Глава 12

Перемещаясь от одного прибора к другому, я вчитывалась в заумные спецификации и разбиралась с функционалом, изучая закрытые для большинства рас высокие технологии звёздных драконов. О времени совершенно не думала.

Иллиданы — старшая и более развитая раса, своими знаниями и восприятием Вселенной делиться ни с кем не спешат. До этого рейса, признаюсь, никогда не сталкивалась ни с одним их представителем. А тут сразу целый экипаж молодых и неженатых мужчин, которые не прочь услышать мой «зов», а затем предложить защиту. Ух, от такого у любой скромной землянки голова пойдет кругом.

А ведь я еще беременна. И не от обычного воина-дракона, а от лорда-командующего, очень влиятельного мужчины, с которым нам предстоит долгое и насыщенное путешествие в одной каюте.

Потерев лоб, ощутила в груди знакомый холодок. Близнецы проснулись и снова требуют их накормить. Ненадолго же им хватило отцовской энергии. Вспомнив процесс подпитки утром в спальне, обхватила плечи руками. Слишком интимно, страстно и горячо. Перспектива каждое утро «пылать» от мужских прикосновений меня абсолютно не радовала. Но иного выхода выносить детей не имелось. Пытаясь выкинуть из головы пламенные глаза командора, свернула к резервуарам с кислородом и там наткнулась на доктора Ранха.

— Пришел пригласить вас на ужин, — без тени эмоций сообщил внушительный дракон.

Я спохватилась:

— Который час?

— На борту семь часов вечера. Вы провели здесь весь день. Так заинтересовали наши технологии?

— Очень, — призналась задумчиво и проследовала за Ранхом в отдельную зону отдыха, где на столике стояли два бокса с едой. — Я по специальности тоже врач. На Тере работаю в городском госпитале.

— Вот как? — Мужчина жестом предложил сесть на стул и пододвинул первый бокс. Несмотря на уверенность движений, от Ранха исходили волны тревожности.

— На самом деле, ничего интересного. Рутинная работа. Но с вашим оборудованием… — я окинула отсек восторженным взглядом, мимолетно подумав, что Изза тоже бы по достоинству оценила данные медицинские наработки и способы лечения тяжело больных пациентов.

— Что?

— Работать было бы намного проще и безопасней, — призналась я, пробуя мясной паштет с овощами.

Ранх покачал головой:

— Увы, дэлла Снежана. Иллиданы не делятся секретами с представителями слаборазвитых рас. Это касается не только медицины и вооружения, но и прочих сфер повседневной жизни.

— Знаю, но не понимаю почему?

— Причин достаточно. Например, желание использовать эти технологии во вред. Или применить их ради достижения определенных выгод для собственной звездной системы. Думаю, у всех на слуху недавняя попытка Триад Хаара устроить в Конфедерации переворот и сместить иллиданов со всех управленческих и военных постов. В той сорокадневной войне хаарцы применили высокоточное передовое вооружение, украденное их шпионами с двух наших звездных баз, и нанесли множеству ни в чем не повинных колоний серьезный ущерб. Погибло и пострадало много обычных граждан.

— Вы о военном столкновении в секторе Иноруса? — Я воскликнула: — Оно же было сто двадцать лет назад!

— Для людей, возможно, это долгий срок, но не для иллиданов, дэлла Снежана, — нравоучительно поведал Ранх.

Я снова ощутила себя маленькой и глупой овечкой в стае опасных хищников. Хмыкнув, поковырялась в зеленом горошке.

— Постойте, а почему тогда мне раскрыли секреты расы? Рассказали о брачных обрядах, зове эйльнары и остальном?

Дракон отложил ложку в бокс, переплел длинные пальцы и, глядя в упор, резковато отрезал:

— Вы теперь одна из нас.

— В смысле «одна из вас»?

Ранх холодно улыбнулся, вновь напоминая о звериной сути звездных драконов, от которой по коже бежали ледяные мурашки. Я сжалась, чувствуя, что ответ мне не понравится заранее, но требовательного взгляда от доктора не отвела.

Внезапно по отсекам прокатился металлический гул. Встряски не было, корабль по-прежнему плыл по космическому пространству, не меняя курса. Вот только близнецы сжались в предчувствии опасности, а я опять услышала далекий скрежет. Впечатление такое, будто кто-то с той стороны режет корпус крейсера гигантской стальной отверткой.

— В чем дело?

— Проходим астероидное поле, — доктор встал. — Еще до образования Конфедерации в этом секторе шли ожесточенные бои между хаарцами и рокшасами за право обладания ресурсами. Три планеты были уничтожены. Наши технологии позволили очистить данный участок космоса от основной астероидной массы, но изредка на трассу выныривают неучтенные булыжники и становятся для кораблей сущей неприятностью.

Я выпрямилась, цепляясь за косу.

— Есть повод для беспокойства?

— Нет, — Ранх связался с кем-то по зуму, а затем успокоил: — Командор Бринэйн опытный командующий и не допустит критических повреждений корабля. Тем более, сейчас, когда на борту его дейана. И все же вам лучше вернуться к себе.

— В каюту командора, хотите сказать? — Съехидничала я.

— Теперь это и ваша каюта.

— А если я не хочу?

— Что именно?

— Жить вместе с лордом Бринэйном, — ответила честно. — Вы сами недавно сказали, я только его дейана, не эйльнара. Мы друг другу чужие!

Ансур странно сузил глаза, дергая тонкими губами, и намереваясь то ли возразить, то ли что-то объяснить, но в этот момент зашипела пневматика. Двери разъехались, в отсек вошел сержант Лайс. Коротко кивнул и, глядя вбок (будто боялся смотреть дейане командора в лицо) твердо отрапортовал:

— Дэлла Снежана, приказано сопроводить вас в каюту.

Приказано? Как интересно.

Сообразив, что землянка с Теры далеко не так покорна и покладиста, как типичная женщина-иллидания, отец моих детей решил показать клыки и когти?

Будто нарочно металлический гром прокатился теперь по нижним палубам — долгий, пугающий, раздражающий нервы. Я стиснула зубы.

— Предпочитаю остаться в медотсеке.

— Это невозможно, — в голосе Лайса слышалась тревога вперемежку с озадаченностью.

— Почему?

— Командор будет занят на мостике до позднего вечера и не сможет уделить вам должного внимания.

— Разве я ищу его внимания? — Фыркнула сержанту.

— Вы не понимаете, — Лайс помялся с ноги на ногу, подбирая слова. — Дейане в период беременности в принципе запрещено показываться в людных местах и, тем более, проводить время с посторонним мужчиной, кроме ана.

Я пораженно посмотрела на доктора. Это Ранх — посторонний? У меня и в мыслях ничего такого не было!

— Снежана, прошу, — в разговор вмешался доктор, — вернитесь в каюту.

— Я уже наскучила вам, коллега?

— Дело не в этом. Мы и так нарушили правила, позволив вам пробыть здесь целый день.

— Кто это мы? — Я с недоумением смотрела на Ранха.

— Я и Арктур. Все системы наблюдения корабля сосредоточены на рубке управления. Все эти часы вы были в поле зрения командора. Он ждал, что утолив любопытство, вы сами вернётесь в каюту, еще до ужина. Когда этого не случилось, приказал вас накормить и снова дал возможность вернуться самой. Но вы на редкость упрямы.

Я — доверчивая землянка прозрела.

Шаря взглядом по гладким панелям стен и потолка, с запозданием сообразила, что Арктур наблюдает за мной даже сейчас. А Ранх, изображая доброго наставника и помогая вникнуть в тонкости культуры и обрядов Иллиданской империи, всего лишь выполнял один из приказов и заодно приглядывал за дейаной своего «лорда». Чтоб не дай Небесные пути, я не осталась одна в компании постороннего дракона. А то мало ли, еще услышит мой «зов».

— Ясно, — вздернула подбородок и шагнула в коридор. Вот уж правда, иллиданы — внешне как люди, но содержание — непостижимая и зачастую ранящая сердце загадка.

— Снежана, это ради безопасности детей, — послышался голос доктора. В рычащих нотках гремела вина. — Вы очень интересная собеседница, если хотите, приходите завтра. Охотно познакомлю вас с новым принципом реинфузии крови.

— Спасибо, — холодно ответив, я увидела, как сбоку пристроился молчаливый сержант и пригласил в широкий пустой коридор.

Если и вернусь в медотсек, то только в полуобморочном состоянии.

* * *

Уже несколько минут я металась по каюте, не в силах усидеть на месте. Вопросы без ответов терзали сознание, заставляя, словно зверя в клетке, мерять роскошную гостиную шагами. Арктур — отец моих детей. Хочу я или нет, нам придётся как-то уживаться, учиться вместе сосуществовать, а потом когда дети появятся…

Я шумно вздохнула.

Смутная тревожащая мысль о том, как мы будем делить детей после рождения, скребла изнутри с момента, когда Арктур явился мне во сне на туристическом лайнере. Учитывая намёки Ранха, что дети для иллиданов высшее благословение Звезды-Прародительницы, и они берегут их как самое дорогое сокровище, вряд ли суровый командор так легко откажется от малышей и позволит матери-землянке увезти близнецов обратно на Землю.

С головы до ног сотряс холодный озноб.

Я сглотнула, ощущая, как горло оплетает колючий обруч.

Он же не заберёт моих детей? А мне укажет на дверь?

Принимая Землю в состав Звёздной Конфедерации, земному правительству ясно дали понять, что главные в Конфедерации — звёздные драконы и, если люди хотят и дальше быть частью Галактического сообщества, а так же находиться под защитой иллиданских боевых частей, то обязаны подчиняться установленным правилам.

Я уже давно поняла, что гены Арктура оказались доминантными. Мои дети родятся иллиданами с незначительной примесью человеческой крови. А значит, реши Бринэйн их отобрать — он будет в своём праве. Ни один межгалактический суд не встанет на сторону матери-землянки в судебном споре с отцом-драконом.

Эти мысли окончательно меня добили.

С чувством полного бессилия, разрыдалась.

Почему Небесные пути оказались настолько несправедливы? Мечты о детях стали моей навязчивой идей. Я так долго ждала. Вышла замуж за нелюбимого. Согласилась на ЭКО, а в итоге получила полное разочарование. Даже несмотря на относительную свободу на корабле иллиданов, ощущаю себя пленницей, что отныне зависима от сильного «господина». Одинока. Опустошена и с ужасом смотрю в завтрашний день.

За всю историю Конфедерации ни одна землянка не стала иллидану истинной парой. Драконы земных женщин раньше даже в качестве любовниц никогда не рассматривали, да и Теру посещали крайне редко. Лишь бороздили космическое пространство Солнечной системы в целях защиты от внешних угроз.

Во всей Вселенной мне единственной так «повезло»!

Покачав головой, вдруг поняла, что дети плачут вместе со мной. Из-за стресса, вызванного невнятными перспективами, напрочь забыла, что наши эмоции взаимосвязаны. И если плохо мне, то плохо и близнецам.

— Всё, мои хорошие. Успокаиваюсь, — обняв плечи руками, отослала малышам безграничную волну любви.

Время было раннее, но из-за усталости клонило в сон.

Судя по редким металлическим ударам по корпусу, корабль мчался через опасный сектор космической трассы. На мостике Арктур пробудет еще очень долго. Великолепно! Ни видеть его, ни выяснять отношения я была морально не готова.

В спальню вошла, чтобы раздеться, взять полотенце и отправиться в душ. Но на полпути к кровати остановилась. На покрывале лежала кружевная ночная сорочка на бретельках из тонкого шелка, а на тумбе обнаружился серебряный поднос с кружкой витаминного чая, порезанные дольками лимоны и странная золотистая масса в хрустальной вазочке с ложкой. Понюхав ее, пришла к выводу, что это мёд. Не Земной, а Иллиданский — очень вкусный и питательный.

— Папочка о вас заботится, — выдала механически, погладив живот.

Близнецы возразили:

«И о тебе тоже, мама».

— Я ему не эльйнара, с чего бы это? Командору Бринэйну важны только вы, а я так, — тяжело вздохнув, озвучила неприятную истину, — в нагрузку.

И хотя эта мысль была сродни порыву леденящего ветра, отказываться от витаминов не стала. Горячий чай с иллиданскими лимонами и мёдом оказался очень вкусный. Дети тоже оценили пряную кислинку с бодрящей сладостью и, пожелав мамочке хорошей ночи, крепко уснули.

Нырнув под теплые струи, провела в душе двадцать минут. Расплела косу, вымыла волосы, потом натянула ночную сорочку и забралась под легкое одеяло. Боялась, что после дневных событий, долго буду ворочаться без сна, но на деле заснула сразу, как только закрыла глаза.

… Недолгое затишье, и я опять на чужой планете, окруженная зимними сумерками. В небе полыхают янтарные всполохи, под босыми ступнями скрипят лёд и вымерзшая почва.

В темноте в отдалении замечаю впечатляющий мужской силуэт. На этот раз Арктур ждал меня в человеческой ипостаси. Только я и он — наедине. Мгновение силуэт, охваченный потоками густой темноты, оставался неподвижен, а затем, поступью оголодавшего хищника, направился ко мне. Шаг за шагом, неторопливо и уверенно, наслаждаясь каждым мигом новой встречи.

Сердце дрогнуло от переполнявших душу эмоций.

Нет, всё-таки иллиданы — не люди. От Арктура исходили волны холода и смесь противоречивых эмоций, понять которые я — девушка с Земли была не в состоянии.

Замерев на месте, просто наблюдала, как тьма сползает с бесподобной, атлетической фигуры, позволяя любоваться совершенной красотой. Сначала тусклый свет выхватил суровые черты лица, потом разлился по широким плечам и перевитым тугими мускулами предплечьям. Серебристыми бликами скользнул по стальным кубикам пресса.

Я мысленно ахнула, обнаружив, что гладкую кожу дракона покрывают замысловатые природные рисунки. Они были едва различимы — тонкие узорные извивы напоминали снежные узоры, разбегавшиеся по поверхности стекол в лютый холод, и оплетали мужские предплечья, твердую грудь, рельефный живот и исчезали, спускаясь к паху. А еще они излучали тусклое сияние.

Подняла голову вверх и столкнулась с глазами, полными огня.

Отец детей приблизился вплотную, не оставив между нами ни единой толики свободного пространства. Делая вдохи, я ощущала, как моя грудь соприкасается с его — на удивление теплой и живой. Застыв в оцепенении, смотрела Арктуру в глаза и гадала — зачем он явился.

Или это просто сон? Игра моего измученного дневной информацией воображения?

Принять какое-то решение не успела. Звёздный дракон поднял руку и, пленяя огненными глазами, вынуждая стоять неподвижно и смотреть только ему в лицо, коснулся моих распущенных волос. Запустил в шоколадные пряди пальцы и прошелся по всей длине. В пламенном взгляде полыхнуло удовлетворение. Бринэйн был доволен тем, что расплела свою косу «независимости». С жадным фанатизмом пропускал мои волосы сквозь пальцы и чуть слышно рычал.

Так сложно понять этого мужчину.

Ощущая его доминирующее присутствие, я терялась в водовороте безумных эмоций. Дети были счастливы. Они всегда счастливы, когда мама и папа находятся вместе. Я же смотрела на невозмутимого дракона и, осознавая его власть над собой, боялась сделать лишнее движение.

Вдруг взгляд командора приобрёл остроту, заметив мои пухлые губы. Уверенным жестом Арктур переместил свою руку мне на затылок, фиксируя голову, а второй обхватил за талию, вжимая в себя и склоняясь ближе. Лицо обожгло теплое мужское дыхание.

Ни сбежать от него, ни укрыться. А он все смотрит, изучая каждую черточку, каждый штрих, вдыхая мой аромат и позволяя к себе привыкнуть.

— Не отпущу, Снежана.

Хриплый рык откликается в солнечном сплетении бурной дрожью. Пламенные глаза ослепительно разгораются:

— Я тебя не отпущу.

Дракон склоняется и запечатывает мои губы страстным поцелуем. Безумным, голодным, полным неистового огня.

Напор изголодавшегося мужчины ошеломил.

Замерев от неожиданности, я вдруг поняла, что положила ладони на обнаженные рельефные плечи и сама начинаю наслаждаться прикосновением к горячей, разрисованной фантастическими узорами коже.

Арктур пробовал меня на вкус, нетерпеливо сминая губы, вбирая дыхание и демонстрируя полное превосходство. Сильные пальцы гладили спину. Мягко скользили вдоль позвоночника. Впивались в мою макушку, обжигая прикосновением.

Иллида — патриархальный мир с иными устоями и традициями. В родной звёздной системе мужчина-иллидан — защитник, добытчик и всегда оберегает свою пару. От него зависит жизнь и благополучие будущих детей. От того эволюция довела этот вид до совершенства, одарив второй боевой ипостасью и даром телепатии. Сильные, бескомпромиссные, опасные хищники, не ведающие страха, сомнений и угрызений совести. И один из них сейчас сжимает меня в объятиях.

Слияние губ становилось еще более нетерпеливым, жадным, стирающим грани реальности. От мужских прикосновений пылала кровь.

Я хоть и смущалась такому повороту событий, но откровенно наслаждалась теплом обнаженного мужского тела и крепкими объятиями собственника. С бывшим мужем ничего подобного никогда не испытывала, даже в постели. А тут всего одно прикосновение, один поцелуй и от нахлынувшего шквала эмоций грудь разрывает изнутри.

Утолив жажду поцелуя, дракон прижался горячими губами к моей щеке и пополз к изгибу шеи, слегка оттягивая голову за волосы, чтобы теперь припасть к открытому горлу. И целовать — жадно, пылко, возбуждающе.

Я не оттолкнула командора Бриэйна только потому, что была уверена — всё это сон.

Пользуясь моим интересом, удовлетворяясь покорностью, он скользнул рукой в вырез ночной сорочки и принялся ласкать твердую вершинку пальцами. Я резко выгнулась. С губ сорвался жалобный стон. Это было так невероятно восхитительно и неправильно одновременно. Но, кажется, у дракона на этот счёт было иное мнение.

— Ты — моя, — рокот мужского баритона смешивался с нашим хриплым дыханием, шелестом ткани и свистом морозного ветра.

Разделяя со мной тепло, Арктур подхватил меня под бедра, вынуждая обвить его за талию. В вечернем сумраке чужой планеты глаза иллидана сияли сказочным светом, околдовывая и привлекая.

В реальности я бы давно прекратила это сумасшествие. Но во сне не хватало ни духу, ни сил. Я просто смотрела на мужчину и удивлялась своей отзывчивости. Наслаждалась каждой черточкой, ощущением кожи под пальцами, вкусом его губ и запахом. Может, командор меня околдовал?

В ответ на эту мысль, Арктур загадочно дернул уголком губ в намеке на улыбку и опять соединил наши губы. Его сильные, властные ладони, забравшись под ночную сорочку, блуждали по моему телу, обрисовывали контуры лопаток, ласкали кожу спины, бедер и ног.

— Снежана… — хриплый шепот отзывается внутри сладкой дрожью.

Я чувствовала, как Арктуру необходимо прижимать меня к себе, установить этот контакт, ощутить наше полное энергетическое единение, и дело не только в здоровье детей, которые в эти мгновения купались в блаженной эйфории. Дракон нуждался именно во мне.

Я удивилась. А потом опять напомнила себе, что это сон.

В царстве собственных эротических фантазий я просто выдаю желаемое за действительное, в реальности Арктуру важны только дети. Землянка, пусть и случайно забеременевшая близнецами, его не интересует.

Тревожно закусив горящие губы, поймала на себе неодобрительный взгляд командора. Пламенная окантовка радужек пульсировала в такт сердцебиению. Арктур внимательно смотрел в упор, подмечая каждую эмоцию, а потом склонился ко рту и прорычал:

— Я тебя выбираю.

Меня опять снесло умопомрачительным поцелуем, сводящим земное сознание с ума.

… Я даже проснулась с громким стоном.

Вздрогнув, прислонила руку к лицу и поняла, что отчаянно выгибаюсь на смятых простынях и ищу мужские губы, которых нет. Грудь болезненно ноет. Все тело пылает, а кожа пульсирует как после ласк жарких пальцев.

Вспомнив, где я — обмякла на кровати в жутком смущении. До чего я дошла без привычной мужской ласки? С Марком в последний раз мы были вместе больше двух месяцев назад, искать партнёров на стороне я не хотела, да и времени особо не было.

Что со мной?

Ищу ответные чувства там, где их нет. И от того, кто в принципе не способен на взаимную симпатию к землянке.

Потерев пылающее лицо, бросила злой взор на место рядом. Простыни были смяты, но ночевал ли командор сегодня рядом или нет, понять было невозможно. Мысленно отругав себя за наивность, выкарабкалась из постели и с желанием скорее смыть ночной пожар, сбросила сорочку, схватила полотенце и отправилась в санитарную зону.

Лихо раздвинула стеклянные дверцы и ахнула.

— Вы?

Из душевой кабинки, в одном полотенце, обмотанном на крепких бедрах, решительно выступил мокрый Арктур. Я столкнулась с ним неожиданно, влетела в твердую грудь, ощутив гладкость мужской кожи наяву, и, вскрикнув, отпрыгнула на шаг.

Командор, надо отдать ему должное, не шелохнулся.

Черты красивого сурового лица неподвижны. На голых плечах и рельефном прессе сверкают капельки воды. Черные волосы расплетены и тяжелой влажной волной спускаются по спине до щиколоток.

Пораженно оценив длину роскошных волос, я опять рискнула поднять глаза. И крайне опрометчиво поступила.

В ярком освещении мелькнул острый как бритва мужской взгляд. Я ощутила его почти физически — как стремительное, обжигающее прикосновение к коже… лица, шее, обнаженной груди, животу. Небесные пути, я же полностью раздета! Инстинктивно попятилась, пряча тело под полотенцем, а в следующую секунду поскользнулась на гладком подобии кафеля и с криком рухнула на пол.

Вернее, я думала, что рухнула.

Арктур, стоя напротив — еще до того, как я сообразила, что нога поскользнулась — словно бы раздвоился. И тот второй — фантомный, размытой огненной тенью метнулся ко мне, подхватывая на руки и предотвращая болезненный удар.

Взвизгнув, на инстинктах вцепилась мужчине в шею, а лицом зарылась в твердую грудь. Всё произошло за доли секунды. Перед глазами кружились белые пятна, кровь шумела в висках. В себя пришла в момент, когда дракон усаживал меня в широкую ванную, бесконтактно активируя серебристые краны. О мучительно пылающую кожу ударили струи теплой воды. Ванна набралась настолько быстро, что я и глазом моргнуть не успела — уже сидела по шею в воде, плотно укутанная шапкой пены.

Арктур опустился возле бортика, смахнул с моего лица волосы и, осторожно обхватив за подбородок, повернул голову в своем направлении.

— Ты на грани эмоционального срыва, — голос мягкий, обманчивый, но даже в этих интонациях кроется колоссальная мужская мощь, — что не даёт тебе покоя?

Захотелось крикнуть — ТЫ!

Ты ворвался в мою жизнь без предупреждения, сокрушив все защитные барьеры. Вторгся в личное пространство и, даже не произнося это вслух, каждую секунду рядом — заявляешь на меня права!

Даже твой взгляд… пронизывающий, пугающий, нервирует и смущает.

От пламени в нечеловеческих глазах леденеют пальцы и слабеют мышцы.

Я едва подавила панику после эротического сна, и вот опять! Почему я так остро реагирую на едва знакомого представителя инопланетной расы? Почему, когда он рядом, меня накрывает тень затмения, все чувства обостряются, а эмоции рвутся напоказ?

Я боюсь его? Безумно! Повышенное внимание командора вводит в ступор. Просыпаясь в медицинской капсуле этого крейсера, я думала — мы будем видеться раз в день — в момент подпитки близнецов, и никак не ожидала, что он поселит меня в своей каюте и превратится в персональное наваждение.

— Ничего, — пробурчав, закрыла лицо ладонями, прячась от пронизывающего огненного взгляда. — Уйдите.

— Тебя нельзя оставлять одну в таком состоянии.

— Пожалуйста! — Крикнула под звуки всплеска воды.

Послышался утробный рык. Я всей коже ощутила негодование и раздражение иллидана. Учитывая патриархальный уклад жизни этой расы, смею предположить, женщины-иллидании редко командуют своими мужчинами, если вообще командуют. А я только этим и занимаюсь.

Неужели сейчас напомнит, кто я такая и где моё место?

Вопреки ожиданиям Бринэйн подчинился.

Отняв руки от лица, не сразу поняла, что тихо плачу.

Всё так неправильно! Беременность должна приносить только радость и минуты тихого счастья, а мне вместо этого взвалили на плечи неразрешимый ворох проблем и отца-дракона, с которым у нас ничего общего.

Умыв лицо, сделала глубокий вдох. Хватит слёз, а то окружающие драконы решат, что все землянки неуравновешенные истерички — подставлять свою расу перед конфедератами я права не имею.

Приняв ванну, почистила зубы, расчесала волосы и, обернувшись в полотенце, вышла в спальню. Быстро натянула вчерашние свитер, узкие брюки, обула туфли-лодочки, скрутила волосы в шишку и, бегло глянув на своё отражение в зеркало, отправилась в гостиную.

Она оказалась пуста. Я уже решила, что командор ушёл на мостик, но тут заметила нечто интересное. Прежде неприметная настенная панель была сдвинута, и там обнаружилось еще одно помещение — мини-версия рубки управления крейсером. Внутри — в кресле за панелями управления, в окружении голограмм сидел Арктур. Длинные, крепкие пальцы порхали над рядами ярких кнопок. Обзорное стекло было расчехлено — по ту сторону виднелись скопления созвездий и тусклые бело-голубые звёзды-гиганты. Не знала, что на крейсере имеется автономный блок управления, связанный со всеми основными системами корабля.

— Теперь знаешь, — раздался спокойный, твердый голос.

Отпрянув, изумленно впилась в прямую мужскую спину.

— Как вы…

Ах, да, телепатические способности драконов.

Бринэйн провел рукой над приборными панелями, бесконтактно отключая часть датчиков, поднялся из кресла и направился ко мне.

— И часто лезете в головы посторонним и читаете чужие мысли, командор?

— Только в очень редких случаях.

Высокий, широкоплечий мужчина уверенно приближался. Облегающая белоснежная форма с золотым шитьем подчеркивала стройную, впечатляющую фигуру. Черные волосы дракон неизменно заплёл в тугую косу.

— Во время военных действий или если речь идёт о жизни и смерти. Законами Звёздной Конфедерации запрещено использовать телепатический дар для развлечения, принуждения, извлечения выгоды. Каждый покидающий пределы планеты иллидан приносит клятву на Кодексе Илл держать свои, в том числе телепатические, способности под контролем. За нарушение законов в нашем обществе строго карают.

Едва Арктур покинул автономную рубку управления, панель бесшумно встала на место. С виду стена гостиной ни чем не отличалась от всех остальных — если бы я не увидела рубку своими глазами, никогда бы не подумала о ее наличии.

Припомнив, как совсем недавно в ванной дракон «отделил» фантомное тело от физического и уберег меня от падения, полюбопытствовала:

— И много у вашей расы скрытых способностей?

— Достаточно много.

Мужчина сложил руки на могучей груди, прищуриваясь. О, вот именно этих снисходительных взглядов и покровительственного тона мы-люди и не переносим в звёздных драконах.

Гордые, самоуверенные, непробиваемые.

Ну, прям мечта любой землянки.

— Со временем всё узнаешь. А теперь позволь пригласить тебя на завтрак. — Он перехватил меня за локоть и потянул в смежное помещение. — Сегодня хочу побыть вместе со своей дейаной.

Интересно, что бы сказал Бринэйн, узнав, что «дейана» совсем не хочет оставаться с ним наедине?