все равно.

Она отвернулась к окну, давая понять, что разговор окончен. А я осталась стоять, чувствуя, как по спине снова пробежал холодок.

Когда пары закончились, декан вошел в аудиторию, держа в руках список.

— Все, кто записался на конкурс талантов, прошу остаться! Нужно уточнить детали ваших выступлений.

Большинство студентов потянулось к выходу, а мы, конкурсанты, остались на своих местах. Я уже мысленно прокручивала в голове строки песни, когда рядом со мной на стул с шумом плюхнулся Алекс.

— Привет, — тихо сказал он, наклонившись ко мне. — Ну что, какие планы на сегодня? Может, в кино?

Я отрицательно качнула головой, не отрывая взгляда от декана, который начал зачитывать имена. Наконец, мое имя прозвучало, я подтвердила, что буду петь, и собрание подошло к концу. Я хотела быстро сказать "пока" и выскользнуть из аудитории, но не тут-то было.

Алекс, опередив меня, перегородил дорогу у выхода, широко и обезоруживающе улыбаясь.

— Ты куда так спешишь? После шашлыков так внезапно уехала, не звонишь, не пишешь. Я уж подумал, случилось что.

Он сделал шаг ко мне, и я невольно отступила назад, упираясь спиной в стену. Его близость вдруг стала удушающей. Не давая мне времени подумать или ответить, Алекс наклонился и быстро, но настойчиво поцеловал меня в губы.

Секунда шока, а затем я резко оттолкнула его от себя.

— Ты чего?! — вырвалось у меня. Я ошеломленно смотрела на него, пытаясь осознать, что только что произошло.

— А что такого? Я решил, что после нашей поездки за город мы стали ближе, — он все еще улыбался, но в глазах появилось что-то новое, хищное.

— Алекс, я... я относилась к тебе как к другу, — стараясь говорить как можно мягче, произнесла я. — И мое сердце... оно не свободно.

На мгновение его лицо изменилось. Улыбка исчезла, а глаза стали холодными и колючими. Но он тут же взял себя в руки, вскинув ладони в примирительном жесте.

— Окей, окей, понял. Без проблем. Но дружить-то нам никто не запрещал? — он снова улыбнулся, но на этот раз улыбка казалась натянутой. — К тому же, я уже договорился со звукорежиссером на завтра. Поедем записывать минус для твоей песни, как я и обещал.

— Ой, Алекс, это будет так неудобно теперь... — начала я, чувствуя себя виноватой.

— Да все норм, не парься, — легко отмахнулся он. — Друзья же помогают друг другу. В десять у входа в универ.

Его настойчивость обезоруживала, и я, не найдя весомых причин для отказа, кивнула:

— Хорошо. Спасибо.

Мы вышли из аудитории вместе. В фойе уже собралась толпа студентов, громко обсуждавших что-то. И среди этой толпы стоял Даня. Его взгляд тут же нашел меня, а затем метнулся к идущему рядом Алексу. Лицо Дани мгновенно помрачнело.

Он широкими шагами направился прямо к нам, разрезая толпу, как ледокол. Поравнявшись с нами, он резко остановился. Его взгляд был прикован к Алексу.

— Я же тебе говорил, — выплюнул Даня, и каждое слово было наполнено ядом. — Чтобы рядом с Мариной я тебя больше не видел.

Алекс лениво усмехнулся.

— Какого черта я должен тебя слушать?

Даня сделал шаг вперед, почти вплотную приблизившись к нему. Он посмотрел сначала на меня, потом снова на Алекса, и произнес, чеканя каждое слово:

— С того, что она — моя девушка!

Воздух между ними заискрился. Алекс медленно перевел взгляд на меня, потом обратно на Даню. В его глазах блеснул азарт.

— Ну, — протянул он, — это пока.

С этими словами он развернулся и, засунув руки в карманы, неторопливо пошел к выходу.

Даня тут же повернулся ко мне, его глаза все еще метали молнии.

— Я не хочу, чтобы этот тип околачивался возле тебя, Марин. И откуда это вы шли вместе? — требовательно спросил он, и я поняла, что объяснение предстоит долгое.