Глава 16. Медовые пирожные

Ирис сидела на камне в своём саду между грядками. Солнце клонилось к закату, окрашивая болото в золотистые и багряные тона. Вокруг неё зеленели молодые ростки — она вычитала в старых книгах, какие растения могут расти на болотистой почве, и теперь с гордостью смотрела на первые всходы.

Но на душе было тяжело.

Она чуть ли не рыдала, осознавая, что снова поедет в тот змеиный угол. Дворец, сплетни, наложницы, которые готовы вцепиться в глотку за место у трона. Она не знала, куда себя деть. Всё, что она построила здесь за месяц — чистоту, порядок, эту маленькую жизнь — всё рухнет. Её снова запрут в четырёх стенах, заставят носить дурацкие платья и улыбаться тем, кто желает ей смерти.

И тут она поняла — кто-то оказался с ней рядом.

Ирис резко обернулась, и сердце её пропустило удар. Рядом с ней стоял Захар Беркут. Генерал. Он был в дорожном плаще, на сапогах — болотная грязь, а в руках он держал небольшой свёрток, перевязанный бечёвкой.

— Что вы здесь делаете? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Захар усмехнулся и присел рядом с ней на камень.

— Услышал новость о том, что вы отказываетесь возвращаться во дворец.

Ирис фыркнула, отворачиваясь.

— И вас это сразу озаботило, хотя месяц не появлялись в моей жизни?

Она чувствовала, как внутри закипает обида. Генерал не писал ей, не приезжал — ни слуху, ни духу. А теперь вдруг появился, словно ничего не было.

Захар вздохнул и положил свёрток к себе на колени.

— Прошу прощения, — сказал он тихо. — Но мне пришлось покинуть земли на этот срок. Я был на северных границах, проверял укрепления. Я узнал, что вы живёте в этом дворце, только недавно, когда вернулся.

Ирис повернулась к нему. В его глазах не было лжи — только усталость и какая-то странная искренность.

— Будем считать, что я поверила, — сказала она сухо, но в голосе уже не было прежней резкости.

Она горестно вздохнула и опустила плечи, глядя на свои грядки. Завтра она уедет. И всё, что она посадила, засохнет без неё.

Генерал молча развернул свёрток. Внутри лежали медовые пирожные — золотистые, с хрустящей корочкой, покрытые сладкой глазурью. От них шёл тёплый, уютный запах, который напомнил ей о доме. О том доме, которого у неё больше не было.

Ирис посмотрела на пирожные, и уголок её губ дрогнул.

— Ладно, — сказала она, беря одно. — Будем считать, что вы откупились.

Она откусила кусочек, и сладкий мёд растаял на языке. На мгновение ей показалось, что всё не так уж плохо.

— Почему вам грустно? — спросил Захар, глядя на неё с любопытством. — Это же страшное место. Все бегут отсюда подальше. Призраки, болото, проклятия...

Ирис выпрямилась. Её глаза сверкнули.

— Страшное место? — переспросила она, и в голосе её послышалось искреннее возмущение. — Страшное?! Да это же мой рай! Мой чистый глоток воздуха по сравнению с тем змеиным гнездом!

Она встала с камня и обвела руками пространство вокруг.

— Я собственными руками всё восстановила! — воскликнула она. — А эти грядки? — она указала на землю, где уже проросли зелёные ростки. — Я специально вычитывала книги про земледелие на болотах, чтобы взрастить здесь что-то! Но я теперь не увижу никакого результата, ведь снова застряну в четырёх стенах замка!

Она повернулась к нему, и в её глазах блестели слёзы.

— А речка? А болото? Там скоро ягоды появятся! Я знаю, где растут клюква и морошка! А я даже собрать их не смогу!

Генерал смотрел на неё, и его улыбка стала мягче.

— Но зачем вам самой собирать, когда есть слуги? — спросил он.

Ирис застыла. Она посмотрела на него, и в её взгляде мелькнула сталь.

— А вам зачем меч поднимать, если есть слуги? — ответила она.

Захар замер. Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло понимание. Он понял, о чём она говорит. Он понял, что для неё это — не просто прихоть. Это — дело жизни. Способ быть собой, а не пешкой в чужой игре.

— Я понял суть вашей печали, — сказал он тихо. — Думаю, Его Величество разберётся с вашей проблемой.

Ирис фыркнула и отвернулась.

— Да как же, — сказала она с горечью. — Он уже отказал мне в просьбе. Ещё король называется!

Захар усмехнулся.

— Сделаю вид, что не слышал последнее предложение, — сказал он.

Он поднялся с камня и подошёл к ней. Ирис стояла неподвижно, глядя на свои грядки, чувствуя, как внутри всё сжимается от тоски.

Захар взял её руку и наклонился, коснувшись губами её пальцев.

— До встречи во дворце, — сказал он тихо. — Надеюсь, мы встретимся с вами в Саду Камней.

Он развернулся и пошёл прочь, оставляя её стоять среди грядок, с медовым пирожным в руке и сбитым дыханием.

Ирис смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

«Генерал мелкая галька, — подумала она. — Ты появляешься всегда не вовремя».

Она посмотрела на пирожное, потом на грядки, потом на закат, который окрашивал болото в огненные тона.

«И всё же... — она улыбнулась. — Спасибо».

Она доела пирожное и пошла в дом, чтобы собрать свои вещи. Завтра её ждал обратный путь.