Мой ласковый монстр

Я стонала. Я вопила, выгибая шею. Это всё, что я могла делать. Парализованная, полностью раскрытая, отданная чудовищу на поругание. Грудь встала мурашками, по уретре шли позывы к мочеиспусканию, но я не хотела в туалет. Я хотела, чтобы он продолжал слюнявить меня и пульсировать языком внутри Беззащитно расставленные ноги не повиновались, не сжимались, хотя я бы сейчас свела их с силой! В бессознательной попытке защититься. Но даже этого я не могла. Могла лишь видеть, как чудище суёт в меня толстый синий ствол, который мокро поблёскивает в тусклом свете, и натягивает струны слюны между ртом и вульвой. И стонать. Похоже, звук моего голоса вдохновлял его. Он лизал меня так самозабвенно, словно пытался ощупать каждый миллиметр моего влагалища. И в каждом его ждало что-то вкусное и сладкое. Я чувствовала, как внутри меня шевелится инородная нечеловеческая плоть, смотрела на то, как монстр блестел натянутыми слюнями и неотрывно следил за мной светящимся взглядом, и на то, как синий корень языка торчал из раскрытой чудовищной пасти, упираясь в мой клитор, а с подбородка стекала вязкая слюна… А затем начало подкатывать, и я потонула в позывах, спазмах и наслаждении. Первая судорога оргазма ощутимо сжала шершавый толстый язык чудовища, следующие – уже не знаю. Но я чувствовала его в себе, ощущала его обманчивую мягкость, которая всё равно не давала внутренностям сойтись. И капающие с его подбородка слюни, которые иногда холодили внутренние стороны бёдер. Я изгибала шею, вопила, даже рыдала. Под конец как раз начала возвращаться воля, и я смогла свести ноги, зажав его голову. Монстр не высовывал язык – ждал, когда я закончу биться в удовольствии. Видимо, хотел прочувствовать каждый спазм изнутри. И потом, пока я остывала, тяжело дыша и пялясь в высокий сводчатый потолок, тоже не отстранялся. Вздрогнула, когда он шершаво потянул язык наружу, вытекая из меня. Только когда он встал напротив, довольно отерев подбородок, поняла, что у меня дрожат колени. Еле-еле подтянулась на локтях, потом переставила ноги выше, отползая от края. Потянулась к банке, попила воды и поставила на место. Мой монстр уже снова стал человеком. Отвернулся, прополоскал рот, улыбнулся и полез ко мне. Уже когда поднимался, я увидела настойчиво торчащий елдак и поняла, что сейчас меня снова поимеют. Александр встал на колени рядом со мной, погладил по щеке, а затем настойчивыми движениями заставил повернуться и лечь на живот. Свёл мне ноги, а руки я положила под голову. По коже снова прошло покалывание, и я лишь успела спросить: – Зачем? – Хочу владеть тобой, – ответил он. – Моя. Тебе не нравится? Я задумалась, что ответить. С одной стороны, опасно и как-то авторитарно, а с другой – очень сладко. И это бессилие перед ним, вынужденная унизительная покорность. – Сейчас нравится, – всё же призналась я, – но вообще это пугает. Беспомощность. Будто я твоя добыча. Он усмехнулся за спиной. – Я сразу заметил. Ты по-другому пахнешь, когда хочешь меня. Сейчас ты вся пахнешь желанием. И, чем дольше я пугаю тебя, тем сильней пахнешь. Прости. Я опять стану тварью. Видеть, что происходит за спиной, я не могла, но по звукам догадалась, что он опять принял вид монстра. Лежала перед ним полностью безвольная, правда, в этот раз со сведёнными ногами. Но, как оказалось, это не помогло. Ощутила поясницей жаркий выдох. Ягодицы раздвинул всё тот же острый горячий язык. Не успела вскрикнуть, как мне ткнулось в анус и тут же полезло внутрь, растягивая сфинктер. Я охнула, но не сопротивлялась, чувствуя сжатыми половинками, как между ними елозит его язык. Чудовище вытащило его, затем уложило всю похожую на слизня длину мне между ягодиц, медленно провело им, а следом полезно внутрь снова, но уже быстро, неотвратимо и всё утолщаясь. Мне честно хотелось крикнуть, что не стоит, но сейчас я не смогла бы, даже будь в состоянии пошевелиться. Он оказался слишком глубоко, и теперь каждое движение могло во сто крат увеличить ощущение толстого вертлявого языка в заднице. Александр стал совать его туда-сюда, скользя по половинкам всё чаще, а я чувствовала, как внутри наполняется и пустеет, затем снова наполняется, и снова пустеет. Заскулила. Сладострастно, признавая его власть. И желая его в себя скорее. – Трахни меня… – попросила я тихо, на что хватало сил. – Поимей меня. Прошу. Заскулила громче, а толстый язык потянулся наружу. Мужик пересел, затем спустился к воде прополоскать пасть, после вернулся и уселся на мои бёдра, и я наконец-то почувствовала твёрдую горячую головку на ягодице. Большую и очень скользкую – нечеловеческую. Судя по молчанию, монстр не возвращался в человеческую форму. Оставил так. Приставил головку к моим сведённым половинкам, затем настойчиво поводил им туда-назад вдоль складки, а после надавил. И надавил туда, где только что лизал. «О боги, он сейчас трахнет меня в зад!» – пронеслось у меня в голове, а следом толстый перемазанный смазкой член надавил, раскрывая напрягшийся анус себе навстречу. Сейчас, в этой звериной ипостаси, он оказался ещё больше, поэтому запихивал его Александр медленно, аккуратно, останавливаясь всякий раз, когда я тихо всхлипывала от страха. Но неотвратимо, до тех пор, пока тяжёлые яички не легли мне на сведённые ягодицы. Мужик, сидящий на мне верхом, чуть поёрзал, расставил руки пошире по сторонам от меня, затем чуть привстал, а после начал коротко, но всё увеличивая амплитуду, совершать аккуратные фрикции, раздрачивая меня себе. Я жалостливо заскулила, повернула голову набок – больше ничего не могла, потому что тело не слушалось, и услышала жаркое дыхание на щеке. Член настойчиво ткнулся глубже, но приостановился, а я подумала, что даже если захочу напрячься – не смогу его вытолкнуть. Сфинктер был слишком широко растянут – на грани боли. А в следующий момент мне на ухо навалилась скользкая масса языка твари. Он поводил кончиком по раковине, засунул в отверстие, и я взвизгнула от щекотки. А после язык медленно потёк мимо уха по щеке, затем по шее, обвился вокруг неё, будто сырой кусок мяса, а в задницу снова полезла горячая склизкая плоть. Я застонала, а язык потёк назад, но не исчез, а у ямочки между ключиц остановился и полез кончиком елозить ниже – к груди. Александр недовольно взрыкнул, поняв, что не достаёт, потом переставил кулаки по бокам, опёрся на один, а второй рукой приподнял меня за плечо, убрал язык, а после подлез им со спины через подмышку к моей повисшей груди. Я застонала снова, а мокрый склизкий кончик стал теребить сосок, попутно разливая слюни по моему боку и щекоча под мышкой. Фрикции сзади возобновились и стали чуть сильнее. Теперь у меня не осталось сомнений, что имеет меня какая-то тварь. Почти животное. Злое, похотливое, жадное и ненасытное, желающее присунуть свою пипиську поглубже. Сведённые ягодицы намокли, я чувствовала, как по половым губам стекают его оставленные слюни, и ждала, когда же он кончит в меня там. Монстр убрал язык, аккуратно уложил меня на место, а после снова навис над ухом. Попытался что-то сказать, но вышло лишь невнятное мычание, от которого у меня пошли мурашки ужаса – настолько нечеловеческим это было. А следом он засунул член глубже, давая ощутить тугую широкую головку внутри, со склизким звуком вывалил язык, и моих губ коснулась шершавая слюнявая плоть. «Ой, фу!» – подумала я об этом «поцелуе», но затем поняла, что это ещё совсем не «фу». Язык ловко проник мне между зубов, заполнил рот и стал елозить там. Я вспомнила, как в первую ночь укусила его, и это ни к чему не привело, и по спине пробежали мурашки. И не зря, потому что язык полез дальше – в горло. Я замерла, борясь с рвотными позывами, а он долез до середины гортани, а после стал повторять фрикции пениса, который возобновил движение. Я лежала и понимала, что он имеет меня с двух сторон. Чудовище, чужой страшный мужик засунул огромный мокрый язык мне в рот, заставляет глотать его слюни, а сзади трахает в жопу толстым членом и скоро кончит, не заботясь о моём мнении. Сейчас он просто надрачивал в меня снова, пользуясь моей беспомощностью и беззащитной задницей, в которую упихал свой огромный агрегат. И склизко чавкал сзади, а над лицом рядом раздавалось тяжёлое дыхание и иногда капало с губ на лицо. Языком я чувствовала нижнюю сторону его языка, все бороздки, мышцы, связки. Горло шершаво отирала верхняя часть со вкусовыми сосочками. Я дышала через нос, потому что плоть была настолько ловкой, что заполнила собой всю полость рта, образовав вакуум, и я просто не могла раскрыть рот шире. Член запрыгал активнее, яички стали шлёпаться о мои ягодицы, и я только ощущала, как внутри инородно, непривычно и ненормально дёргается что-то твёрдое и живое, растягивая задницу и щекоча складками эластичной кожи сфинктер. Головка стала будто ещё шире, я чувствовала, как она проскальзывает внутри, и поняла, что он уже вот-вот. Язык полез глубже, я выгнулась в рвотном позыве, и следом он вжался в меня и очень мощно кончил. Струя семени пронзила меня, наверное, на несколько метров кишечника вглубь! Затем следующая, и ещё одна, и ещё. Член вздувался, дёргался и выплёвывал всё внутрь, а у меня начинало крутить живот, будто что-то не то съела. Язык трепетал в горле, по щеке текло уже сильно, качалось нитками с тяжёлыми каплями на концах – он всё равно не мог сглотнуть. Яички поджимались, а тяжёлое дыхание вырывалось совсем рядом, опаляя лицо влажным жаром. Меня наполняло семенем чудовища, и я наслаждалась этим.