Любовь на берегу

Проснулась я ещё в темноте. Рядом слышалось дыхание, а спину грела чужая грудь. Я, стараясь, чтобы он не проснулся, аккуратно взяла его руку, которая меня обнимала, подвинула к лицу и нежно поцеловала в подушечки пальцев. «Ненормальная, – усмехнулась я про себя. – Ну и пусть. Что я, буду оглядываться на какие-то стереотипы? Ну ненормально любить насильника, так и что? Вот и буду любить. Всё-таки, проклятье говорило о любви, которая даст ему имя. Так может, не про его любовь речь, а про нашу? Он просто раньше созрел, а я вот только. Да и пусть. Главное, что мы вместе»… – и с этими мыслями заснула обратно. Второй раз открыла глаза уже в полумраке позднего утра. За спиной было пусто, пещера подёрнулась привычной едва заметной дымкой пара, по поверхности шла почти неощутимая рябь от врезающихся с потолка капель. Судя по свету из щелей, погода была пасмурная. Может, снова пошёл снег? Хорошо, будет что пить. Я встала, умылась, выкопала себе консерву, которую смогу открыть сама, перебралась на «кровать» и взялась за завтрак. В пакете пустело. Я не знала, сколько ещё осталось добра в закромах моего ненаглядного, но если это всё, что есть – на зиму точно не хватит! Да даже на месяц нет. На неделю ещё при разумном расходе, а дальше… Доела, попутно решив, что надо сегодня начать заготавливать дрова. Саша же что-то ест? Охотится, значит, и я могу с ним мясо есть. Ну он-то, понятно, сырое, а мне варить можно или жарить. Ещё выяснить стоит, как далеко база и, может, если получится, сбегать туда втихаря от людей. Так-то уже понятно, что нельзя показываться, иначе придут и скрутят моего ихтиандра, но запасы пополнить можно, а заодно оставить записку для родственников, что жива, здорова, просто немного устраиваю личную жизнь… Тряхнула головой, понимая, что размышления стали звучать как-то совсем бредово, и я пока не готова к каким-то однозначным решениям. Стоит обдумать всё это после разговора с моим подводным красавцем. Теперь мы тут вдвоём и нам же вдвоём решать, что делать дальше. В любом случае, выход я собиралась найти, потому что он должен быть! Вода взбурлила, и показался мой монстр. Я радостно сползла к нему, почёсывая бока, прыгнула в воду и прижалась к мощной груди. Он ласково погладил меня по волосам, поцеловал в висок, а затем чуть сильнее стиснул руки и выдохнул: – Идём на воздух. Сегодня погода хорошая, тучи унесло дальше, солнышко светит. И, чмокнув ещё, привлёк меня в поцелуй и, удостоверившись, что я прижалась крепко, утащил под воду. Мы вынырнули посреди озера, я огляделась и счастливо вздохнула. – Красота. Живописно здесь. И даже по-новогоднему как-то. – Повернулась к нему и шутливо спросила: – А как мы будем отмечать Новый год? – Надеюсь, хорошо, – с нежностью ответил он. – Но сейчас идём опорожним всё, что там за ночь у тебя скопилось, потому что я бы хотел… – Он опустил взгляд на мою грудь под водой, и я закусила губу. – Хочу тебя. Не поверишь, безумно хочу! Будто вчера не трахались, а в нарды играли! – И засмеялся. Правда, как-то грустно. Мы выбрались на снег, я уже почти привычно пробежалась по нему недалеко, присела, а мой рыбный кавалер мялся на берегу, посматривая по окрестностям, но иногда всё же любуясь мною. «Было бы чем любоваться! – хихикнула я про себя. – Раскоряченная, дрожащая, нечёсанная…» Закончила с делами и прыгнула ему в объятья, уже предвкушая. Он уложил меня в воду недалеко от берега на покатое илистое дно, взял за волосы на затылке, облокотившись где-то внизу, как подставка, чтобы я не опустила лицо в воду, и накрыл губами мои. Жадно, властно, сочно. Сначала прижался ртом так, что я ощутила краешек зубов, затем чуть отстранился и вобрал мою верхнюю губу, со звонким звуком выпустил и всосал нижнюю. В бедро мне упёрся твердокаменный фаллос, и я подалась навстречу так, что он, едва нащупав концом мои половые губки, нырнул на всю головку сразу. – А-а-а-ах, – застонал он, запрокидывая голову, и на шее дёрнулся кадык. – Я… пытаюсь помедленнее… – Закусил губу и, склонившись, уткнулся лбом мне в лоб. – Я хотел… о-о-о-о-о… – И надавил, входя глубже. – Хотел растянуть… Ох, как же я хочу тебя. И он с усилием вжал бёдра, всунувшись в меня по самые яички, а я выгнулась и прижалась к нему вставшими мурашками сосками. Мокро, скользко. Твёрдая мужская грудь, тёплая вода, морозный воздух, горячее дыхание у лица. И огромный член с разбухшей головкой во мне. – Не могу, не могу… – зашептал он, начав двигаться и вжимаясь как можно теснее. – Хочу тебя. Как же я хочу тебя! С ума схожу! Я застонала, выгибаясь сильнее, и он рывком упёр локоть в дно, чтобы не упустить мою голову, накрыл искривившимся ртом мой рот и, жарко дыша, стал трахать, уже не пытаясь сдерживаться. Возможно из-за новой позы, а возможно из-за ясной погоды чувства обострились, и сейчас я ощущала каждый сантиметр его горячей твёрдой плоти. Будто даже могла почувствовать все венки на толстом скользком стволе, все неровности, складочки уздечки, покатые края головки где-то в глубине и даже валики, обрамлявшие выход уретры. Ту самую дырочку, из которой сочилась смазка, и сейчас я знала, что она где-то там внутри уже пачкает собой моё осквернённое лоно. – Никогда не думала… – задыхаясь, прошептала я, и монстр приостановился. – Никогда не думала, что это настолько приятно. – Сжала ноги, обхватывая коленями его крепкие бёдра. – И не думала, что скажу это… Но, Саш, как же хорошо, что ты меня изнасиловал! Пожалуйста, сделай это ещё! И стала подмахивать в судорогах, уже чувствуя, как подступает. Парень, вспенивая воду задницей, стал молотить меня членом, задевая основанием мой клитор, и я, выгнувшись, напряглась и зашипела, сотрясаясь в первой судороге, которая сжала твердокаменный фаллос внутри. Ещё, и ещё, и ещё. Застонала, наслаждаясь его горячим дыханием в ухо, а потом стала успокаиваться. Отодвинулась, заглядывая в голубые при свете дня глаза, и по выражению лица поняла, что он ждёт, когда я отдохну. – Ты не кончил? – судорожно втягивая воздух, спросила я, а он медленно покачал головой. – Нет пока. Но я на грани. Я чувствовал, как ты сжимаешься вокруг меня. И видел твоё лицо. Как ты скривилась, как у тебя губы изогнулись, какая ты беззащитная в этот момент, какая искренняя. Клянусь, это лучшее, что я видел в своей жизни. Спасибо тебе за это. И он, склонился и с нежностью поцеловал меня в губы. А после приподнялся на одной руке и, чуть нахмурившись, стал методично вбивать в меня член, похоже, фокусируясь лишь на своих ощущениях. Я, видя его сосредоточенное, какое-то отстранённое, но суровое лицо, с каким он же насиловал меня в первые разы, сама выгнулась и почувствовала, как подходит второй оргазм. Сжала его ногами, будто пыталась не дать выдернуть член, но скользкая задница всё равно вырывалась, чтобы в следующий миг ударять меня пахом и всовывать весь огромный чудовищный хер в меня по самые яички, раздвигая толстым основанием половые губки. Мы кончили одновременно. Я с короткими жалобными поскуливаниями, он – с низким протяжным удовлетворённым стоном. Выплёвывал в меня семя, а сам тяжело дышал и из-под полуприкрытых ресниц смотрел мне в глаза. Яички судорожно поджимались, внутри у меня взбухала и пустела головка, наполняя семенем, а я смотрела на него и понимала, что на самом деле счастлива. И тоже вижу самое лучшее в жизни. Его лицо: уставшее, нахмуренное, с полными похотливой сочности губами, прилипшими к скулам прядками синих волос и дрожащими крыльями носа, через которые вырывались клубы пара. Мой монстр, мой насильник, моё чудовище. Моя любовь.