23

23

Двенадцать дней. Прошло ровно двенадцать дней с того момента, как её жизнь рухнула. Маша лежала на кровати и смотрела на ровный белый потолок. Несколько дней назад она переехала в новую квартиру. Она была намного лучше прежней: хороший район, тихие соседи, ремонт, шестой этаж. Вместо потёртого просевшего дивана — кровать. Но какой в этом смысл, если теперь она безработная? Маша накопила сумму на два месяца, но как платить дальше?

Нет, она может вернуться. С больничным её не торопят и вряд ли будут. Значит, Максиму не так уж и всё равно или он боится, что Маша всё расскажет жене. А ведь у неё были такие мысли…

Девушка сильно зажмурила глаза и сжала губы. Ей нужно было унять новую волну слёз. По правде, она и плакала уже намного меньше, так раз в день из жалости к себе. Теперь Маша думала и думала. Проигрывала сценарии в голове. В какой момент она могла заподозрить неладное. Да, в любой. Максим всегда был скрытен, на вопросы отвечал многозначительно и уклончиво. Дымка загадочности оказалась «сюрпризом», а не просто чертой характера.

Маша выдохнула сквозь сжатые зубы и одним рывком встала с кровати. После грусти у неё началась «вторая стадия» — Маша крушить! Девушка начала ходить по комнате. Её шаги были резкими и «злыми». Ей осточертело сидеть дома и ныть! Но как только она собиралась выйти — пропадало настроение, становилось грустно, кружилась голова. Последнее явно из-за того, что Маша почти ничего не ела. Оля пыталась её откормить, но девушке и крошки не хотелось. Но сегодня она точно выйдет из дома! Осмотреть окрестности и купит еды. Как минимум это нужно сделать для матери, та обещала нагрянуть на неделе.

Маша оделась и вышла из квартиры. Ей нравилось, что в этом доме где-то три четверть квартир сдавались и ей в принципе не нужно ни с кем поддерживать хорошие отношения. Да и никаких соседок, которые считают нужным совать везде нос — нет. Отлично. Просто прекрасно. Маша старалась думать о всякой ерунде и старательно отгонять от себя мысли о Покровском Максиме. Насколько бы девушка ни была воспитанной и культурной, но она не сдержалась и подписала мужчину очень нехорошим словом в телефонной книге.

Двор Маше понравился: скамейки, клумбы, детская площадка. Хозяйка квартиры говорила, что в нескольких кварталах находится супермаркет. Девушка направилась туда. Пока она шла, то рассматривала «окружающую среду». Район, действительно, был неплохим: везде фонари, никаких «подозрительных» переулков, несколько магазинчиков с камерами. Чем ближе Маша подходила к проспекту, тем больше людей она встречала. Она даже как-то отвыкла от них. Также она не могла ничего с собой поделать — вздрагивала каждый раз, когда видела чёрный джип.

«Как будто он ищет со мной встречи» — с досадой подумала девушка.

Она дошла до проспекта. Движение было диким, по всем четырём полосам мчались машины, но к счастью, здесь был светофор. Загорелся красный свет для машин и зелёный для пешеходов. Маша двинулась вместе со всеми. Буквально через несколько шагов, она почувствовала, как бешено заколотилось сердце.

«Нет, мне кажется» — пронеслось в голове девушки. Но чем ближе она подходила, тем очевиднее становилось, что ей «не кажется». Это была машина Максима. Вот тут, в среднем ряду. Чёрная и бандитская. В салоне которой они провели столько горячих моментов. Интересно, она была сотой или двухсотой? Девушка взяла себя в руки. Буквально сжала кулаки, чтобы успокоиться и не развернуться обратно. Она уверенно шла дальше.

Но только Маша помолилась, чтобы её не заметили или проигнорировали — тонированное окно опустилось. Их взгляды встретились.

«У него щетина» — подумала девушка, прежде чем отвернуться и быстрее перейти дорогу. Как только она ступила на бордюр, зелёный свет замигал и переключился на красный. У Максима не было иного выбора, как поехать дальше.

Маша едва ли не пискнула от ужаса, когда увидела, что он паркуется совсем рядом. Она ускорилась. Девушка постаралась затеряться между людьми и, кажется, получилось.

Маша успокоилась только, когда зашла в супермаркет. Беря корзину, она нахмурилась.

“Дура! Почему ты решила, что он побежит к тебе?” — ругала себя девушка. — «У него явно встреча.»

Выдохнув, Маша поплелась в отдел с молочкой. Она купила несколько йогуртов и соблазнилась на запеканку. Но переживания от внезапной встречи всё ещё рокотали где-то в груди. Дальше отдел с фруктами и овощами. Когда она взвесила яблоки и наклеила на них штрих-код с ценой и весом, девушка заметила, что её корзины нет. Она нахмурилась и начала оглядываться в поисках…

Пакет с яблоками чуть не выскочил из её рук. Маша прижала фрукты к груди, как будто щит — её корзина была у Максима в руках. Он задумчиво её разглядывал и девушке показалось, что он давно за ней наблюдает.

— Привет, — Максим первым нарушил тишину. Его голос был сиплым.

Маша ничего не ответила, её язык присох к нёбу. Всё ещё шокированная, она продолжала его разглядывать: щетина, тени под глазами, в целом какой-то помятый вид. Ей показалось, что у него была довольно бессонная неделя. Но, конечно же, не из-за неё. Компания и всё такое. Жена…

— Ты похудела, — продолжил Максим виновато. Он крепче сжал ручку корзины. И как-то после этих слов Маша опомнилась и разозлилась. «Он меня жалеет?!» — пламенем вспыхнуло в её мыслях.

— Верните мне, пожалуйста, мои продукты, — как можно более официально попросила девушка.

— Тебе ещё что-то нужно? — мужчина проигнорировал её вопрос. — Или мы идём к кассам?

— «Мы» — никуда не идём, — вспыхнула Маша. Она бы давно ушла, но глупости она оставила кошелёк в корзине. Вон, чёрненький такой. Максим об этом знал и явно использовал этот «просчёт» девушки в свою пользу. Он посмотрел на кошелёк, на Машу и пожурил:

— Его могли украсть.

Девушка поджала губы так, что они превратились в тонкую линию. Она не понимала его. СОВЕРШЕННО не понимала, что у этого мужчины в голове. Он так издевается? Или что он делает?

— Маша, — ласково позвал её Максим и улыбнулся.

— Верни мне корзину и иди… к жене, — выплюнула Маша. Она поразилась, насколько зло это прозвучало. Всё же Оля ей немного закалила. Подруга даже предложила наклеить его лицо на подушку и избить её. Тогда идея Маше показалась очень детской, но сейчас бы не отказалась от подобной сублимации.

Услышав слова девушки, Максим нахмурился, напрягся — ему явно не понравился ни тон Маши ни её злость, но он произнес:

— Ты вправе злиться. Я облажался. Прости, — чётко произнёс мужчина, не сводя взгляда серых глаз с Маши. Он не опустил виновато голову, не посмотрел со слезами в глазах, как обычно, поступают провинившиеся. Максим стоял в своём помятом превосходстве.

Девушка закрыла ладонями лицо. Она была поражена. Кажется, она всё это время встречалась с ненормальным.

— Я всё тебе объясню, — добавил Максим, заметив реакцию Маши. Он чуть-чуть стушевался, — только не здесь.

Маша косо на него глянула.

— Что ты хочешь мне сказать? Что это всё было ошибкой? — устало спросила девушка. — Не говори, пожалуйста, жене?

— Нет, всё не так, как тебе кажется, — мужчина поморщился и сделал шаг навстречу Маше. Она отступила, а он тут же замер. Люди начинали замечать, что между ними “что-то” происходит. Даже охранник начал на них поглядывать. К злости прибавился и стыд. Маша бы в жизни не подумала, что будет устраивать сцену в публичном месте.

— Маша, давай поговорим и я всё объясню, — попросил Максим. Кажется, ему было наплевать на окружающих. — Просто поговорим, больше я ничего не прошу.

Девушка кивнула, потому что вариантов у неё особо не было: кошелёк в заложниках и Максим самый упёртый человек, которого она встречала. Можно было бы написать «SOS» Оле, но девушка и так её приютила и неделю вытирала ей слёзы. С Максимом она должна справиться сама.

Пока они шли к кассам, мужчина постоянно пытался завязать с ней разговор. Спрашивал: хочет ли она вот это или вот то. Но Маша лишь испепелял его взглядом. Мужчин хмурился, злился, а корзина продолжала наполняться всевозможными продуктами.

«Будет меня кормить, пока я его не прощу?» — раздражённо думала Маша. Она всё выжидала момент, когда сможет схватить кошелёк и сбежать. И ей повезло, когда мужчина складывал продукты, она забрала свою вещь, но больше ничего не предприняла. Маша выждала момент, когда назвали сумму, вот тогда она и сбежала. Максиму пришлось оплачивать покупку, злобно смотря в спину удаляющейся девушки.

Дорога обратно превратилась для девушки в сплошное пятно. Она бежала, поджав хвост. Девушка не поступила, как взрослый и рассудительный человек. Она это понимала и стыдилась, но услышать «объяснения»… Маша была уверена, что не выдержит правды. Что Максим не был влюблён, врал ей, чтобы затащить в постель или просто поиграться. Даже такие красавицы, как его жена приедаются. Ты не можешь всегда есть шоколад, насколько бы сильно ты его ни любил.

За квартал от дома Маша остановилась, чтобы отдышаться. Ей всё ещё нужно было купить продукты. Рядом был гастроном и она туда зашла. Отстояв в очереди четверть часа и купив «базовый набор», чтобы не умереть с голода, она поплелась домой. Настроение у неё было на нуле. Маша уже корила себя, что убежала.

«Всё же надо было его выслушать и покончить со всем этим» — подумала девушка с унынием.

Но кто же знал? Кто бы мог подумать, что они встретятся у её дома? Через тридцать минут, как она сбежала от него.

Максим стоял у её подъезда. Он хоть и победно улыбнулся, но на лице отразилась вселенская усталость.